Жизнь взаймы. Том II

Правый месяц с отбытия Артура пролетел незаметно. Выкинув из головы все невзгоды, я наслаждалась новой жизнью. Меня захватила суета в доме, который мы вместе со слугами приводили в божеский вид.

Менять что-то кардинально в фасаде я даже не думала, он мне нравился таким, как есть: грубым и неотесанным — мой личный неприступный замок. С каменщиками договорилась только, чтобы исправить крупные изъяны. Действовать приходилось через нашего садовника Рафаэля. В отсутствии других кандидатов и, естественно, за дополнительное жалование сам собой превратился в моего поверенного.

А вот за внутреннюю отделку я принялась основательно. Старые истлевшие гобелены были выброшены и заменены на новые. Стены вымыты и заново отбелены, местами, где камень создавал красивую текстуру, просто отполированы. Головы кабанов да оленей, чучела которых изобиловали здесь, намекающие на пристрастие строго барона к охоте, велела свалить в подвале, а вместо них развесили найденное там же оружие.

Еще один подарок от бывшего хозяина: старые мечи, щиты, копья, булавы и прочие орудия смертоубийства. Среди этого хлама я также отыскала себе новую шпагу. Прежняя, тупая и грубо сделанная, наравне с учебными рапирами, не шла ни в какое сравнение с этой красавицей: без излишеств, с ажурной чашеобразной гардой, она была короче, тяжелее и толще того оружия, с которым я уже привыкла упражняться. Но зато обладала повышенной прочностью… И эта находка оказалась весьма своевременной. Оценив мою силу, Монтелло лишь изумленно качал головой.

— С таким силовым потенциалом половина классических техник фехтования становятся против вас бесполезны, леди, — заявил учитель. — Скорость, помноженная на мощь. Вы способны проломить оборону противника вместе с его оружием. Для «мастера» это открывает новые возможности…

— Что я-то?.. Вы бы видели, на что способен Артур! — всплеснула руками, поделилась я. — Он же вдвое, нет, втрое сильней меня.

— А это значит, что тяжелый полуторный или даже двуручный меч будет для него предпочтительней той шпаги, с которой он балуется, — покачал головой Мантелло. — Каким все же недальновидным был его первый учитель…

Удивлялся он, конечно же, зря, но откуда ему было знать, что эта сила приобретенная?

Однако сейчас мы говорим о вас, леди Линдсис. В вашем случае всё иначе: сила, гибкость, скорость, легкость и талант — поистине уникальное сочетание. Если вы продолжите заниматься в том же темпе, через несколько лет вы сможете догнать меня… По общим показателям.

— Звучит здорово! — не смогла сдержать я радостный вскрик.

Монтелло поморщился, и продолжил.

Однако «в том же темпе» вам не светит. Как только я передам вам основы и задам «направление» — останется только практика.

— Я занимаюсь по два часа в день. До и после ваших уроков, «маэстро», — похвасталась я.

— И это приносит свои результаты, — покивал учитель. — Но скоро вы перестанете ощущать отдачу. В «бою с тенью» ничего нового не обретёшь. Максимум — поддержание формы. Вам нужен сильный, заставляющий выкладываться на максимум противник. Опыт настоящего боя…

— Но у меня есть вы! — опять вспыхнула я.

Монтелло посмотрел на меня как-то странно и также странно улыбнулся своим мыслям. Что я такого сказала?

— Пока что есть. Но навыки придется оттачивать долгие годы… Даже если вы невероятно богаты — «мастер клинка» не станет вашей дворовой собачкой. Разве что…

— Что? — ехидно поинтересовалась я, уже понимая, к чему он клонит.

— Разве что некий «маэстро» станет вашим мужем, — закончил Ривьен, ожидая моей реакции на его завуалированное предложение.

В голове у меня пронеслась буря. Еще недавно я бы танцевала от подобного предложения. Имперский аристократ, «мастер клинка». Уже не молодой, но далеко не старый. Симпатичный и даже пикантный, учитывая цвет его кожи и привычку подводить глаза…

Однако сейчас всё иначе… У меня есть Артур. Или нет? Опять то же самое! Как я вписываюсь в его планы на будущее? Да и о каком будущем идет речь, когда смерть стоит у нас на пороге?

Если мы сможем найти лекарство от черной гнили, если сможем отбить Лоуденхарт… Нужна ли я ему буду после? И в каком качестве? Быть может, он сам решит меня спровадить замуж... Слишком много «если», для того чтобы строить планы на будущее. Однако саму эту идею с ходу отрицать было глупо... и невежливо.

— Возможно, — сказала я, наблюдая, как у Мантелло расширились зрачки, тут же осадила полуулыбкой: — Но это не единственный возможный вариант. А быть может, и не самый лучший.

Взгляд «маэстро» стал строже, но и только. Это был не жесткий «блок», а мягкое «пари» с возможным продолжением. Однако «поединок» этот я решила отложить — не время и не место. Надо дождаться Артура.

Тренировки с Монтелло становились всё интересней. Чем больше основ я «впитывала», тем разнообразней становился мой «рисунок» и «танец». Наши быстротечные схватки больше не походили на игру взрослого льва с котенком. Теперь я могла доставить Монтелло неприятностей, а иногда даже заставить всерьез напрячься.

— Ну же, давайте. Покажите, на что способны, — вскрикнул «маэстро», побуждая меня работать на максимум.

Крутанувшись против часовой стрелки, я пропустила нацеленный мне в грудь укол мимо и тут же ушла в прогиб, одновременно перебрасывая рапиру из правой руки в левую — выпад. Такому меня не учили — подсознание само выбрало лучший вариант, а тело услужливо выполнило его команду…

Ривьен уклоняется, но и я не останавливаюсь — размашистый удар, превращающий его «красную» зону в желтую, а затем два быстрых шага и выход на ближнюю дистанцию. У «маэстро» не остается свободы маневра, его ответный укол я читаю… Он вообще не любит лишних движений, словно заводной механизм делает только то, что необходимо.

Я же, напротив, кружась будто в танце, непредсказуемо меняю вокруг себя «рисунок»! Удар, поворот, вращение, подшаг, пируэт. Красный, желтый, зеленый... И укол. Но мой противник, лишь меняя положение тела и делая скупые движения ногами, легко восстанавливает баланс. Я ускоряюсь — теперь наш бой проходит в «зеленых» и «красных» оттенках. Желтые практически отсутствуют.

Это моя придумка. Если заводить бой в крайность, действуя на грани, то уследить за изменениями «цветов» становится сложнее. Вот тебе ничего не угрожает, и вдруг смерть на кончике клинка щекочет твое горло. Тут уже на первый план выходят физические показатели, которыми я ныне могу заткнуть за пояс практически любого мужчину…

Максимум риска и столько же отдачи. Мантелло это не нравится! Его техника — это академически выверенные движения, а мой «танец» вносит в сражение сумбур. Откуда моему оппоненту знать, когда я нанесу удар, если я не ведаю этого сама? Ритм — рваный, но гармоничный… Абсурд, но именно так я его ощущала...

— Туше! — огласил «маэстро», и я согласно опустила клинок.

Мне снова удалось его заставить активно двигаться! Не весть какая победа, но, учитывая разницу в наших навыках, для меня это было невероятное достижение.

— Танец, говоришь? — строго посмотрел на меня Ривьен. — Не хочется признавать, но что-то в этом есть.

— Правда? — радостно вскрикнула я.

Каждый мастер может видеть «рисунок» и своими движениями-мазками менять его под себя. Но нет одинаковых к этому делу подходов. Каждый художник видит свое искусство по-своему.

— Не совсем понимаю, — слова его показались мне загадкой, но он продолжил в том же духе.

— Кто-то использует тонкую кисть, другой накладывает широкие размашистые мазки, третий тычет в холст пальцем… Ты же берёшь палитру и швыряешь ей в полотно. И каким-то чудесным образом вместо нелепого пятна получаешь пусть странную, но гармоничную картину, — закончил «маэстро».

— Я так и не поняла плохо это или хорошо, «маэсто»?

— Это странно… — повторил он. — Но эффективно против таких «художников» меча, как мы. А вот насколько… Всё будет зависеть, как ты сможешь развить этот навык. Сейчас я преодолеваю его довольно легко, но…

— Но? — с надеждой спросила я.

— Но молодого «мастера клинка» ты сможешь поставить в неудобное положение.

— Да! — воскликнула я, и не сдержав радости, расцветая довольной улыбкой.

— Поменьше самообмана, леди. В бою с обычным противником это не даст вам никакого преимущества, а может быть и наоборот, загонит вас в угол, — осадил меня Монтелло.

— В бою с обычным противником меня будет вести мой «рисунок» и отточенные навыки, — не растерявшись, самоуверенно оскалилась я.

— Тоже верно, — усмехнулся учитель. — Однако вам еще очень и очень далеко до совершенства…

— А значит, продолжим нашу тренировку! — с удвоенным энтузиазмом я, словно ястреб, налетела на Ривьена, пытаясь застать врасплох.

Хочу стать сильнее! Если уж не лучшей, то одной из тех, о ком будут говорить с придыханием и завистью! И раз господь наградил меня этим даром — будет преступлением не выжать из себя всё до капли.

И я старалась. Прогрессируя семейными шагами, по словам моего учителя. Теперь простой рубака был для меня более не противник… И тут случился кризис. Даже два или три…

Мое развитие, как и обещал Монтелло, застопорилось… Упорство, сверхвыносливость и освоение базовых навыков фехтования позволили мне за два месяца совершить невероятный скачок. Но дальше постигать тонкости «искусства» приходилось по крупицам.

Второе, что заставляло меня с сомнением смотреть на этот мир, были понесенные мной расходы… Не думаю, что, заключая с Ривьеном сделку, Артур рассчитывал обучать меня месяцами, иначе бы не заикнулся, что на оставленные им деньги можно прожить годы… Половина из наших запасов золота ушло на оплату услуг наставника. Практически сотня золотых… И самое главное, то, что больше всего подкашивало меня, — Артур не возвращал...

«Месяц, максимум два», — так, кажется, говорил он?

Озвученные тобой, «брат», сроки вышли! Четвертый месяц на пороге, как тебя нет... Понимая, что накручиваю себя, я тем не менее день ото дня всё больше ощущала в себе признаки готового прорваться безумия. Всё, что держало меня в «узде», это тренировки и редкие визиты Леонарда. Он, как и обещал Артуру, навещал меня раз в неделю… И даже в ответ на мои жалобы, как мог, говорил слова утешения.

— Не надо нагнетать, девочка!

— Я вам не девочка! — в очередной раз огрызнулась я.

— А кто? Мальчик? — очередной раз насмехался он.

Уже давно просто по привычке… Старик вынужденно признал меня. Непонятно, правда, что его в итоге вынудило: безысходность или поражение в дуэли… Подтолкнуть его на этот опрометчивый шаг оказалось легче легкого — он просто не верил, что женщина, недавно взявшая в руки шпагу, способна противостоять его опыту и мастерству… Повелся на подначку. И пусть он оказался сильным бойцом, заставившим выложиться меня на максимум, однако тот бой я выиграла всухую. Так, чтобы не возникало иллюзий.

С тех пор он «зарекся» грубить мне ненастоящему и даже, как мне казалось, слегка опасался. Обронив однажды: «Ты станешь для него не просто вдохновением, а сильнейшим его оружием». Однако спуску он мне все равно не давал, издеваясь в рамках приличий… Если это можно было так назвать. Впрочем, я в долгу тоже не оставалась, превратив это в некую игру.

— Всё с ним в порядке, я тебе говорю! Вероятность, что он умрет, мизерна.

— Тогда почему он до сих пор еще не здесь, старик?

— Сама старуха! Сроки, что он тебе назвал, были весьма оптимистичные. Переговоры могли пойти не по самому мягкому сценарию…

— Говоришь так, будто что-то об этом знаешь, — попыталась надавить я.

— Догадываюсь. Академия давно ищет себе исполнителей среди Александрийской аристократии. Они просто обязаны уцепиться за эту возможность, — убеждал меня учёный.

— А если нет?

— Всё просчитано, Лин. Вмешаться может разве что глупая случайность… Я сделал всё, что смог. В девяти случаях из десяти он вернется сюда… Рано или поздно.

В голосе Леонарда я не услышала твердой уверенности. Да и откуда ей взяться в такой ситуации? Однако немного, да отпустило. А вот дальше я, кажется, сделала глупость — позволила себе проявить перед Монтелло слабость. Высказала беспокойство по поводу судьбы Артура. Вскользь, без подробностей, но и того хватило имперцу, чтобы сделать выводы.

По чуть-чуть, но этот засранец стал позволять себе лишнего. Неподобающие улыбки и намеки… Из-под маски мудрого учителя стала пробиваться его истинная сущность — ублюдочный деспот! Пару раз пришлось его осадить, намекнув на расторжение наших договоренностей. Помогало плохо. Он нужен был мне больше, чем я ему... А терять такого наставника я не желала.

Пришлось подстроить их встречу с Леонардом. Аристократ и не последний человек в столице, если верить словам Артура, должен был стать сильным аргументом на моей стороне. «Знакомство» наше случилось не с бухты-барахты. Лорд Лоуденхарт заранее пустил слухи о том, что ищет для своих проектов алхимика и механика, а затем «по рекомендации» вышел на известного в узких кругах человека. А затем потихоньку в течение месяца развивал эти взаимоотношения. Даже что-то там подписали «на публику» в королевской канцелярии.

Теперь «официально» с разрешения брата Леонард якобы за мной ухаживал. Чем и объяснялись его редкие, но регулярные визиты. Этим я и решила воспользоваться. Показать замаравшемуся имперцу, что даже в отсутствии брата меня есть кому защитить. Даже если старый аристократ не собирался так поступать на самом деле...

— О, «маэстро», проходите, вы не будете против, если мы отложим наши занятия на несколько минут? Знакомьтесь, это Леонард Верони, друг нашей семьи, — странным образом на меня посмотрели сразу оба мужчины.

Старик удивился моему ласковому тону и статусом, которым я его наделила, а вот Монтелло… Он подобрался, словно его подменили. Заулыбался, стал вести себя подчеркнуто вежливо, даже заискивающе, по крайней мере в присутствии Леонарда. Столь разительная перемена показалась мне странной, но особого значения я это не придала.

Зато снова сглупила, заговорив с Ривьеном об изменении цены на его услуги. В заначке у меня осталось около семидесяти золотых монет. Такими темпами они должны были закончиться менее чем через три месяца. Месячные расходы на содержание дома и его прислуги выходили вдвое меньше, чем один урок «маэстро». Однако общаться на эту тему до тренировки он наотрез отказался. Боялся, что я запрошу скидку уже с этого занятия? Как-то мелочно. Или и вовсе собирался мне отказать?

— Защита, не забывайте про защиту, Леди. Забудьте о «рисунке», он заставляет делать вас то, что вы уже умеете, возведя это в абсолют. Хотите стать сильнее — учитесь новому.

Он словно подводил меня всё это время к нужной мысли.

Сейчас, когда вы можете по собственному желанию входить в состояние «бадхи», пробуйте перестраиваться. Отстраняться, наблюдая за собой издалека. Сверхэффективность в бою — это не всегда то, что тебе нужно. Иногда наилучший вариант — просто остановиться.

— Почему? — запыхавшись, я отбивалась от летящих в меня по самым замысловатым траекториям уколов.

«Рисунок» заставляет мозг думать по-другому. И это может завести в ловушку: десять идеальных шагов и пять выверенных ударов… Забылся, заигрался, а на шестом вокруг тебя смерть.

— Звучит так… — пыхтела я. — Будто мне для дальнейшего обучения «маэстро» более не нужен.

— Нужен, — отвечал Ривьен. — Но только чтобы корректировать ваше развитие… И только для того, чтобы его ускорить.

— Значит… — не стала тянуть я. — Наши занятия можно урезать?

Животрепещущий для меня вопрос. Остановив поединок, я ждала от него ответа.

— Конечно. Думаю, одного в неделю будет достаточно. Но это, конечно, не отменяет того факта, что вам необходим сильный дуэлянт в оппоненты, способный заставить вас расти, развиваться как мастера… — мне показалось, что Монтелло перестал чудить, но он тут же «исправился», проворчав надменным голосом: — Однако мое предложение вас не заинтересовало…

— Я не могу решать подобные вопросы без участия брата, — выдала я давно заготовленную фразу.

— Вы ведь сами не верите, что он вернется? — усмехнулся «маэстро».

— Как вы можете такое говорить? — злость начала закипать во мне.

— Говорю то, что вижу. Очевидно, что молодой лорд попал в несовместимые с жизнью неприятности, если оставил сестру без средств к существованию…

Буря возмущения зародилась в моем сердце. Не сдержавшись, я всерьез атаковала имперца. И пусть в руке моей учебная рапира — больно можно сделать и ей. Так же больно, как сейчас, было сейчас мне. В порыве загорающегося приступа безумия я двигалась так быстро, как никогда прежде. Пытаясь контролировать себя ошметками притупившегося сознания, я полностью отдалась во власть «рисунка» и «танца». Оказавшись в невыгодном для себя положении, Монтелло пришлось всерьез напрячься.

Будь в его руках боевое оружие, «маэстро» порубил бы меня в салат, но гладкая рапира, оснащенная на острие защитным шариком, могла меня только задержать. Но только не в том случае, если я шла напролом, игнорируя боль и возможные травмы.

Ривьен даже осторожничал поначалу, но когда сообразил, что я не шучу, дал волю своему клинку. А толку? Получив несколько болезненных ударов, я, тем не менее, проломилась сквозь защиту, сознательно нарушая логику его «рисунка». А затем вырвала из рук оружие, ухватив за гладкий клинок. В глазах самоуверенного щеголя разгорался страх, а я добавила ему еще «дровишек», выбросив свою рапиру и впившись своими тонкими пальчиками в горло «мастера» мертвой хваткой.

Наверное, нет ничего хуже для мужчины, как, находясь в недружелюбных женских руках, ощущать беспомощность. А уж для «мастера клинка», привыкшего считать окружающих его людей подвластными его воле тряпичными куклами, это должно было стать ужасом.

— Признаю… Что был неправ, леди Линдсис… — прохрипел мужик, безуспешно пытаясь от меня отбиться.

Будь он менее самоуверен и прихвати с собой хотя бы кинжал, всё бы могло пойти по другому сценарию, но не сейчас. Мои пальцы на его шее дрогнули, заставив его глаза еще больше расшириться, но ярость начала меня отпускать. Медленно я отошла в сторону, а Монтелло зыркнул в сторону своей лежащей на каменном кресле шпаги.

— Теперь подумываете зарезать меня? — оскалившись, посмотрела на него я.

Я знала, как эта улыбка действует на людей. Артур шутил, что в такие моменты даже ему хочется забиться в угол. Частичка безумия, что продолжала во мне бушевать, придавала сил и превращала меня в аватар дикого зверя. Делала сильнее... И это стало для меня открытием. Монтелло снова дрогнул. Совсем чуть, но все-таки взял себя в руки, отвел взгляд от своего оружия, с ненавистью уставившись на меня. Похоже, сегодня я потеряла своего учителя. Или же нет?

— А вы… Особой породы, леди, — слова давались ему нелегко. — Хищник среди пушистых беззащитных кроликов.

— Такой же, как и вы?

— Похожий. Если я медоед, то вы росомаха… Молодая, неопытная, но уже опасная.

— Интересное сравнение… Однако что-то вас на куньих потянуло, — сказала я, успокаиваясь.

Кажется, наш диалог начинается сначала. И уже совсем на других условиях.

— Встречаются львы и тигры. Реже медведи и буйволы, — усмехнулся Ривьен, кажется, желая разрядить обстановку. — А иногда мангусты или даже крысы.

— Передвижной зоопарк, — не удержалась я.

— Манера, стиль боя и излюбленное оружие. Увидев, как сражается орудующий парными кинжалами мастер, вы сразу поймете, о чем я говорю.

— Демоны с ними. Что насчет ваших занятий? — резко сменила я тему.

— Откровенно говоря, мне не интересны столь редкие уроки. Для того чтобы открыть свою «школу», мне потребуется много денег… До сих пор я считал наш уговор приемлемым, и только. Если вы не можете себе позволить мои уроки, мне придется искать нового ученика.

— Я не могу предложить вам больше.

— Вы можете предложить нечто другое…

Подобравшись, я выстрелила в него взглядом, готовая сама преподать ему урок. Пока этот человек лишен серьезного оружия, мои сила и скорость могут компенсировать недостаток опыта. Однако Монтелло, слегка улыбнувшись, продолжил.

— Ваш пожилой друг… Верони. Это тот самый Верони? — загадочно начал имперец.

— Что значит тот самый? — не поняла я.

— Человек с широкими связями…

— Я не вникала в его дела, — пожала я плечами. — Но, кажется, он преподает науку молодым принцам…

— Значит, это он.

— Не понимаю, к чему вы ведете этот разговор, Ривтьен.

А мне показалось, всё прозрачно. Мне нужны ученики. Состоятельные и заинтересованные в моих услугах. Однако без связей мне сложно пробиться в высший свет. Максим засветится на балагане вроде «Шпаги и даги».

— Хотите попросить Леонарда свести вас с нужными людьми? — догадалась я.

— Нет, — покачал головой маэстро. — Не думаю, что это будет ему интересно. Нищий чужестранец с улицы просит об одолжении…

Судя по выражению его лица, «маэстро» покоробили свои собственные слова, но, видимо, именно они отражали действительность.

— Хотите, чтобы я попросила за вас?

— Это практически одно и тоже…

— Тогда я решительно не понимаю, к чему вы ведете.

— Попросите организовать для вас выход в свет. Нехорошо, когда юная леди взаперти сидит, света белого не видя.

— А вы, значит, соблаговолите меня выгулять? — не смогла сдержать я усмешку.

— А заодно попробую завести знакомства…

— Что мне взамен? — начала торговаться я.

— Я соглашусь на одно занятие в неделю, — предложил Монтелло.

— За один золотой, — повысила я ставки.

— А если поможете найти мне ученика, то и бесплатно, — еще больше задрал планку «маэстро».

Ух ты, какое предложение! А я ведь даже знаю, как такое можно устроить. План зародился в моей голове сам собой.

— Хорошо, я поговорю с Леонардом при следующем визите, — пообещала я. — И хватит уже так смотреть в сторону своей шпаги. Забирайте… А перед уходом оставьте Рафаэлю свой адрес. Я сообщу вам о результате.

Имперец посмотрел на меня волком — понял намек и то, что мы поменялись ролями. Теперь я ему была нужнее, чем он мне... Осталось дождаться Леонарда… Или нет? Не навестить ли мне его самой? Как же я по нему успела «соскучиться»!