Жрица. Предназначение любить

Свет дробился на тоненькие цветные лучики, проходя сквозь высокие витражные окна зала. Причудливо переплетаясь, лучики рисовали только им понятные узоры на паркете и окружающих предметах, живя своей жизнью и ни на что не обращая внимания. В эти узоры удивительно органично вплетались яркие светлые блики от золотых листьев росшего посреди зала Дерева. Казалось бы, оно совершенно неуместно здесь – во дворце, но Дерево жило и дышало, росло, пусть и очень медленно в последнее время… Несмотря на то, что на самом деле было удивительным артефактом.

На одной из его могучих ветвей лежал Рафаэлино и с тоской смотрел на два листочка. Еще несколько минут назад они были нежно-зеленые, как сияющие хризолиты, с искрой жизни внутри, но сейчас оба были безжизненно золотыми. Значит, еще двое из древнего рода покинули мир живых. Дух Хранитель тяжело вздохнул: на всем родовом Дереве остался только один зеленый листок - маленькая девочка, сегодня оставшаяся сиротой. Три месяца - так мало для человеческого ребенка...

Рафаэлино всей своей сущностью духа Хранителя рода мечтал оказаться сейчас рядом с ней, защитить, успокоить, помочь, но он не мог самостоятельно переместиться так далеко от дворца. Только если сам член рода вызовет его специальным ритуалом. Маленькая девочка проводить ритуалы не могла. Впрочем, уже лет 100 никто не знал нужных заклинаний и не помнил о хранителе.

Поэтому все, что оставалось Рафаэлино - часы напролет проводить возле родового дерева и беспомощно наблюдать как медленно угасает некогда могущественный род. Древний артефакт полностью отражал жизнь рода: когда кто-то рождался - на нем появлялся новый нежно-зеленый хризолитовый листочек с именем и датой рождения, когда кто-то умирал - листочек становился золотым и к дате рождения добавлялась дата смерти, а если члену рода грозила опасность, то он начинал мелко дрожать, словно на невидимом ветру, вот как сейчас.

Рафаэлино подобрался и пристально посмотрел на последний зеленый листок золотого дерева: он мелко жалобно дрожал - ребенку грозила смертельная опасность. Вместе с этой маленькой девочкой уйдет с земли и весь род, а он здесь и только наблюдает за концом… концом всего! Он по-прежнему будет часть рода небесного, но род уже не будет развиваться, не сможет прирастать новыми членами, не получит такой важный опыт земной жизни. Отчаяние затопило духа хранителя.

На этой ветке уже была похожая история лет 20 назад: оставался последний листочек, но мальчик сумел выжить. Тогда были живые листочки в других местах и Рафаэлино не переживал так сильно. Относительно, конечно, смерть любого члена рода всегда отзывалась в нем болью. А ведь когда-то они были почти бессмертными и жили тысячи лет… Сейчас не осталось никого из древних поколений. И почему люди стали так мало жить? Они даже не успевают раскрыть свой потенциал.

Рафаэлино на мгновение прикрыл глаза, решаясь, и бросился в сокровищницу артефактов. Да, он нарушает правила - никто кроме хозяев не имеет права пользоваться артефактами. Но! Если он сейчас так ничего и не сделает, то у него скоро не будет хозяев. Совсем. И никакой надежды на возрождение, смиряться с подобным он категорически не хотел.

Сокровищницы существовали в другом пространственном измерении. Попасть туда было непросто даже членам рода. Столько ловушек, защит и хитроумных замков нужно было пройти. Но для духа не было преград в родном дворце. Он легко просочился в светлое просторное помещение, которое больше напоминало драгоценную оранжерею. Для многих артефактов требовались особые условия хранения. Какие-то из них сияли под толщей воды бассейна причудливой формы. Какие-то висели на ветках деревьев и цветущих кустарников, словно елочные украшения на Новый Год. Иные же были просто воткнуты в землю.

Рафаэлино стремительно пробегал между кустов и деревьев, стараясь своим магическим чутьем уловить нужные эманации. Нюх привел его к изящному плетеному садовому столику с тремя стульями, словно приглашавшими отдохнуть среди этой утонченной роскоши. На столике стояла простая деревянная шкатулка, украшенная незатейливым резным орнаментом. Глядя на нее, никогда не подумаешь, что внутри скрывается один из могущественнейших артефактов империи.

На мгновение перед взором духа-хранителя промелькнули картины прошлого: его великая Госпожа, раскладывающая хитроумный пасьянс, напевая речитативом толи пожелание, толи заклинание… Усилием воли он отмахнулся от воспоминаний. Не время. Сейчас на счету была каждая секунда. Рафаэлино схватил шкатулку с Колодой Судьбы и бережно достал оттуда красочные сияющие карты. Дрожащий от переполнявших его эмоций, дух разложил сложный пасьянс на последнего ребенка рода. Картина перед ним лежала совсем безрадостная. На карте рядом с малышкой мрачно извивался черный дракон – Хозяин страхов людских. Совсем скоро он убьет ее, но этого нельзя было допустить. Рафаэлино перекладывал карты, ища выход и все больше впадал в безнадежную серую тоску. Смерть казалась неминуемой. Отчаянно ругаясь и умоляя все высшие силы о снисхождении, а мир о помощи, призывая свою любимую Госпожу, он все –таки смог положить карту малышки под защиту золотисто-солнечной собаки, символизирующей бесконечную преданную любовь. Видимо сама Госпожа невидимой рукой помогла вытащить нужную карту. Теперь все должно получится: Любовь сильнее Страха, она вообще сильнее всего на свете. Обессиленный от пережитых эмоций дух-хранитель так и заснул на столике, даже во сне оберегая последнего живого члена своего рода.