Гильдия "Камелот". Книга рун - Райдо

Солнце медленно и неуверенно начинало подниматься над верхушками деревьев. Безымянный продолжал свой путь. Схватка с медведем вышибла из его тела последние капли сил. Бок после удара лапой загорался болью при каждом вздохе. Руки казались деревянными, а в голове был туман. И все же ноги сами несли его вперёд.

Вскоре перед путником предстала пещера, напоминая собой разинутый рот древнего гиганта, увязшего некогда в этих болотах. Его зубы со временем обросли камнем, превратившись в скалы, а пышные усы овили растения с темно-зелёной листвой.

Осмотревшись вокруг, Безымянный убедился, что обойти цепь гор, широко раскинувшуюся перед ним, возможности нет и пещера — это единственный путь вперёд.

«Прямо в пасть неизвестности и новым опасностям, что же ждёт меня дальше?». — Мелькнула мысль в его голове. Старательно отгоняя от себя кошмарные образы того, что может таиться во мгле пещеры, Безымянный зажёг лампу и двинулся вперёд.

Тьма с радостью поглотила гостя. Дрожащий, словно от холода, огонёк внутри лампы освещал не широкую округлую пещеру, гладкий стены, которой во многих местах были покрыты чёрной мерзостью, блестевшей на свету.

«Должно быть, тут и обитал медведь. Здесь чёрная мерзость добралась до него».

Вязкая субстанция медленно стекала по стенам, которые постепенно сужались вокруг Безымянного. Холодный ветер, идущий из глубины пещеры, пробирал насквозь, при этом воздух в пещере оставался тяжёлым и спёртым. Запах, идущий от мерзости, выжигал ноздри. Впереди и позади хозяйничала тьма, не позволяющая свету лампы пробиться вперёд больше, чем на пару шагов, а звуки доносившиеся, казалось, изнутри стен, вспышками освещали в сознании силуэты изуродованных мерзостью людей и животных. Тех, кто может таиться впереди. Единственным звуком, дарящим покой, был мягкий шаг мохнатых лап.

— И здесь ты не покинул меня, — с лёгкой улыбкой шепнул отшельник.

Безмолвный соратник был рядом и порой подталкивал вперёд путника не сильным ударом морды по ноге, не позволяя тому сдаваться и требуя продолжить путь.

Пещера тем временем начала петлять. По началу совсем незаметно, от чего Безымянный убеждал, что это лишь игра его воображения, но затем в пещере начались высокие подъемы и крутые спуски. Время от времени света от лампы не хватало даже для того, чтобы осветить землю у себя под ногами.

Каждый раз Безымянный с содроганием сердца делал шаг вперёд, представляя, что в это раз его ботинок не коснётся земли, а сам он провалится в бездонную пропасть.

Пещера все больше давила и сужалась вокруг отшельника. С каждым новым метром чёрная мерзость была все ближе к человеку. Её зловоние становилось более ярким. От него кружилась голова, кололо в глазах, горло першило, словно незаметные глазу частички мерзости оседали внутри, а легкие болезненно сжимались. Отблески огня лампы вызывали ощущение, что мерзость сама тянется к Безымянному, желая его поглотить.

«Что со мной будет, если это случится? Буду ли я себя осознавать, или же превращусь в бездумную дикую марионетку, свирепого зверя, готового растерзать любого? Найдётся ли тот, кто оборвет мою жизнь в таком случае? И сколько вреда я успею нанести?».

Мысли и образы в голове становились всё более вязкими, тяжёлыми и мрачными. Плавно и незаметно они погружали в себя сознание Безымянного. И лишь когда отшельник ощутил не болезненный, но довольно чувствительный укус, он, вздрогнув, вернулся в реальность. Его ногу в районе икры прихватил волк, сердито смотря на своего спутника. Сквозь сжатую пасть прорывалось не громкое рычание.

— Ты чего? — Обеспокоенно спросит отшельник. Но зверь все также не отводил от него взгляд, продолжая немного тянуть на себя.

Безымянный осмотрелся, и в этот момент его свободная от хватки нога скользнула по влажной и пологой земле. Волк дёрнул за ногу сильнее, помогая удержать равновесие. Опустив вниз фонарь, безымянный увидел в шаге от себя яму, почти до краёв заполненную черной мерзостью.

— Я чуть не вступил в неё. Погряз в своих мыслях и чуть не пропал... — Отшельник перевёл взгляд на волка, чья хватка ослабла, а рык затих. — В который раз ты меня спасаешь? Спасибо, дружище.

Лишь когда Безымянный потрепал зверя по голове, волк полностью отпустил его ногу.

Аккуратно обойдя по краю яму с мерзостью, Безымянный продолжил путь.

Песня ветра становилась всё более свирепой и пронзающей, а это значило, что выход из пещеры уже совсем близко. Пройдя ещё несколько извилистых поворотом, путник, наконец, увидел солнечный свет, зовущий его вперёд.

«Наконец-то! Хм, если входом была пасть, интересно, откуда же я тогда вылезу?», — Усмехнулся Безымянный — «Впрочем, у меня последнее время всё через оттуда».

Окрылённый желанием поскорее выбраться отсюда, отшельник невольно ускорил шаг, благодаря чему набил пару шишек и оставил себе на память о пещере несколько ссадин.

Оказавшись под чистым небом, Безымянный обессиленно упал на колени. Первый глоток свежего воздуха обжог лёгкие и гортань, заставив отшельника зайтись тяжёлым, выматывающим кашлем. Лишь когда приступ прекратился и такая простая вещь, как дыхание, перестало приносить боль. Безымянный огляделся.

Он обнаружил себя на берегу водоёма. По тому, как смирно вела себя вода, можно было предположил, что это озеро. Но насколько оно большое, было скрыто от глаз бледной пеленой густого тумана. Сам берег представлял собой широкую линию земли, огороженной цепью серых гор, над которой нависли массивные ветви деревьев, покрытые густой листвой. Сквозь листья и туман пробивались лучи солнца, стоящего в зените.

«Сколько же я в этой пещере провел времени?»

Мирный плеск поблизости заставил Безымянного в полной мере ощутить, насколько его горло пересохло, и дал сил подняться на ноги. Даже туман не мог скрыть кристальную прозрачность озерной воды. Не раздумывая долго, отшельник набрал воду в руки, испил и умыл ей лицо.

Приятная прохлада медленно расходилась по телу, даря свежесть, но сил не прибавляла. Безымянный был вымотан последними событиями. Присев у одного из деревьев он прикрыл глаза.

«Отдохну, пару минут и продолжу. Пару минут... А куда я вообще спешу? Боги ведут меня, но до сих пор не объяснили зачем. Я должен спасти мир? Одолеть зло? Что ждёт впереди и почему именно я?».

Неясные и мимолетные образы возможного будущего накатывали волной. И в этом бушующем потоке мыслей Безымянный не мог разглядеть хоть каких-либо чётких очертаний своей жизни. За обрывками будущего последовали воспоминания. Жизнь, от которой Безымянный отказался, но, несмотря на перерождение, помнил о ней.

«А что, если я зря выбрал этот путь?» — Подумал он. И в этот момент мирную тишину прервал женский голос.

— Сынок. Сынок, где ты? — Этот голос он узнал бы из тысячи других.

— Иди на голос, сын. — Услышал Безымянный из тумана.

Голоса отца и матери звучали ровно так, как он запомнил. В день своего первого самостоятельного похода в лес. Он казался бесконечно огромным, мрачным и устрашающим. Но маленький мальчик, ещё не забывший в то время своё имя, решил испытать себя. Уйдя, как ему тогда, казалось, в самую чащу, мальчик заблудился и даже не надеялся вновь увидеть своих родителей, пока не услышал их зов. Сейчас Безымянный понимал, что ушёл тогда совсем недалеко от дома и все было не так страшно, как ему казалось. Возможно, и в этот раз родители решили вывести его из мрака, в котором он заблудился?

— Мама, папа? — тихо выдохнул отшельник.

Голоса звучали со стороны озера и Безымянный, не теряя времени поднялся на ноги и подошёл к берегу.

Сквозь туман он увидел небольшой островок, на котором стояли знакомые фигуры. Все было как в тот самый день.

— Вот так. Правильно, а теперь сам. — Голос отца послышался чуть правее и дальше от островка.

— Так? У меня получается?

Отшельник не верил своим ушам.

«Это ведь я!»

Новый небольшой островок появился в молочной пелене. На нём совсем маленький будущий отшельник и его отец разделывали рыбу.

Вода в озере утратила былое спокойствие. Сквозь брызги на её поверхности появился молочного белого цвета мост, своим видом больше напоминающий хребет огромного существа. Мост тянулся вперёд сквозь туман.

Осторожно ступив на него и убедившись, что мост выдержит, Безымянный двинулся вперёд. По пути справа от себя он видел все новые и новые островки своих воспоминаний. Счастливый моменты и грустные, мгновения слёз и улыбок. Потери и приобретения.

Первая девочка, которая зажгла в сердце Безымянного искру ещё незнакомого чувства и ту, с уходом которой это чувство, казалось, ушло насовсем. Враги, которые однажды могли спасти и друзья, часть из которых оказались хуже врагов.

К каждому воспоминанию от основного моста вырастали более тонкие мостики, словно рёбра, растущие из позвоночника мёртвого существа. Но ни одни из мостиков не дотягивался до островков. Между Безымянным и его воспоминанием всегда оставалась бездна.

Прозрачная освежающая вода так и манила сделать всего один шаг, нырнуть и в плавь добраться до таких ценных фрагментов уже прошлой жизни. Но что-то внутри останавливало отшельника от этого шага. А в отблесках воды глаза то и дело замечали еле заметные руки, тянущиеся со дна.

И всё же от каждого воспоминания в груди Безымянного сжималось сердце, заставляя проживать те события снова и снова. Возвращаясь к основному мосту, от очередного воспоминания и переходя к новому, отшельник не сразу заметил, как странно теперь идёт время. По ощущениям, он мог провести у островка лишь пару минут, но за это время тёмную ночь сменял ясный день. Восход и закат менялись местами, словно по волшебству. А хребет огромного существа все вёл дальше в туман.

По левую строну моста также начали проявляться островки. Но то, что на них происходило, точно не было воспоминанием.

На одном из них Безымянный увидел себя, гордо стоящего на целой горе мертвых созданий, оскверненных черной мерзостью. В руках к него было ружьё, а ещё несколько недобитых чудовищ тянулись к нему. На другом острове вновь был сам отшельник, но на этот раз дикие звери разрывали его плоть, вгрызаясь во внутренние органы. Звук выстрела заставил Безымянного вздрогнуть и перевести взгляд на ещё один островок. Где его тело, оставшись без половины головы, рухнуло на землю, а рядом с ним лежало ружье, из дула которого в небо уходил дым, постепенно сливаясь с туманом.

— Если здесь моё прошлое, -Безымянный бросил взгляд в правую сторону и вернул его обратно к новым островкам, — то это, должно быть, будущее? Но какое из них меня ждёт?

Смерть в кругу людей, которые явно по нему скорбят и одинокая жизнь за стаканом водки. Чествования, как героя и полное забвение. Счастливый конец и печальный финал. Безымянный видел тысячи вариантов, а туман скрывал их ещё больше. И как в случае с прошлым, узкие мостики-рёбра не позволяли добраться до них без ныряния в прозрачный омут.

«Зачем я здесь? Что я должен сделать?!»

Извилистый позвоночник тянулся дальше, открывая взор на всё большее количество воспоминаний и вариантов будущего. Но в какой-то момент Безымянный увидел на своём пути человека, сидящего на коленях. Незнакомец неподвижно сидел на краю моста, который под конец перерос в широкую плоскую площадку. Она была верхушкой черепа огромного создания, напоминающего собой змея.

Сидящий был одет в рваные обноски, а рядом с ним стояла масленая лампа.

Попытки окликнуть его не принесли результата. Незнакомец даже не пошевелился.

Осторожно приближаясь к концу моста, Безымянный ещё несколько раз попробовал окликнуть незнакомца, но результат был все тот же. Похоже, он был слишком занят тем, что вглядывался в туман.

Отшельник, подойдя поближе, постарался заглянуть через плечо сидящему. Прямо перед его ногами, на черепе гигантской змеи, ножом, лежащим рядом, была выскоблена ещё одна руна, напоминающая собой латинскую букву R — Райдо.

— Эй. — Безымянный положил руку на плечо незнакомца и тот наконец отреагировал. Слегка дернувшись, голова незнакомца, с громким хрустом, откинулась назад, да так, что чуть не коснулась лопаток.

В иссохшем лице, Безымянный узнал знакомые черты. В пустых глазах, окутанных мёртвой дымкой, он видел собственное отражение. На бледной, истончившейся коже рук всё также были следы от прошлых рун.

Осознав, что Безымянный смотрит на собственный труп, он сделал шаг назад. Его нога скользнула, и потеряв опору, отшельник рухнул в воду.

В одно мгновение смирное озеро превратилось в бушующий океан. Вода грозно завывала и накрывала человека хлесткими волнами. Подводные потоки утягивали за собой, не давая всплыть. Лёгкие стремительно наполнялись водой. Грудная клетка судорожно сжималась. Зрение окутывала тьма, но с каждым ударом сердца сквозь чёрный полог смерти прорывался горящий символ. Райдо.

«Путь. Цель. Я должен биться до конца!».

Собравшись для последнего рывка, Безымянный прорвался через толщу воды. Оглядевшись вокруг, он заметил прорывающийся сквозь туман берег, на котором, все также сидя под деревом, мирно спала его собственная фигура.

«Туда» — было единственной мыслью отшельника.

Окрылённый вновь обретенной целью, Безымянный изо всех сил поплыл напрямик. Но каждый раз, когда он бездумно пытался двигаться вперёд, не обращая внимание ни на что вокруг. Бурный водный поток остужал его пыл, погружая в себя с головой, изматывая сильнее.

Когда стихия в очередной раз улеглась, дав Безымянному передышку, он окинул местность внимательным взглядом.

«Так дело не пойдёт, нужно успокоиться и подумать».

Прислушавшись к себе и окружению, отшельник ощутил, как его ногу еле заметно касается тёплое движение воды. Сместившись в сторону, Безымянный ощутил, как движение воды усиливается, и очень скоро его легко подхватил тёплый подводный поток. Который, пусть и слегка петляя, но нёс ближе к острову. Лишь когда стало понятно, что поток резко уходит в другую сторону, Безымянный покинул его и вновь начал выискивать возможности оказаться ближе к цели.

Избегая или прорываясь сквозь потоки, уносящие вдаль, пережидая или обходя стороной опасные водовороты и ловя подходящее течение, отшельник был все ближе и ближе к острову. Он ощутил лёгкость внутри и сосредоточение разума. Его движение вперёд стало уверенным, осознанным, несмотря на преграды, что всё также вставали на его пути. Но силы отшельника были не бесконечны.

До берега оставалось совсем немного, но тело просто отказывалось двигаться вперёд. Волны становились сильнее и вновь были готовы поглотить Безымянного.

«Неужели это всё же конец?» — Сознания с новой силой атаковали образы печального будущего, но отшельник быстро отбросил их в сторону.

«Хватит гадать, что будет. Нужно делать так, чтобы было, как нужно» — приказал он сам себе, но идей пока не было.

Отшельник был так близко и в тоже время так далеко от спасения. Он прекрасно видел себя и волка, лежащего рядом с ним.

«Точно!».

Набрав в лёгкие побольше воздуха, безымянный, что есть сил громко окликнул зверя. Уши волка навострились и дернулись в сторону воды. Повторный оклик заставил животное поднять голову и посмотреть в сторону крика.

— Помоги мне! — Срывая горло закричал Безымянный, надеясь, что зверь его поймёт.

Волк слегка склонил голову, словно задумавшись, а затем, как и в прошлый раз, довольно ощутимо тяпнул за руку спящего рядом с собой отшельника.

Безымянный, вскрикнув открыл глаза. Он обнаружил себя сидящим на коленях, у берега озера. На земле ножом была вырезана очередная руна, точно такая, что теперь горела на рук, в месте, куда в видении укусил волк.
Райдо.

— Путь. Вся наша жизнь, — это путь. Нет смысла постоянно погружаться в прошлое, дороги туда нет, но и гадать о будущем бессмысленно, если не делать к нему шаги. Каким оно будет, мы узнаем лишь когда будем к нему идти. Верно? — Безымянный мягко обратился к волку, лежащему рядом.

Потрепав зверя по голове, отшельник улыбнулся.

— Я думаю мы достаточно отдохнули, идём. Впереди нас ждёт путь.

Райдо — руна жизненного пути, описывающая жизнь человека. Говорит, что понимание смысла человеческих деяний достигается в движении, в динамике. То есть во времени.