Глубокие воды

Эта работа родилась 13 октября,

в день, когда моя жизнь изменилась.

Спасибо, В.

Теперь я знаю, что никогда не сдамся.

Она снова приехала за десять минут до встречи – вошла в ресторан и неловко затопталась на месте, ожидая, пока вежливый мужчина в гардеробе заберет плащ, блестящий парой капель на плечах – погода совсем испортилась, и Ирма бежала от машины, чтобы не промокнуть.

Хостес в черном костюме с иголочки поспешила навстречу, приветствуя ее, пригласила проследовать к забронированному столику, разложила три папки с меню и пожелала приятного вечера, оставив Ирму в гордом одиночестве дожидаться остальных.

Она подвигала меню туда-сюда и от скуки принялась рассматривать убранство ресторана, где им предстояло отмечать годовщину знакомства – уже в тринадцатый раз.

Первые несколько лет они праздновали сначала в студенческом общежитии при университете, где жили вместе, а потом в квартире Ирмы, первой обзавёдшейся собственным жильем. Последние четыре года они ходили именно сюда – уж больно хорошее здесь было меню, отвечающее даже самым капризным вкусам.

Интерьер ни капли не изменился – все те же стены из грубого коричневого кирпича, чуть крошащегося от старости, блестящий паркет на полу, мебель, выкрашенная в глубокий зеленый цвет и лампы в итальянском стиле, низко висящие над столами. Те же серебристые, начищенные до блеска ложки – Ирма посмотрела на свое перевернутое отражение и скорчила невеселую рожу.

Возможно, она переоценила себя, когда решила назначить такое раннее время для встречи и ехать сюда сразу после работы, даже не заскочив домой. Энергия была на нуле, настроение тоже.

Вздохнув, Ирма достала крошечное зеркальце из сумки и принялась поправлять макияж, пользуясь тем, что в зале было пусто, и никто не собирался косо на нее смотреть. Кончиком пальца стерла крошку туши из-под глаза, прошлась карандашом по контуру губ, добавила немного привычного блеска – и лицо стало чуть повеселее. Во всяком случае, ей показалось, что в глазах мелькнул огонек – маленький и рыжий по ореховой радужке. А может быть, это просто лампа покачнулась от сквозняка.

– Хатико, ты еще ждешь? – раздалось из-за спины. Пахнуло пудровой сладостью парфюма – и в следующий момент Криста грохнула сумочку прямо на стол.

Ирма фыркнула. Чувство юмора ее подружки всегда хромало на обе ноги.

– Жду, жду, – проворчав, она сунула зеркало в сумку, и поднялась на ноги, чтобы обняться. – Ты даже не опоздала сегодня. Подозрительно.

– Я выехала заранее, – гордо сообщила Криста, прижимая маленькие прохладные ладони к ее лопаткам, затем плюхнулась на стул и деловито заглянула в меню, надувая губы – она всегда так делала, когда задумывалась. Длинные ногти забарабанили по столу.

С ее появлением над столом будто закрутился небольшой ароматный смерч. Ирма добродушно усмехнулась – в создании атмосферы Кристе не было равных.

– Мы не подождем Натали? – спросила она, глядя, как Криста шустро листает страницы, очевидно, приближаясь к винной карте.

– Я закажу ей тоже, и как раз, когда она приедет, бокальчик уже будет ждать на столе. Все равно она каждый раз берет одно и то же!

– Тогда и я закажу, – решила Ирма и подозвала официантку. – Добрый вечер! Будьте добры, мне чашку капучино с шоколадной крошкой.

– И два бокала просекко! – добавила Криста, мечтательно улыбнувшись. – У нас будет совместный счет.

Официантка записала заказ в свою книжечку и удалилась, пообещав тут же все принести. Крошечные каблуки на туфлях бодро цокали по паркету, прорываясь сквозь музыку.

– Ты по-прежнему не пьешь? – спросила Криста, проводив ее взглядом.

Ирма покачала головой.

– Мне пришелся по душе здоровый образ жизни. Знаешь, тренировки, сон по восемь часов, здоровое питание… чувствую себя хорошо, делая все это.

– Представить не могу жизнь без бокала вина перед сном! – содрогнулась Криста. – А вот и Натали!

Ирма повернулась – действительно, Натали уже спешила к ним, поправляя на ходу копну кучерявых рыжих волос, едва не роняя из рук сумочку.

– Привет! – воскликнула она, совершенно счастливая. – Идите скорее обниматься, я не видела вас кучу времени!

– Мы гуляли неделю назад! – ворчливо заявила Криста, но тут же встала, чтобы потрепать завитушки, задорно торчащие во все стороны. – Отлично выглядишь!

Ирма присоединилась к объятиям, позволяя Кристе и Натали уткнуться лбами ей в плечи – с их ростом иначе просто не получалось. Втроем они принялись покачиваться, хихикая, как школьницы, и пощипывая друг друга за бока.

– Какой у тебя теперь размер? – поинтересовалась Криста, садясь на свое место и накрывая колени льняной салфеткой.

– Третий, – гордо ответила Натали. – Я могла бы прокормить ораву малышей!

– Ты моя героиня! – восторженно воскликнула Ирма. – Как там Микки?

Ее глаза тут же загорелись – как у любой матери, по уши влюбленной в свое дитя.

– Он прекрасно! Ждем, когда начнут резаться первые зубки. Уже скоро закончатся мои спокойные дни. Джон остался с ним сегодня, обещал не названивать! Посмотрим, на сколько его хватит.

Она коварно хихикнула и потянулась к меню.

– Вы уже заказали?

– Только напитки, – пояснила Ирма, убирая локти со стола – принесли бокалы и ее чашку на блюдце. Пахнуло божественным кофе – иной здесь попросту не варили.

– Я думаю о креветках… – протянула Криста. – А вы что будете?

– Я хочу ризотто и теплый картофельный салат, – ответила Ирма, сверившись с меню.

– А я не знаю… – Натали задумчиво перелистывала глянцевые странички. – Может, как обычно?

– Вы всегда берете одно и то же, а потом воруете у меня! – возмутилась Криста. – Уж постарайтесь и возьмите что-то новое!

– Да не было такого! – возразила ей Натали. – В прошлый раз я брала рыбу!

– И все равно подворовывала у меня овощи!

Они принялись самозабвенно спорить – как всегда.

Ирма, пользуясь тем, что внимание можно временно ослабить, лениво моргала, рассматривая их, ожидая, пока кофе наконец вернет ее к жизни.

Криста снова сменила цвет волос и теперь аккуратно встряхивала тщательно уложенной гривой пепельного, без капли желтизны цвета, удивительно хорошо смотрящейся с яркими голубыми глазами. Страшно было представить, сколько ресурсов она тратила на поддержание такого оттенка. Сегодня она выбрала для выхода в свет бежевый костюм и белую блузку, и зная ее, можно было назвать этот наряд простым и невзрачным.

Натали, напротив, жутко гордилась своим натуральным цветом; подумать только, ни единого седого волоса в двадцать восемь лет! Она нарядилась, пользуясь случаем: зеленое платье с высоким воротом прекрасно подходило к задорной зелени глаз, и уже восстановившаяся после недавних родов фигура выглядела просто восхитительно.

Ирма с тоской покосилась на свою дежурную белую рубашку, измятую на рукавах, заправленную в коротковатые деловые брюки – она привыкла прикидываться, что это особенности кроя, а не проблема выбора одежды для высоких. Туфли скрывала скатерть, покоящаяся на столе – Ирма уже чувствовала, как чуть выше пятки наливается свежая мозоль, вспыхивающая болью с каждым движением. Безымянный палец был испачкан чернилами ручки, и она не представляла, как умудрилась это проморгать и не отмыла, когда была в туалете.

Да, назначать встречу так рано было ошибкой. Ей вдруг отчаянно захотелось все переиграть: попасть домой, и там переодеться, уложить волосы, освободив их из оков пучка, и нанести свежий макияж. Однако, это было невозможно: вечер уже начался.

– Что-то ты задумалась, – Криста выдернула ее из горестных мыслей. – Все нормально?

– Конечно, – тут же ответила Ирма и приподняла свою чашку. – Давайте выпьем за наше знакомство!

– Тринадцать лет прошло! – воскликнула Натали. – Кажется, только вчера мы сидели в нашей комнатушке, пили дешевое вино и мечтали о будущем.

– И вот теперь мы здесь, – подхватила Криста. – Три роскошные женщины. За нас!

Они коротко чокнулись, отпили и вернулись к обсуждению меню.

– Давай просто возьмем мясо на двоих, – предложила Натали. – Если ты не сможешь, я доем. В конце концов, я же теперь кормящая мать!

– Которая выпила и пару дней никого кормить не будет, – напомнила Криста и бросила подошедшей уже во второй раз официантке. – Дайте нам еще минутку, пожалуйста.

Ирма хмыкнула. Кое-что в их компании не менялось.

Они все стали успешными дамами – каждая по-своему – и все равно не могли выбрать, что бы такого вкусного заказать. Прямо как в юности, когда их кошельки были слишком тощими, чтобы купить несколько блюд, и приходилось изворачиваться и выбирать одно.

Вечер потек в привычном русле: они наконец определились с ужином, дождались, пока принесут первые тарелки и принялись за обсуждение новостей и сплетен, не забывая смачивать их щедрыми глотками.

– Я совсем отстала от жизни, – пожаловалась Натали, засунула в рот кусок говядины и удовлетворенно вздохнула. – Не подумайте, я счастлива быть мамой, просто… Я так редко куда-то выбираюсь и почти ни о чем не знаю. Просветите меня!

Криста отложила вилку и улыбнулась так сладко, что не осталось никаких сомнений: она подготовилась к этой встрече на все сто.

– Помните Тару Смит? Ту, что училась с нами и ходила в театральный кружок, – она дождалась кивков и продолжила. – Она бросила своего мужа вместе с детьми и ушла к мужчине, который старше ее на пятнадцать лет! Более того, это ее дантист!

– Откуда ты знаешь? – изумилась Натали, возбужденно подавшись вперед. Говядина была забыта.

– Неужели она правда бросила Джексона? – поразилась Ирма. – Они же встречались еще со школы!

Криста ухмыльнулась.

– Она сама мне рассказала! Мы ходим в один спортзал.

– Черт, он мне нравился! – расстроенно протянула Ирма, возя вилкой по тарелке. – У него были такие милые щечки…

– Ну, теперь он свободен, – заметила Натали. – Это твой шанс!

– Зачем он мне нужен с детьми, – хохотнула Ирма. – Он, наверное, сильно изменился… Надо посмотреть его фото.

– Не на что там смотреть, – безжалостно заявила Криста. – Он обрюзгший, как старая булка.

Они рассмеялись; Криста глубоко вдохнула, успокаиваясь, очевидно, желая продолжить сводку новостей, но не успела.

– О боже! –воскликнула шепотом Натали, стрельнув глазами. – Там такой симпатичный мужчина, кажется, он идет прямо к нам! Ведите себя естественно!

Она принялась перемешивать салат с таким серьезным видом, что Ирма не выдержала и снова рассмеялась.

– Тихо! – зашипела на нее Криста, в один глоток допивая бокал. Как раз вовремя – мужчина наконец добрался до их столика и остановился.

– Вам чем-то помочь? – спросила Криста, глядя на него снизу вверх.

– Простите за беспокойство, – он обворожительно улыбнулся, демонстрируя зубы. – Но вы очень сильно понравились моему другу. Он любуется вами уже полчаса и не решается подойти.

Его взгляд остановился на Ирме, и она тут же замерла, почувствовав себя певичкой-дилетанткой под мощным лучом прожектора. Сама по себе ее голова закрутилась по сторонам – она даже не заметила, что зал заполнился гостями.

– О, в самом деле? – практически пропела Криста, оглядываясь. – Это которому?

Опомнившись, Ирма ловко сунула руки под стол и завозилась, снимая кольцо со среднего пальца и надевая на безымянный, воровато оглядываясь и натыкаясь на внимательный взгляд Натали. Она вскинула брови, но ничего не сказала.

– Того, что в синем пиджаке, – пояснил мужчина. – Он немного волнуется, так что я решил помочь ему и попросить у вас номер телефона.

Они втроем тут же повернулись – действительно, незадачливый жених скромно улыбался, глядя прямо на них. Даже через зал Ирма могла увидеть его румянец и блеск запонки на рукаве.

– Что скажете, годится?

– Как это мило! – пискнула Натали.

– Мне жаль, – Ирма наконец вернула руки на стол и продолжила. – Но я не знакомлюсь. Я замужем.

– Очень грустно, – мужчина заметно сник. – В таком случае, не стану больше вас доставать. Хорошего вечера!

– И вам! – попрощалась Криста медовым голосом, проводила его взглядом, а после набросилась на Ирму. – Какого черта ты его отшила?! Даже не познакомилась! Ты вообще видела, как они одеты?!

– Почему ты отказалась? – вторила ей Натали, едва не расплескав содержимое своего бокала. – У тебя же никого нет!

Ирма пожала плечами, возвращая кольцо на место. Как она собиралась объяснить свой порыв? Она не имела ни малейшего понятия.

– Он просто не в моем вкусе…

– Ты даже шанса ему не дала! – Криста негодующе цокнула языком. – Может, он бы тебе понравился.

– Я не хочу отношений, – принялась мямлить Ирма, держась за вилку, как за оружие. – Мне сейчас не до них. И так времени нет.

Натали с сожалением покачала головой.

– Ты как будто надеешься, что однажды любовь свалится тебе на голову, или придет прямо домой.

– Может, и надеюсь, – огрызнулась Ирма; впрочем, ее слабое раздражение тут же схлынуло, и она продолжила. – Я сейчас занята тем, что мне интересно больше, чем любовь.

– Да-да, – отмахнулась Криста нетерпеливо. – Знаем мы! Деньги, деньги, деньги. Слава богу, мне не приходится об этом заботиться – Тони все делает за меня.

Ирма только улыбнулась, помешивая кофе.

Она не собиралась открыто признаваться в том, что непринужденная роскошь, которую демонстрировали незнакомцы, напугала ее. На мгновение Ирма подумала, что… не потянет такого ухажера. Что она могла ему дать? Обеды из службы доставки, постоянное отсутствие дома, нежелание заводить детей и марафон видеоигр по выходным?

И поскольку ей самой ничего от мужчин было не нужно, вариант с кольцом оказался самым простым.

Посиделки закончились далеко за полночь, и запросто продлились бы еще, но ресторан закрывался – к счастью для измотанной Ирмы.

Подвыпившую Натали забрал Джон – неустанно шутя, он довел ее до парковки, обняв за талию, держа во второй руке люльку с преспокойно спящим Микки, и заботливо усадил, не забыв сунуть в руки пакетик. Невысокий и полноватый, он нравился Ирме своим непрошибаемым оптимизмом и ласковой любовью по отношению к жене – она купалась в его внимании уже восьмой год и была совершенно счастлива, даже несмотря на то, что они оба не хватали звезд с неба и жили довольно скромно.

Кристу пришлось везти – Тони был страшно занят, и не мог приехать, а садить ее в такси Ирма не рискнула. Всю дорогу она смотрела одним глазом на дорогу, а вторым – на болтающуюся по сиденью Кристу, которая угрожала, что ее стошнит, дергала за ремень безопасности в попытке расстегнуть и требовала переключить песни, играющие по радио.

– Зачем же ты так набралась, – проворчала Ирма, взвалив ее руку себе на плечо, чтобы проводить до квартиры.

Ответом послужило неразборчивое бормотание и хихиканье. Затем послышался грохот упавшей сумки. Ирма выругалась, наклонилась и подобрала ее, засовывая внутрь вывалившееся содержимое, а после повесила себе на плечо. Пережив поездку в лифте и короткий путь до двери, она поковырялась в замке найденными в сумке ключами и проводила Кристу в спальню, едва не споткнувшись обо спящую в коридоре прямо на полу кошку – она даже не шелохнулась. Оказавшись в постели, Криста тут же свернулась калачиком и отрубилась, даже не попрощавшись.

Стервец Тони был занят слишком часто. На самом деле это начинало здорово раздражать.

В третьем часу ночи Ирма наконец припарковалась, втиснув машину между двумя огромными внедорожниками, заглушила мотор и немного посидела в тишине, вздыхая и потирая виски – второй кофе оказался лишним, и в голове теперь стучали крошечные молоточки.

До работы оставалось шесть часов. По-хорошему, следовало бы поторопиться домой, принять душ и провалиться в подушку до самого будильника, но отчего-то Ирма медлила: покопалась в бардачке, собирая там мятые салфетки, чтобы выбросить, затем нашла пустую упаковку от жвачки и сунула в сумку к остальному мусору, и только потом выползла наружу, стараясь не задеть дверцей бок соседней машины. Нога немедленно хлюпнула лужей – чертыхнувшись и ежась, Ирма припустила к подъезду, внимательно смотря на тротуар, чтобы не поскользнуться на мокром камне – или на ползущем дождевом черве. Натертая нога немилосердно болела.

Перескочив через ступеньки, она взялась за дверную ручку, нашаривая в кармане ключи, и тут осознала, что дома не было еды – ни готовой, ни сырой.

Вот черт. Она весь день помнила об этом, но забыла, как только оказалась в ресторане. Могла бы заказать пару блюд с собой. Но было кое-что еще, самое главное, беспокоящее больше остального – без пары конфет на человеческий сон можно было не рассчитывать, а все вазочки для сладкого опустели, когда она утром, занервничав, доела последние пять леденцов.

Выругавшись, Ирма развернулась и похромала в сторону круглосуточного супермаркета, призывно сияющего неоновой вывеской, смаргивая водяную пыль с ресниц. По прогнозу сегодня обещали погоду без осадков; однако, дождь ничего об этом не знал, и потому продолжал идти, блестя крупными каплями, как самоцветами. В ночной тишине они с громким перестуком разбивались о землю, наполняя лужи, и скользили по плечам плаща – к счастью, искусственная кожа воду не пропускала.

Дойдя до фонаря, Ирма встала в круг света и наклонилась, приспустив с пятки туфлю, внимательно рассматривая ногу – мозоль уже обзавелась огромным пузырем, наполненным жидкостью, и угрожала вот-вот лопнуть. Просто превосходно. Третья новая пара туфель оказалась таким же дерьмом, как и ее предшественницы.

Ей больше не хотелось торопиться домой – вздохнув, Ирма выпрямилась и задрала голову, наблюдая за дождем. Это мерзкое, холодное лето… Она была почти рада, что оставался всего месяц до осени – по крайней мере, там для непогоды будет хоть какое-то оправдание.

Что-то вдруг блеснуло в бархате неба – как тончайшая поталь, золотая пыль или искры с бенгальского огня – будто кто-то с балкона сбросил горсть мелкого шиммера. Прежде чем Ирма успела рассмотреть, что это, оно упало прямо на нее, без единого звука рассыпавшись по плечам, по голове и уколов кожу лица.

Она встрепенулась, коснулась щек кончиками замерзших пальцев, но ничего не нашла, и облизала мокрые губы – чувствуя, как призрачная сладость осела на языке. Боль в ноге, усталость, недовольство, неминуемый недосып – на мгновение это все стало незначительным – завороженная, Ирма постояла еще пару минут, ни о чем не думая, осоловело моргая, высматривая в небе что-то еще.

Где-то коротко взвизгнула тормозами машина; выбирая из транса, Ирма вздрогнула, приходя в себя, и двинулась дальше, пытаясь подсчитать, сколько часов она сможет проспать, если заснет сразу же, как ляжет. По всем расчетам выходило плачевно мало, и это значило, что завтрашний день будет полностью посвящен страданиям.

Она любила своих подруг. Честное слово, она любила их от всего сердца, беззаветно и горячо – просто сегодня их шаловливое веселье не состыковалось с ее усталостью, и большую часть вечера она чувствовала скорее раздражение, чем радость от встречи.

Такое иногда происходило.

Войдя в супермаркет, Ирма отряхнулась, как мокрая собака, оставляя за собой на полу капли, и уверенно двинулась вперед, разглядывая яркие упаковки с чипсами и сухариками – они ее не волновали.

Свернув направо, она ойкнула и отскочила назад, бросив:

– Стиви! Какого черта ты тут делаешь?

– А ты? – парировал Стивен, ухмыльнувшись и подъезжая ближе, глядя на нее снизу вверх. На его коленях покоилась бутылка газировки и несколько упаковок пиццы; неподвижные ноги в полосатых носках покоились на подставке.

– У меня дома кончилась еда, – ответила Ирма, наконец успокоившись, и неторопливо двинулась вперед. – Ты чего не спишь?

Стивен задумчиво хмыкнул, не отставая. Одно из колес его коляски тихо поскрипывало.

– Не знаю. Почему-то захотелось выйти. Ты с работы, что ли?

– Только приехала после встречи с подругами.

– Ясно. Подай мне это печенье, пожалуйста.

Проследив за тонкой рукой, указывающей на полку, Ирма сняла красочную упаковку, с любопытством глядя на состав. Затем подумала и взяла вторую для себя.

– Осторожно, там полно жиров, – поддразнил Стивен.

– Не переживай, – бросила Ирма, не впечатлившись. – Я все сожгу на беговой дорожке.

Вдвоем они добрались до стенда с шоколадками; остановившись, Ирма набрала несколько разных вкусов и выложила на ленту перед сонным кассиром, роясь в сумке в поисках карточки. Затем подождала Стивена и придержала для него двери. Казалось, он даже не заметил, прижимая к животу пакет с покупками; фруктовые батончики торчали из каждого кармана. Тихо мыча, он медленно двинулся по дорожке, жужжа механизмом коляски.

Ирма больше ничего не говорила; слишком утомленная, она вызвала лифт и прислонилась к зеркальной стене, рассматривая Стивена: промокшие грязно-русые волосы прилипли ко лбу и ушам, и куртка на плечах была покрыта темными пятнами.

Вместе выйдя на нужном этаже, они махнули друг другу и разошлись; отпирая свою дверь, Ирма слышала, как Стивен гремит своими ключами и заезжает внутрь.

Наконец закрывшись, Ирма, не включая свет, двинулась в кухню, закинула пакет с покупками в пустой холодильник и направилась в душ, на ходу стаскивая одежду, спотыкаясь о брошенные брюки. Помывшись со спринтерской скоростью, она забралась в постель, подоткнула одеяло со всех сторон и развернула обертку мятной шоколадки, облизываясь – отказавшись от большинства вредных привычек, она так и не смогла побороть тягу к сладкому. Впрочем, такую маленькую вольность Ирма искоренять не собиралась – в ее жизни было не так уж много наслаждений.

Всю ночь ей снилась золотая пыль, падающая с неба – Ирма ловила ее в обе ладони и с хрустом собирала в комки, как снежки глубокой зимой.

Утром будильнику пришлось надрываться несколько минут, прежде чем Ирма наконец соизволила отключить его и сесть в постели с протестующим возгласом – достаточно было сбить режим один-единственный раз, и организм принялся орать об усталости и недополученных часах законного сна.

Спустя полтора часа она ввалилась в офис, держа на повлажневшей картонной подставке два стакана кофе – обычный капучино для себя и с тонной сиропов для начальницы.

Джессика уже сидела в ее кабинете, покачивая ногой, обутой в лодочку на километровом каблуке – свежая и с роскошной укладкой, как будто телепортировалась сюда прямо из квартиры, а не ехала по сырым улицам.

– Да уж, – протянула она, оглядывая запыхавшуюся Ирму, которая грохнула стаканы на стол, чудом не уронив, и метнулась к шкафу, чтобы повесить плащ. – Когда я разрешала тебе опаздывать с условием, что ты станешь приносить мне кофе, я предполагала, что это будут десять минут – но не сорок.

– О, это какой-то кошмар! – взвыла Ирма, зашвыривая на полку кроссовки и доставая из пакета пару лоферов на плоской подошве. – Весь город сошел с ума! Я встретила несколько аварий, и едва не врезалась сама! Надеюсь, хотя бы кофе не остыл.

Джессика невозмутимо подняла свой стакан, сделала пару глотков и удовлетворенно замычала.

– Все в порядке. Чему ты удивляешься? Это Лондон!

Качая головой, Ирма рухнула в кресло, и последовала ее примеру, свободной рукой запуская компьютер.

– Черт бы побрал этот город. Что я пропустила?

– Ничего особенного. Торты пекутся, десерты продаются. Четверг, – Джессика развела руками, звякнув браслетами. – Все обычно активизируются в пятницу, перед выходными. Потащат свои договора, предложения, претензии и заявления на отпуск…

– Кстати, – оживилась Ирма, кинув косой взгляд на календарь. – Я ведь так и не сходила в отпуск в этом году.

– Мы можем отправить тебя зимой! – предложила Джессика. – Слетаешь на острова, поешь там фруктов… Разве не прекрасно?

– А что, летом нельзя? Оно еще не кончилось… – с тоской спросила Ирма, цепляясь обеими руками за ускользающую надежду. – Я надеялась побывать там, где солнце светит чаще, чем раз в году.

Подтверждая ее слова, прогремел гром; в окнах затряслись стекла.

Джессика даже не дрогнула. Было в ней что-то такое непоколебимое, как в гранитном монументе.

– Сейчас ты нужна мне здесь, так что, пока никакого отпуска, – она решительно встала, не забыв прихватить стакан. – А теперь мне пора решать вопросы. Тебе, кстати, тоже!

Ирма рассеянно угукнула, откинулась на спинку и подкатилась к окну, выглядывая на суетящийся внизу мутный город. Покрутила туда-сюда горшок с умирающей драценой и оторвала засохший лист, затем вернулась к столу и принялась бездумно чертить каракули на клейком стикере.

Оставалось совсем немного до выходных.

Она любила свою работу. Маленький уютный кабинет, цветы в кадках, стоящие в холле, начальницу и подчиненных, продукцию и все остальное, но в последнее время что-то шло не так. Как будто где-то внутри одна из шестеренок потеряла несколько зубьев и больше не могла крутиться, как раньше.

Она начинала задыхаться в этом отстроенном, идеально смазанном мире. Ни единого сквозняка, никакого шевеления воздуха – все было выверено с точностью до микрона, и не собиралось меняться.

После вчерашнего, когда она, загнанная, встретилась с пышущими здоровьем и удовольствием Натали и Кристой, по голове невольно поползли мрачные мысли: так ли было хорошо ее положение?

Ирма привыкла вкалывать на работе до седьмого пота, приходить в домой глубоким вечером и заботиться лишь о себе. Но утром, допивая свой зеленый чай, она невольно поймала себя на разглядывании заварочного чайника: в нем осталось еще на одну чашку.

Черт.

Ирма встряхнулась, закатала рукав и щелкнула по запястью резинкой для волос, приводя себя в чувство. Еще не хватало расклеиться прямо на рабочем месте на глазах у подчиненных, снующих мимо кабинета.

Вооружившись папкой, она принялась читать предложения по новым десертам – новенький кондитер придумал крошечные пирожные и старательно продвигал их в ассортимент. Это помогло задавить горестные размышления – и себя заодно.

Но видел бог, с каждым днем это становилось все труднее.

Вечером, протащившись по всем пробкам до дома, Ирма наконец заперла двери и с облегчением выдохнула – всю дорогу пришлось держать концентрацию на максимуме. Мокрая дорога блестела, как стекло, и была такой же скользкой.

Не включив ни телевизора, ни компьютера, в полной тишине она сходила в душ и переоделась в пижаму, а потом забрала у промокшего доставщика свой сегодняшний ужин – аппетита не было, но организм стоило чем-то кормить, если она планировала с утра чувствовать себя хорошо и встать с кровати без потемнения в глазах. Практически силой затолкав в себя немного овощей и куриной грудки, Ирма потаскалась без дела из комнаты в комнату, и ровно в одиннадцать вечера уползла спать – а на самом деле комкать под собой простынь до тех пор, пока сон наконец не сжалился и не придавил голову к подушке.

Ей снилась работа.

Ирма сидела за заваленными бумагами столом, и стоило схватиться за один лист, как на его месте появилась стопка других. Полная ярости, она смахнула их на пол – и они полетели, закружились в смерч, захватили Ирму и принялись хлестать по щекам, резать острыми краями руки и оглушительно шелестеть прямо в уши.

– Пошли прочь! – завопила Ирма, отбиваясь, как от стаи ворон, защищая лицо.

Тяжелые руки не слушались; окровавленные, они рухнули вдоль тела, оставляя ее беззащитной.

Ирма рухнула на колени и сжалась, сбилась в комочек, рыдая от ужаса.

– Почему ты не разобрала документы?! – оглушительно прогремел над головой голос Джессики. – Где мой чертов кофе?!

Ирма с трудом встала, пошатываясь, и бросилась бежать по коридорам, увязая ногами в полу – слишком медленно, чтобы спастись. Но она не сдавалась, и наконец, спотыкаясь, толкнула дверь офиса – и выскочила на огромный пустынный пляж, серебрящийся под светом виднеющейся из-за тяжелых туч полной луны. Впереди плескался неспокойный океан.

Переводя дыхание, Ирма остановилась, глядя на черные воды, вздымающиеся над песком, и прищурилась: кто-то стремительно направлялся к концу пляжа, сражаясь с сильным ветром.

Ирма двинулась следом, силясь хоть что-то рассмотреть.

– Эй, подожди! – попробовала она – бесполезно: фигура, постояв на берегу, решительно забежала в воду и едва не упала, встретив большую волну, но упрямо продолжила свой путь, загребая длинными руками пену.

– Стой! – крикнула Ирма, бросаясь следом, но было поздно: вторая волна опрокинула фигуру на спину и поволокла за собой на глубину, невзирая на барахтанье и слабый крик, унесенный ветром в небесную тьму.

Ирма попятилась – огромная волна ударила со всей мощью, опрокидывая на четвереньки, швыряя в лицо комок водорослей.

– Это сон! – закричала она и закашлялась – вода хлынула в нос и рот, залила горло. – Проснись! Проснись!

Что-то дернуло ее вверх – с хриплым вдохом она распахнула глаза и завизжала в полный голос.

Черная фигура склонилась прямо над ней, цепко держа за онемевшее от боли плечо. Длинный капюшон висел так низко, что касался ее лица.

– Что ты видела?! – раздалось из темноты под ним.

О нет, нет, нет. Она не собиралась лежать здесь и ждать смерти.

Изо всех сил дернувшись в сторону, Ирма скатилась на пол, отбивая колени, схватила с тумбы телефон, и помчалась в коридор, содрогаясь от крика позади:

– Стой!

Лязгнул замок; Ирма выпала на лестничную площадку и бросилась вниз, позабыв о лифте, громко шлепая босыми пятками по выщербленным ступеням. Добралась до двери подъезда и выскочила на улицу, тут же прижимая к уху телефон.

– Служба спасения, что у вас произошло? – спросила женщина после первого гудка.

– Ко мне в квартиру кто-то вломился! – выкрикнула Ирма, сворачивая за дом, щурясь от света фонарей. – Я сбежала, но он все еще там!

– Мисс, назовите ваш адрес!

– Конингсем-роуд, сто семьдесят шесть.

– Патруль уже направляется к вам. Мисс, найдите безопасное место и не кладите трубку. Оставайтесь на связи.

– О господи, это какой-то гребаный ужас! – всхлипнула Ирма, озираясь по сторонам, и направилась к темнеющей на углу улицы телефонной будке, оскальзываясь на камнях. Подергала двери, забралась внутрь и опустилась на пол, прячась за цветным баннером, приклеенным на стене.

– Все будет хорошо, – пообещала женщина ободряюще. – Как вас зовут?

– Ирма, – ответила она послушно, вытирая лицо рукавом и поджимая пальцы на ногах. В полутьме они были черными – то ли от холода, то ли от грязи.

– Хорошо, Ирма. Я Ширли. Вы спрятались?

– Да, я в телефонной будке. Не понимаю, что со мной, почему я плачу, – она придавила трясущиеся губы ладонью, но слезы продолжили течь по лицу, намачивая шею и ворот футболки. – Я оттолкнула его и убежала, а теперь плачу!

– Это нормальная реакция, Ирма, – голос Ширли был таким теплым, таким нужным сейчас. Ирма ухватилась за него, как за руку, закрыла глаза и навострила уши. – Это схлынул адреналин.

– Ладно, хорошо, – она прерывисто вздохнула, вытерла рукавом мокрый нос и добавила, немного помолчав. – Кажется, я слышу сирену. Это полиция?

– Секунду… Да, это они!

– Тогда я выхожу.

Ирма завозилась, с трудом поднимаясь на ватные дрожащие ноги и пробормотала, чуть не уронив телефон:

– Спасибо, Ширли.

– Я рада, что с вами все хорошо.

Завершив звонок, Ирма выбралась из укрытия, прикрывая опухшие глаза от яркого света фар.

В квартире никого не было. Замки на двери и окнах оказались нетронутыми, ничего не пропало и все вещи остались на своих местах, никуда не сдвинутые. Повезло, что ключи остались у нее в руке – взлома собственной двери сегодня она бы не пережила.

– Нужно посмотреть видео с камер в подъезде, – настойчиво сказала Ирма, поднимая с пола одеяло – единственное, что говорило о нападении – и наматывая его на плечи. – Может, у него есть дубликат ключей. Я недавно купила квартиру, это мог быть предыдущий жилец.

Полицейские переглянулись.

– Вы уверены, что это не было, скажем, дурным сном?

– Я не идиотка, – огрызнулась Ирма. – Это было на самом деле.

– Да, конечно, – невозмутимо кивнул офицер – Баркли? Бертон? Она не помнила, какой фамилией он представился. – Мы опросим соседей, может, они что-то слышали или видели, и посмотрим записи с камер. У вас есть кто-то, к кому вы могли бы пойти?

– Да. Да, у меня есть.

Офицеры оставили ее в покое; улучив момент, Ирма собрала одежду и спряталась в ванной, чтобы смыть с лица корку слез и переодеться.

Кому звонить?

Точно не Натали. Она бы не отказала, но малыш был слишком беспокойным, чтобы добровольно обрекать себя на ночевку в одной с ним квартире. К тому же, они жили в маленькой квартире, где лишнего места для сна попросту не было места.

Ирма решительно нашла номер Кристы и позвонила.

– Что случилось? – спросила она сонным шепотом спустя три гудка.

– Мне нужна помощь, – выпалила Ирма, пролезая головой в ворот свитера. – Ко мне в квартиру кто-то проник, пока я спала, и я не могу здесь ночевать. Могу я приехать к тебе?

– Что?! – вскричала Криста, кажется, мгновенно проснувшись. – Ты в порядке? Он напал на тебя? Я сейчас приеду!

– Все в порядке, – торопливо вставила Ирма, – я не пострадала. Не надо ехать, здесь полиция. Я приеду сама и все расскажу, ладно?

– Точно? – уточнила Криста. – Я могу прислать за тобой Тони. Или вызвать такси.

– Все нормально. Вождение меня успокаивает, – соврала она, не желая злоупотреблять добротой еще больше.

– Буду ждать! Если что, обязательно позвони.

Ирма угукнула и повесила трубку быстрее, чем Криста успела сказать что-то еще – сейчас ей было не до того.

Они провели еще какое-то время, решая вопросы и заполняя документы – Ирма не слишком активно участвовала в диалоге, отстраненно глядя на то, как офицеры снова обходили квартиру по периметру, убеждаясь, что все в порядке – или ища признаки того, что у нее не все в порядке с головой.

Однако кто-то здесь был. Ирма его видела. Ощущала хватку пальцев на себе.

Ей не могло такое показаться.

Наконец все закончилось; тщательно заперев двери и застегнув куртку, Ирма пробралась к машине, швырнула на заднее сиденье сумку с вещами и включила обогрев, тупо глядя на болтающиеся по стеклу дворники. Затем, очнувшись, вырулила с парковки, постукивая пальцами по бедру.

Погода окончательно испортилась; едва различая сквозь залитое водой лобовое стекло разметку дороги, Ирма ползла с черепашьей скоростью, едва касаясь педали газа дрожащей ногой.

Кто-то был в квартире. Возможно, трогал ее вещи. Он мог сделать с ней все, что угодно – ей крупно повезло, что он всего лишь схватил за плечо. Нужно будет сменить все замки. Установить дома камеры. Проверить окна и дверь на прочность.

Это может повториться.

Без лишних разговоров Криста открыла подъезд и встретила ее на пороге квартиры, благоухая «домашним» парфюмом, крутя в руках пояс шелкового халата. Ирма виновато посмотрела на нее, оставляя на коврике у входа грязные следы подошв – спеша, она наступила в лужу и едва не упала.

Молча Криста вручила ей пушистые белые тапочки и забрала мокрые носки, а после проводила в гостиную, где вручила кружку с чаем.

Только оказавшись на диване, Ирма поняла, что чудовищно устала. Спотыкаясь через слово, она рассказала все, что случилось.

– И что сказала полиция в итоге? – спросила Криста, обеспокоенно глядя на Ирму. Кошка ходила по ее коленям взад-вперед, требуя внимания. – Дай-ка угадаю: мы ничего не нашли и ничего не обещаем?

– Именно так они и сказали, – подтвердила Ирма. – Знаешь, я, кажется, только осознаю, что вообще случилось. Мне снился странный сон, а потом я проснулась – и он стоял прямо надо мной, весь в черном. Он что-то сказал мне, я даже не поняла – вырвалась и сбежала. А потом вызвала полицию.

– Тебе нужно будет сменить все замки и поставить систему видеонаблюдения! Удивительно, что ты до сих пор этого не сделала, мы же живем в опасное время! Знаешь, Тони недавно менял у нас все камеры, я попрошу у него контакты.

– Я не думала, что они понадобятся, у меня благополучный район, – Ирма поднесла к губам чашку делая пару глотков, глядя на аквариум, стоящий на круглом столике у стены – там лениво скользили рыбки, разбуженные включенным светом. – Нужно будет забронировать отель, пока все работы не завершат.

– Зачем? – удивилась Криста, подсев поближе и подперев ее плечо своим. – Ты можешь пожить у нас. В компании будет проще справиться.

– Ты уверена? Я не буду мешать?

– Ты сдурела? – поинтересовалась Криста с искренним гневом. – Мы знакомы половину жизни. Зачем такое вообще спрашивать?

– А Тони?

Криста фыркнула.

– Я уверена, он предложит это, как только узнает, что произошло. Оставайся столько, сколько нужно и ни о чем не переживай. А завтра пригласим Натали и Джона с малышом, и все вместе проведем время. Тебе нужна поддержка друзей…

Ирма с трудом проглотила чай; облегчение стремительно затопило внутренности и выплеснулось накатившими слезами и спазмом в горле. Отставив чашку, она уткнулась Кристе в плечо и заплакала.

– Он был таким страшным, – всхлипнула она. – Стоял прямо надо мной, и что-то говорил, и у него был такой жуткий голос! И этот капюшон! Какой-то чертов маньяк!

Маленькие руки принялись выводить круги по напряженной спине; голос Кристы звучал ровно и спокойно:

– Все хорошо, дорогая. Ты в безопасности. Никто тебя не обидит.

И Ирма верила ей – каждому ее слову.

Насыщенный травяной чай, сочувствие и поддержка, теплые запахи знакомой квартиры – стоило только присесть на край мягкой кровати, как глаза начали слипаться. Под бдительным взглядом Кристы Ирма забралась под одеяло и откинулась на подушку, пробормотав:

– Спасибо. Кажется, теперь я могу заснуть.

– Конечно, милая, – легко ответила Криста. – Оставить тебе ночник?

– Не надо, – Ирма покачала головой. – Я думаю, что буду в порядке.

– Тогда ладно. Если что, я в соседней спальне.

Она выскользнула из комнаты, на прощание махнув широким рукавом халата – и стоило Ирме остаться в одиночестве, как она тут же уснула – провалилась сквозь матрас прямо в темноту.