Глуухово

ГЛУУХОВО

Роман в двенадцати протоколах

Глава 1

Протокол первого контакта (и проблема тапочек)

В селе Глууухово, которое по официальному решению Собрания По Самоопределению Вселенной (СПСВ) являлось центром мироздания, всё происходило строго по расписанию, даже если расписание менялось задним числом.

Село располагалось в географической точке, которую местные жители обозначали как «примерно тут», указывая пальцем на небо. На картах Глууухово отсутствовало, что считалось его главным стратегическим преимуществом. Как известно, если тебя нет на карте, ты автоматически становишься центром. Это правило было утверждено постановлением № 1/∞ «О пространственной скромности».

Утро началось, как и положено в центре вселенной: с крика петуха, который по документам числился Временным Регулятором Хронологии. Петух кукарекал в разное время, но всегда вовремя.

В доме Клавдии Ивановны всё шло по обычному графику: самовар шумел, кот Митрофан симулировал глубокую философскую задумчивость, а радио передавало новости из параллельной советской эпохи, где пятилетку снова перевыполнили, но никто не уточнил — какую.

Именно в этот момент под кроватью раздался официальный звук.

Это был не шорох и не скрип. Это был звук, напоминающий перелистывание документа формата А4 в условиях межпространственного трения.

Клавдия Ивановна отложила кружку.

— Митрофан, — сказала она строго. — Если ты опять размножился, я не одобряю.

Из-под кровати показалась зелёная рука. Она была аккуратная, с тремя пальцами и одним приложением к ним — в виде печати.

— Доброе утро, — произнёс голос, вежливый, но слегка флуоресцентный. — Я прибыл согласно квоте.

Клавдия Ивановна не закричала. В Глууухове не кричали. Здесь всё сначала регистрировали.

— Квота на что? — спросила она.

— На контакт первого уровня. Пункт 4.2 «Вторжение, не нарушающее занавески».

Из-под кровати вылез Зелёный Людик. Он был ростом с табурет, светился мягким оттенком неспелого огурца и держал в руках папку с документами, прошнурованную бечёвкой.

— Я приношу извинения за вторжение без предварительного уведомления. Мой переход через межпространственный шлюз был одобрен, но… — он замялся и понизил голос, — …возникли сложности с тапочками.

— С какими тапочками? — уточнила Клавдия Ивановна.

— Согласно Межгалактическому Регламенту по Вхождению в Жилые Помещения (МРВЖП), пункт 17, подпункт «г», любой иномирный субъект обязан иметь сменную обувь. У меня её не оказалось.

Клавдия Ивановна задумалась. Проблема тапочек была серьёзной. В Глууухове за грязные следы штрафовали даже гравитацию.

— Босиком нельзя? — спросила она.

— Босиком требуется справка о стерильности подошвы, заверенная не менее чем тремя цивилизациями, — ответил Людик. — У меня есть только две.

Он протянул бумаги.

На первой было написано:
«Цивилизация Альфа-Квазар подтверждает отсутствие пыли в измерении 7-Б».
На второй:
«Коллективный Разум Туманности № 9 не возражает».

— Третья? — спросила Клавдия Ивановна.

— Комиссия по Иритирующим Явлениям Глууухова. Но они принимают по вторникам, а я прибыл в среду прошлого года.

Клавдия Ивановна кивнула. В Глууухове прошлый год вполне мог быть средой.

— Значит, — сказала она, — живи пока под кроватью. Но без тапочек — не выходить.

Зелёный Людик облегчённо вздохнул. Он сел на коврик и достал планшет — устройство, напоминающее одновременно скрижаль и бухгалтерскую книгу.

— Я обязан составить протокол первого контакта, — сообщил он. — Прошу ответить: вы человечество?

— В данный момент — да, — ответила Клавдия Ивановна. — Но в субботу у нас ярмарка, там всё возможно.

Людик кивнул и записал:

«Контакт установлен. Субъект разумен, но допускает ярмарочные отклонения. Вероятность эволюции — 37%. Вероятность самогоноварения — 112%.»

И тут в окно постучали.

На пороге стоял Ленин.

Вернее, его клон — версия «премиум».

Он носил строгий костюм с тонкой полоской и держал под мышкой планшет с логотипом «IDEA™». Кепка оставалась прежней — как ностальгический аксессуар.

— Товарищи, — сказал он деловым голосом. — Я провожу исследование рынка мечты. Есть ли спрос на равенство в кредит?

Он заметил зелёное свечение.

— Ага, — произнёс он. — Иностранный инвестор?

— Межпространственный наблюдатель, — уточнил Людик. — Я изучаю феномен человеческой глупости как устойчивого энергетического ресурса.

Ленин оживился.

— Глупость? У нас она в изобилии. Я даже планирую вывести её на биржу.

— С обеспечением? — осторожно спросил Людик.

— Разумеется. Самогоном.

В этот момент в доме появился ещё один персонаж — Гений.

Он вошёл через дверь, которая по документам считалась временным червоточным порталом.

Гений был одет в халат с карманами, набитыми колбами, и держал в руках модель ракеты, пахнущую настойкой.

— Я открыл третью постоянную вселенной! — объявил он.

— Поздравляю, — сухо сказала Клавдия Ивановна. — Где тапочки?

— Не до них! — воскликнул Гений. — Помимо скорости света и человеческой глупости, существует самогон! Он не просто жидкость — он искажение пространства! Я вывел формулу: Е = С² × СГ!

— СГ? — переспросил Ленин.

— Самогонная гравитация.

Зелёный Людик замер.

— Это объясняет нестабильность сектора 9-Б… — пробормотал он.

— Именно! — Гений размахивал пробиркой. — Я построил ракету на самогонной антигравитации. Мы выйдем на орбиту уже к обеду!

— К какому? — уточнила Клавдия Ивановна.

— К тому, который будет позже.

В этот момент за окном зазвучал марш.

Сашка, командир армии Глууухова, маршировал сам с собой. Он был «внутренне мобилизован» и считал, что это достаточно.

— Враждебная активность! — объявил он. — Под кроватью обнаружен зелёный субъект!

— Он легальный, — сказала Клавдия Ивановна. — Почти.

Сашка вытащил блокнот.

— Тогда требуется заполнить форму 12-Б «О наличии иных форм жизни, не угрожающих картофелю».

Людик вздохнул.

— У меня нет печати на русском языке…

— Не страшно, — сказал Ленин. — Мы внедрили валюту СЖГ — Самогоновая Единица Глууухова. За одну единицу я могу оформить вам временную лояльность.

— Это законно? — спросил Людик.

— Конечно. Я сам его подписал.

Клавдия Ивановна поставила на стол три стакана.

— Сначала — завтрак. Потом — апокалипсис.

Самовар зашипел.

Гений рассказывал о космических перспективах, Ленин — о маркетинге равенства, Людик — о квотах на разум.

И вдруг стало ясно: вселенная слегка наклонилась.

Это произошло незаметно — как подпись под документом, который никто не читал.

Самогон в стакане дрогнул и начал светиться.

— Орбита! — крикнул Гений.

— Рынок! — крикнул Ленин.

— Глупость достигла критической плотности! — воскликнул Людик.

Клавдия Ивановна спокойно подлила ещё.

— Всё по расписанию, — сказала она.

За окном петух кукарекнул дважды. Это означало: начался параллельный вторник.

В пространстве открылся небольшой административный портал, из которого высунулась рука с печатью.

Печать поставила штамп на воздухе.

И вселенная была зарегистрирована.

Официальное сообщение

Комиссия по Иритирующим З явлениям Глууухова
Постановление № 17/Т (о тапочках)

В связи с прибытием межпространственного субъекта без сменной обуви постановляется:

Подпись:
Исполняющий обязанности Вселенной
(печать расплылась, но действительна)