Гнездо неприкаянных

- Как он умер?

- Говорят, по голове ударили.

- Тихий был – не видно, не слышно. Кому помешал?

- В тихой заводи кто только не водится.

Ася Звонкина стояла на балконе и смотрела, как выносят черный мешок с телом соседа Рудольфа. Она его плохо знала. Здоровались на лестнице да пару раз обменялись пустыми фразами о погоде. Одинокий пенсионер, жил скромно - не шумел, телевизор на всю катушку не включал, водку не пил. Или пил украдкой – дома, без собутыльников и песенного ора. Ася пыталась вспомнить его лицо и не могла. Видела столько раз, а теперь, когда его в глухом мешке вынесли из дома, словно не человека, а мусор, в ее памяти оживало лишь расплывчатое пятно. Глаза вроде карие, однако, не точно. Губы, нос, подбородок и даже уши – все какое-то обычное, незапоминающееся. Выходит, умер человек, они год прожили в соседях, а она даже лица его вспомнить не может. Будто оно уплыло, растворилось в темном омуте Асиной памяти.

- Хоронить не будут. Разберут на органы. Он завещал тело какому-то институту.

- Не по-христиански это.

- Может, неверующий был. Атеист.

- Смерть всех равняет, и атеистов тоже. Каждый хочет жить после смерти. Кого не спроси.

- Откуда ты знаешь, что она есть, жизнь эта загробная?..

Ася шагнула в квартиру и захлопнула дверь. Звякнуло стекло – отрезало уличный шум и въедливые голоса любопытных соседей. Ася не любила похороны. С тех пор как переехала в этот дом, уже три раза хоронили соседей. Правда все они были людьми в годах, пожилыми. Вот только похороны от этого не становились легче. Потом, когда в опустевшие квартиры селились новые жильцы, Ася облегченно вздыхала. Шумные голоса, дребезжание окон, хлопанье дверей, гулкое бряцание велосипедов о ступени лестницы. Дом оживал, наполнялся жизнью, дышал новым, свежим воздухом молодости и стремлений. Ася жадно впитывала молодой дух, прислушивалась к голосам, к грохоту музыки и чувствовала себя счастливой. И молодой, да молодой. Хотя ей уже минуло сорок два, а в жизни все казалось неустойчивым, зыбким, ненадежным. Детей не родила и замуж не вышла. И к работе душа не лежит.

Правда, была любовь. Ася счастливо вздохнула и отчетливо представила лицо Кости, его запах – хвойный парфюм, и улыбку – яркую, уверенную. За улыбку его и полюбила. Тогда она только переехала в этот дом на Гнездовую и впервые осталась ночевать. Ни посуды, ни чайника еще не было. Вскипятила воду в микроволновке, заварила кофе и вышла на балкон. И увидела его. Он неспешно шел вдоль цветочных клумб и тихо напевал знакомую песню, которую Ася тоже любила. Она поставила чашку, облокотилась на перила – рыжие волосы колыхнулись, упали - и запела:

- Я раньше и не думал, что у нас

На двоих с тобой одно лишь дыхание…

(из песни "Дыхание" Наутилус помпилиус, Вячеслав Бутусов и Дмитрий Умецкий)

Внизу раздался смех – он поднял голову и смотрел на нее. С улыбкой. Ася прекратила петь и молча глядела на него. Вдруг его лицо помрачнело – исчезла улыбка, появилась тревожность. Он опустил взгляд и быстро вошел в подъезд.

Ася взяла чашку и долго пыталась унять дрожь в руке. Сердце колотилось, тело пронзали мелкие иголки. Она закрывала глаза и вспоминала лицо и улыбку незнакомца. А ночью, во сне, жарко занималась с ним любовью. Проснулась в горячем поту и бросилась под холодный душ. Тело горело, жгло нестерпимым жаром.

Вечером раздался звонок в дверь. Ася открыла и резко отшатнулась. В дверях стоял он, Костя. Без улыбки, серьезный, с горящим взором. Ася протянула руку, он вошел. Дверь закрылась и отрезала Асю от прежней жизни. Одинокой и несчастной.

Ася хотела его. Страстно, нестерпимо. Не могла насытиться, надышаться. Не сдерживала стоны и всхлипы. С трудом пережидала день – глядела на часы. Бросалась домой, ждала его. Костя никогда не оставался ночевать - уходил за полночь, тихо закрывал за собой дверь. Ася притворялась, что спит, а сама лежала – глаза в потолок - и замирала от счастья.

Через месяц она узнала, что Костя женат, и у него есть дочь. Когда Венера с Николь приехали из отпуска. Ася ни о чем не подозревала - они до того мало разговаривали и все о какой-то чепухе. Некогда было. Как-то Ася возвращалась домой – скорее в душ, нарядиться и ждать ЕГО. Поднялась на один пролет и обернулась на стук входной двери. Сначала показался Костя. Ася рванулась к нему – и резко замерла. Следом за Костей шла очень красивая женщина с надменным лицом и девочка-подросток. Костя бросил на Асю вкрадчивый взгляд и повернулся к девочке. Ася на онемевших ногах двинула по лестнице на свой этаж. Не помнила, как вошла, закрыла дверь и упала на пол. Очнулась уже ночью в темной квартире с болью в спине и разбитым сердцем. Достала из шкафчика коньяк и выпила из горлышка полбутылки. Коньяк она терпеть не могла и держала для гостей. С коньяка Асю вырвало на ковер. Она сидела на грязном ковре и рыдала, не в силах остановиться.

Он вернулся на другой день, поздно вечером.

- Сказал, что за сигаретами, - Костя нервно оглядывался на дверь. Боялся, что жена услышит и прибежит? – Ты сердишься?

Он крепко обхватил Асю, привлек к себе. Она выставила руки, пыталась освободиться.

- Я не сплю с женатыми.

- Уже спишь. Со мной ведь спала, - неловко отшутился он.

- Уходи, - сказала она. Все-таки освободилась и отошла к стене. Он стоял и смотрел. Улыбка завоевателя превратилась в горькую ухмылку. Глаза сально ощупывали Асину грудь. Она обхватила себя за плечи, прикусила губу – не разреветься бы.

Он ушел. И вернулся через неделю. Ася не помнила, как прожила эту неделю. Вроде спала, что-то ела, мылась. На работе сидела с застывшим взглядом – не слышала, что играют ученики. Сердце ныло – не могла думать о музыке. Когда наступила суббота, утром в дверь робко постучали. Она с надеждой открыла дверь и бросилась ему на шею. Они были вместе два дня и две ночи. А потом он ушел – встречать жену и дочь.

С тех пор Ася завела тайну. Для всех она оставалась одиночкой, ни кому не нужной. Но в тихую, когда никто не видел, встречалась с Костей и любила, любила, любила.

***

Убит сын мэра. Чтобы выяснить правду, фантастический прибор погружает следователя в глубины памяти подозреваемых. Новый детектив https://author.today/work/469938