Год с драконом

Звон блестящих шпор гонца растаял в безмолвных коридорах замка. Вскоре заржал конь, раздался топот копыт, но и он быстро затих. Крикнули стражники, и со скрежетом закрылись ворота…

Кайла сидела за массивным столом в тесной комнате, и сухой, горячий ветер, влетавший через узкое окно, порывами жег спину.

А стыд жег лицо.

Никто и подумать не мог, что в замок прибыл посланник самого императора. Стража решила, что приехал ожидаемый гонец из крепости на границе, и немедленно проводила его к Кайле.

Поэтому гонец увидел ее в простой серой рубахе, с наброшенным на плечи жилетом, с перехваченными на затылке лентой черными волосами. И принял за мужчину. И обратился к ней, герцогине Монмери, как к герцогу, передал послание, раскланялся и был таков.

Но стыд немедленно сменился гневом, как только Кайла прочитала письмо. Идеально белый лист, чем-то надушенный, с каллиграфически выведенными словами казался ей издевательством.

«Желаю видеть вас, герцог Монмери, на балу в честь дня основания империи. В этом году вы, кто завершил тридцатипятилетнюю войну, обязаны посетить мероприятие! Приезжайте, ваше сиятельство, вместе с семьей», — и от прочитанного стало нестерпимо больно.

В горле встал ком. Только недавно она похоронила брата, только недавно приняла титул герцогини…

Кайла была младшей в семье, любимой дочкой, родившейся после двух мальчиков. Война сначала забрала у Кайлы мать, потом отца, а следом — старшего брата. Второй ее брат завершил войну весной, но потом заболел и умер к середине лета. Лекарь винил подорванное в военных походах здоровье и многочисленные раны, которые плохо зажили.

Война забрала у Кайлы всю семью. Не стало ни герцога Монмери, ни его семьи.

Дубовая дверь с тихим скрипом приоткрылась, и к ней заглянула рыжая Хес, ее личная служанка и подруга. Третья дочь барона тоже потеряла на войне всю семью, и это их сблизило. Хес вошла, прижимая тонкую руку к груди.

— Прочитай, — и Кайла протянула письмо.

Хес взяла бумагу, и ее глаза округлились, а на маленьком лице появилось выражение ужаса. Она положила письмо на стол и сжала в кулаках юбку коричневого платья.

— Да что же это такое… Всю семью… На бал… — она закусила губу. — Кайла, вы поедете? Неужели поедете? Теперь, когда нужно столько всего сделать? И приглашение такое, что его только сжечь!

Кайла нахмурилась. Ее лицо со светлой кожей стало бледным, а в светлых зеленых глазах зажегся нехороший, темный огонек.

— Мы поедем в столицу, — твердо сказала она, и Хес склонила голову, а плечи ее поникли.

На солнце набежала туча, и в комнате замка стало темно.

— Но нельзя ли отправить посланника от вашего имени, например, графа Кентери?.. — робко возразила служанка, когда туча ушла и вновь вернулся яркий дневной свет.

— Нельзя. Раз уж нас пригласили в столицу, значит, нас должны будут принять. Меня, — поправилась Кайла, которая еще не привыкла, что стала последней из Монмери. — Дед императора обещал моему прадеду награду за победу в войне. Я поеду и потребую ее. Нам нужны деньги до наступления зимы, Хес. Много денег.

Глаза Кайлы сверкали.

Герцогство Монмери тридцать пять лет боролось с кочевниками и выстояло. И Кайла, и ее народ по праву гордились собой. Только вот гордость не спасет от тягот будущей зимы. Гордость не накормит, когда в кладовках пусто. Гордость не восстановит уничтоженные деревни и города.

— Мне ехать в малый замок и собирать вещи? — вздохнув, спросила Хес.

— Нас приглашают на бал в середине осени, а лето только близится к исходу. Еще рано ехать, — покачала головой Кайла. — Пока ты свободна.

Хес ушла, а Кайла выдохнула и закрыла лицо руками. Снаружи раздавался шум: рабочие ремонтировали стены замка, которые враги сумели повредить.

Она взяла в руки старинный свиток с императорской печатью, лежавший на столе справа от письма. Свиток, который она перечитывала раз за разом, пока не появился гонец.

«За победу в войне над кочевниками герцог Монмери будет щедро вознагражден или деньгами, или новыми землями», — прочитала Кайла вслух строку из императорского указа и сжала тонкий лист, а потом, опомнившись, разгладила с осторожностью.

Верно. Она поедет на бал и потребует у императора причитающееся! Император не посмеет отказать ей на глазах у остальных дворян. Она попросит деньги. Драгоценный металл, который способен спасти ее и ее людей.

Кайла, подняв письмо на уровень глаз, прищурилась, еще раз прочитала легкомысленное приглашение.

Император словно и не подумал о том, как тяжело жить после войны. Он не выразил сочувствия, не написал соболезнований, не предложил помощи. Нет, он просто пригласил приехать и развлечься!

«Мама, папа, братья, я сделаю все, чтобы возродить герцогство! Я сделаю все, чтобы земли Монмери вновь стали процветающими!» — пообещала Кайла своей семье. Она верила, что будет услышана мертвыми.