Голубая планета

АНАТОЛИЙ ПОЛОВИНКИН

ГОЛУБАЯ ПЛАНЕТА

ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ

Всякий раз, когда Шету приходилось сталкиваться с иными мирами, он испытывал странное трепетное чувство. Это не было страхом, в полном смысле этого слова, но это было опасение. Ведь неизвестно же какая опасность может подстерегать межзвездных странников, когда они вторгаются в чужую звездную систему. Особенно, если в ней место занято.

Бездонный космос, триллионы звезд и огромное количество планет, вращающихся вокруг них. Но вот найти на этих планетах жизнь, биологическую жизнь, а тем более встретить разум, достигший определенного уровня цивилизации, это большая редкость. Этот желтый карлик, к которому приближался звездолет «Ларт», был окружен восемью планетами, одна из которых заслуживала особого внимания. А именно, третья планета. Окруженная густым слоем атмосферы она выглядела голубой, что свидетельствовало о наличии на планете большого количества воды. А ученые с родной планеты Шета уже давно пришли к выводу, что без воды невозможно и появление жизни. Впрочем, наличие воды вовсе не гарантирует, что на планете есть эта самая жизнь.

В случае же с третьей планетой, существование которой ученые обнаружили еще пол столетия назад, вопрос о возможности наличия на ней жизни до сих пор оставался открытым. Невероятно сильное магнитное поле и ряд других факторов свидетельствовали о том, что на этой планете вообще невозможна жизнь. Даже если на ней есть вода. Кстати, именно вода, как это ни парадоксально, и была еще одним фактором, ставящим под сомнение возможность существования на планете жизни. Точнее, уж слишком ее огромное количество. Тем более что все указывало на то, что вода отнюдь не была пресной, а морской, то есть, содержала в себе слишком большое количество соли.

А что может обладать более страшной разрушительной силой, чем соленая вода. Коррозия металлов, даже разрушение берегов. Ведь всем известно, что вода – это самый сильный растворитель в природе. Особенно, если в ней содержится соль.

Для развития на планете жизненных форм необходима пресная вода, которую можно употреблять в качестве питья, и в которой нуждается все живое. Но трудно себе даже вообразить, чтобы что-то живое могло существовать в соленой воде. При этой мысли Шет невольно содрогнулся. Даже очень маленькое количество морской воды, проглоченное зарийцами, приводило к быстрой, но очень мучительной смерти. А попадание на кожу оставляло ожоги, разъедало подобно сильно-концентрированной кислоте. Ничто живое на Заре, родной планете Шета, не могло существовать в морях, коих, слава небесам, было немного, и располагались они далеко от городов зарийцев. Вернее, сами зарийцы выстроили свои города как можно дальше от морей.

Но небеса, на третьей планете этого желтого карлика морской воды было едва ли не в сто раз больше, чем на Заре. Одни ядовитые испарения от океанов должны сделать планету непригодной для жизни. А магнитные поля! Это же какое воздействие на организм они должны оказывать. Особенно на развитие мозга. Разве при таких условиях может возникнуть разум? Хотя, некоторые ученые Зары предполагают, что именно магнитные поля способны вызвать мутации у живых организмов и, в том числе, благотворительно повлиять на возникновение разума.

Но как должны выглядеть существа, выросшие в таких условиях? Шет попытался это себе представить, но не смог. Сами зарийцыбыли изящного округлого телосложения, гибкие щупальца, способные изгибаться в любых направлениях, с шестью отростками на их концах, чтобы было удобней браться за предметы. Туловище держалось на двух коротких и разлапистых ногах – именно такими должны быть нижние конечности, чтобы придавать устойчивость тяжелым телам, в верхней части которой располагались органы зрения – два глаза, лишенные зрачков, и слуховые отверстия, защищенные особыми перепонками. Что касается речевого аппарата, то он представлял собой круглую мембрану, закрытую пленкой. Мембрана, под воздействием мозга и внутренней энергии зарийцев, испускала пульсирующий желтый свет, который, всякий, кто не был знаком с особенностями устройства тел жителей Зары, мог принять за световую речь. Но на самом деле свет лишь сопутствовал электрическим волнам, которые испускал мозг зарийцев, и которые улавливали органы их слуха. По мнению Шета такое строение и такой способ общения были самыми оптимальными для мыслящих существ. А вот каковыми окажутся жители той голубой планеты, для него оставалось загадкой.

Ученый Рай, судя по всему, разделял точку зрения своего капитана. Они много раз беседовали на эту тему, пытаясь нарисовать облик существа из мира, который на три четверти состоит из воды. И каждый раз получалось что-то неправдоподобное.

Оль, третий член экипажа, на обязанности которого лежало пилотирование корабля, обычно не вступал в эти споры. Складывалось впечатление, что ему было глубоко безразлично с какими организмами им придется столкнуться на голубой планете. Или же что он просто не верил в саму возможность образования жизни на этой планете.

Полет до желтого карлика длился очень долго, и у экипажа было много времени для того, чтобы представить себе мир, заполненный таким неимоверным количеством соленой воды. Может ли там быть атмосфера, пригодная для дыхания? Зарийцы дышали кислородом, но его им требовалось совсем немного. В задней верхней части из тела, как раз напротив органа речи, имелось отверстие для дыхания. Одного глубокого вдоха хватало для того, чтобы насытить организм кислородом на несколько часов. Но есть ли этот самый кислород в атмосфере голубой планеты? А если даже и есть, не приправлен ли он каким-нибудь газом, ядовитым для зарийцев?

Много раз пытался представить себе Шет поверхность планеты, точнее, ее сушу, свободную от морской воды. И каждый раз зрелище было малоутешительным. Пустынный грунт, разъеденный коррозией, и полное отсутствие растительности. Ведь не может же растительность произрастать там, где с неба идет дождь из соленой воды. Океаны должны испаряться, сгущаясь в тучи над планетой, а эти тучи неизбежно когда-нибудь прольются дождем на сушу. Дождем из соленой воды.

Разве же смогут такой дождь пережить растения, для жизни которых нужна пресная вода? А если нет растительности на планете, то, как на ней будет существовать фауна? Живым организмам нужно питание. Предположим, что хищники поедают более слабых живых существ. Но чем, в свою очередь, питаются те? Еще меньшими? Допустим. Но, внизу социальной лестницы неизбежно должны оказаться организмы, питающиеся растительностью. А если нет растительности…

Да, как много вопросов, и как мало на них ответов. Точнее, нет совсем. Есть только теории, очень близкие к фантастическим. И, тем не менее, а, может, именно как раз благодаря этому, ожидание увидеть собственными глазами жизнь на голубой планете, было очень интригующим.

- А если предположить уж совсем невероятное, - сказал Рай. – Предположить, что на этой планете мы сможем найти не только биологическую жизнь, животного происхождения, но и разумных существ. Даже более того, цивилизацию, знакомую с машинными технологиями и даже способную совершать космические путешествия.

- Это было бы уж совершенно невозможно, - ответил Шет, после долгого молчания. Даже напрягая все свое внутреннее воображение, он не мог представить себе такое существо.

- Как, по-твоему, должен выглядеть житель голубой планеты, достигший такого развития, что стал разумным? Скажем, такого же уровня, которого достигли мы.

- У меня нет даже представлений об этом, - сознался Шет.

- Ну, а все-таки? – настаивал Рай.

Шет снова погрузился в раздумье.

- Ну, наверное, его тело должно быть покрыто хитиновой оболочкой, способной защищать его от пагубного воздействия дождей, состоящих из соленой воды. И потом, очень сильное магнитное поле… А что если это и не магнитное поле, а атмосфера, раскаленная до очень высоких температур.

Рай выразил сомнение.

- Маловероятно, - сказал он. – Если бы атмосфера была бы столь сильно раскалена, то на планете не было бы так много воды. Она бы испарилась.

Это заставило Шета вновь задуматься.

- Собственно, а откуда такая уверенность, что поверхность планеты покрыта именно водой? Что если это нечто совсем иное? Ну, скажем, океаны кислоты.

Такое предположение заставило Рая содрогнуться. Океаны кислоты – это было еще страшнее, чем морская вода.

- Ведь мы же фактически ничего не знаем об этой планете, - продолжал Шет. – Наши заключения основаны на догадках.

Да, возразить было нечем. Осталось только подлететь к планете как можно ближе. Меж тем корабль пересек границы солнечной системы, и взял курс прямо к голубой планете, которую теперь уже можно было различить невооруженным взглядом.

- А если мы встретим там разумных существ, - снова заговорил Шет. – Как мы должны вести себя с ними?

- Так, как говорится в инструктаже, - ответил Рай. – Наблюдать, но в контакт не вступать.

- Ты полагаешь, что они могут быть агрессивными к нам?

- Агрессивность – это понятие из мира животных. Разумному существу оно неведомо.

- Ты судишь по нам, - возразил Шет. – А если разумные существа других миров руководствуются животными инстинктами?

- В таком случае, они не могут быть разумными. Разум – он потому и является разумом, что подавляет в существе животные инстинкты. А если разум возник уже тысячи лет назад, то с каждым новым поколением инстинкты подавляются все больше и больше, пока не исчезают совсем. Так происходит эволюция. Именно поэтому между нами, зарийцами, и животными такая огромная пропасть.

Довод показался Шету весомым. Но, все же, этот вопрос необходимо было рассмотреть со всех сторон.

- А как же страх перед неизвестным? – спросил он. – Ведь даже мы боимся столкнуться с чем-то враждебным к нам.

- Разумеется. Это называется инстинктом самосохранения. Не будь его, вся наша цивилизация давным-давно бы вымерла. Нас бы съели хищники, мы бы погибали от собственных безрассудных экспериментов, если бы не прибегали к средствам защиты и не думали о собственной безопасности. Но ведь мы же не уничтожаем, и даже не пытаемся уничтожить то, что выглядит, в наших глазах, опасным. Наш разум не позволяет нам этого делать. И, полагаю, разумные существа на других планетах тоже должны руководствоваться здравым смыслом, а не паническим страхом.

Шет посмотрел на экран, на котором вырастала голубая планета.

- Все, что ты сказал, конечно, логично. Но ведь мы же до сих пор не встречали нигде во вселенной разумной жизни. Пока что достоверно известно, что существуем только мы, зарийцы.

- Да, братьев по разуму мы пока еще не встретили, - признал Рай. – Но, думаю, если это произойдет, то такое событие перевернет весь наш мир. Мы будем не одни.

- Но что это изменит, если мы узнаем, что не одни во вселенной?

- Мы будем сосуществовать вместе с жителями иных миров, совместно развивать науку, медицину, осваивать новые миры. Ведь без этого невозможен прогресс.

- А если представители иных цивилизаций окажутся слишком чуждыми нам? – спросил Шет.

- Что значит, чуждыми?

- Хотя бы обликом. Условиями существования, пищей. Что если то, что хорошо и полезно для нас, окажется для их организмов смертельным. И, опять же, логикой.

- Насчет логики, я уже ответил, - сказал Рай.

- Нет, ты ответил не про логику, а про инстинкты. Если их цивилизация будет направлена не на развитие науки и техники, а на переделывание самих себя.

Рай в полном недоумении воззрился на капитана.

- Переделывание самих себя? – переспросил он. – Как это?

- Что если они окажутся способными менять свой облик, скажем, приспосабливая его под условия своей планеты. Что-нибудь вроде превращения себя в огнеупорных созданий, чтобы жить в лаве или наделять себя способностями жить под водой, в полной темноте и при огромных давлениях. Не при помощи технологий, а изменяя собственное тело.

Рай подумал, что Шет уж чересчур далеко хватил. Должно быть, он наделен куда большей фантазией, чем он предполагал раньше. Но это заставило его почувствовать к своему капитану невольное уважение. Хоть он и не мог вообразить наглядно то, что Шет сейчас описал. Но, если он прав, то контакт с такой цивилизацией действительно может быть несколько затруднен.

- И вполне возможно, что таким существам вообще не захочется с кем-то сотрудничать, - подлил масла в огонь Шет. – Если они привыкли вести затворническую жизнь, и им не нужны никакие контакты, и никакие иные миры. Их речь, способ общения, мышление и вовсе могут настолько кардинально отличаться от наших, что контакт может быть принципиально не возможен.

Они замолчали. Каждый обдумывал свои собственные слова, и то, насколько он сам может оказаться прав, и насколько ошибаться. Их размышления прервал Оль.

- Внимание, приборы обнаружили впереди по курсу искусственное тело, - доложил он.

Все обратились к экранам. Шет и Рай одновременно подумали о том, что искусственным телом в космосе может быть только космический корабль или еще какая-нибудь конструкция, предназначенная для изучения межпланетного пространства.

В принципе, они оказались недалеки от истины. Искусственным телом оказался шарообразный объект, который вполне мог быть спутником, чьим предназначением является либо сбор каких-либо данных, либо передача информации.

- Если наши предположения верны, - заговорил Рай. – То это означает, не более, не менее, как то, что на голубой планете имеется не только биологическая жизнь, но и разумные существа, достигшие такого развития, что смогли преодолеть земное притяжение и выйти в космос.

Он сделал небольшую паузу.

- Невероятно. В таких ужасных условиях и биологическая жизнь… Каким же образом она могла зародиться и развиваться?

- Гм, - произнес Шет. – А что если это не биологические организмы.

- Как это? – не понял Рай.

- Почему бы не предположить такой вариант, что разумными существами данной планеты являются роботы. Механические существа, наделенные электронным разумом.

Рай посмотрел на Шета так, словно бы тот сказал нечто совершенно неправдоподобное. Однако прежде чем ответить, он тщательно продумал возможность такой гипотезы.

- Вряд ли, - возразил он. – Механические существа не могут быть разумными.

- Но ведь даже у нас когда-то ученые предполагали, что однажды наша наука достигнет такого уровня, что машины станут разумными.

- Так что же? Теперь же все больше представителей научного мира утверждают обратное. Машина не может быть разумной, поскольку она может только выполнять волю ее создателей. Она не способна мыслить.

На этот довод Шет не нашел, что возразить. Действительно, механизмы мыслить не могли. Даже выполняя сложные расчеты, совершая какие-либо действия, они делали лишь то, чему были обучены. В некотором роде машины были даже глупее животных. Те хоть могли взбунтоваться, не послушаться. А механизмы могли только выйти из строя.

- Ну, а все-таки, если допустить уж совсем невероятное? – попробовал он настоять на своем.

- В таком случае, встанет такой вопрос: как могла мертвая материя стать разумной? Ведь механизмы – это искусственные создания. Они не могли зародиться естественным путем, их кто-то должен был создать. Изготовить. А этим «кто-то» может быть только биологическое существо.

Да, и этот довод был вполне убедительный. Но и на него Шет тут же нашел, что ответить.

- Можно предположить и такой вариант: их создатели уже давно вымерли. Ну, скажем, не выдержав ужасных условий на своей планете. Они чувствовали, что вымирают, поэтому решили создать себе механических помощников, наделенных разумом, которые должны были помочь им выжить.

- Но у них не получилось спасти своих хозяев, - закончил мысль Рай.

- Ну, что-нибудь вроде этого.

- Возможно, конечно, но я не могу поверить, чтобы на этой планете могла вообще когда-нибудь существовать жизнь.

Шет подумал.

- А если их создатели никогда и не жили на этой планете? – вдруг высказал он неожиданную мысль.

Рай вопросительно воззрился на своего капитана.

- Может быть, они родились и живут во многих световых годах отсюда. А роботы, механические существа, были созданы ими и отправленные в эту звездную систему для освоения. И, кто знает, возможно, даже для переделывания планеты под приемлемые условия для жизни. Скажем, превращение морской воды в пресную. Переработку океанов в безобидную и полезную субстанцию.

- Уж очень глобальная и сложная работа, - произнес потрясенный Рай.

- С этим я согласен. Но, все-таки.

Рай устал спорить.

- Ладно, - сказал он. – Мы скоро узнаем все сами. Осталось подождать совсем немного.

Звездолет приближался к планете. Теперь уже можно было разглядеть на ее поверхности не только океаны, но и горы, леса и прочую зеленую растительность. И даже города. Города были неопровержимым доказательством того, что на голубой планете действительно имелась жизнь. И жизнь разумная. А вот какой была эта жизнь, биологической или механической, определить пока было сложно.

- Если мы видим города местных обитателей, видим их спутники, то не значит ли это, что они, в свою очередь, видят нас? – высказал опасение Рай.

- Наш корабль защищен полем, сквозь которое не способно пройти ни одно известное нам излучение, - успокоил Шет. – А это значит, что для жителей голубой планеты мы невидимы.

- Но, как можно быть уверенными в том, что их технологии не позволили им открыть способы видеть то, что по нашим расчетам они видеть не могут.

Ему никто не ответил. Чтобы за что-то ручаться, надо было знать наверняка. А зарийцы ничего не знали даже об облике обитателей голубой планеты.

«Ларт» завис неподвижно примерно в десяти тысячах километрах от планеты, и экипаж занялся своими прямыми обязанностями, а именно, изучением этого нового мира.

Рай был возбужден сильнее всех. Он, как астробиолог,получил возможность ознакомиться с этим чуждым для зарийцев миром. Прежде всего, синяя жидкость, покрывающая три четверти планеты, действительно оказалась океанами и морями, иными словами, водоемами, наполненными соленой водой. Это было парадоксально, поскольку соленая вода должна была бы, по всем расчетам, уничтожить биологическую жизнь, как растительную, так и животного происхождения. Но факты говорили сами за себя. Жизненные формы на планете не только не были истреблены дождями из соленой воды, но и явно захватили собой большую часть всей суши. Там, где не было городов, зеленели леса и поля.

Это было парадоксально. И оставалось только предположить, что сами формы жизни были иными, нежели на родной планете зарийцев. Очевидно, они нашли способ приспособиться к местным условиям, и их эволюция шла совершенно другим путем, чем на Заре.
Но, разумеется, всех куда больше интересовали разумные существа, обитающие на голубой планете. Их облик, образ жизни, достижения. Ведь это же было уникально. Впервые за свою долгую жизнь цивилизация зарийцев смогла наконец-то встретить во вселенной разумную жизнь. Больше тысячи лет назад жители Зары вышли на просторы вселенной. Они колонизировали множество планет, хотя ни одна из них не была похожа на их родную планету. Но они сумели приспособитьих под свои нужды. Но никогда они еще не сталкивались с разумными существами. Да, на некоторых обследованных планетах имелись некоторые формы жизни. Кое-где жизнь достигла довольно высокого развития. Но нигде не удалось обнаружить мыслящих существ, как бы они не выглядели.

Голубая планета тоже сильно отличалась от Зары, но здесь был разум.

Но…

Но при более внимательном изучении экипаж «Ларта» увидел, что на планете происходит что-то непонятное и ужасное. Разумные, высокоразвитые существа, населяющие этот мир, занимались тем, что истребляли друг друга. Без сомнения, техника, передвигающаяся по суше и летающая по воздуху, была предназначена преимущественно для того, чтобы уничтожать население планеты.

Облик жителей голубой планеты лишь отдаленно походил на зарийцев. Прямоходящие, на двух ногах. И этим, пожалуй, исчерпывалось все сходство. У них не было гибких щупалец, которые идеально подходили для того, чтобы ими брать предметы и совершать тонкую работу. Вместо них были конечности, сгибающиеся только в определенных местах, с пятью отростками на концах. И эти отростки тоже сгибались только в нескольких суставах, не могли ни извиваться, ни изгибаться во всех направлениях. Странные тела, заканчивающиеся большим утолщением сверху, в котором, без сомнения, располагались самые важные и необходимые органы: мозг, глаза, органы дыхания и слуха. Жители голубой планеты переговаривались звуками в строго определенных диапазонах, и сопровождали свою речь поясняющими жестами.

- По моим наблюдениям, - говорил Рай, - эти существа не способны слышать радиочастоты и уж, тем более, испускать их. По нашим меркам, они глухие и немые.

- И, тем не менее, они говорят и слышат, - возразил Шет.

- Да. Их речевой аппарат устроен очень примитивно, он издает звуки, подобные крикам различного вида животных. Невероятно, чтобы высокоразвитые существа, наделенные интеллектом, могли бы так общаться. Какой же шум и гам, должно быть, стоит в их мире. И, самое поразительное, что их тела, их кожа, способны противостоять соленой воде. Она не причиняет им никакого вреда. Я полагаю, что без опытных образцов и лабораторных исследований нельзя сказать ничего определенного. А для того, чтобы провести такие исследования, мы должны вступить в контакт с местными жителями, и вот в этом-то я как раз и вижу затруднение.

- Затруднение, - воскликнул Шет. – Да ты посмотри, что творится на их планете. Они же убивают друг друга. Ты это понимаешь? Убивают. Как самые настоящие животные. Словно живут не в цивилизованном мире, а среди дикого мира, где существа вынуждены убивать друг друга, чтобы жить.Но ведь они же не съедают друг друга. Не голод движет ими.

- Да что ты такое говоришь? – ужаснулся Рай. – Разве могут разумные существа дойти до того, что будут вынуждены поедать друг друга? Разум всегда найдет выход из положения. И тот же разум не позволит одному разумному существу поедать другого.

- Тогда что же происходит среди них? – вмешался Оль. – Они просто истребляют друг друга. Одни группы жителей нападают на другие. Весьма похоже на то, что они не могут поделить территории. Но ведь их планета огромна, даже больше нашей, и здесь много свободных территорий, которых хватит на всех. Почему же все это происходит?

- Я не знаю, - признался Рай. – Нам нужно вести наблюдения дальше, чтобы понять, почему здешние жители ведут такой образ жизни, не свойственный разумным существам.

И они продолжали наблюдение и изучение. По ходу действий им удалось выяснить, что жители голубой планеты имеют весьма значительные отличия в своем внешнем виде. В первую очередь это касалось цвета кожи. Кожа жителей Земли, как сами они называли свою планету, имела различные цвета и оттенки. Она была белого, черного, желтоватого и даже красноватого оттенков. Первоначальный вывод заключался в том, что представители различных цветов кожи уничтожали друг друга из опасения, а быть может, из желания добиться того, чтобы на планете остались только существа их цвета кожи. Но это предположение довольно быстро отсеялось, когда зарийцы увидели, что черные, белые и желтые существа действовали сообща, уничтожая противников, которые имели точно такие же цвета кожи.

Жители Земли говорили на множестве различных языках или диалектах, некоторые из которых зарийцы научились различать и пытались выучить. Ничего сложного в этих языках не было. Даже, напротив, из-за узкого спектра звуков, которые были способны воспроизводить жители, языки были крайне примитивны. Жители называли себя людьми, а свою расу человечеством. Но их взаимоотношения не поддавались никакой логике, и вообще здравому смыслу. Население было распределено по территория, которые назывались государствами, а руководство государств – президентами, императорами и другими непонятными и даже бессмысленными названиями. И все они стремились исключительно к тому, чтобы притеснять, уничтожать и захватывать чужие территории, а так же истреблять другие народы, сокращать численность населения других государств.

Зарийцы были в шоке. Все увиденное ими настолько сильно отличалось от их собственной цивилизации, и от их представления о том, какими должны быть разумные существа, что они долгое время не могли поверить своим собственным глазам. Не могли поверить, что все это происходит на самом деле, а не является плодом их воображения.

- Это же дикость, - высказал свое заключение Шет. – Разумное существо не может вести себя подобным образом.

- Что тут можно сказать, - отозвался Рай. – Тем не менее, они ведут себя именно так.

- Тогда где же здесь разум? Даже животные не поступают так с себе подобными.

- Не ведут, - согласился Рай. – Животные не способны создать достаточно организованное общество, чтобы вести столь бессмысленную истребительную деятельность. Для этого у них не хватает разума.

- Однако же здешние обитатели, судя по всему, наделены интеллектом. Об этом свидетельствует как архитектура их строений, так и машинная техника, столь отличающаяся от нашей, как внешним видом, так и предназначением. Все, буквально все достижения земной цивилизации направлены на то, чтобы служить интересам руководителей государств.

Да, Шет был абсолютно прав, и такой вывод лишь только осложнял обстановку. И тогда Рай высказал то, что было у всех у них на уме.

- Можно ли считать разумными организмы, которые занимаются истреблением друг друга?

- М-да, разумом тут и не пахнет, - согласился Оль. – Но, тогда, кто же они? Животные? Нет. Наличие машин явно говорит о том, что у них есть интеллект. Но, с другой стороны, интеллект означает наличие здравого смысла, торжества разума над низменными животными инстинктами. Вот та грань, которая разделяет животных и разумных существ.

- Цивилизация, - произнес Рай.

- Но разве это можно назвать цивилизацией? Цивилизация означает развитие, торжество интеллекта над просто бессмысленным существованием, вынуждающим существа бороться за выживание.

- Но, может быть, организмы на голубой планете поставлены в такие условия, что просто не могут жить иначе? – высказал предположение Рай. – Суровый климат, враждебные условия. И зародившийся интеллект направлен исключительно на то, чтобы выжить на этой недружелюбной планете.

- Но ведь тот же интеллект должен был бы заставить людей, как называют себя здешние обитатели, объединиться между собой, - возразил Шет. - Так легче выжить. В обществе легче существовать, нежели в одиночестве.

- А они и объединились. В то, что они называют государствами.

- Тогда почему они раздроблены? Гораздо логичней объединится в одно целое. Чтобы не враждовать, а улучшать условия.

Такой довод заставил Рая на некоторое время призадуматься.

- Это согласно нашей логике, - наконец сказал он. – Что если условия и прочие обстоятельства сделали логику здешних обитателей отличной от нашей? Например, раздробленность на разные континенты. Кто знает, не были ли люди изолированы друг от друга, а о существовании себе подобных узнали только тогда, когда стали достаточно разумны и научились строить средства передвижения по морской глади.

- Гм, - Шет испытал сомнение. – Тогда почему потом, когда наладилась связь друг с другом, они не объединились в одно общество?

- Вполне возможно, что они восприняли себе подобных как новую угрозу своему существованию. Не как собратьев по разуму, не как одно целое, а как новый вид, стремящийся поглотить и истребить их самих.

После довольно длительного молчания Шет сказал:

- Да, мрачную картину ты сейчас нарисовал. Страшно, если все обстоит действительно так, а не иначе. Ведь из этого следует прямой вывод, что обитатели голубой планеты не остановятся, пока не истребят друг друга. Или же пока на Земле не останется только одно государство.

- Судя по всему, да, - согласился Рай. – А если учесть развитие средств уничтожения, то можно смело предположить, что все закончится полным истреблением цивилизации а, быть может, даже гибелью всей планеты.

- Неутешительный прогноз.

- Что поделаешь. Такова печальная истина.

- А не можем ли мы чем-нибудь им помочь? – спросил Оль.

- Чем? Если мы даже попытаемся им открыться, заявить о своем существовании, они могут воспринять нас как новую угрозу. Все говорит о том, что руководит здешними разумными существами чувство страха, которое и заставляет их бороться за свое существование, и уничтожать все то, что кажется им враждебным и опасным.

- Мир, враждебный разуму, - после недолгой паузы, произнес Шет.

- Да, - подтвердил Рай. – Можно сказать и так. Они называют себя гуманоидами. В их понятиях это означает, что они разумные и поступающие с людьми цивилизованно и гуманно. Но их гуманность в корне разнится с нашим представлением об этой самой гуманности. Точнее, их поступки, их действия.

С этим никто не спорил.

- Я думаю все со мною согласятся, что в наших глазах их гуманность выглядит чем-то ужасным и чудовищным. Наша цивилизация никогда не шла подобным путем и, видимо, в самой нашей природе есть нечто отличное. И, боюсь, это различие делает любую попытку контакта с жителями голубой планеты невозможной. Нас воспримут как угрозу.

- Не только это, - произнес Шет. – Даже если они убедятся в том, что мы прибыли с мирными намерениями, для того, чтобы установить дружественные отношения с их цивилизацией, они захотят от нас помощи.

- Мы с радостью окажем им эту помощь, - с решительностью заявил Рай.

- Нет. Ты не понимаешь. Они захотят военной помощи. Каждое государство захочет, чтобы мы помогли именно им. Для этого они засекретят наше присутствие, скроют само наше существование от всех остальных государств. Они попросят, чтобы мы оказали им военную помощь против всех остальных стран, вплоть до их полного уничтожения.

- Но это чудовищно, - воскликнул Рай. – Мы не можем этого сделать. Тем более что у нас нет вооружения, так как на нашей планете никогда не было войн. И мы всегда были уверены в том, что все цивилизации в космосе, если они, конечно же, есть, развиваются точно таким же путем.

- И вот именно это и оказалось нашей самой большой ошибкой. Мы судили по себе, не имея ни малейшего представления о том, что разумная жизнь, порожденная иными условиями, может развиваться совсем в другом направлении.

Это было так, и все зарийцы это теперь прекрасно понимали.

- Но что-то же можно предпринять, - продолжал искать способ Рай.

- Что именно? – спросил Шет.

- Например, объявить себя так, чтобы все человечество узнало о нашем существовании.

- И что дальше? Люди не поверят, что мы прилетели с благими намерениями, нас будут бояться. Любая помощь одной из сторон будет воспринята людьми, как агрессия по отношению к другой стороне. Желание сделать одних доминирующими над другими.

- Надо помогать всем одинаково, - настаивал Рай. – Тем более что у нас нет оружия, и все наши технические достижения направлены исключительно в мирную сторону.

Снова жест отрицания.

- Все наши достижения рассчитаны на зарийцев, на нашу природу. И для жителей голубой планеты они будут совершенно бесполезны. Мы не можем дать им ни медицину, ни даже технику. Она не приспособлена для работы в климатических условиях здешнего мира.

- А наука?

- Все научные знания непременно будут направлены в сторону войны и попытки одного государства доминировать над другим.

Да, это было правдой. Страшный, жестокий вывод, с которым никто не хотел соглашаться, но с которым соглашаться был вынужден.

После долгих и упорных совещаний было принято решение отказаться от любых попыток установления контакта с жителями голубой планеты. Цивилизация, существовавшая на ней, была признана, как это ни парадоксально звучит, неразумной, и не созревшей для контакта. А уж тем более, не способной для взаимного сотрудничества с цивилизацией планеты Зара. Прискорбный вывод, но именно он и заставил звездолет «Ларт» покинуть звездную систему.

Экипаж, удаляясь от здешнего солнца, долго смотрел на экран, где постепенно уменьшалась в своих размерах эта красивая, но крайне недружелюбная и даже враждебная всему живому голубая планета.

1989 – 2018 г.г.