Город мечты

Я ехала с работы домой. В мутном окне маршрутки мелькали холмы чёрного заледеневшего снега и забрызганные грязью бока автомобилей. Безотрадная серость пейзажа нагоняла уныние и тоску. Не люблю март. На улице всюду вода, грязь, оттаявший мусор и прелая листва. Ранней весной город выглядит точно квартира на утро после разгульной пирушки. Смотреть тошно. И когда я вышла из маршрутного такси, глаза сразу же зацепились за лилово-фиолетовую афишу в ярких жёлтых звёздах, которая висела на стене остановки.

Некая фирма «Нейрогид» приглашала в путешествие и обещала, что оно будет незабываемым и полностью соответствующим мечтам и желаниям клиента, так как проводником в путешествии является его подсознание. «Что за хрень? – ухмыльнулась я изыску копирайтера. – То ли затейливая реклама туристического бюро, то ли хитрая замануха экстрасенса». Однако предложение заинтриговало. «Почему бы и нет? – неожиданно вспыхнула в голове дикая мысль. – Это прекрасный вариант справиться с весенней хандрой, тем более у меня есть два дня отгулов». Боясь передумать, я решила не откладывать задуманное в долгий ящик и тут же направилась по указанному адресу.

Толкнув дверь полуподвального помещения с лаконичной табличкой «Нейгогид», я чуть не выронила сумочку от неожиданно прозвучавшего прямо над ухом бодрого мужского голоса:

– О! Мадемуазель! От имени фирмы «Нейрогид» я приветствую вас!

Сбоку у дверей стоял парень с внешностью менеджера из телерекламы и, сверкая белизной зубов, услужливо приглашал войти.

– Проходите! Не волнуйтесь, вы попали именно туда, куда хотели, – жизнерадостно сообщил он и, погасив улыбку, истуканом застыл у входа.

В небольшой комнате с фиолетовыми стенами и мягким розовым светом звучала негромкая лёгкая музыка. В глубине, рядом с круглым стеклянным столиком стоял жёлтый диван, а напротив – такого же цвета кресло. «Что-то это больше напоминает модный салон, чем офис турагентства», – закралось в голову сомнение.

Пока я осматривалась, в стене, как в лифте, разъехались створки, и в комнату вошёл высокий, худощавый мужчина лет сорока, одетый в потёртые синие джинсы и мешковатый твидовый пиджак. Его чёрные с проседью волосы были забраны сзади в небольшой хвостик, а на крючковатом носу сидели модные очки в толстой оправе. «Это же контора экстрасенса!» – с разочарованием утвердилась я в своей догадке. Мужчина, гостеприимно раскинув руки, направился ко мне:

– Здравствуйте, милая барышня! Как вас величают?

– Наташа, – ответила я слегка осипшим голосом.

– А меня – Константин Львович. Присядем, – он опустился на диван и, сняв очки, буквально пробуравил меня взглядом чёрных, похожих на две дырки, глаз. – В общем, так, Наташа, созданная нами интеллектуальная система «Нейрогид», основываясь на личностных характеристиках человека, на его позитивно и негативно оцениваемых моментах жизни, создаёт в подсознании определённые видения, которые воспринимаются человеком как путешествие. «Нейрогид» система новая, поэтому сейчас мы обкатываем её на добровольцах. Если вы согласны принять в этом участие – мы подпишем ряд документов, и вы заполните три анкеты.

То, что ИИ начнёт копаться у меня в мозгах пугало, но проклятое любопытство щеночком скулило в груди, и я сдалась.

***

Солнце мягким теплом ласкало тело. Я шла по незнакомой улице и душа моя растворялась в блаженстве от окружающей красоты и уюта. Густая трава зелёным мехом покрывала землю и была такой сочной, что хотелось пройтись по ней босиком. Искусно подобранные цветы создавали на клумбах настоящие мозаичные картины, от совершенства которых захватывало дух. Порядок и заботливо наведённая везде чистота навевали ощущение благоденствия и покоя.

Дома по обе стороны улицы были в основном трёхэтажные, украшенные тонкой лепниной, и у всех на первом этаже располагался небольшой магазин или лавочка. Где-то торговали предметами искусства, где-то музыкальными инструментами или книгами. Были бутики ювелиров, краснодеревщиков, портных, сапожников. «Сплошные промтовары, – удивилась я отсутствию на улице продуктовых магазинов и кафе. – Город мастеров какой-то».

Разглядывая магазины, я не сразу заметила на плоских крышах домов открытые площадки. Там оказалось полно людей. Кто-то занимался рукоделием, кто-то читал, многие рисовали или что-нибудь мастерили. Во дворах тоже было многолюдно. Люди танцевали, пели, музицировали. «Надо же, середина дня, а куча народа дома и, словно в отпуске, занимаются кто чем. И почему на улице? Квартиры слишком маленькие?» – копились у меня в голове вопросы.

Отсутствие общепита начало напрягать, так как ужасно хотелось есть. Навстречу на самокате катил паренёк лет девяти.

– Пацан! Стой! Где тут у вас можно поесть?

Мальчишка непонимающе захлопал белёсыми ресницами:

– Что сделать?

– Ну, кафе какое-нибудь или магазин, где можно купить поесть, – с раздражением повторила я.

– Я не знаю, где ваша поесть продаётся, – пацан растерянно смотрел на меня. – А что это?

Здесь уже я затупила и не нашла, что сказать, столь странен был вопрос.

– Ладно, катись дальше.

Впереди на скамейке я заметила интеллигентного вида старушку. Откинувшись на спинку, она сидела, подставив солнцу открытые ладони и, морщинистое, как мятая бумага, лицо. Лёгкий ветерок раздувал короткие седые кудри старушки и воланы её белой кружевной кофточки.

– Простите. Вы не подскажете, где можно перекусить, – осторожно спросила я.

Старушка вздрогнула и открыла глаза. Это были глаза Снежной королевы: кристаллы голубоватого кварца в прожилках мелких трещин. Она улыбнулась, и её прозрачные глаза утонули в лучиках морщин:

– Вы, верно, из староедов и впервые в Гелиограде?

– Да, – неуверенно ответила я. – А что значит из староедов?

Старушка на меня взглянула снисходительно, как на малого ребёнка:

– Из тех, кому нужна пища. Местные жители все солнцееды и обходятся без неё.

Слегка обалдев от такого ответа, я присела на скамейку. А старая женщина начала с вдохновением объяснять:

– Это же такое счастье – не зависеть от еды! Сколько сил и средств тратится у вас на пропитание. Нам же ничего этого не надо, мы даже можем не работать, ведь на необходимые вещи средства можно получить с помощью хобби или творчества, которые всегда в радость. А сколько свободного времени появляется, когда не нужно заботиться о хлебе насущном.

Потрясение, наконец, отпустило, и я вклинилась в её страстный монолог:

– А в пасмурные дни вы как живёте?

– О, здесь всё просто. У нас есть браслеты и бусы из гелионита, материала, сохраняющего энергию солнца. Чем дольше находишься под солнечными лучами, тем больше энергии впитает гелионит. А длительного ненастья, как и зимы, у нас не бывает.

Старушка спохватилась и, смутившись, прижала руку к груди: – Простите, я заболталась. Кафе у нас есть только в гостевом квартале.

Она поднялась и указала на широкий автобус с открытым верхом, приближавшийся к красному кругу на мостовой:

– Сейчас вам нужно сесть на автоплатформу, которая идёт до площади Аполлона. Кстати, – она подняла вверх указательный палец, на котором сверкнул жёлтыми брызгами изящный перстень. – Там находятся театры нашего квартала Весы. Непременно посетите их при случае. На площади вам придётся пересесть на автоплатформу, следующую по четвёртому лучу до площади Мельпомены – это площадь театров квартала Овен, а от неё по седьмому лучу можно пешком дойти до гостевого квартала. На такси, конечно, проще, но там нужно платить, а платформы бесплатные.

Поблагодарив её, я поспешила на остановку. Автоплатформа мягко подкатила к красному кругу и остановилась. Я шагнула в салон, но нога, не почувствовав тверди, вдруг начала, словно нож в масло, проваливаться в пол, и моё путешествие с «Нейрогидом» закончилось.

***

Всю неделю я была словно в тумане: так сильны были впечатления от этого то ли сна, то ли затяжной галлюцинации. Нестерпимо хотелось вновь попасть в Гелиоград. Опять испытать то блаженство и покой в душе, которые возникали от окружающей красоты и порядка. Пообщаться со счастливыми людьми. Где-то в глубине души даже зародилась шальная мысль: «Вот бы заразиться этим солнцеедством». Вконец измаявшись, я решила ещё раз сходить в «Нейрогид».

Крючконосый Константин Львович не удивился моей просьбе, наоборот, я даже уловила радостное возбуждение в его взгляде.

– Наташенька, понимаете в чём дело, – он посмотрел на меня поверх очков чёрными дырками глаз, словно прицеливался, – попасть в то же самое путешествие с ходу не получится. Может потребоваться несколько сеансов. Но это, – губы Константина Львовича изобразили улыбку, обнажив острые кончики длинных резцов, – будет уже на коммерческой основе.

Сейчас я устроилась на вторую работу и коплю деньги на третью попытку.