Город Властителей

Раз в год весь город гудел и бесновался: этот балаган длился ровно месяц и назывался великим праздником всепрощения. Властители устраивали грандиозные пиры для всех жителей, на центральных улицах жонглёры, музыканты и прочие творческие личности веселили почтенную и не очень публику. Так же жировали карманники и прочие лихие люди, ведь чем больше толпа, тем легче незаметно подрезать кругленькую сумму у какого-нибудь толстосума. Кульминацией же праздника служило цирковое представление на центральном стадионе: там было всё то, от чего детвора и взрослые приходили в экстаз: воздушные гимнастки в облегающих трико, клоуны, дрессированные животные выступали в вперемешку с певцами и поэтами. Кульминацией всего этого действа было действие, которое и дало такое название празднику: еще перед входом на арену людям раздавали яблоки с привязанной к ним биркой с именем преступника. И вот наступал самый волнующий и долгожданный момент для жаждущих хлеба и зрелищ: на арену выводят лошадей, куда достопочтенная публика кидает яблоки. Те яблоки, которые лошади не съедят означали помилование для тех, чьи имена на бирки, тем же, кому не повезло быть «съеденными» выводили под одобряющий гул на ту же арену и зрители голосовали за предложенные способы казни несчастных. Почему несчастных? Ведь это преступники и злодеи. Конечно, каждый осуждённый будет говорить, что не виноват, но соль данного представления была в том, что это были просто пойманные на улице обычные горожане, которых отбирала специальная служба по особым критериям: во-первых, они должны были быть не старше двадцати пяти, но не моложе восемнадцати, во-вторых, они должны быть девственниками, в-третьих, должно быть равное количество мужчин и женщин. И естественно казнили всё равно всех, поскольку лошади съедали всё под чистую. Считалось что их кровь, которая лилась рекой на арену и потом по специальной системе желобов стекала в подземный резервуар, имеет особые свойства для поддержания жизни. И служила основным ингредиентом для добавления в пищу Властителям и тем, кто был их доверенными лицами.

Дёмину была оказана великая честь вести прямой репортаж и освещать происходящее на арене в прямом эфире, хотя он только недавно был принят на работу в министерство информационного единства, именно ему доверили столь ответственную задачу. Антон Дёмин почему ему доверили освещать такое важное событие – он молод ему только исполнилось двадцать два года, только выпустился из академии, причём далеко не с отличием, были кандидаты достойнее его, но Властителям виднее и кто такой простой журналист, чтобы оспаривать их решение. Хотя были догадки на этот счёт: его одобренной парой была, по слухам, то ли дочь, то ли племянница одного из высших чинов города, хотя доказательств ни у кого не было, да и не стал бы человек в здравом уме искать эти доказательства. Тайна личности тех, кто управлял городом, была очень оберегаема и за разглашение такой информации казнили не только слишком любознательного «детектива», но и всю его семью, друзей и соседей. Буквально через пару месяцев желающих не осталось. Все хотели жить и, самых отчаянных, да ретивых, сами сдавали властям, а чаще просто принимали меры и такие энтузиасты просто исчезали навсегда.

Эфир шёл по плану, оператор и звукорежиссёр знали своё дело туго, умело меняя кадры идавая указания, когда нужно перестать говорить и дать зрителям, не попавшим на стадион прочувствовать ликование своих сограждан в полной мере.

- И вот, наступает тот момент, которого мы ждали весь год! То, ради чего мы все столь упорно трудились, дабы в этот день отбросить все заботы и печали, дабы понять – всё, что мы делаем не напрасно! И что справедливость и мудрость Властителей оберегает нас от самых ужасных отбросов общества! Обряд Всепрощения! Так давайте же наблюдать и восхищаться! – Антон повернулся боком к камере в сторону арены, на которую вывели лошадей. Раздался звуковой сигнал, и зрители с радостными возгласами начали кидать яблоки. Лошади с ржанием поедали угощение до тех пор, пока не осталось буквально пару яблок. Вот тут и случилось непредвиденное: каким-то образом на арену выскочил подросток лет четырнадцати и, схватив эти яблоки, бросился через заграждения в сторону технических помещений, где на специально оборудованной площадке и находилась съемочная группа. Антон, недолго думая, бросился наперерез. Оператор бросился за ним, кадры поимки надо было заснять, во что бы то ни стало. Мальчишка уж было думал, что проскочил, но Антон успел в прыжке его схватить. Оператор дал крупный план этой картины. Антон обмотал шею пацана шнуром от микрофона, который был подключен к портативному передатчику и начал душить преступника. Через какое-то время тот обмяк. В ногах у Антона лежало бездыханное тело. Дёмин поднял яблоко и с торжествующим криком кинул его на арену.

- Никто! Никто не смеет противиться воле Властителей и Всепрощения! Этот мусор попытался нарушить святые традиции нашего города, за что и был наказан волей Верховных! Я Антон Дёмин, не позволю никому, осквернить праздник Всепрощения и опорочить честь Города! – журналист выпалил эти слова на одном дыхании. На стадионе стояла мёртвая тишина несколько секунд, затем всё потонуло в рёве радостной толпы. В этот момент подоспела служба безопасности устоев. Командир отдал приказание забрать тело, а сам подошёл к журналисту:

- Здравствуйте, я командир взвода, позвольте пожать Вам руку Антон! Вы проявили редкостное рвение и отвагу, за что выражаю благодарность от всей нашей службы и, надеюсь, что столь доблестный поступок не будет оставлен незамеченным и Вас вызовут в зал чести и достоинства для вручения заслуженной награды.

- Благодарю! Для меня самая большая награда – это вести этот эфир и то, что я мог послужить на благо Города.

Дёмина трясло от переизбытка Адреналина, но нужно было продолжать работать.

- И так, инцидент исчерпан: и вот на арену выводят осуждённых, судьба которых определилась согласно высшей справедливости. Посмотрите на них, на их опущенные глаза и головы, на их покорность и внешнюю «невинность» - о, пусть вас не обманывает этот образ невинных страдальцев… – Дёмин распалялся всё больше, - это гнойники на теле нашего города, которые удалось вскрыть благодаря нашим верным защитникам и хранителям порядка, это гниль, которой нельзя дать проникнуть в наши души и сердца, черная плесень, которая своими спорами отравляет воздух, которым мы дышим! И вот он катарсис справедливости и Всепрощения! Кровью и мучительной смертью они заслужат искупление перед всеми нами! Да здравствует праздник Всепрощения, да здравствуют Властители, да здравствует наш великий Город!

Как только Антон произнёс последние слова, началось голосование за способ казни для первых пятидесяти человек. На этом его работа его съёмочной группы была закончена. Казнь освещала уже другая бригада, чему он был несказанно рад, поскольку напряжение от эфира и случившаяся непредвиденная ситуация дали о себе знать головокружением и ощущением «ватности» ног.

- Может по стаканчику в честь праздника? – спросил Оператор.

- Можно, только оборудование сдадим. Сегодня всю ночь кутить можем. Завтра у нас выходной, официально, между прочим! Звукорежиссёр подмигнул коллегам. – А ты Дёмин, вообще сегодня дал жару, на моей памяти это первый такой эфир с перчинкой!

- Да ладно тебе! Это просто стечение обстоятельств – не я так кто-нибудь другой здесь сейчас стоял с вами.

- Ну, другой не другой, а герой теперь ты!

Оператор со звуковиком одновременно взяли Дёмина за плечи и добродушно засмеялись.

***

Властители внимательно следили за трансляцией, вернее за тем как работала съемочная группа. В самом зрелище для них не было ничего интересного, сценарий был давно известен и никаких новшеств в нём быть не могло. А вот Дёмин для них представлял неподдельный интерес: не смотря на не самую лучшую успеваемость, в нём была пламенность и одержимость, которая открывала широкий простор для усиления их влияния. Конечно, были хорошие и любимые горожанами журналисты, но вот Антон, он мог стать кумиром – молодой, не из обеспеченных слоёв, сирота, который пробился сам. Лучшего варианта для укрепления своей власти и идеологии и придумать нельзя было. Они прекрасно понимали, что в Городе есть недовольные и что они молчат до поры до времени и то, лишь только потому, что против них велась очень жёсткая карательная политика, вплоть до запрета разговаривать на всех языках кроме языка Города и всеобщего, поскольку он был необходим для взаимодействия с внешним миром и создания благоприятной картины в глазах других городов... Это недовольство, несмотря на контроль и превентивные действия по устранению таких персон, рано или поздно могло вылиться в очень неприятные для Властителей последствие, поэтому Дёмин был подарком судьбы, который, при правильном использовании его талантов, позволит им мягко и без репрессий стабилизировать ситуацию. Единственное, что не очень их порадовало – это произошедшее в прямом эфире с мальчишкой, но с другой стороны – шоу получилось с изюминкой. Эта ситуация не была спланирована и даже не допускалась, как возможная, поэтому уверенные и жесткие действия журналиста показали, что он это делал не из страха или необходимости, а потому что был глубоко уверен в своей правоте по защите устоев и порядков, установленных в городе. И дабы поддержать молодого человека в его светлых и праведных устремлениях – его наградят, обязательно, причём публично, организовав трансляцию не только для жителей их Города, но и для других полисов. Естественно с замалчиванием некоторых подробностей произошедшего.

- Третий, организуйте награждение орденом Устоев первой степени для этого юноши, но предварительно пусть его подготовят. Не нужно всему миру знать все подробности произошедшего.

- Как скажете, Первый. Всё будет исполнено в лучшем виде. И да, та девушка, которая была одобрена ему в пару, Вы не возражаете, если мы организуем награждение во время их официальной церемонии Союза?

- А когда у них церемония?

- Я организую так, чтобы она состоялась в ускоренном режиме в течение недели. Этого времени как раз хватит, дабы провести необходимые приготовления.

- Одобряю, Третий. Что скажут остальные?

Все согласно кивнули головой.

- Вот и отлично, а теперь давайте праздновать. Я распорядился, чтобы нам доставили особые дары.

Властители заулыбались. Особые дары редко получалось добыть, чтобы не взывать подозрений и огласки. Это было кодовым словом для обозначения юных особ, приехавших по обмену для учёбы и работы в их городе. После ритуала приношения даров, им стирали медикаментозно память и отпускали обратно. Это позволяло хорошо отдохнуть, не опасаясь за последствия. Собственно, одобренная для Дёмина была дочкой, одной из даров от одного из Властителей, который почему-то проникся этим фактом и решил негласно помогать «дару» и ребёнку. Это вызвало лёгкое недоумение со стороны других Властителей, но всех махнули рукой. У каждого из них были свои причуды.

Третий решил не откладывать в долгий ящик поставленную перед ним задачу и, пока было время до начала празднества отдать пару распоряжений. Неделя не такой уж большой срок для подготовки как могло бы показаться. Особенно учитывая нерасторопность некоторых ведомств и бюрократию, которую очень сложно было искоренить на низовых уровнях.

***

Съемочная группа сдала оборудование и отправилась в один из баров неподалёку, где собиралась именно журналистская братия. Ото всюду были слышны хлопки и гул салютов и весёлая музыка, особенно часто доносились звуки ставшей очень популярной песни «Отцы Властители и мама Всепрощение». Дёмину приветственно махали незнакомые люди, видимо он стал узнаваем после этой трансляции. В баре его уже ждала его одобренная – Лина. Красивая, зеленоглазая, с кудрявыми волосами и добродушным характером. Ему повезло, что именно она стала его парой. Часто случалось так, что одобренные вообще не испытывали к друг другу никаких чувств. Здесь же всё совпало, за что он искренне благодарил Властителей.

В баре съёмочную группу встретили радостным улюлюканьем, а Лина не стесняясь своих чувств и посетителей прыгнула на Антона обхватив его ногами в районе поясницы и страстно поцеловала, оторвавшись от своего партнёра она задорно закричала улыбающимся коллегам:

- Что я Вам говорила? Дёмин лучший! Ещё и сильный! Видели, как он скрутил того негодяя???

Лина вручила ему стакан с каким-то коктейлем, явно очень крепким.

- За тебя! До дна!

- до дна! – повторили за ней хором все присутствующее.

Напиток хоть и был крепким, но на удивление достаточно приятным и освежающим. Наконец-то они сели у барной стойки, где им уступили место посетители, перебравшись за столик к своим знакомым. Дёмин и Лина прижались к друг другу и просто молчали, а Оператор со звуковиком наперебой рассказывали о трансляции и подвиге Антона.

Праздник Всепрощения закончится утром, а сейчас можно просто получать удовольствие и наслаждаться моментом.

До дома Антон и Лина добрались уже под утро. Спать не хотелось, поэтому они решили добить бутылку текилы, предусмотрительно захваченную из бара.

- ТЫ был просто великолепен!

- Да брось, я просто делал свою работу…

- Не спорь со мной! Далеко не каждый способен не растеряться в такой ситуации, да еще потом и такую речь выдать! Тебя точно наградят!

- Моя лучшая награда это ты!

Выпив по стопке и закусив лимоном, они решили продолжить общение в более удобной обстановке, подходящей для нахождения в обнажённом виде.