Говорят, под Новый год...

Древняя сущность, редкая хтонь, которой нет названия ни в одном из ныне существующих языков, у которой никогда не было своего собственного имени, давным-давно уснула непробудным сном, очень похожим на забвение. Ей нет места в тварном мире, она не подчиняется законам физики, о ней ничего не слышали даже самые продвинутые медиумы и экстрасенсы. Но странным образом она всё-таки проникла в сознание людей и трансформировалась в нём в виде легенд и приданий, в которых слишком часто повторяется слово «чудо».

Сущность спит. Неизвестно, видит ли она сны, а если видит, то о чём они могут быть. Ей нет нужды дышать, ведь и органов дыхания у неё нет. Но то, что можно было бы назвать её дыханием, иногда всё-таки прорывается в наш мир в виде невидимой и неосязаемой всепроникающей субстанции, квинтэссенции того, что глупые люди называют магией, а люди умные — необъяснимым научным фактом. Невидимыми лоскутами эта субстанция скользит по миру, не зная преград. Опускается в разных местах — на землю, воду, камень, зверя или птицу, меняя их совершенно непредставимым образом. Если такое дыхание случайно падает на обычного человека, с этим человеком начинают происходить невозможные чудеса. Желания этого счастливца волшебным образом исполняются. И так повелось, что чаще всего эти чудеса случаются именно в канун Нового года...

Маленький мальчик с самого утра возился в снегу на пустыре за своим домом. Он, высунув от усердия язык, катал снеговые шары, протаптывая в снежной целине извилистые тропинки, с натугой ставил их одного на другого, придирчиво осматривал полученный результат, и тут же начинал катать следующий. Вот этот неподъёмный шар останется на своем месте и станет основой снеговика, этот побольше — его туловищем, этот самый маленький шар пойдёт на голову, а из этих крошек получатся отличные руки. Осталось внести последний заключительный штрих и снеговик будет готов! Мальчик давно планировал это знаменательное событие и всё заранее продумал и подготовил. Он мечтал встретить Новый год у собственного снеговика, мечтал обрести пусть холодного, но родного друга. Друга, которого у него никогда не было, но о котором он страстно мечтал.

Мальчик порылся в рюкзачке, который прихватил с собой из дома, и извлёк огромную, ярко-красную морковку. Понюхал, сгорая от желания откусить кусочек, чтобы немного утолить терзающий его голод, но печально вздохнул и решительно впечатал корнеплод в центр головы снеговика. Потом из того же рюкзака вытащил два красивых, удивительно чёрных округлых камешка, которые подобрал на море ещё летом, и соорудил снеговику глаза. Потом проковырял узкую полоску рта, вставил в него развёрнутый чупа-чупс. Воровато оглянулся, чувствуя себя преступником, достал из рюкзака последнее сокровище — вязаную шапочку с оленями, недавно подаренную бабушкой. Натянул её на снеговика, отступил на шаг и восхищённо выдохнул: вот он! настоящий снеговик, как он и мечтал. Стоит и улыбается, посасывая леденец: «Привет! Это ты меня слепил? Отлично! Значит будем дружить!».

— Ха! Что это за чучело?! — весело и грозно раздалось за спиной.

Мальчик испуганно обернулся: ну конечно!, Эти ребята из соседнего двора! Местные хулиганы, с которыми мама запрещала ему общаться, как-будто он когда-нибудь искал их компании! Они всегда сами находили его: во дворе, в школе, на прогулке в парке. Эти ребята не проходили мимо, они задирали мальчика, награждали обидными тумаками и дразнили нехорошими словами. Вот же горе! И когда только успело стемнеть? Увлёкшись работой, мальчик и не заметил, как наступил вечер.

— Это же ледяной монстр!

— Белое чудовище!

— В атаку!

Трое пацанов с криками и смехом оттолкнули мальчика в снег и набросились на снеговика. Они били ни в чём неповинное существо руками и безжалостно пинали ногами. Вырвали морковку и забросили далеко в снег. Чёрные камушки-глазки полетели туда же. Снеговик молча принимал пытку, бессильный что-либо изменить. Вот у него отвалилось полголовы, вот в боку появилась глубокая рана. Маленький мальчик сидел в снегу и слёзы струились по его щекам. Его друг умирал, а он ничем не мог ему помочь!

— У-у! Плакса! — вскричал один из ребят, заметив слёзы мальчика. — Так не интересно! Пошли отсюда, нам ещё фейерверк запускать!

И ребята важно пошли вразвалочку, проваливаясь на каждом шагу в снег, размахивая руками и гордясь своим подвигом. А маленький мальчик сидел и смотрел на бесформенную кучу, которая несколько минут назад была его другом. Слёзы застыли корочкой льда на его щеках, но мальчик не чувствовал холода. Волна ненависти поднялась в его смирном сердце, настолько неожиданная и чуждая всему его мировоззрению, что он не выдержал, забыл о тщательно воспитанных родителями принципах и зло прошептал вслед обидчикам: «Чтоб вы сдохли! Чтоб вы все сдохли!». Мальчик не знал, что именно этот миг выбрало дыхание сущности, чтобы его коснуться.

Пацаны не ушли далеко. Добравшись до начала заснеженной, смутно освещаемой редкими фонарями парковой аллеи, они переглянулись и понимающе усмехнулись — самое то! Игорь вытащил спрятанную под курткой коробку с фейерверком.

— У кого зажигалка? — спросил он, оборачиваясь к приятелям.

Андрей порылся в кармане и протянул Игорю зажигалку, специально взятую ради такого дела у старшего брата.

— Давай быстрее! Пока никого нет! — обеспокоенно произнёс он, боязливо оглядываясь по сторонам. Странный холодок проник под тёплую куртку и сжал сердце. Вдруг показалось, что из-за нависших веток за ним наблюдают чьи-то внимательные глаза.

Игорь надорвал упаковку и у него в руке оказалась длинная, очень красивая свеча, покрытая непонятными иероглифами. На секунду мальчик задумался, куда её пристроить? Воткнуть в снег? Да ну, это кринж. Веселиться, так по полной! Решившись, Игорь чиркнул колёсиком зажигалки и поднёс маленький огонёк к запалу. Пламя весело побежало по шнуру и скрылось внутри свечи. Игорь смело вытянул руку с зажатым в ней фейерверком в сторону и на всякий случай зажмурился.

— Ой, что сейчас будет! — восхищённо выдохнул Даня, во все глаза смотря на фейерверк и делая шаг назад.

Но ничего не случилось. Почти минуту Игорь терпеливо ждал, когда же свеча сработает, потом решил, что фитиль погас, и развернул трубку к себе, заглянул внутрь. И в этот миг всё произошло. Свеча издала оглушительный хлопок, из открытого конца вырвалось пламя и что-то ужасающе быстро рванулось прямо в лицо Игоря, пробило глазницу и погрузилось глубоко в череп, который тут же расцвёл разноцветными сполохами фейерверка.

Игорь умер мгновенно. Он не успел ни испугаться, ни закричать, он даже боли не почувствовал. Просто стал заваливаться в снег, всё ещё сжимая в руке плюющуюся искрами ему в лицо трубку фейерверка. Зато страшными голосами закричали, завыли его перепуганные друзья.

— Гар! Ты что?! Что с тобой?! Как так же?!

Андрей потрясённо посмотрел на расплывающееся под телом товарища пятно крови, шипящей на холодном снегу, и его стошнило. Он упал на колени, наклонился к тропинке и изверг из себя неожиданно бесконечный поток коричневой жижи. Рвотная масса едва коснувшись снега не впиталась в него, как это можно было бы ожидать, а моментально обратилась в ледяной столб, который разорвал пищевод и горло Андрея, пробив отросшими во все стороны тонкими дендритными иглами шею мальчика. Глаза Андрея остекленели, он сломанной куклой повис на страшном сталактите.

Даня же больше не кричал. Выпученными глазами он смотрел на труп Андрея, на мёртвого Игоря и мотал головой, отказываясь верить увиденному:

— Нет! Этого не может быть! Это сон! Просто дурной кошмар! Мамочка, мне страшно!

Мальчик, забыв недавнюю браваду, вдруг развернулся и что было сил побежал домой — позвать взрослых, родителей, кого угодно! Может быть его друзья ещё живы! Может их ещё можно спасти! Но больше всего на свете Даня мечтал оказаться сейчас подальше от злополучной аллеи, пугавшей его до смерти.

Не замечая ничего вокруг, Даня промчался мимо пустыря, на котором маленький мальчик всё ещё пытался как-то восстановить своего поруганного снеговика, проскочил во двор и метнулся к подъезду. Сильный порыв ветра настиг парнишку и толкнул в спину, чуть не сбив с ног. Хлопнула незакрытая оконная рама на чердаке, послышался тонкий звон разбитого стекла. Даня поднял голову и последним, что он увидел, был красный, неморгающий глаз, смотревший на него с темнеющих небес и, казалось, проникавший в самую душу. А потом Даня умер, так же быстро и безболезненно, как его друзья. Треугольный кусок стекла спланировал с крыши и в последний момент, подхваченный порывом ветра, причудливо изменил траекторию и, как ножом гильотины, в миг срезал голову мальчика вместе с куском воротника. Фонтанирующее тело постояло, покачиваясь, пару секунд, а потом упало, заливая ворсистый коврик у подъезда потоками крови. Желание маленького строителя снеговика, о котом сам мальчик давным-давно забыл, сбылось. Наступал Новый год...