ГРАЧ^4 (БоярЪ-аниме)

– Предъявите пропуск! – требовательно раздалось в динамике, а в металлической стене открылся ящик.

Салтыков вытащил указательным и средним пальцами из нагрудного кармана пачку из нескольких карточек, немного потасовал их, потом пробормотал:

– Наверно, этот в тему, – после чего положил в ящик.

Тот захлопнулся.

– Генерал Салтыков Александр А., Вы в отставке, я не могу Вас пропустить внутрь нашей базы, – произнёс голос в динамике, после чего добавил, – но Вы находитесь в базе людей с высокой степенью опасности. Прошу покинуть пропускной пункт немедленно!

– Слушай, лейтенант, свяжись с начальством. У меня срочное совещание, а ты тут в вахтёршу женской общаги играешь, – проворчал старик.

– Я капитан! А Вы в красном списке. Если откажитесь покинуть помещение, придётся выпустить газ с последующим арестом на 15 суток за неподчинение! – грозно заявил динамик, а ящик вернул пропуск.

– Тц, снова меня проверяют на гуманизм. Ладно, Вася, пошли, нас тут не любят и не ценят, – обратился ко мне Шкипер и вышел из помещения на улицу.

– Ситуация, из-за которой мы здесь, засекречена? – уточнил я.

– Конечно, как и большинство дел, по которым отправили людей в нужное нам логово, – фыркнул Салтыков и достал из пространственного артефакта непримечательный чёрный чемодан.

Он его раскрыл, а внутри оказалось множество подписанных карманов с непримечательными чёрными аппаратами, на которых были только красные цифры краской.

– Телефоны для связи? – удивился я. Ранее я такие встречал только на найденных телах. Одноразовые аппараты, настроенные только на вызов с каким-то одним абонентом.

– Да все телефоны для связи, это их функция, – проворчал старик, больше ничего не объясняя. И так всё стало понятно, когда Шкипер выбрал один из кармашков и взял оттуда аппарат. – Виктор Петрович? Я на месте, но Ваша проходная больно ретива…

Ответ на той стороне, похоже был коротким, так как Салтыков нажал кнопку отбоя и вернул аппарат в чемодан на прежнее место.

– Всё, пойдём, Вася, – позвал меня старик, и мы вернулись на пропускной пункт. – Ну, капитан, снова предъявлять пропуск или теперь пропустишь? С тобой связались?

– Полковник приказал Вас пропустить, но о Вашем спутнике и слова не сказал, – хмуро раздалось в динамике.

– Вась, раз нельзя, придётся тебе пробираться своими силами. Сможешь? – с некоторой усмешкой уточнил у меня Шкипер.

– Это проект сороковых годов этого века. Архитектор Безрыбьев. КПП стандартный и лишён слабых точек, но рассчитан на возможности в первую очередь магов. Поэтому предел прочности некоторых элементов превышает человеческие возможности, но не более того, весь акцент на подавление волшебства. Взрывчатка или сверхсила откроют путь, – сказал я.

Всё же пропускной пункт являлся лишь первой линией защиты, но далеко не главной. А с учётом ситуаций с саботажем и предательством, архитекторам приходилось оставлять лазейку для проникновения внутрь.

Проблемы обычно были от магов, поэтому вокруг подавлялось волшебство. Против людей, монстров и чего-то промежуточного между этими категориями защита КПП считалась избыточной.

– Ну, так сможешь или нет? – переспросил Салтыков. – Ведь, если тебе пришлось так действовать, это вынужденная мера. Все вопросы к лейтенанту.

– Я капитан! – выдал динамик.

– После ЧП станешь лейтенантом, если не рядовым, – усмехнулся старик.

– Ладно, я уточню у командира.

– С этого и стоило начинать, а не посылать нас, – фыркнул Шкипер.

Спустя минуту мы оказались по другую сторону забора.

– Я всё же не понимаю: почему всё так неспешно? – проворчал я.

– Во-первых, поспешишь – дел наворотишь, а сделанного не воротишь. Во-вторых, настройка портала требует времени. В-третьих, надо было завершить все дела здесь, а потом только скакать далеко и надолго, а возможно и навсегда, – заумно заявил старик.

– Понятно, нужное логово очень далеко?

– У чёрта на куличиках и ещё чуть-чуть по прямой.

Я на несколько секунд «завис».

– Нет такого места на карте, как «У чёрта на куличиках» – уверенно заявил я.

– Это фигуральное выражение. На север нам надо. Если спешно отправиться, только на самолёте долететь можно, но не к логову. Среди монстров есть птицы. Поэтому добираются там от аэропорта по земле, потом по воде. Сейчас там уже зима разыгралась, так что обычный путь отменяется. Спешить бессмысленно, – объяснил Шкипер.

– Понятно. А я уж подумал, что моё обучение так важно, что Вы надавили на ВУЗ и дали время сдать материал «вперёд».

– Я? Нет, я не давил. Я просто напомнил ректору, что бывает, если переходить мне дорогу. А он и так после возвращения на Родину недели три жил в стаде, считая себя бараном. Повторения не захотел, да и не видел он смысла строить тебе какие-то козни. Сдал материал и молодец.

– Как мне кажется, создать двойника Вашей Марии Красовой было бы проще и быстрее.

– Нет, – фыркнул старик, – она не смогла принять твою форму. Она видела тебя в действии. Похоже, ты уж больно в её разум запал, поэтому она не смогла по фотографии стать двойником. Или просто не захотела. Тем более, если бы Аня узнала о такой подмене, а ранее что-то не то сделала, она бы обиделась на вас обоих, но на Машу сильнее. Поэтому куда проще было поднять одного старичка в шесть утра, чтобы он навёл шороху в своём «зоопарке» для твоей экзаменации. Ну, а поводом я выбрал, что тебе срочно надо на задание Семьи.

– Так это ж правда.

– О чём и речь. Но по документам ты отправился со мной не сюда, а посетить родственников Аркадии по материнской линии.

– А это кто? – уточнил я.

– А это Владомир Царксий-Ульянов и его прадедушка, у последнего в особняке ты и остановился. Он тебя даже видит сейчас, – усмехнулся Шкипер.

– Понятно, промывка мозгов. Только зачем?

– Чтобы у тебя были развязаны руки. Покажи всё, что можешь, Василий Ураев, – усмехнулся Салтыков. – И да, не удивляйся происходящему, а просто выполняй план тактической группы, и помни, что мой душеприказчик всё тебе передаст.

– Звучит так, словно Вы не будете в «тактической группе», а решили попрощаться, – заметил я.

– Всё, нечего воздух сотрясать. Действие артефакта сокрытия голоса подошло к концу, – проворчал Салтыков, похлопав по одному из своих перстней.

В этот момент со ступенек высокого здания к нам спешил коренастый маг в армейском мундире.

– Александр Алексеевич, а мы Вас заждались, – широко разведя руки в стороны, воскликнул этот мужчина с отличительными знаками полковника.

– Виктор Петрович, – холодно кивнув и проигнорировав приветственные объятия, Салтыков пошёл к лестнице.

– А это ещё кто? Мне доложили, что есть спутник, но я должен понимать: кто он? – продолжил, как я понял, начальник местного гарнизона.

– Наёмник Ураев. Слушай, полковник Соевый, ты не должен быть в курсе, допуска у тебя нет. Какой приказ тебе поступил, собаке? – явно не сдержал раздражения старик.

– Кхм, прошу прощения, Ваше Высокоблагородие, от Семьи пришло распоряжение подготовить коридор со свободным вводом и впустить перечень лиц. Этого Ураева там нет, – явно боясь, армейский офицер всё же пытался действовать по какому-то алгоритму.

Салтыков резко развернулся, на его руке блеснул сгусток оранжевой маны (стихии разума), но практически сразу погас.

Шкипер спокойным тоном произнёс:

– Приказ иной: «Впустить группу лиц, куда входят люди из списка». Чувствуешь разницу? Ограничений на сопровождение нет. И с радостью тут не бегай, раз ситуации не знаешь. Ты был в паре секунд от того, чтобы своей улыбкой вывести меня из себя, бегал бы тут потом по газону и курлыкал, Виктор Петрович. Сдержался лишь из уважения к твоему отцу. Ладно, проводи до комнаты совещаний и встречай остальных.

– Ваше Высокоблагородие, великий князь Царский-Олегов уже прибыл, Вас к Его Высочеству или в отдельное помещение? – сказал полковник, пока его руки вытянулись по швам, но всё же подрагивали от страха перед стариком.

– В комнату совещаний сам дойду, не в первой здесь, – фыркнул Салтыков и пошёл внутрь здания.

Я же отметил расположение камер и скрытых узоров, после чего последовал за ним.

Сейчас мы шли по надземным этажам «Малых Портальных Врат имени Семёнова» – первого телепорта в Российском Империи и мире, который не требовал парного портала со второй стороны, а мог быть настроен почти к любой точке в пределах заранее расположенных маяков.

К сожалению, маг пространства Семёнов был убит ещё до воплощения этого проекта. Исполнителя нашли, но при задержании сработала клятва, убила его и сделала душу недоступной для опроса.

Последний факт сразу дал подозрение, что в деле поучаствовали британские ведьмы, но в ходе расследования случайно нашёлся след к материку индейцев, куда учёный волшебник ездил с экспедицией более чем десять лет до своей гибели.

Как оказалось, там он с группой забрёл в какое-то капище, откуда выбралось всего двое. Собственно второй выживший и рассказал эти нюансы, когда его спасали от убийц. Ну, а перед ГРАЧ-ами особо не таили информацию, так что я был в курсе многого.

Повторить проект «Малых Врат» так и не удалось, потому что внутренний артефакт создавал лично Семёнов. Но изобрести аналог наши учёные всё же сумели несколько позднее, но максимальное расстояние оказалось меньше.

Данное сооружение было слишком затратным для использования, но в качестве «батута для спутников» оказалось идеальным решением, пусть всё равно требовались какие-то манипуляции для сохранения подобного аппарата на орбите. Ведь без выхода на определённую скорость, он просто упадёт.

Однако в экстренных случаях «Малые врата» использовались и для переноса людей к определённой точке, пусть и с погрешностью.

Конечно, гораздо лучше, когда волшебники создают свежий и стабильный портал в нужное место, но это далеко не всегда возможно.

Проблем для магии пространства существует немало: погода, положение звёзд, масса «пассажиров», магический «вес» артефактов, неизведанность целевой зоны и ещё куча всего.

Это даже без учёта потребности мага в энергии и уровне.

Есть ещё свитки, порошки, зелья и артефакты для телепортаций, но практически всегда они требуют каких-то маяков: памяти о месте или парного предмета. При этом стоимость материалов для подобных предметов достаточно высока.

Грачёвы старались выращивать и добывать нужные ресурсы, но всё равно себестоимость была высокой, хотя и прибыль при продаже достаточной.

Но всё же при экстремальных ситуациях перенос в пространстве был огромным выигрышем, как в скорости, так и в факторе неожиданности. Поэтому поиск улучшения и удешевления будет практически всегда. Об этом же говорит и попытка использовать механику призыва.

– О чём задумался, Вася? – спросил неожиданно Салтыков, пока мы шли по коридору.

– Вспоминаю плюсы пространственной магии, – ответил я и поинтересовался: – Вы переживёте перегрузку?

– Да куда я денусь? Главное, соблюдать инструкцию и не надо снимать артефакты, так что переживу, – усмехнулся Шкипер. – Не первый раз здесь по делу.

В этот момент перед нами открылась дверь. Из проёма, пригнувшись, вышел высокий широкоплечий, но очень худой мужчина.

– Александр, – кивнул он.

– Олег, – тем же ответил Салтыков.

Высокий мужчина развернулся и шагнул назад в помещение. Мы проследовали за ним.

Шкипер зашёл, больше не сказал ни слова и только жестами мне показал, чтобы я сел на диван, пока он сам расположился за столом.

Спустя почти час в комнату вошла женщина, её глаза были красными от слёз, за ней сразу же вошло трое мужчин. Они остались стоять за её спиной даже тогда, когда та всплеснула руками и пошла к Салтыкову:

– Наши деточки! – произнесла она и зарыдала.

– Не плачь Валюша, мы их вытащим, – начал успокаивать Шкипер, а я запоминал, как это надо делать, не используя заряд или релаксант от языка.

– Постеснялись бы, – фыркнул Царский-Олегов, после чего отвернулся в сторону окна.

Через десять минут в помещение вошла целая процессия, так что внутри стало ровно двадцать человек, но за столом оказалось восемь.

– Вижу, все здесь, – произнёс вошедший последним, двадцать первым, невысокий мужчина в серой форме без отличительных знаков. Он окинул взглядом окружающих, после чего произнёс: – если здесь есть кто-то, кому нет доверия, прошу указать на них.

– Пфф, не доверяю я своей жёнушке и Шкиперу, но к делу спасения детей это не относится, – буркнул Царский-Олегов.

– Да хватит, – проворчала барышня внешне лет сорока, прикрыв половину лица веером, – потом поцапаетесь, если Вам, Олег, хочется попрыгать по предгорьям Кавказа. У меня вопрос больше к человеку за Салтыковым, мы не видим его лица, даже на глазах зачем-то тёмные лыжные очки.

– Это Василий Ураев, мой доверенный наёмник. Если так любите лица со шрамами, потом можете полюбоваться. Но я его проверил, доверяю полностью. Если кто-то хочет оспорить его участие, у меня возникнут вопросы. Но при согласии на Вашу проверку, я могу предъявить внешность и любую подноготную этого человек вплоть до возраста, когда он писался в пелёнки, – проворчал опекун Варвары, а потом добавил, – давайте к делу. Малые врата прогреются примерно через три часа, поэтому надо заняться подготовкой.

– Я так понимаю, вопросов по персоналиям больше нет? Василий Ураев одобрен Тайным Приказом для участия в миссии по настоянию Самого Государя Императора, поэтому тема закрыта, – произнёс мужчина в серой форме, после чего сообщил: – Если кто-то не в курсе, моё имя – Горын Горыныч Бурьянов, советник Императора при Тайном Приказе. Теперь к делу…

Салтыков ранее мне особо не раскрывал частности, так что я внимательно слушал.

Если сократить произошедшее до сути, то в полярном логове на одном из островов посреди Северного Ледовитого Океана всегда светит созвездие волшебных светил, созданных древним магом в качестве печати против монстров, лезущих из трёх магических порталов.

Сейчас теоретики предполагают, что именно искусственные солнца питают порталы, а сами поглощают ману из природы. Замкнутый цикл был создан около пяти-шести тысячелетий назад, предположительно в эпоху после Всемирного Потопа.

Что и как тогда могли делать маги – загадка. Письменных свидетельств не осталось.

Если же возвращаться к сути, то в логовах живут ракообразные, птицы и рыбы. Обитатели из трёх порталов смешались вместе с рядом местных видов, создав замкнутую цепочку питания.

Попасть на остров можно по воде или воздуху. Перенестись внутрь периметра волшебных светил невозможно, как и покинуть его при помощи пространственного волшебства. По этой же причине есть сложности со связью.

Однако можно переместиться как рядом, так и над целью. Последнее более опасно как из-за шанса попасть в гравитационную аномалию светил, так и из-за бурана, продолжающегося некоторое время.

Это что качается места.

Событие же куда приземлённее: заключённые, отбывающие свой срок, захватили комиссию по условно-досрочному освобождению и передаче детей опекунам.

Состав группы преступников неизвестен.

Требования, пришедшие на пароме до бурана, было записано в бортовом журнале, а в качестве меры устрашения сопровождалось телами 112 человек: моряков, заключённых, охранников логова и неизвестных.

Текст был прост:

Хотите вернуть комиссию, пусть за ними приедут родители!

В первую очередь Шишкин, Салтыков и Муравьёв-Палач должны прибыть лично!

Кроме того должны быть привезены: 1 миллион в бумаге, 1 миллион платиновыми сотниками и десять свитков мгновенной телепортации!

Если не прибудете до 5 декабря, комиссия и все остальные заложники отправятся к вам на втором пароме.

Комитет Мятежников

– Эксперты проверили почерк, – подошёл к завершению совещания Бурьянов, – он принадлежит Магдалене Карловне Журавлёвой, которой быть в «Полярном Созвездии» просто не должно. В ходе расследования в другом месте было обнаружено, что её подменили двойником. Подделка погибла от действия клятвы при раскрытии подлога. Поэтому без сомнений всё – странная ловушка, но, насколько я понимаю, никто из вас, господа. Не отказывается от требований?

– С террористами лучше не вести переговоры, но я не хочу смерти Алисы, пусть она моя дочь и не по крови, – проворчал Олег Царский-Олегов.

– Так, больше ремарок нет? Хорошо. Как ранее вас оповестили, будет создано две группы: из перечня требований преступников и вторая, тактическая, которая должна постараться прийти на помощь первой или… отомстить за вашу смерть, – продолжил Горын Горынович и взял паузу.

Среди аристократов никто не продолжил разговор.

– Хорошо, теперь прошу разделиться на основную и тактическую группы для совещания. Господ я попрошу пройти со мной, а тактические единицы останутся здесь! – закончил мужчина в серой форме.