Градовецкий целитель. Новый вызов

Прежде чем рубить с плеча и подавать заявление, мне предстояло пообщаться с главным целителем Второй Градовецкой больницы. Решение о приёме на работу принимать ей, и в этой ситуации Радимов мне особо не поможет. Всё зависит только от меня. Именно поэтому я сначала выспался и привёл себя в порядок, и только потом отправился на встречу.

Вторая городская больница была расположена относительно недалеко от первой, если не считать необходимость перебираться на другой берег Светлицы и делать немалый крюк. От моей нынешней квартиры ехать минут сорок, а потом пять минут идти пешком. Хотя, какая разница, если после ухода с нынешней работы это жильё придётся освободить?

Выходя из автобуса, поймал себя на мысли, что забиваю голову пустыми мелочами вместо того, чтобы сконцентрироваться на самом главном. А ведь мне нужно показать себя с лучшей стороны.

Больница во многом была похожа на Первую городскую, но со своими особенностями. Здание разделялось на три отдельных блока: инфекционное отделение, детское и многопрофильное, куда я и направлялся. У каждого отделения был обособленный вход для пациентов, и только центральный вход предназначался для сотрудников. Здесь же, в центре здания находилось руководство, поэтому мой путь лежал именно сюда.

На ступеньках меня уже ждал Радимов, решивший провести меня прямо в кабинет главной целительницы.

— Костя, с технической стороны я всё уладил, — начал он напутственную речь. — Матвей Тихонович поспособствовал тому, что тебя переведут во Вторую Градовецкую больницу, так что Брюсов своё обещание сдержал, но нужно пройти собеседование с главным целителем. В зависимости от того, как ты себя покажешь на собеседовании, она примет решение брать тебя или нет. Разумеется, я замолвил за тебя словечко, но сейчас всё зависит от тебя.

Мы остановились возле двери, а перед тем как войти, я успел прочесть имя целительницы: Удалова Ольга Алексеевна. Что же, буду знать.

— Егор Алексеевич, пожалуйста, оставьте нас вдвоём, — попросила женщина, метнув возмущённый взгляд на Радимова.

— Конечно! Дальше вы уже без меня разберётесь, — примирительно выставил перед собой руки заведующий и вышел из кабинета, подмигнув мне на прощание.

— Константин Юрьевич, а вы присаживайтесь. Думаю, вы отдаёте себе отчёт, что переход из одной больницы в другую — это не редкость, но на это должны быть веские причины. Я бы хотела, чтобы вы их озвучили.

— Не сошёлся во взглядах с новым руководством отделения, — признался я. — Не вижу возможности для дальнейшего роста и помощи пациентам в создавшихся условиях.

— Вы присутствовали на операциях? Выполняли роль ассистента? Какие операции проводили в отделении? — принялась женщина заваливать меня вопросами.

Собеседование превратилось в блиц-опрос, в ходе которого я получал новые вопросы, едва успевая ответить на предыдущие. Может, таким образом Ольга Алексеевна пыталась заставить меня говорить правду? Надеюсь, это не попытка сэкономить время, или оценить скорость моей реакции.

Мне пришлось рассказать о тех операциях, в которых я принимал участие, описать свои действия и отдельно уделить внимание процедурам. Женщина внимательно слушала меня, и лишь иногда понимающе кивала. Особый интерес у неё возник к смертельному исходу на операции. Как я понял, целительницу интересовали мои действия и реакция на смерть пациента.

— Простите, а можно и мне задать встречный вопрос? — перехватил я инициативу.

— Конечно, — улыбнулась целительница.

— Почему у вас в больнице возникла такая проблема с кадрами? Градовец — крупный город, целителей здесь немало, а выходит, что к вам перешли четыре человека, и всё равно чувствуется нехватка специалистов.

— У нас открылось новое отделение, и часть целителей пожелала перейти туда, — совершенно спокойно ответила женщина. — Павел Васильевич ушёл на пенсию, а ещё двое целителей пожелали уйти в частную практику и нашли работу, которая позволит им совмещать деятельность.

Я не знал кто такой Павел Васильевич, наверняка заслуженный работник больницы, раз о нём так говорят, но объяснение главной целительницы меня вполне устроило.

— Как тебе мой протеже? — поинтересовался Радимов, заскочив в кабинет главного целителя больницы без стука.

— Любопытный молодой человек, — нисколько не стесняясь моего присутствия ответила она.

— А иначе и быть не могло! — просиял целитель. — Мы неинтересных не зовём.

— В общем, я довольна результатами собеседования, — заявила Удалова и повернулась ко мне. — Константин Юрьевич, предлагаю вам должность младшего целителя в первой бригаде. Будете работать под началом старшей целительницы Сарычевой Нины Владимировны. Заступаете на дежурство послезавтра.

— Благодарю за доверие!

Выйдя из кабинета главной целительницы, мы с Радимовым ударили по рукам, а заведующий поздравил меня с назначением.

— Ещё один целитель спасён из лап Знаменского! — расплылся в улыбке Егор Алексеевич.

Дальше ситуация развивалась стремительно. Прямиком из Второй городской больницы я направился на текущее место работы и написал заявление на перевод. Второй экземпляр отправил в медицинскую коллегию, где уже ждали моё прямое обращение.

Капанин подписал заявление не глядя, потому как заведующему было явно не до меня.

— Дорофеев, у вас есть сутки, чтобы освободить ведомственную квартиру, — бросил Анатолий Яковлевич, вернув мне заявление с собственной подписью.

И это была проблема, потому как заранее я не искал транспорт, чтобы переехать. Если в Градовец я приехал налегке с рюкзаком и чемоданом, то за неполных четыре месяца работы успел обзавестись кучей полезных вещей, которые в руках не унести.

Помог Тёма, который отыскал водителя грузовика, а грузчики мне и не потребовались — сам всё снесу с пятого этажа и занесу обратно.

Переезд я запланировал на утро, потому как мне предстояло ещё заскочить к делопроизводителю на новое место работы и получить ключи от новой квартиры. Надо же мне куда-то заезжать!

Я не стал уподобляться предыдущим жильцам, и выносить из квартиры всё, что можно снять. После моего проживания квартира заметно изменилась. Остался светильник, новое стекло в спальне, глазок в двери. А самое главное, не было той кучи мусора, которую мне пришлось выгребать в первые дни проживания. Думаю, следующему владельцу этой квартиры повезёт больше.

— Выходит, переезжаешь, — произнёс Пал Дмитрич, встретив меня в коридоре.

— Выходит, что так, — кивнул я. — Переводят во Вторую Градовецкую на другой берег, там и жильё ведомственное подберут рядом с больницей.

— Жаль, — покачал головой мужчина. — С хорошими людьми всегда приятно работать. Да и не буду скрывать, я к тебе здорово привязался. С другой стороны, если переводят, значит так надо. Надеюсь, на новом месте тебе будет лучше.

— Спасибо за добрые слова, — не сдержал я улыбки. — И спасибо за помощь.

— Ерунда! — отмахнулся консьерж. — Ты, если будет время, заглядывал иногда, а то я с этой железкой совсем умом тронусь.

Мужчина бросил недовольный взгляд на окошко, откуда виднелся артефакт «Гаранта». Словно поняв, что речь идёт о нём, артефакт замигал лампочкой и тихонько запищал.

Пока ждал машину, встретил соседку, вышедшую подышать воздухом возле подъезда.

— Ой, Костенька, а вы нас покидаете? — всплеснула руками женщина. — Как же мы без вас?

— Так вышло, Зоя Филипповна.

— Очень жаль. Нам будет вас очень не хватать.

— Не волнуйтесь, совсем без присмотра не останетесь. Вон, Мартынов остаётся. И я слышал, кто-то из целителей живёт в соседнем доме.

— Да разве до вашего Мартынова достучаться? Никому не открывает, ни с кем не здоровается. Ходит только важный, да нос воротит. Вроде бы и целитель, да толку никакого.

С переездом я управился всего за два часа. Больше всего пришлось таскать вещи с пятого этажа на первый. Опасаясь, что их растащат, я оставлял их возле консьержа, а когда приехала машина, выносил свои пожитки на улицу и загружал прямо в кузов.

За прожитое здесь время я не успел разжиться таким количеством вещей, чтобы нанимать грузчиков, но и самому пришлось побегать. Вышло пять огромных мешков, в которые уместилось постельное, одежда, посуда, еда и мелочёвка, без которой оказалось не так-то и комфортно.

Мартынов даже не вышел из квартиры, чтобы попрощаться, хотя я точно знал, что он у себя. Зато Пал Дмитрич принимал самое активное участие и помогал мне с погрузкой вещей.

— Ну, удачи на новом месте! — произнёс он.

Я знал, что старый артефактор не потерпит эмоциональных прощаний, поэтому мы просто ударили по рукам, обнялись, и я поспешил в кабину.

Только когда за мной закрылась дверь, я понял сколько приятных моментов пережил здесь. Казалось, одни заботы и потрясения, но в памяти всплывали именно те случаи, от которых хотелось улыбаться.

— Куда едем? — вопрос водителя заставил меня вынырнуть из пучины воспоминаний.

— Улица Северная, дом девятнадцать, второй подъезд, — назвал я адрес и автоматически запустил руку в карман, пытаясь нащупать ключи.

Когда мы выезжали со двора, я бросил прощальный взгляд на наш дом и увидел Пал Дмитрича, который вышел проводить машину взглядом. Внутреннее чувство подсказывало, что я больше никогда сюда не вернусь. Целая страница в моей жизни оказалась перевёрнута. Пусть небольшая, но в эти четыре месяца уместилось огромное множество событий. Что б ни случилось, а память об этом месте останется в моём сердце.

Новая квартира располагалась в копии пятиэтажки, в которой я жил ранее. Только в этот раз мне досталось ведомственное жильё на третьем этаже. Квартира под номером двадцать четыре на солнечной стороне. Меня такой вариант более чем устраивал — зимой будет хоть немного теплее, а лето в этих краях не настолько жаркое, чтобы страдать из-за жары.

Что сразу бросилось в глаза — отсутствие консьержа. А жаль, Пал Дмитрича мне здорово будет не хватать. Вместо него — артефакт системы «Гарант». Осмотревшись вокруг, я принялся носить вещи наверх, и уже на пятой ходке порадовался тому, что живу не так высоко.

— Привет, сосед! — улыбнулась мне девушка, поднимаясь по лестнице навстречу, когда я тащил последний пакет с вещами. — Новенький?

— Как видишь, заселяюсь, — пропыхтел я, едва переводя дыхание. Всё-таки я пока ещё не в той форме, чтобы поднимать тяжести на третий этаж без одышки.

— Ты не в больнице работаешь, случайно?

Началось! Если и тут узнают, что я целитель, отбоя не будет от посетителей. С другой стороны, девушка в таком возрасте, что вряд ли будет часто обращаться за помощью.

— С завтрашнего дня, — признался я.

— Отличная новость! Тогда увидимся на работе.

Стоп, что? Выходит, она тоже целитель? Я остановился на месте и хотел задать девушке этот вопрос, но она уже поднялась наверх. Да и мне показалось, что я буду глупо выглядеть, привлекая к себе внимание. Очевидно ведь, что она целитель, и на данный момент девушка просто закинула удочку и не собирается продолжать беседу. Хорошо, сыграем по твоим правилам. Судя по звону ключей и хлопку двери, она живёт на два этажа выше. Уверен, ещё увидимся.

Водитель терпеливо дождался, пока я перенесу вещи, получил свою оплату и укатил на новый заказ, оставив меня наедине со своими собственными проблемами.

Новая квартира произвела на меня сильное впечатление. Интересно, кому они их сдавали раньше? Не поверю, чтобы прежним владельцем был целитель. Не мог человек с даром исцеления довести жильё до такого состояния.

Повсюду пыль и паутина. Полы вздулись из-за влаги, а на паркете остались ржавые пятна. Такое впечатление, что на кухне прорвало батарею, а последствия никто не устранял. Я даже проверил есть ли у меня отопление, потому как зимовать в холоде совсем не хотелось. Одёрнув руку из-за нестерпимого жара, я невольно принялся дуть на неё. Батарея горячая, а значит, в квартире будет тепло. Нужно только немного утеплить окна, положить коврики, и жить можно. К счастью, хотя бы стёкла все целые.

Более детальный осмотр доставшегося мне жилья оказался неутешительным.

Первое, с чем мне предстоит бороться — это плесень на стене кухни. Не знаю когда она там образовалась, возможно ещё при другом владельце, но дышать этой дрянью никак нельзя. Придётся устроить ремонт.

И снова затраты! Мне в голову пришла мысль, что зря отказывался от предложения Брюсова с квартирой. Уже бы раз обустроил родное гнёздышко под свои потребности, и горя бы не знал. Так нет же! Придётся тратить время, силы и деньги, чтобы снова создать комфортные условия.

К счастью, хотя бы посуда, постельное, одежда и куча безделушек перекочевали на новую квартиру вместе со мной. Уже не придётся тратиться.

Времени на приведение жилья в надлежащий вид у меня было совсем немного, потому как завтра предстояло выходить на работу.

Пришлось пробежаться в ближайший строительный магазин и купить всё необходимое для уборки и ремонта. С паркетом я разберусь как-нибудь позже. Пока будет достаточно ковра поверх этого безобразия.

К вечеру квартира приняла совсем иной вид. Шторы на окнах, чистое постельное бельё, напольные коврики, торшер на прикроватной тумбочке, чистые трубы и плитка на кухне… Я определённо был доволен собой. Правда, пока на кухне было не развернуться, поэтому праздничный ужин в честь новоселья пришлось устроить в гостиной, которая одновременно была моим кабинетом и спальней.

От трапезы меня отвлёк звонок телефона. Что приятно — в этом мире высвечивается имя звонящего, а не номер телефона. А всё потому, что номер привязывается к каждому владельцу, и компания сразу передаёт информацию на экран собеседника. Именно поэтому я здорово удивился, заметив, что мне звонит Самошникова.

— Костя, тут творится полное безумие! — не скрывая эмоций, рассказывала мне Нина. — Из-за смерти пациента медицинская коллегия инициировала расследование. Капанина сняли с поста заведующего, потому как он не имел права проводить операцию с таким составом. Нужно было вызывать кого-то с более высоким уровнем квалификации. Разумеется, теперь он вне себя от гнева.

— Выходит, он отстранён от работы?

— Нет, Знаменский поставил его на место Мокроусова, а сейчас ищет кого-то со стороны на должность заведующего. Но ходят слухи, что новый человек будет ничуть не лучше Анатолия Яковлевича.

Зная нашего главного целителя, нисколько не удивлюсь. А Капанин ещё даже не знает что его ждёт. После моей жалобы на переработку и командировку без старшего целителя его вообще могут вышвырнуть из больницы.

— В общем, поспешил ты с увольнением, — резюмировала Самошникова. — Как знать, может, всё наладится.

— Не думаю. Пока Капанин в отделении, спокойной жизни точно не будет. Даже на должности санитара он будет доставлять всем проблемы.

Нина рассмеялась в трубку. Видимо, представила Анатолия Яковлевича в шапочке и рабочей одежде санитара, толкающего каталку по коридору. Я не стал расстраивать девушку, говоря, что в Первую Градовецкую точно уже не вернусь.

— Слушай, а с тобой уже связывались по поводу того случая? — поинтересовалась девушка.

— Ещё нет, — честно признался я.

— Тогда жди вызов. Комиссия опрашивает всех участников той операции. Сегодня беседовали с Капаниным и Семёновым, вашей смене вопросы задавали. Думаю, скоро доберутся и до тебя.

Да уж! Не хватало ещё здесь нервы попортить. Будто до этого мало мне было переживаний. С другой стороны, это работа медицинской комиссии, они должны выяснить причину смерти пациента, вот пусть и занимаются этим делом. Иначе такие, как Капанин или Орлов, будут творить что им вздумается.

После звонка Нины словно прорвало. Сначала позвонила мать, выпытывая как у меня дела. Никак материнское сердце чувствует, что у её чада проблемы. Пришлось с полчаса проболтать обо всём на свете, только не о больнице. Мне совершенно не хотелось врать насчёт моего перехода. Расскажу чуть позже, когда всё наладится. И, разумеется, без подробностей.

Стоило мне положить трубку, позвонил Артём.

— Костя, когда позовёшь на новоселье? — озадачил меня друг.

— Я даже не думал праздновать. Квартира ведь не моя.

— А зря не подумал. Ты займись этим на досуге. Подумай хорошенько, культурную программу организуй.

— А кого мне звать? Я ведь кроме тебя никого не знаю, а с первой больницы приглашать кого-то нелогично.

На самом деле, друзей у меня было не так-то много. Мартынов точно в прошлом. Назвать этого негодяя другом язык не поворачивается. С Миланой мы не общались после нашего разговора. Девушка попросту меня избегала. После того как я узнал о чувствах Лизы, приглашать её на праздник было неправильно. Оставались только Тёма и Нина.

— Подготовь праздник, а гостей и подарки я тебе организую. Пора вливаться в целительскую тусовку города.

— Тём, я не особо хочу приглашать к себе незнакомых людей. Дом — это место очень личное, которое не каждому хочется показывать.

— Да что мы там не видели? Четыре стены, пара комнат, дверь и несколько окон. Всё как у всех. Или ты скрываешь коллекцию антикварных картин?

— Если ты о тех каракулях на обоях в гостиной, то это действительно искусство не для каждого, — ответил я, а Артём залился смехом.

— В общем, старина, жди в гости! Как только разберусь со списком участников, подберём удобное для всех время!

Прошло всего пару минут после того, как Мокроусов отключился, а телефон снова зазвенел. На этот раз мне звонили из медицинской коллегии.

— Константин Юрьевич, мы бы хотели поговорить о случае, который привёл к гибели пациента Первой городской больницы Зиновьева Трофима Севастьяновича. Когда вам будет удобно встретиться?

— Завтра я не могу, у меня утреннее дежурство в отделении Второй городской больницы, но мы можем встретиться послезавтра. Куда мне подъехать?

— Записывайте адрес! — деловито заявил мужчина. — Я запишу вас на десять часов утра.

Несмотря на позднее время, я сразу набрал Радимова и попросил у него совета. Тот потребовал в мельчайших подробностях пересказать как прошла операция.

— Не волнуйся! — сразу же заявил он. — Твоей вины здесь нет. Уверен, Семёнов обратил внимание комиссии на ошибки Капанина. Тебе будет достаточно повторить то же самое, что ты рассказал мне. В коллегии тоже сидят не палачи, им нужно докопаться до истины, так что выбрось эту ситуацию из головы, и выходи на работу с чистым сердцем и мыслями. А теперь, если не возражаешь, я пойду спать, потому как утром мне нужно быть в отделении. К слову, тебе тоже!

Я поблагодарил Егора Алексеевича за поддержку и отключился. Только сейчас от сердца отлегло, а я почувствовал насколько устал за этот день.

Уже не помню как уснул. Казалось, голова только коснулась подушки, я обратил внимание на свет фонаря, проникавшего из-за шторы в комнату, а потом отключился.

К счастью, будильник зазвонил вовремя, возвещая о том, что мне пора готовить завтрак и собираться на дежурство. Я решительно откинул одеяло и поднялся с кровати. Нет времени лениться. Это мой первый день в новом коллективе, поэтому я должен выглядеть безупречно!

От автора

Мне дали второй шанс, молодое тело и Систему. Жаль прежний владелец оставил после себя только долги и предательство. Придется исправлять https://author.today/reader/558635/5287477