Граф Белов. Книга 3.

В воздухе приятно пахло дымком от печки и свежеприготовленным кофе. Я сидел за столом в вагоне-ресторане, откинувшись в кресле и смотрел на Гордеева, расположившегося напротив. Архипов сидел рядом со столом и морда штихельхаара казалось не хмурой, как обычно, а скорее отстраненной. Кирьякос, принесший нам с Гордеевым кофе, вежливо напомнил полицейскому, что отправление поезда через полчаса и ушел.

Подполковник, сделав несколько глотков горячего напитка, долго не мог начать разговор. Рядом с ним на столе лежала папка с номером и какими-то служебными пометками. Молчание затянулось.

— Евгений Васильевич, — я постучал по циферблату наручных часов.

Гордеев прокашлялся.

— Простите, всё никак не мог собраться с мыслями, — произнес он и добавил: — Я выяснил кто вы.

— Неужели? — я глянул на него повнимательнее. — Что-то сомневаюсь.

После этого я посмотрел на Архипова, но тот так и сидел молча, придав себе отстраненный вид.

— Я высказал своё предположение Алексею Ивановичу, — сказал Гордеев, заметив мой взгляд. — Но он не стал комментировать, напомнив, что, несмотря ни на что, дал вам слово не раскрывать, кто вы.

— Так можно уже наконец узнать, до чего вы додумались? — поинтересовался я с легкой улыбкой и пригубил кофе.

— Меня сбило ваше замечание про ваш возраст. Я просмотрел список погибших графов в возрасте от тридцати до ста лет и не нашел никого подходящего. А сегодня я подумал, что возможно, вы неспроста выбрали фамилию Белов и проверил информацию об этом семействе. И к своему удивлению, обнаружил, что они действительно являлись дальними родственниками Беловых-Полозовых. И более того, происходят из Кеми, города около Белого моря, какой вы выбрали для своей «выдуманной» личности.

Гордеев сверлил меня взглядом, но я никак не реагировал, ожидая продолжения.

— Далее началось интересное. Всё же я не следил за всеми событиями нашей необъятной родины. И как оказалось, на крайнем севере у нас уже года три царят аномальные зимы без наступления лета. И полоса холода всё время ползет ниже, к югу. Город Кемь месяц назад был погребен под слоем снега, как и родовое поместье графов Беловых. Сами они уехали за Урал, в Исеть-Каменск. Но дотуда они не добрались и с тех самых пор числятся пропавшими без вести. Машины графов и их прислуги найдены на дороге в ста километрах от Екатеринбурга с раскрытыми дверьми. Вещи не тронуты, а графы и их люди бесследно пропали. Сопоставив даты и факты, я пришел к выводу, что скорее всего графы Беловы узнали о гибели своих родственников Беловых-Полозовых и направились в Исеть-Каменск за наследством, а заодно и решившись на переезд из-за аномальной зимы. У меня лишь одно предположение — об их приезде стало известно Демидову, который решил избавиться от потенциальной проблемы.

После этого Гордеев раскрыл папку, в которой оказались документы графской семьи, паспорта и фотографии, в том числе и с места их исчезновения. Гордеев разложил передо мной фотографии и раскрыл один из паспортов.

На фотографии в паспорте был запечатлен парень, чрезвычайно похожий на Николаоса, только волосы вопреки фамилии были вполне обычного русого цвета, да и взгляд не был таким пронзительным, а черты лица — такими жесткими. По возрасту он был старше Николаоса на два года. А еще его тоже звали Николай. Я скользнул взглядом по остальным фото.

Что ж, в совпадения я не верил. Скорее всего сработала особая моя интуиция, когда я подбирал себе имя и место происхождения. То, что я считал удачной придумкой оказалось реальностью. Гордеев посмотрел на меня, но не дождавшись комментариев, продолжил:

— Николай Белов, погибнув, вполне мог переместиться в тело своего родственника. Но несколько фактов меня смущают. Во-первых, семья графов принадлежала к светлым магам. Все члены семейства имели такой же уровень магии как у вас. Хотя, Николаю не повезло и в совершеннолетие его определили как тёмного. А стало быть, Николай, хоть и получал магическое образование, никоим образом не мог бы выучить некромагические заклинания. Во-вторых, ваши действия всё же не похожи на действия девятнадцатилетнего.

— То есть, на самом деле, вы всё же не поняли, кто я? — я снова, с непроницаемым лицом, пригубил кофе, позволив в итоге чуть легкую насмешку.

На лице Гордеева отразилась крайняя досада.

— Ваше Сиятельство! Я всё же надеялся, что вы действительно Николай Белов! — воскликнул он возмущенно.

— Простите.

Гордеев спешно собрал документы, но потом застыл, выложил несколько из них из папки обратно на стол.

— Родовое дерево Беловых, удостоверение Николая по ежегодным проверкам магической принадлежности оставлю — вам они пригодятся. Кстати, дата рождения у него другая, а вы зачем-то сохранили дату рождения Николаоса.

— Я ничего не знал о графах Беловых, — произнес я, чем вызвал у Гордеева ступор.

— И имя, и происхождение в Кеми — это совпадение?

— Считайте, что да.

Гордеев потер себе виски и пробурчал какое-то ругательство.

— Я подправлю в базе данных информацию о вас, раз тут такое выплыло, — сказал Гордеев. — Придется, снять пометку что Николай пропавший без вести. Но тогда придумайте, что произошло с его родителями.

— Вы это уже озвучили.

— Согласны со мной, что это дело рук Демидова?

Я кивнул. Гордеев хмуро глянул в сторону не проронившего ни слова Архипова.

— Очень надеюсь, что когда вы разберетесь с топью, вы всё же назовете своё настоящее имя, Ваше Сиятельство, — сказал Гордеев.

— Вы уже оставили надежду что-то на меня накопать? — поинтересовался я с улыбкой.

Но Гордеев посмотрел на меня в полнейшем разочаровании, словно я наступил на больную мозоль. Он наверняка перерыл уже все архивы, раз обратился в своих поисках к фамилии «Белов», а значит, вряд ли мог найти еще какую-либо информацию о недавно погибших графах. Но сказать он уже ничего не успел: услышав предупреждающий гудок паровоза, Гордеев подхватил остальные бумаги и, быстро попрощавшись, ушел.

— Вы действительно ничего не знали о Беловых? — спросил Архипов.

— Нет. Особенности драконьей интуиции, — пояснил я. — Я иногда говорю вещи, которые оказываются правдой. Провидением такое, пожалуй, называть слишком громко, но очень на это похоже.

Архипов кивнул. Я допил кофе и, поднявшись, направился в своё купе. Локомотив издал два гудка, предупреждая о скором отправлении.

В состав были прицеплены три купейных вагона люкс-класса, вагон-ресторан и три грузовых вагона, куда были загнаны грузовики с сокровищами из Демидовского имения и с вещами Ильи и Софии. В первом вагоне разместились я, Кирьякос и Архипов, далее шел вагон-ресторан, затем второй купейный вагон, доставшийся Илье и Софии. Последняя заставила кузена вытащить из грузовика её швейную машинку и всё необходимое, чтобы превратить одно из купе в пошивочную мастерскую. И третий купейный вагон заняли маги-охранники Ильи.

Я вошел в своё купе. Оно занимало половину вагона и состояло из гостиной, полностью отделанной деревом, спальни и ванной комнаты. В гостиную также поместили кадку с пальмой для Хермагораса, а террариум ящера поставили рядом на тумбочку.

Я уселся за письменный стол и в этот момент локомотив издал три гудка и состав, мягко качнувшись, тронулся в путь. Часы показывали ровно девять вечера, в окне промелькнул вокзал, освещенный садящимся солнцем, а следом и дома Екатеринбурга. Затем состав сделал поворот, устремляясь на восток, и скрыл от нас закат.

Я положил в стоящий на столе сундук с документами родословную Беловых и удостоверение о магических проверках Николая, переданные мне Гордеевым. После этого раскрыл огромный географический атлас Российской Империи, который по моему приказанию перед отъездом раздобыл Макрис, пролистал до Константинополя.

Рядом на толстом ковре улегся Архипов, положив лохматую голову на лапы и смотря на меня.

— Что-то хотите сказать, Алексей Иванович? — спросил я Архипова.

— Я достаточно хорошо знаю город, Ваше Сиятельство, — заметил он. — Со мной вы там не потеряетесь.

— Не сомневаюсь, что я и без вас там не потеряюсь, — заметил я. — Однако, сейчас мне карта Константинополя нужна для другого. Есть идеи, куда может податься княгиня?

— Боюсь, их слишком много, — ворчливо отозвался полицейский, задетый моими первыми словами.

— Идей или мест, где она может скрываться?

— Мест. Вплоть до того, что вполне может жить у самого дворца, поскольку там ее скорее всего будут искать в последнюю очередь.

— В районе дворца так плохо обстоят дела с охраной, что Ксению не заметят?

— Если она будет использовать запрещенные артефакты, охрана может ее не обнаружить. Кажется, вы это и без меня прекрасно знаете.

Я поморщился.

— Да. Но от нас с вами артефакты ее не спасут.

— Какие у вас планы? Надеюсь, вы сразу собираетесь заняться поисками княгини?

— Сначала найти дом. Не думаю, что это займет более пары часов. Еще мне надо посетить ваше Управление и магистра Овсянникова.

— А Академию? — с подозрением произнес Архипов.

— Всё переживаете за здоровье Чистослава Черного? Не беспокойтесь, я себя в руках держать умею. Пока у меня не будет доказательств, ему ничего не грозит.

— Я по-прежнему думаю, что к вашей гибели он не причастен… — Архипов запнулся от моего взгляда. — Вы мне что-то не рассказали про него?

— Разве я вам что-то про него рассказывал? — с недовольством отозвался я. — Кроме его нелестной характеристики и что он предатель?

— Нет. Но, кстати, обещали, — Архипов приподняв голову, хитро прищурил собачьи глаза. — Дорога у нас длинная, срочных дел у вас сейчас нет, Ваше Императорское Величество.

— Черт бы вас побрал, Алексей Иванович, — я недобро посмотрел на псину и она завиляла хвостом.

Архипов тяжело, со скулежом вздохнул, понимая, что с этой реакцией на меня он совладать не может.

— В топь всё это, — произнес я.

Архипов с очередным вздохом снова положил голову на лапы, решив, что так и не дождется от меня рассказа. Но я заговорил вопреки его ожиданиям:

— Этот сукин сын всегда был сам себе на уме — хотел занять главное место в Объединенном Совете Гильдий, а затем и вовсе управлять Гильдиями единолично. И когда он узнал, что я носитель драконьей крови, он попытался подчинить меня и увезти в Богемию, чтобы вся кровь, которая шла на артефактымагам Гильдий, оказалась в его руках.

— Ваша кровь? Но ведь ее наверняка можно было бы забирать только ограниченное количество, чтобы вам не навредить, — осторожно спросил Архипов, поняв, что тема разговора мне чрезвычайно не нравится.

— Кого это останавливало? — я недобро усмехнулся. — Правда, те, кто пытался забрать у меня всю кровь, поплатились за свою жадность жизнями. Так вот, остальным Главам Гильдий планы Чистослава не понравились, они объединились против него, а он, поняв, что проигрывает, сбежал в Богемию. Впрочем, в уме господину Чёрному не откажешь, он был отличным лидером, маги Богемии остались ему верны. Но тяга к власти завела его на тёмную дорожку. Он, считая, что тайные и запретные знания сделают его могущественнее и неуязвимее, занялся некромантией.

Архипов уставился на меня с неверием.

— Он ведь высший светлый! Как такое возможно?!

— Как бы там ни было, он нашёл себе учителя, который обучал его некромантии, а потом Чистослав сам стал жертвой некроманта. Тот вырезал ему сердце, вложив вместо него механическое устройство, которое подчиняло Чистослава воле некроманта, превращало в марионетку. Кстати, я этого сукина сына спас, вернул ему сердце на место, — я нахмурился и смолк.

— Вы спасли Чистославу жизнь?! — Архипов уже стоял на ногах.

— Да, — я снова уставился в атлас на карту Константинополя, взял карандаш, задумчиво водя кончиком вдоль центральных улиц.

Архипов несколько секунд молчал и не услышав от меня продолжения, заговорил:

— Но вы не сказали, почему считаете его причастным к вашему убийству. Неужели он оказался настолько неблагодарным, что пожелал вам смерти за своё спасение?

— Я привез Чистослава обратно в Германию, Главы Гильдий поместили его в тюрьму и хотели вынести ему смертный приговор за всё, что он совершил. Из тюрьмы он сбежал, благодаря одному магу из Богемии. И было бы странно, если бы эта чертова парочка не желала моей смерти.

Архипов сел, на собачьей морде отразилось разочарование.

— Я надеялся, что ваш рассказ будет куда длиннее, Ваше Императорское Величество, — заметил он.

Я оторвался от карты, поглядел на штихельхаара.

— До сих пор не верите, что Чистослав способен был заниматься некромантией? И прочими вещами, которые вовсе не красят высшего светлого?

Полицейский помотал головой.

— Ничего, доберусь до Академии, уверен, найду там про Чистослава много интересного и неожиданного для вас, — я недобро улыбнулся.

— Очень надеюсь, что нет. Уверен, время его изменило.

Я глянул на полицейского со скепсисом, потом перетащил атлас на журнальный столик и, усевшись на диване, сделал для Архипова приглашающий жест.

— Опишите все районы, их особенности и прочее.

Штихельхаар подошел, посмотрел на карту Константинополя.

— Это займет достаточно много времени, — сказал Архипов.

— Как вы недавно заметили, дорога у нас длинная. Сегодня полчаса хватит, а остальное завтра.

Полицейский кивнул, взял в пасть карандаш и, тыкая им в разные районы, принялся описывать их, говоря сквозь зубы. Я взял еще один карандаш и делал прямо на карте пометки, попутно запоминая названия улиц, важные объекты или какие-то особенности.

Спустя обещанные полчаса я отпустил Архипова отдыхать, а сам направился в вагон к кузенам. По пути в вагоне-ресторане мне попался сидящий за столом с горой книг Макрис. Я с удивлением увидел, что он изучает книги с рецептами.

— Вы решили переквалифицироваться из телохранителя в повара, Кир? — поинтересовался я.

— Нет, совместить, Ваше Сиятельство, — хохотнул Макрис.

— Неожиданное решение, — я улыбнулся.

— Вас моя стряпня устраивает, и я подумал, что наверное не стоит искать новых людей.

— Хм, что ж, в этом есть смысл, если вы сами не против.

Я кивнул ему и направился дальше. Постучал в купе к кузенам. Мне открыл Илья. София сидела на диване, с горой журналов.

— У меня дежавю, — сказал я и, показав за спину, пояснил: — Кир сидит в вагоне-ресторане, обложившись книгами с рецептами.

София улыбнулась, а я сделал Илье знак следовать за мной.

— Что-то случилось, Ваше Сиятельство? — встревожился Филин, увидев выражение моего лица.

— Я подумал, что, хотя вы и доверяете своим магам, перестраховаться не помешает.

— Вы хотите стереть им память? — понял Илья, побледнев.

— Частично. Буду действовать как можно деликатнее, насколько это, конечно, позволяет сделать черная магия. Для них это сюрпризом не станет — я предупрежу.

— Но нам вы, надеюсь, память стирать не собираетесь? — осторожно спросил Филин.

— Вам — нет.

Маг вздохнул с облегчением.

Мы добрались до третьего вагона. Маги и пожелавший дальше служить мне нотариус Демидова уже готовились ко сну. Илья отдал приказ, и все по-военному выстроились передо мной в два ряда. Лишь нотариус остался стоять в стороне, немного растерянный.

— К сожалению ради всеобщей безопасности, я должен кое-что сделать, — произнес я. — Не сомневаюсь в вашей преданности, но вас могут заставить выдать важную информацию более сильные маги. Поэтому я частично удалю вам воспоминания о последних событиях.

— Память могут стирать только чёрные маги, — произнес один из охранников. — Значит слухи про вас были правдивы, Ваше Сиятельство, и…

Он смолк, а его товарищи побледнели, переглянувшись, посмотрели на Илью Филина. Но тот стоял рядом со мной с непроницаемым лицом.

— Именно из-за этих слухов, которые до вас дошли, я и вынужден это сделать, к сожалению. Но переживать вам не за что, я буду действовать очень осторожно. Покажу на нем.

Я ткнул пальцев в нотариуса, а тот, ошарашенный новостью, бухнулся на колени.

— Ваше Сиятельство… Повелитель, пожалуйста! Я ведь вам служить пошел, потому что вы оказались сильнее Демидова! Но если вы заставите меня забыть, что вы чёрный маг, то вряд ли я найду объяснение, как я оказался в ваших прислужниках…

— Эмм, — только и сказал я, озадаченный подобным поворотом. — Что насчет зарплаты в пять раз больше? Это будет весомым доводом? Ну и как бонус, вы забудете, что видели призрак Демидова, который, наверняка вам бы очень и очень долго снился в кошмарах.

— Вот за последнее я вас точно поблагодарю, — нотариус закивал головой. — Мне его дух и наяву везде мерещится.

— Вот и договорились.

Я принялся выводить заклинание в воздухе. Перед тем, как его активировать, я поднял с колен нотариуса, прошептал ему в ухо то, что он должен был забыть, и его новые воспоминания. Символы сверкнули ослепительно белым и исчезли, а нотариус чуть удивленно заморгал.

— Ваше Сиятельство? Простите, я что-то прослушал ваш последний вопрос, — пролепетал нотариус, увидев, что я стою перед ним, явно чего-то ожидая.

— Всего лишь пришел проверить, как вы устроились, — произнес я.

— Всё отлично, спасибо за беспокойство! — нотариус указал на одно из купе. — Я уже собирался идти спать.

— Что ж, раз у вас всё хорошо, тогда спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Ваше Сиятельство! — нотариус поклонился и ушел в своё купе.

А на меня уставились остальные маги. Хоть по виду всё прошло гладко, им всё равно было страшно.

— Готовы? — спросил я.

Они стиснули зубы, словно готовились к чему-то ужасному, но тем не менее дружно кивнули. Я снова вывел заклинание. Следом произнес приказ забыть о слухах, которые маги обо мне слышали, и о том, как я разговаривал с ними несколько минут назад и стирал память нотариусу.

Снова вспыхнули символы. Маги тоже чуть удивленно поморгали.

— Какие будут инструкции, Ваше Сиятельство? — спросил один из магов.

— Пока никаких. Вы отлично проявили себя в последние два дня. Так что отдыхайте, пока мы будем добираться до Константинополя. Доброй всем ночи.

— И вам, Ваше Сиятельство, — отозвались они и, получив кивок от Ильи Филина, разошлись по купе.

Я обернулся к Илье. Филин стоял по-прежнему бледный и его пальцы против воли дрожали.

— Как часто вы стирали память, Ваше Сиятельство? — тихо спросил он.

— Редко, в основном приказывал забывать, что меня видели.

— Вы ведь не поступите с нами подобным образом? — Илья смотрел на меня и на его лице вдруг проступило чуть ли не отчаяние.

В памяти у меня на пару мгновений мелькнул образ подростка, который с восхищением глядел на меня семнадцать лет назад. Я был тогда для него легендой. Да, наверное, и оставался ею по-прежнему.

Я чуть кашлянул.

— Простите, — Илья, смутившись, опустил взгляд.

— Да уж, фанатов у меня еще не было, — проворчал я. — А вы в Константинополе только один раз были? Семнадцать лет назад?

— Да. Но город не знаю, в отличие от Софии. Она, кстати, знакома с Константинополем с иной стороны, чем, к примеру, Архипов. Так что ее знания вам тоже пригодятся.

Я кивнул.

— Когда вы разберетесь с топью, вы вернетесь на родину? — спросил Илья. — Можно попросить вас забрать нас с собой?

— Посоветуйтесь с кузиной, мне почему-то кажется, что она не настолько мой фанат, — я чуть улыбнулся. — А вообще, вы собираетесь делать ей предложение?

Илья почувствовал еще большее смущение и в то же время досаду, что я разглядел его слабость.

— Это так заметно? — спросил он и покачал головой, словно упрекая самого себя в несдержанности. — К сожалению, она относится ко мне как к брату.

— Сочувствую. Но может быть вы недостаточно ясно изъяснялись? И я бы на вашем месте поторопился, иначе Кир уведет Софию у вас из-под носа.

— Грек? Да он просто меня позлить хочет, — Илья фыркнул.

— Тоже так думал. Но, уверяю, что сейчас он обложился книгами с рецептами вовсе не ради меня и любви к кулинарии, — я уже вовсю улыбался, наблюдая за совсем растерянной физиономией Филина.

— Проклятье. Чертов греческий павлин! — выругался Илья.

Я рассмеялся.

— Удачи и спокойной ночи.

Я вернулся в свое купе, загнал сидящего на пальме Хермагораса обратно в террариум и направился в душ, думая, удастся ли мне выспаться под стук колес.

Едва зайдя в ванную, я застыл. Из зеркала, занимавшего всю стену, на меня смотрел незнакомец. Хотя, не такой уж и незнакомец. У него были такие же белые волосы, как у меня. Довольно грубые, жесткие и хищные черты лица и глаза похожие на два осколка льда.

— Ты покидаешь проклятые земли, Эгихард, — произнес незнакомец. — Но топь всё равно будет следовать за тобой!

От автора

Дорогие читатели, не забывайте подписываться на автора, чтобы не пропустить выход новых глав и томов. А также ставить лайки и оставлять комментарии. Автор буде вам очень признателен за обратную связь!