Грани Света

Гра-Бахра постучал когтями по огромной чёрной плите, служащей ему столом. Посмотрел вокруг.

Все присутствующие под взглядом пылающих глаз замерли и постарались сделать лица серьёзные и понимающие.

Гра-Бахра мог и разорвать. И сожрать — прямо тут, на совещании. В назидание остальным.

— Так, — громыхнул он, — так-так.

Наступила тишина. Даже Мливиш побоялся повторить за шефом, как он делал это почти всегда: «да-да, именно так»…

Миссири глянула в поиске вечного спутника Гра-Баха, и вспомнила — конечно же, ведь Мливиш погиб!

— Ты, — коготь шефа ткнул в сторону высоченного демона с драными крыльями, из которых непрерывно капала кровь. — Лети-лети. Собирай всех, что остались. Будем готовить оборону.

Драный кивнул, подумал, закивал часто-часто. Забормотал:

— Собирай, нападай, рви-рви, всё в крови!

Гра-Бах сжал огромную лапу в кулак и грохнул ею по столу. Плита треснула, Драный замолчал.

— Никаких «нападай»! — рявкнул шеф. — Сперва собрать, разведать, понять, куда и как бить, а потом уже…

— Рви-рви? — переспросил Драный. — Кишки, кости, хрустеть-ломать?

— Посмотрим, — ответил Гра-Бах. — Пока собирай. Дезертиров не жрать! Пойдут в первых рядах… потом.

Драный закивал, на этот раз молча.

Гра-Бах перевел свой взгляд на следующего.

Миссири молча ждала.

Ясно было, что битва будет отчаянной, страшной и, пожалуй, безнадёжной. Только вслух этого говорить было нельзя — Гра-Бахра сейчас не оценит.

Миссири посмотрела на свои ручки, и подумала, что ей-то идти в бой — бессмысленно. Тонкие запястья, алый маникюр на коготках. Как таким рвать плоть и ломать кости? Взять оружие? Некрасиво же!

Она вспомнила, как смотрела издалека на Пресветлую Рать и поёжилась.

— Да, — рявкнул Гра-Бах. Оказывается, он уже дошёл до неё, и теперь смотрит тяжело и оценивающе. — Ты!

Миссири вскочила и заговорила быстро, опережая жестокое распоряжение. Она не знала, что прикажет шеф. Мог повелеть идти в бой, отвлекать своей гибелью воителей противника. Мог приказать пойти на корм для своих. Мог… да мало ли, чего он мог? Надо было немедленно стать полезной, и Миссири поспешно сочиняла на ходу.

— Я! — сказала она. — Мне нужно собрать таких же. Мы сделаем, решим, повернём вспять!

— Чо? — пасть Гра-Баха открылась в удивлении, стали видны огромные клыки и пламя слюны.

«Сожрёт, — подумала Миссири, — прямо сейчас сожрёт! Спасите-помогите!»

Но спасать приходилось самой себя, и она продолжила, деловито и спокойно:

— Я демон мирного времени. Мое дело — души, не плоть врагов. Но Пресветлая рать вооружена своей яростью и неуязвима для наших чар. Поэтому мне надо зайти с другой стороны, туда, где их сила обернётся слабостью.

Гра-Бах захлопнул пасть и почесал когтями широкий лоб.

— Врёшь, — сказал он и задумался. Миссири хотела было продолжить, возразить, доказать, но Сила Гра-Баха подняла ее вверх, сдавила и заткнула рот. Миссири беспомощно болталась перед огромной мордой шефа, голые ножки нелепо задрались вверх, огненные волосы разлетелись ореолом. Время для неё вдруг стало бесконечным, всё вокруг стало отчаянием и ожиданием гибели. Потом черная плита стола бросилась навстречу, и Миссири еле успела выгнуться так, чтоб не разбить себе лицо.

— Пробуй, — сказал Гра-Бах. — Всё равно от тебя никакого толку. Пробуй.

***

Миссири встала за огромный стол. Роста не хватало, она выглядела, словно лакомое блюдо, поданное к столу, но упрямо стояла почти так же, как шеф.

— Сёстры! — сказала она.

Большие глаза, наивные взгляды, нежные лица…

— Нам поручено… — на лицах суккубов непонимание. Растерянность.

— Но что мы… — начала одна, и другая подхватила:

— Мы ведь только…

— Мы не можем…

— Можем! — твёрдо сказала Миссири. — Иначе мы пойдём на корм адским коням!

Наступила тишина. Потом кто-то из Сестёр тихо пробормотал:

— Как коням?.. Это же… некрасиво…

И снова наступила тишина.

Миссири подумала, что надо не только пугать и хлопнула ресницами.

— Ну, что вы, девчонки! — сказала она. — Давайте подумаем. Неужели мы не вытянем?

Девчонки захлопали ресницами в ответ. Задумались.

Потом кто-то сказал:

— Так не взять… Рыцари облачены в броню веры…

— И надежды… — вторил кто-то ещё.

Миссири небрежно махнула ручкой. Блеснул алый лак на аккуратных коготках.

— Где Вера и Надежда, — сказала она, — там и любовь рядом. А уж в любви мы специалисты, верно?

Вокруг засмеялись, и обсуждение, наконец, пошло.

***

Армия двигалась.

Впереди — группа разведки на быстрых конях. У каждого на плече — Птица Кра, быстрая и стремительная. Если разведчику нужно отправить донесение, если на разведчика нападут, если разведчик упадёт с коня и сломает ногу — птица быстро вернётся к армии и сообщит.

У каждого под седлом — неутомимый конь, Конь Огнегнев. В нем воплотилась и собралась ярость Вечного Света, особенно здесь, в стране Тьмы, эти кони не устают, не предают, не сдаются.

Основная армия — ещё хуже.

Рыцари, их оруженосцы, простые пехотинцы.

Священники и маги.

Армия не слишком большая, но неумолимо мощная.

Луки, кажется, бьющие лучами Солнца, прожигающие насквозь демоническую шкуру.

Пехота с копьями Светлой Стали.

Мечи Звездного Сребра.

Панцири Несломимого Железа.

И паладины…

На этих демонам даже смотреть невыносимо — их сияние нестерпимо.

***

— Мы нанесем удар в самое сердце, — тихо сказала Миссири. Поправила на себе странное, неуклюжее одеяние. Оглянулась на сестёр.

Те шли за ней.

Двое плакали, размазывая пепел по личику. Трое просто хлюпали носиками. Одна хромала с таким отрешённым лицом, что ясно — каждый шаг доставляет нестерпимые страдания, но она терпит.

Жалкая горстка из восьми суккубов, без оружия, одетых в грязные тряпки, пробирается через Поле Крови И Пепла навстречу Светлой Рати.

— Стой! — послышался грозный окрик. — Кто идёт?

— Мы сдаёмся! — крикнула Миссири. — Не разите нас, отважный и доблестный Страж! Сдаёмся!

Перед ними возник нестерпимо высокий Огнегнев, с его спины, словно с небес, смотрел молодой парень с сердитым лицом.

Слева возник ещё один. А чуть правее — сразу двое.

— Демоны? — удивился кто-то.

— Демоны! — сказал кто-то.

Зашелестело Звёздное Сребро, покидая ножны.

— Мы сдаёмся, — Миссири покорно опустилась на колени перед всадником. Грязная тряпка надёжно прикрывала тело, но тонкая шейка была видна. Готова к удару.

По лицу демоницы катились слёзы.

Рыцарь опустил меч.

***

Генерал Ордена смотрел на пленниц с плохо скрываемым раздражением.

— А почему бы нам не казнить их? — спросил он.

Суккубы стояли, прижимаясь друг к другу. Одна вдруг быстро обняла остальных и тихо сказала:

— Прощайте, сёстры. И простите.

— Миссири… ты… — ответили ей.

— Я завела вас сюда… — всхлипнула Миссири, — к гибели… простите меня…

Потом отцепилась от них и повернулась к генералу.

Тот смотрел, поджав губы.

— Ты привела их? — спросил он.

Демоница кивнула.

— Почему? — спросил генерал.

Демоница захлопала ресницами.

— Путь к Свету… — сказала она. — Мы надеялись переметнуться… уверовать…

— Уверовать? — генерал расхохотался. Раскаты смеха, казалось, били демоницу, как кнутом. Он поднялся, вытащил из ножен меч, направил сверкающее лезвие прямо ей в лицо. Кончик почти касался переносицы между большими темными глазами.

— С чего ты, безмозглая тварь, решила, что мы поверим в эту чушь? — сказал он.

Миссири не закрывала глаз, только смотрела вдоль клинка. Меч отражался в огромных глазах.

Весь ее план, построенный на самых общих представлениях, больше на воображении, чем на рассчёте…

Весь её план зависел от этой секунды.

— Чушь? — вдруг послышался голос со стороны. — Я не ослышался, генерал — вы назвали чушью возможность уверовать?

Миссири стоило огромных усилий, чтоб в этот миг не сжать триумфально кулак и не подпрыгнуть от радости.

Вместо этого она обречённо прикрыла глаза…

И пламя победы в её зрачках оказалось прикрыто веками.

***

Пресветлая Рать остановилась на ночь, но утром почему-то дальше не двинулась.

Разведка на огнегневах кружила и кружила вокруг.

Туда-сюда носились Птицы Кра — носили приказы, донесения, ответы.

Рыцари и паладины оставались настороже, но поход по непонятной причине задерживался.

К тому же, разведка доносила, что силы владыки Тьмы почти раздавлены. Оставшиеся жалкие твари отошли к горной крепости Мрачный Клык, где их придется осаждать не меньше года. Но уцелели после разгрома лишь ничтожные ошметки некогда ужасающей мощи Вечной Тьмы.

В центре лагеря Пресветлой Рати, в большом шатре, собирались Высшие и Светлейшие. Мудрые и Истинно-Добрые.

Сила, Гнев и Ярость Света. И Мудрость, Знание и Надежда Света.

Недалеко от входа в шатер стояла небольшая, тесная клетка.

Восемь демониц были заточены под палящими лучами солнца.

Восемь демониц сжались в клетке, явно стараясь отодвинуться подальше от прутьев.

Одна из демониц расправила крылья над остальными, создала для других тень.

Через некоторое время она сменилась — другая расправила крылья, а первая села, принялась осторожно, ладошками гладить тонкую кожу на крыльях.

Когда произошла третья смена, охранник подошел и спросил, что они делают.

Выслушал ответ, ушел. Доложил.

Вернулся. С ним пришли три работника. Опасливо косясь на клетку, они натянули над демоницами тент.

Твари Тьмы принялись униженно благодарить. У одной даже выступили слёзы.

Охранник прикрикнул, работники быстро ушли.

Мудрецы и генералы продолжали совещаться.

***

Миссири гладила обожжённые крылья и едва слышно шипела от боли. Правда, тем, кто рядом, слышно было в ее шипении тихие, чёткие слова:

— Девоньки, только не спешите! — шептала Миссири. — Никакой агрессии, даже если вам кажется, что никто не видит. Особенно, если вам кажется, что никто не видит!

— Может, лучше было к адским коням? — прошипела другая суккуба, тоже разминая крылья.

— А тот генерал очень даже ничего, — хихикнула едва заметно третья. — Вполне в моем вкусе. Наверняка, у него хрен с пальчик, и он от этого очень…

— Молчи, молчи, — зашипела Миссири. — Даже не думай!

К клетке подошел ещё один стражник, громко и грозно крикнул:

— Эй, твари! Кто там у вас главная? Ко мне!

Миссири вздрогнула, попыталась спрятаться за другими, потом вздохнула, поднялась, подошла к выходу из клетки.

Остальные проводили её испуганными взглядами.

***

Через неделю Гра-Бахра смотрел на Миссири.

Та была облачена в белое с золотом. Её рожки были прикрыты простой шапочкой. Длинная юбка скрывала ноги до самой земли.

Рядом с ней стоял высокий рыцарь со сверкающим мечом. А позади — небольшая группа всадников на огнегневах.

— Вечный Свет оказывает нам великую милость! — сказала Миссири. — И готов принять капитуляцию.

Гра-Бахра оскалился.

Рыцари положили руки на рукояти оружия.

Миссири словно не заметила.

— Надежда и Вера придут в эти земли, — продолжала она. — Ибо как мы переродились к Добру, так и остальные демоны смогут принять в свои истерзанные души…

Гра-Бахра зарычал.

Рыцари вынули мечи из ножен.

Миссири обернулась к своей страже.

— Друзья мои, — сказала она им. — Уверуйте в Свет! Нам нет нужды доставать оружие!

Гра-Бахра вдруг заметил, что когда Миссири повернулась, у неё из-под длинной юбки вылез кончик хвоста и… показывает какие-то знаки?

Похоже, да.

Он вздохнул.

Драться все равно было нечем.

Миссири вернулась к нему:

— И ты, о несчастный, заблудившийся в жестоком мире странник! Уверуй в Свет!

— И что это значит? — спросил Гра-Бахра, подавляя свое рычание.

— Это значит, Тварь Тьмы, что вот эта достойная дама будет управлять вашей помойкой, — прорычал рыцарь почти так же грозно, как огромный демон.

— Управлять? — переспросил Гра-Бахра.

— Совет Света возложил на меня тяжкую ношу, — сказала Миссири. — Во искупление моих прошлых бесчисленных грехов, я стану наместницей Светлого Ордена в этих землях!

Гра-Бахра от удивления разинул пасть. Рыцари заулыбались с издёвкой над нелепой рожей уродливого демона.

— А… эти твои… — пробормотал Гра-Бахра.

— Сёстры мои будут помогать мне в этой непростой работе, — ответила Миссири. — Кроме Пайтари. Она выходит замуж за достойнейшего генерала Никодимуса, и будет ему верной женой и соратницей в его путях.

Гра-Бахра ошарашенно захлопнул пасть.

— Присягай Ордену или умри! — сказал рыцарь.

Миссири едва заметно кивнула.

Гра-Бахра склонил рогатую башку.