Граница

Это случилось осенью 1990 года. Я ехал в переполненном автобусе, устроившись на заднем сиденье. Рядом со мной сидели парень и девушка. Парень, на вид лет двадцати шести, казался ничем не примечательным, одетый в обычные джинсы и футболку. Но в его облике чувствовалась печать пережитой беды, а более всего поражала его абсолютно седая голова.

На очередной остановке в автобус, тяжело опираясь на трость, вошёл старик, ветеран, судя по орденским планкам на пиджаке. Пройдя к задним сиденьям и заметив, что молодой человек не спешит уступить место, он обрушился на него с упрёками:

— Ты что же это, бессовестный, сидишь, развалился?! Я, старый солдат, за тебя кровь проливал! За такую вот молодежь, неблагодарную, под пули лез, жизнь свою не щадил!

В автобусе воцарилась тишина. Все взгляды обратились к старику и молодому человеку. Парень медленно поднялся, посмотрел ветерану в глаза и тихо произнёс:

— Отец, я тоже за вас воевал.

В его глазах отражались отблески взрывов, зверства душманов, разгромленные колонны техники в горах Афганистана. Одно страшное слово – Афган – объясняло всё.

Хромая, он прошёл в переднюю часть салона, и я больше его не видел. Ветеран же, схватившись за сердце, опустился на освободившееся сиденье и зарыдал.

Автобус продолжил свой обычный маршрут. Пассажиры, каждый в своих мыслях, кто-то спорил, кто-то молча смотрел в окно. И долго ещё никто не решался занять то место рядом с девушкой.