Границы Пределов

Листья на деревьях распускались, а птицы весело щебетали. Солнце пригревало и очень хотелось жить и дышать полной грудью. Природа, мир пробуждались и расцветали.

Старик вздохнул. А он-то наоборот увядал и с каждой новой весной это ощущалось всё сильнее и сильнее. Последний его Предел — Предел всего существования становился ближе.

Эрих Кольг — старый кораблестроитель. Почтенный и уважаемый человек в городе. Даже несколько лет заседал в городском совете и принимал важные решения. А сколько крепких судов спущено на воду, построенных под его руководством? Сначала он их считал, гордился каждым. Потом всё стало рутиной и трепета больше не вызывало. А ведь было что вспомнить. И торговые суда, и боевые, и знаменитые бригатты для Торении.

Весь день Эрих провëл на верфи. Вроде и вырастил себе достойную смену, да вот всё не отпускают. Чуть не через день совета спрашивают. А как отказать? Свои же, почти родные. Вот и ходит, учит да контролирует помаленьку. Да и самому, чего отрицать-то, интересно и при деле. Зачем дома детям, да внукам мешаться?

И семья большая. Народили с женой Мартой семерых сыновей и двух дочек-красавиц. А те, в свою очередь, подарили уже десяток внуков на всех. Так, что в доме всегда тесно и шумно.

Старик задержался до темна. И неспешно поковылял по мощëным улочкам домой.

Это тоже очень хорошее обретение, доставшееся в наследство от разрушившейся Хорской империи. Именно у хорсцев гауты обучились мастерству каменного строительства, освоили массу ремëсел, то же судостроение опять же. И, мимоходом, вот замостили улочки и построили дороги между городами. Такие, что не раскисают в дождливые сезоны. Здесь, на севере, в лесах это важно. Иначе по этим грязевым рекам ни телегу не протащить, ни конному не пройти, ни пешему не пробраться.

Эрих взглянул на звëздное небо. Всё-таки он очень любил весну. Любил этот яркий весенний запах. Тот самый аромат пробуждения новой жизни, который ни с чем не спутать.

И очень хорошо, что центральная площадь и основные улицы освещены. Тоже хорское наследие — столбы с закрытыми факелами, за которыми постоянно следили специальные люди, чтобы огонь тлел до самого рассвета. Света получалось немного, но уже хотя бы не спотыкаться о торчащие грани булыжников.

Вот и дом. Знакомые очертания в чëрном проулке. Эрих шаркающей походкой подошёл к крыльцу. В доме до сих пор было шумно — топот ребятни, гул голосов. Всё, как обычно. Возможно даже немного более шумно. И это понятно — скоро большой праздник. Священный для каждого гаута — День Первого Камня. Именно в этот день в далëком прошлом великие предки установили первые Пределы, отделив свой мир от вселенского хаоса — умбрела. И ни один гаут, за исключением разве что презренных нëмингов, с той поры не забывают про это событие. Проверяются все Пределы семьи — обходят владения, поправляют после зимы вежевые указатели; очищают и перебирают домашний очаг — устанавливают новые границы для огня; подтверждают старые договора, клятвы. Всё твëрдо, нерушимо, торжественно.

Эрих схватился за дверное кольцо, наваливаясь на дверь и тут его кто-то дëрнул сзади за плащ. Он обернулся.

Силуэт больше похожий на сгусток тени. Некто в тëмных лохмотьях с почти скрытым капюшоном лицом.

Тревога охватила старика, его ударила дрожь — нормальные горожане так не выглядят и не дëргают за плащ.

— Кто ты? — хрипло спросил он, отмечая тонкие черты подбородка, аккуратные губы. Женщина? Девушка?

Вдруг движение в стороне. Блеск стали и несколько странных хлюпающих тычков в его бок.

Он не понял, что произошло. Попытался что-то сказать, но почему-то не смог. Изо рта вырвался только хрип. Рука рефлекторно прижалась к поражëнной части тела и он с холодным ужасом осознал, что ноги его больше не держат.

Девушка, стоявшая перед ним, толкнула его руками и Эрих рухнул, отворяя своим весом массивную дверь.

В доме сначала стихли все звуки. А потом раздался пронзительный женский визг. Тело бывшего судостроителя лежало прямо в проëме, щедро окропляя кровью порог — Священный Предел Дома.