Гримуар ледяных теней

Аннотация

До самого горизонта простирается укрытое зимним одеялом поле. Небо настолько бледное, что сливается со снегом, а остывшее солнце боязливо прячется за облаками. Леденящая тело и душу ария вьюги вместе с замерзшими вихрями заметают последние следы на белоснежном покрове. Живой душе здесь не место, если она не заледенела…

Сложно представить, что когда-то здесь жизнь кипела сильнее, чем в адском котле. Темпеста – скрытый в тени и холоде город, куда горе и смерть навеки забыли дорогу, а звёзды дождём, каждую ночь падали с неба, наполняя сердца жителей безграничной любовью.

Это место было исключительным – единственный уголок Эксилиса, где мирно сосуществовали самые отличные друг от друга существа. Оно являлось приютом для всех, кто был непонят и потерян в бурях жизни.

Но этой истории было не суждено обрести счастливый конец. Однажды город просто исчез под гробницей льдов, не оставив ни одного напоминания о веками существовавшей цивилизации. Виновен ли в этом кто-то извне? Маловероятно, ведь посторонние, даже сильнейшие существа не имели возможности входа в Темпесту. Значит, это сделал один из своих? Если это так, то в раю среди снегов, всё было не так уж идеально...

Начало.

Бледное солнце невесомо освещало остывшую землю, покрывая серебром одеяло снегов. Зима в Темпесте всегда наступала внезапно, сковывая льдом давече распустившиеся цветы. Вьюга, что бесновалась, пока ночная жемчужина занимала небосвод – стихла с восходом янтарного ока. Мороз щекотал кожу, окрашивая нос и щёки, а снежинки, ломаясь, хрустели под сапогами.

Время в округе замерло, покрытое тонкой коркой инея, но в городе кипела жизнь, как вода на костре. Самые разные существа, со всех концов Эксилиса, уже привыкшие к холодной сказке, продолжали заниматься своими делами, обеспечивая благополучие их чудного разношерстного общества.

Вот грубо сколоченная деревянная хижина кузнеца Бурана, сурового волколака, закалённого льдом и сталью. Там жарко, как в аду в любое время года из-за постоянно работающей печи. В родной деревне он ковал оружие, но здесь за ненадобностью, переключился на украшения и инструменты. Среди изгоев он оказался так как был не способен полностью обратиться в волка, но и в человеческую форму вернуться не смог, и застрял в промежуточном состоянии, а потому довольно быстро стал объектом насмешек. Его настолько презирали односельчане, что за годы не заметили удивительную особенность Бурана – тот совершенно не чувствовал боли, благодаря чему мог в руках лепить фигуры из раскаленного металла. Со своим талантом “недоволколак” стал первоклассным мастером кузнечного дела в Темпесте.

По соседству расположился аккуратный кирпичный домик, пряный запах из которого всегда собирал толпу зевак вокруг. В окнах всегда горел теплый свет, и сквозь шторы можно было разглядеть упитанного упыря Ади, который стал отщепенцем в родном лесу, из-за того что предпочитал хлебобулочные изделия, а не кровь. Он был чудаковатый, даже для эксцентричной Темпесты, но ватрушки у Ади были лучшие в городе! Ещё одной его особенностью были специфические шутки, которые никто, порой даже он сам, не понимал. Также упырь писал стихи без рифмы и со смыслом, что дано познать лишь ему. В общем, творческая натура, даже слишком.

Ах, совсем забыли про Неваду, сумасбродную призрачную деву, которую выгнали с того света за то, что она со скуки устроила там вечеринку, в следствие которой несколько десятков душ начали заикаться, а некоторые и вовсе впали в вечное оцепенение. С тех пор она поселилась в колодце и пугала всех новеньких, а другие жители всё никак не могли спровадить обратно неугомонного духа. Она категорически против фразы “ Горбатого могила исправит”, и каждую среду устраивала митинг против этого выражения. Ещё Невада обожала петь, но любить – не значит уметь, к большому несчастью её соседей. Призрачные серенады нарушали покой Темпесты каждый день в четыре утра, из-за чего деву большинство звали умирающим петухом, что довольно иронично, с учётом того, что она уже мертва.

Самое маленькое жилище под деревом принадлежало крошечному бородатому рассеянному существу в зеленом пальто и шляпе, что потерял свой горшочек с золотом, а вместе с ним и право быть лепреконом. Он называл себя Пранкстер, но настоящее ли это имя – тайна, покрытая льдом и мраком. Бывший лепрекон был превосходным сапожником, в чьей обуви ходил весь город. Но как и у всех, у маленького человечка были свои недостатки – например он развлекался тем, что устраивал розыгрыши, от которых было весело ему одному и иногда Ади с Невадой.

Так вот они, все втроём дружили – не умеющий шутить упырь, дразнящая всех призрак и немного то, немного то лепрекон без золота. Вместе компашка то и дело сотрясала ледяные стены покоя Темпесты, а Буран каждый раз их гонял.

Ну и наблюдала со стороны за этим цирком, с чашкой чёрного кофе в руке, городской голова – необычайно спокойная для своего вида демоница Инга, которая устала от взрывного темперамента собратьев, и случайно заморозила их огненный мир. Тогда-то у неё и обнаружилась несовместимая с домом снежная магия. Инга единственная в Темпесте, кто пришёл сюда по своей воле, а не судьбы, и благодаря холодному нраву, находчивости, умению убеждать и внушать уважение, быстро взяла бразды правления в свои обжигающе ледяные руки. Она наслаждалась, с высока, наблюдая за суетой чудаков, с их по-детски глупыми проблемами. Большинство раздражало её высокомерие и самовлюбленность, но так как порядок Инга поддерживала отлично – все смирились и перестали обращать внимание.

Единственным, кого демоница считала равным себе, была чёрная кошка, Мелания, с глазами, цвета векового льда. Она никогда не высказывала глупых вещей, ведь в принципе говорить не умела. Но тем не менее Мелания, с удивительной разумностью всё понимала и даже своеобразно давала советы, весьма дельные, между прочим. Она нигде не жила и гуляла сама по себе, а питалась тем, чем её подкармливал, боящийся гнева Инги, Ади. Никому неизвестным образом, кошка всегда вовремя оказывалась там, где была нужна, но это не значило, что та помогала. Чаще всего Мелания, как и её ледяная подруга, просто с усмешкой наблюдала за происходящим или же ждала, пока её начнут умолять. Но даже если просьбы о помощи были произнесены и услышаны – не было никакой гарантии, что чёрная бестия что либо предпримет.

Как-то так и проходили мирные деньки укрытого тенью и снегами уголка изгнанников, пока одним ранним утром, ещё граничащим с ночью, до завываний жительницы колодца, в городе не появился необычный новенький…

***

Жители Темпесты наслаждались последними мгновениями грёз, ожидая плач заблудшей души, после которого город неохотно раскроет завесы снов, и недовольная толпа существ поплетётся на площадь встречать золотую зарю.

Но этим утром горожанам было не суждено пробыть в лунном забвении даже заветные минуты. Заклинание ночи развеял оглушающий колокольный звон, который использовали лишь в двух случаях: “Конец света” или “В городе новенький”. Падения мироздания не наблюдалось, и сердитая сонная масса из темпестанцев поковыляла к главным вратам, где как правило обнаруживались их собратья по несчастью.

Огромная ледяная арка, которая казалось, упиралась в призрачный небосвод, угрожающе возвышалась над низенькими крышами Темпесты и внушала благоговение даже самым бывалым изгоям. Как чаще всего и происходило, новенького обнаружила Мелания и сообщила о находке Инге. Существо лежало в сугробе, в неестественной для большинства позе. По виду можно было подумать, что это человеческий мальчик, но люди в Темпесту не попадали. Он выглядел очень юно, по сравнению с остальными жителями. Белоснежные волосы, покрытые инеем, почти не выделялись на фарфоровой коже, а темно синий заледеневший плащ дополнял образ беглого снежного принца.

– А он точно живой? У кого нибудь есть предположения, кто это может быть? – Лепрекон наклонился к телу и приоткрыл один глаз. – Потерянный горшок! Да у него даже глаза ледяные!

– Отойди, Пранкстер! Он должен быть жив – мёртвых к нам не отправляют. – Неподалёку возмущенно кашлянула Невада. – Ты не считаешься! – Инга сердито зыркнула на призрачную деву.

– Его срочно нужно согреть и накормить! – Залепетал Ади. – Я могу приготовить пирожки с картошкой!

– А Упырь в кои то веки что-то дельное сказал! – Подколол Лепрекон.

– Так, замолкните все! – Демоница раздраженно выставила руки в стороны – Буран, доставь гостя к себе в кузню – там он живо растает, а ты, Ади, принеси туда свои булки!

– Пирожки…

– Какая, к демонам, разница? Все всё поняли? Кому нечего делать – не путайтесь под ногами! – После Инга, походкой, которая прямо таки кричала о том, кто здесь королева, направилась к себе в особняк. Следом за ней, с телом на плече, ушёл Волколак.

– Если она ещё спокойная, то боюсь представить характер её собратьев… – Протянула Невада.

Опасаясь гнева холодной демоницы, компания прекратила разговор и направилась по своим делам. Ади неуклюже поковылял в пекарню, и его пузо тряслось в такт шагам. А Лепрекон, давече закончивший работу и Призрак, у которой её в принципе не было, решили убить время за любимым занятием – наведением суеты. Момент был самый подходящий – все стражи порядка заняты замороженным мальчишкой, и от появившихся возможностей кружилась голова, а фантазия разыгралась до вселенский масштабов.

– Ну с, как на сей раз разбавим серые оттенки хмурых лиц, моя прекрасная мёртвая коллега? – Пранкстер обворожительно улыбнулся, обнажая желтоватые зубы.

– Дай-ка подумать, очаровательный сапожник… Может, одолжим у нашего мрачного мохнатого кузнеца чуточку пороха… – Лепрекон поморщился, когда Невада поплыла сквозь него.

– А мне нравится твоя мысль! Сможешь достать?

– Ну почему всегда я? – Дух обиженно надула губки.

– Потому что из нас двоих лишь ты можешь проходить сквозь стены, балда! Я ещё живой, в отличие от некоторых, и планирую таким и остаться.

– Ах, как жестоко! Ты ранил меня до глубины души! – Дева картинно положила руки туда, где обычно находится сердце, а после испарилась, в прямом смысле этого слова.

– Вот всегда так, даже шанса договорить не даёт! – Проворчал лепрекон, нервно сминая шляпу.

***

Хорошо что Невада умела перемещаться в пространстве – один из плюсов быть неупокоенной душой. Она впринципе не видела минусов в своём положении, считала, что настоящая жизнь началась после смерти, как бы странно это не звучало. Когда у неё ещё имелось тело, Невада была аристократкой, единственной дочерью одного из влиятельных людей королевства. Она должна была жить, как принцесса, но судьба распорядилась иначе. Вследствие бунта в стране, погиб её отец, а саму девушку насильно выдали замуж за лидера восстания. Решив, что лучше смерть, чем такая жизнь – Невада покончила с собой, и как все, ушедшие подобным образом, стала привидением, обреченным на вечные муки. Но неожиданно деве понравилось быть бестелесной, а потому о своём решении она никогда не жалела.

***

Из кузни доносились голоса, горячо спорящие между собой.

– Он опасен! Он очнулся всего на мгновение, но чуть не заморозил нас насмерть!

– Ты, между прочим вообще свой родной мир охладила. Насколько я знаю для демонов подобное смертельно.

– Это другое! У мальчишки магия сильнее моей, а он, судя по всему, ещё ребёнок и не может её контролировать!

– Прошу прощения, что вмешался… Но Темпеста – это как раз таки место для таких, как он – неправильных, опасных, зачастую изгнанных из родных краёв за различные преступления…

– А ты, упырь, как я вижу, сегодня жжешь! Столько мыслей за последний час! Если так дальше пойдёт – Инга потеряет своё место.

– О нет, я не хотел, я совсем не это имел ввиду…

– Прекращай уже лепетать, Ади! Твои сородичи – опасные твари, пьющие кровь невинных, чтобы выжить, а ты тут со своими булками…

– Пирожками…

– Да какая, на луну, разница!

– Простите, извините… Я, пожалуй пойду…

Скрипнула входная дверь, и оттуда выбежал, неуклюже переставляя коротенькие ножки, испуганный Ади. Невада хотела подплыть к другу, но возобновление диалога внутри заставило её остаться.

– Давай так, мы оставим мальчонку, и ты попробуешь его обучить. Если он ещё что нибудь выкинет – выставим его в поле, как ту полукровку. Идёт?

– Идёт…

Голоса стихли, лишь потрескивание огня в печи выдавало чьё-то присутствие. Про какую полукровку они говорили? Неужели…

Невада вспомнила, как однажды к ним попала девушка – наполовину серена, наполовину вампир, но пробыв в городе несколько дней, она исчезла, не сказав ни слова, и все решили, что та не захотела жить среди отщепенцев, а Темпеста отправила её обратно. Но теперь, учитывая недавно услышанное, у девы появлялись сомнения насчет правдивости той истории. Что если, им всё это время врали?

***

Забыв про всё остальное, Невада помчалась к старому дубу, у которого жил Пранкстер. Нужно срочно обо всём ему рассказать и придумать, как спасти мальчишку! Сколько ещё попаданцев не приняли в город из-за этих двоих? И почему тогда её оставили? Она же совсем не приносит пользу, лишь вред! Возможно, чтобы отвести подозрения…

***

Бывший лепрекон сидел в уютном кресле и ждал мёртвую подругу, попивая чай, который сам заварил из желудей, что очень удобно росли прямо над домом. Ещё плюсом этого чая было то, что все, кроме Пранкстера, терпеть не могли это “пойло”. На самом деле, сам он тоже не очень любил желуди, но всё равно пил, так как они напоминали ему о родных лугах, где небо пересекали множество разноцветных арок, на концах которых были спрятаны заветные сокровища их народа. Без горшочка с золотом у лепрекона пропадает смысл жить, но Пранкстер, даже зная последствия, отдал свой нуждающейся семье, а остальным сказал, что потерял.

Надо бы всё таки завязывать с этим чаем – ностальгия Пранкстеру сейчас ни к чему.

***

Размышления прервала дверь, слетевшая с петель от порыва ветра, вызванного взбудораженным духом. Оказалось, что у мёртвых тоже путаются волосы и бывает удивлённое выражение лица. Невада лихорадочно осмотрелась, и убедившись, что они здесь одни начала запальчиво говорить.

– Помнишь, ту полукровку?

– Ты про поющую вампиршу?

– Да! Она же вернулась во внешний мир, так?

– Так… Что за вопросы? Ты порох принесла?

– Да какой, неупокоенная моя душа, порох! Возможно, что нас всё это время обманывали, как наивных детей, а мы ничего не подозревали!

– О чём ты?

– Они ВЫГНАЛИ ту полукровку! Она не ушла по своей воле!

– Кто они?

– Инга и Бураном!

– Во дела! А как они смогли её выгнать? Это разве возможно?

– Как видишь! Даже если из этого места нет выхода – из городских стен-то есть! Они просто оставляли всех неугодных замерзать в снегах!

– А тебя тогда зачем оставили? Ты тут самая бесполезная.

– Вот уж спасибо, милый друг! Я тоже об этом думала. Предполагаю, для отвода подозрений.

– В этом есть смысл…

– Мы должны спасти новенького!

– Они и его хотят выставить?

– Пока не решили, но вероятность есть.

– Предлагаешь закрутить революцию? Мне нравится! Когда приступим?

– Расскажем Ади, а после решим.

***

Упырь доставал из печи новую партию ароматных ватрушек. Он сегодня не хило так страху натерпелся, а выпечка всегда успокаивала.

Больше всего Ади задели слова Бурана о том, что он самый никчёмный в своём народе, хотя ему и так это было известно. И что, что он не хотел убивать? И что, что из-за “диеты” он не мог использовать большую часть возможностей упырей? Зато Ади жил так, как ему нравилось и занимался любимым делом! Может он и мог бы остаться в родном лесу, но тогда он выбрал спасти людей… А упыри не прощали тех, кто лишил их пира…

***

Зазвонил колокол, объявляющий срочный сбор, когда компания обсуждала план революции. К слову, ничего дельного они не придумали, но точно решили, что от действующей власти следует избавиться. И во что только превращалась райская Темпеста?

***

– Дорогие жители нашего прекрасного города! – Начала речь, стоящая на балконе Инга – Мы собрались здесь сегодня, чтобы решить вопрос по поводу нового товарища. – На балкон вышел беглый снежный принц, как решила его называть весёлая компашка.

– Этого юношу зовут Адиль. – Продолжил кузнец. – Мы ещё не знаем, куда его пристроить, поэтому с радостью выслушаем ваши предложения.

– Не знают они, конечно! Умирать его отправят и всё на этом! – Шепнула Невада.

– Я могу забрать его к себе в подмастерья! – Из толпы послышался голос плотника.

– Я тоже! Мне как раз хозяйстве рабочих рук не хватает! – Крикнул фермер.

– Вот и славненько! Адиль неделю побудет в мастерской и неделю на ферме, а там видно будет. – Заключила демоница.

Толпа одобрительно загудела и начала расходиться. Большинство отправились в таверну, отметить пополнение в их небольшом кругу. Туда же пошла закадычная троица, в надежде найти союзников.

***

Небольшая таверна была заполнена до предела. За столами, предназначенными для четырёх персон, сидело по десять, а блюда уже ставили на пол, так как для них совершенно не оставалось места. От шума вокруг закладывало уши, а несчастные официанты пытались научиться летать, чтобы хоть как-то протиснуться сквозь плотную массу посетителей.

Приятели расположились в самом дальнем углу, так как дальше пройти было невозможно. Вдруг, всеобщее внимание привлек вошедший новенький. Толпа расступилась и мальчик оказался на деревянном помосте, в самом центре заведения. Похоже, именно этого он и ожидал, а потому уверенно прочистил горло и заговорил .

– Мне известно, что многие из присутствующих хотели бы вернуться домой, несмотря на то, что там их презирали.

– К чему ты клонишь? – Рявкнул кто-то, а остальные подхватили настрой.

– Я знаю способ выбраться отсюда. – Недо революционеры недоуменно переглянулись.

– И что же это за способ?

– Гримуар. – Мальчишка показал книгу в твёрдом переплёте, с многочисленными искусными узорами из бронзы. Несмотря на невозможную жару в помещении – она была покрыта инеем, как и всё ещё кожа беглого снежного принца, кстати.

– Что за чушь? Думаешь, мы поверим в твои сказочки? – Недовольство росло, но мальчишки было всё равно.

– Так попробуй! Если не трусишь, конечно. – Он усмехнулся, слишком холодно и зловеще для ребёнка.

– А я попробую!

– Тогда приходи к главным вратам завтра, с восходом янтарного ока. Я буду ждать. Предупреждаю, будешь не один – ничего не выйдет.

***

Сегодня утро в Темпесте, словно наступило позже обычного. Может, из-за того что впервые за много лет призрак в колодце молчала?

Инга перебирала накопившиеся бумаги, уже в который раз ругая себя за то, что не позаботилась об этом заранее. Гордость и образ идеального мэра не позволяли ей попросить о помощи, так что эту ночь ей пришлось бодрствовать. Обычно, бессонная ночь для демонов – это сущий пустяк, ведь внутренний огонь не давал им утомляться, но у Инги это пламя полностью отсутствовало – вечный холод в сердце не позволял разгореться даже малюсенькой искорке.

В городе её уважали, но не любили. Даже Буран, единственной посвящённый, не одобрял её методов. Но демоница делала всё ради благополучия Темпесты! Существа, которых она похоронила в снегах, представляли угрозу! Невозможно спасти всех, в любом случае придётся кем-то пожертвовать ради всеобщего блага!

Когда-то она тоже была такой – считала, что каждый достоин обрести дом, но жизнь заставила её изменить мнение.

Инга до сих пор во всех подробностях помнила тот день, когда демоны приютили маленького снежного мага. Он был словно ангел, удивительно, что тот понравился её сородичам.

Но милый на вид, не значит неопасный. Из-за его неумения контролировать силу – её дому чуть не пришёл конец. Но даже тогда, очарованная его красотой, Инга взяла вину на себя, а для подтверждения заморозила себе сердце. Как оказалось позже, с исчезновением пламени, пропали и чары. Тогда демоница хладнокровно убила того мага и добровольно ушла…

***

– Кто нибудь видел Заводилу?

– Нет, он отправился к главным вратам и пропал…

– То есть, у него получилось?

***

С самого восхода янтарного ока улочки Темпесты гудели о том, что владелец таверны – орк, по кличке Заводила сумел выбраться из города, а помог ему в этом странный замороженный мальчишка. Одни страшились внезапных перемен, хотя какими изменения ещё могут быть? Другие же, напротив, воодушевились и грезили о том, чтобы стать следующими.

Но в деревянной хижине, среди дыма, стали и пламени, Буран, куя очередную безделицу, размышлял о ситуации в совершенно другом ключе. У него не было страха перед неизвестным, но он боялся, что если новенький и вправду сможет всех вывести, то волколак потеряет единственный уголок, где у него есть возможность нормально жить. Нет, Буран не позволит этому случиться – все эти годы он плясал под дудку Инги лишь потому, что это был его единственный шанс. Никто не выйдет из этого проклятого города, даже если для этого придётся искупаться в крови!

***

Таверна снова была переполнена. Все пришли, в надежде встретить новенького с чудесным гримуаром. И ожидания оправдались – беглый снежный принц стоял на том же месте, где и вчера.

– Теперь вы сами убедились, что я говорил правду. Темпеста – больше не тюрьма, каждый может уйти, когда того захочет.

– А куда нам уходить? У большинства в родных краях не очень-то сладкая жизнь была! – Крикнул кто-то, а остальные подхватили.

– Ах, совсем забыл упомянуть одну маленькую деталь… Вам известно, почему вы не можете выбраться отсюда? Нет? Так я и думал. Все жители заперты в Темпесте потому, что отличаются от остальных настолько, что не могут жить со всеми. А мой гримуар способен решить эту проблему.

– Хочешь сказать, что твоя книжонка может сделать нас нормальными?

– Верно. Как только отличия исчезнут – город сам вас отпустит, ведь обычные здесь ни к чему.

И без того взбудораженное море существ заштормило. «Исправь меня! Нет, меня! Меня тоже!» – слышалось отовсюду. Даже те, кто раньше сомневался – с невероятным энтузиазмом предлагали свою кандидатуру в качестве следующей.

– Так, так, тише пожалуйста! Очередь дойдёт до всех – сила гримуара не ограничена. Терпение, господа, терпение – высшая благодетель! Сегодня выйдут трое, завтра ещё трое и так далее. Каждый день на площади будут объявлять имена, и выбранные счастливчики отправятся к вратам, где ледяной барьер наиболее тонкий. Всем всё понятно? Отлично. Я пойду.

***

– Не нравится мне этот тип. И в целом, ситуация подозрительная. Всё время, пока существовал город – выхода нет было, а тут пришёл какой-то снеговик, неупокоенная моя душа, и вещает, что у него якобы есть сила, способная сей выход создать! – Расписалась Невада, снося предметы порывами ветра от чрезмерной жестикуляции.

– Я тоже мальцу не доверяю. Заводила пропал, а доказательств, что он вышел нет. Про ту полукровку нас тоже уверяли, что её город не принял, а что в итоге? Заледенела где-то в снежном поле! Думаю, этот новенький с демоницей нашей заодно. Они видимо вынюхали, что нам всё известно, и решили через посредника действовать. – Пранкстер задумчиво погладил бородку.

– Но зачем тогда Заводилу-то убрали? Он же неплохой парень был, хоть и вспыльчивый немного… – Ади нервно ёрзал в кресле, а может и не нервно – вполне вероятно, что он попросту туда не помещался.

– Ясен горшок, зачем! По той же причине, по которой нашего бесшабашного призрака оставили – чтобы подозрения отвести! Предлагаю вам, вот что: имена объявят сегодня же, с приходом вечерней дымки, и в последние мгновения ночной жемчужины “счастливчики” отправятся к ледяной арке, а мы за ними проследим. – Лепрекон заговорщически наклонился поближе к друзьям.

– Все вместе? Может, как обычно, это сделает Невада? – Упырь видимо не на шутку перепугался, думая о том, что им предстоит осуществить.

– А почему, собственно, я? Почему это, как только что-то достать, где-то подглядеть, подслушать, так сразу Невада? То что я мертва, не значит, что меня можно эксплуатировать, как вам вздумается! У меня душа есть вообще-то, пусть и неупокоенная! А ты, Ади, хоть раз сделай что нибудь, помасштабнее выпечки! – От негодования Дева ураганом закружилась по комнате, круша пространство рядом с собой.

– Эй, полегче! Если разгромишь упырий дом – нам собираться будет негде! – Пранкстер использовал тонкий голосок на пределе, в попытке достучаться до призрачного торнадо.

– И что? У тебя тоже можно! – Ветер стихать не собирался.

– Ади в мой дом не влезет! Он даже для тебя маленький – ты можешь там находиться лишь потому, что прозрачная! – Продолжал уговаривать лепрекон.

– Ну и пусть! Он всё равно уже мне надоел! Вечно я за него отдуваюсь, просто потому, что он трус!

– Пирожки! Хоть пирожки, пожалуйста, пощади! – Подключился упырь.

Лишь разбросав всю выпечку, к ужасу пекаря, Невада наконец успокоилась и уселась в кресло, точнее сделала вид, ведь мёртвые, к сожалению сидеть не могли. Убедившись, что подруга не собиралась ещё что нибудь выкинуть, компания продолжила разработку плана.

***

Смеркалось. Наступал час тихого света, в который обычно Темпестанцы заканчивали работу и отдыхали дома с книгой и чашечкой душистого тёплого напитка.

Но эти мгновения заката были полны шума и оживленности, а напряжённость уплотняла воздух, мешая свободно дышать. На площади народу было больше, чем во время срочных сборов, так что все существа не помещались, и последние прибывшие расположились на ведущих к центру улочках. На балконе стоял лишь Адиль, но кроме шебутного трио, никто не задавался вопросом, а где же собственно, их старая, но не очень добрая демоница?

Имена были названы и расстроенная толпа начала расходиться. А добродушный упырь, неспокойная даже для неупокоенной души призрак и лепрекон без золота, воспользовавшись покровом сумрачного часа, крадучись, поковыляли, посеменили и поплыли к ледяной арке.

***

– Сколько нам ещё здесь мерзнуть? Нельзя было найти сугроб потеплее? – Слова Пранкстера были едва разлечимы из-за громкогого стука зубов.

– Почти до очередной бледной зари. И прекрати уже ныть, ты прямо как Ади! Мне вот, тут прекрасно!

– Это потому, что мёртвые не ощущают холода! Вы в принципе ничего не чувствуете. – Парировал Ади

– Это кого ты сейчас холодным чёрствым сухарём назвал, а? Зато ты, смотрю, прямо таки тёплая свежая огромная булка!

– Вообще я считаю, что я круассан. – Чуть смутившись признался упырь.

– Тоже мне, круассан! – Картавя и закатывая глаза, передразнила Невада.

– Зачем мы вообще так рано припёрлись? – Продолжал причитать Пранкстер.

– Потому что не хотим упустить! А то, вдруг они специально неправильное время сказали, чтобы мы их не поймали. – Упырь заметно храбрился, хоть и было видно, как он дрожал от холода и страха.

– Тише вы! Я слышу чьи-то шаги! – Шикнула призрак.

К вратам подошли четверо – трое выбранных и, как теперь его называла кампания, снеговик с мёрзлой книжкой. И где, всё таки, Инга? Троица сомневалась, что мэр дала разрешение на это шапито.

– Начнём ритуал! Подойдите ближе, не бойтесь. Гримуару нужна лишь капля вашей крови, пожертвованная добровольно. Сделайте небольшой порез на ладони и приложите её к страницам. – Его голос был совсем не похож на детский и наивный, скорее наоборот, казалось, что говорило существо древнее, как само мироздание.

Существа, не раздумывая, выполнили приказ. Они словно марионетки! Что за чертовщина?

– Не нравится мне всё это. Ритуалы с жертвоприношением ничем хорошим не заканчивается, по опыту знаю…– Прошептала Невада.

– По какому такому опыту? Что мне ещё о тебе неизвестно? – Пранкстер видимо решил, что это идеальный момент для претензий.

– Нашли время! Смотрите! – И без того напуганный Ади, дрожащей рукой показывающий в сторону действия, казалось сейчас грохнется в обморок от ужаса.

Существа одновременно положили руки на книгу, а спустя мгновение от криков агонии, с гор сошла снежная лавина. Тела скрючивались в неестественные позы, был слышен громкий хруст ломающихся костей, а снег в округе растаял от горячей рубиновой влаги, что реками текла по зимнему покрову.

Стихли леденящие душу крики, а ужасающие трупы покрылись голубым инеем.

Троица уже собиралась уходить, как вдруг началась кульминация представления. Лёд окончательно похоронил тела в своих глубинах, вновь зашумела ария вьюги, и в ней образовались размытые силуэты, словно из неё состоящие.

– Они стали призраками? – Ади был готов рвануть с места, убежать как можно дальше отсюда и по возможности навсегда забыть увиденное.

– Призраков сюда не приплетай! Мы просто прозрачные и немного холодные, а не замороженные! Я понятия не имею, что это за твари. Ледяные тени какие-то…

– Подходящее название… – Прокомментировал лепрекон.

Ледяные тени полетели к пещере, которой раньше здесь не было. За ними в снежных вихрях тянутся шлейф тени мелодии, сотканной из лунного света и забытой боли.

– Какие же они глупцы! Я и правда забрал их отличность, но как они могли не знать, что ненормальность – это они сами. Скоро все жители этого городка отдадут души гримуару, сами того не подозревая. – Мальчишка усмехнулся и растворился среди бушующей пурги.

***

– Все это видели? – Есть вероятность, что упырь начал заикаться.

– Нет, у тебя галлюцинации, Ади! Мы сейчас едим ватрушки и распиваем чаи в пекарне. – Лепрекон сказал это так серьёзно, что даже Невада на секунду поверила.

– Прекрати издеваться! Вы что, не поняли? Город в опасности! Мы должны что-то предпринять!

– Предлагаю для начала сходить в ту пещеру. – Дух нервно кружила вокруг друзей.

– Ты окончательно умом тронулась? А если эти замороженные опасны? От нас мёртвых будет мало толку! – Послышался возмущенный кашель – Ой, извини. – Смутился Упырь.

– Тогда я одна слетаю, а вы в город идите, постарайтесь убедить как можно больше жителей.

***

Как бы Невада не доверяла друзьям, одну важную деталь она всё же от них скрыла. Все знали, что Дева ушла из жизни добровольно, но подробности остались тайной, и не зря.

Когда она находилась в таком глубоком отчаянии, что могла в нём утонуть, к ней явился снежный маг и предложил помощь. Свершился ритуал и она стала одной из ледяных теней, чьи души навеки заперты в Гримуаре.

Про причину изгнания Невада тоже соврала, на самом деле никакой вечеринки не устраивалось – это была бойня. Она узнала, что единственный способ спастись – растопить душу адским пламенем, которое тысячелетиями охраняли демоны. Но тут ей неожиданно снова помог тот маг – он проник в огненное царство и заморозил его, обманув одну из демониц. Воспользовавшись суматохой, Невада добралась до последних всполохов сердца ада, но обрести покой всё равно не смогла – её душа была слишком искривлена обрядами. Так она и оказалась в Темпесте одновременно с Ингой, сохранив секрет которой, получила разрешение остаться.

Она не сразу узнала его – в тот раз маг явился к ней седым старцем. Лишь узрев ритуал, Дева полностью уверилась в своей правоте.

***

Холод в пещере пробирал насквозь даже мертвячку. Как она и предполагала – днём тени становились ледяными статуями, но как только янтарное око скроется за горизонтом – они выйдут на охоту. Это…

Среди изваяний Невада заметила Ингу с Бураном. Внутри похолодело так, что призрак подумала, что вновь стала одной из них. Демоница точно узнала мальчишку! Они пытались его остановить, а Невада ещё их подозревала. Дева была в относительной безопасности, пока оставалась в неведении, но теперь… Что с ней будет? Душа не может заледенеть дважды, значит её просто уничтожат…

Самые худшие опасения подтвердились. Даже если маг больше ничего не предпримет – городу настанет конец, как только лиловые сумерки окутают снега Темпесты. И что либо предпринимать уже слишком поздно… Она должна была догадаться раньше! Решив, что не хочет встретить свой конец первой, душа полетела в город.

***

Как бы Невада не старалась всё скрыть, Ади и Пранкстер, слишком хорошо её знавшие, сразу смекнули, что дело дрянь, и единственное, что можно сделать – это принять конец.

Они как обычно устроились в пекарне и пили чай с ватрушками, всеми силами пытаясь сделать вид, что всё хорошо. Что наступит завтра, и жители выйдут из своих домов погреться под слабыми лучами зимнего солнца, а после отправятся по своим делам. Друзья вновь соберутся вместе и будут беззаботно сотрясать покой Темпесты, раздражая хмурые лица и убегая от разъяренного Бурана. Но что-то не получалось…

– Помнишь, как ты только учился готовить и чуть не сжёг свою пекарню? Надо было видеть перекошенное лицо Инги, когда та об этом узнала! Кто же тогда мог подумать, что вскоре ты станешь лучшим пекарем в городе! – Пранкстер неловко рассмеялся.

– Помню конечно, как такое забыть? А ты помнишь, как на празднике напоил всех своей желудиной отравой? Город неделю от несварения страдал! – Ади решил поддержать друга.

– А помните, как вы впервые попали в мой колодец? Такие напуганные были! – Вставила Невада, ворвавшись в комнату. Посмотрев на лица друзей, она заподозрила неладное.

– Вы всё знаете, да? – По их взглядам, Дева поняла, что да, им всё известно.

– Может, следует рассказать остальным? – Робко предложил Ади.

– Зачем лишать их последних радостных мгновений? Не думаете, что это эгоистично? – На глаза лепрекона наворачивались слёзы.

Разговор всё никак не клеился и компания молча сидела, каждый в своих мыслях.

***

Лиловый сумрак накрыл город своим холодным одеялом. Ночная жемчужина так и не взошла на небосвод. Конец чувствовали все, но тяжелее всего было тем, кто ещё и обо всём знал.

В комнате гулко тикали часы. Или это был стук сердец, готовящихся навеки остановиться?

Что привело снежный рай к такой концовке? Где была допущена ошибка? Или же всё изначально так и планировалось?

Вьюга разбушевалась не на шутку. В клубах снега была едва различима скорая смерть, надвигающаяся на город. Её уже было слышно в тёмных переулках, в напряженных колебаниях воздуха, замораживающего лёгкие, в увядших цветах, скованных льдом и в лихорадочно бьющихся из последних сил сердцах.

Город постепенно исчезал, стирался из памяти бескрайнего мёртвого поля, с надеждой остаться хотя бы на пожелтевших страницах летописи Эксилиса.

– Это было славное приключение. – Невада улыбнулась, впервые за долгое время, тепло, почти как живая. – Надеюсь, в следующей жизни вам повезёт больше.

Друзья не знали, что ответить. Им было известно, что у Девы нет даже того крохотного света, что дан им, ещё живым. Они лишь обнялись напоследок и так и остались стоять, рядом друг с другом до самого конца. Позже, в ледяной композиции останется лишь две фигуры…

***

На вершине одной из снежных гор стоял мальчишка, держа странную книгу в руках. Он наблюдал за тем, как Темпеста, некогда райский уголок для отщепенцев, скрылась в гробнице льдов, вместе с секретами, что не должны были выйти за пределы снежного края.

Этот город изначально был обречён, он являлся лишь экспериментом для основного проекта – места для людей, не нашедших места в реальном мире.

***

Но почти никому не было известно, что одна надменная остывшая демоница, узнав о приближающемся подготовила запасной вариант…

***

Глубоко под снежным полем,

В месте, что должно было стать склепом,

Стоит замороженный город,

Где заледенело само время.

Населяют тот город замерзшие души,

Лишенные пламени чувств, ожидая,

Когда адский огонь вновь загорится,

Осветив золотом, стен холодные кристаллы.

И заставит сердца лихорадочно биться,

Как это было пред новым началом…

PS. Это было тяжело, но мы справились. Если вам понравилась сказка, буду рада, если ознакомьтесь ещё и с книгой, частью мира которой является сей рассказ.