Грустные размышления о безопасности и беззаботности

Любой язык хорошо передаёт ментальность народа-носителя, ведь в языке задерживаются и приживаются только те понятия, которые используются в обиходе и обозначают ясные для всех и принимаемые без психологического сопротивления представления.

Русский язык – не исключение. И поэтому очень интересно наблюдать за тем, как в нашем языке обустроены многие понятия. Например, важное для нашего разговора слово «безопасность».

С точки зрения словарей, слово «безопасность» является обозначением ситуации отсутствия опасности. Слово произошло от понятия «безопасный», а оно, в свою очередь, от представлений об опасности как угрозе (напасти) и спасении (пасти, спасти). Но что интересно - у этого слова нет адекватных синонимов без применения отрицающей приставки! А это значит, что для восприятия состояния, которое слово «безопасность» обозначает, у нас нет самостоятельного слова. Судя по нашему языку, существование мирное в полном покое и безмятежности без единой мысли о предстоящих проблемах – невозможно. Получается, что в нашем языке и сознании закодированы только два состояния – либо «опасность» - есть непосредственная угроза, либо – «безопасность» - временно без проблем. И это очень похоже на правду. Потому что, если подумать, понятия жизнь и смерть – взаимозависимы и практически неделимы.

Нет такого состояния, когда нам ничего не угрожает. Есть иллюзия, что мы живём без угрозы, есть состояние, которое мы считаем безопасным, но это очень часто лишь страусовая привычка прятать голову от проблем. Как заметил Воланд в известном произведении Булгакова: «Да, человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чём фокус!». В произведении эта внезапность проявилась на фоне простецкого, казалось бы события, - разлитого подсолнечного масла на пути беззаботно шагающего по улице человека. Это была слабо прогнозируемая опасность. В жизни же существует огромное количество вполне прогнозируемых угроз, которые в силу собственной беззаботности, мы часто игнорируем. Посмотрите сколько трагических случаев происходит, когда люди спешат с работы, срезая углы и перебегая дороги? А сколько бывает падений на головы кусков льда, сходящих с крыш. Всё это можно предугадать, но почему-то механизм додумывания опасности не работает. Потом, конечно, будет найдет виновный – водитель, не успевший затормозить, начальник ЖЭКа, не успевший убрать снег с нескольких крыш. Это будет кто-то другой, но не тот, кто подставил своё тело под угрозу. В этом ещё одна инерция нашего мышления – раз один пострадал, то виноватым должен быть кто-то иной. Ну, не наказывать же того, кто и так наказан? А наказать кого-нибудь очень хочется… Однако мало кто задумывается над тем, что лет сто назад, например, ЖЭКа не было, а крыши – были, и снег с них сходил. А в деревнях и до сих пор люди не ходят под скатом крыши - из соображения здравого смысла. И там не считается, что в сходе снега на голову виноват снег. Виновата голова.

Современный горожанин уже давно делегировал полномочия по обеспечению своей безопасности государственным структурам. За состоянием здоровья следить не надо – для этого есть поликлиника и профосмотры. За сохранность наших квартир отвечает милиция. За пожарной безопасностью последит соответствующая служба и ответственный на предприятии. А уж для решения бытовых неурядиц или совсем тяжёлых случаев, которые в среде людей с активным отношением к жизни, решались бы «всем миром», созданы специфичные службы поисково-спасательных отрядов и МЧС. Так везде, в любой сфере, найдены ответственные, которые в идеале должны контролировать вопросы безопасности и ликвидировать угрозы ещё на подходе. Городской житель не рассчитывает на себя, а верит в идеалистичную картину о самоотверженной работе всех служб на его благо. Он переиначивает истинное значение слова «безопасность», как состояния без видимой угрозы, превращая его для себя в состояние покоя. Но - увы – идеал недостижим, и картинка в голове даёт сбой, когда встречается с реальностью. Во-первых, опасность всё равно приходит – машины сталкиваются, люди спотыкаются, сосульки падают, а уж ураганы и наводнения совсем не слушаются наших желаний! Во-вторых, службы оказываются на деле не так хороши, как мечталось. Скорая не приедет в течение двух минут, когда ты истекаешь кровью. Пожарная не появится из ниоткуда, как ты оказался в задымлённом помещении. И уж, конечно, не факт, что проходящий мимо милиционер решит защищать тебя, а не того, с кем ты ссоришься. Очень часто люди, долгое время существующие без внешней угрозы своей жизни, ленятся предполагать возможные опасности. И внутренне отрицают их вероятность. Но жизнь неумолимо диктует свои правила.

Понимание слова «безопасность» решительно и жёстко возвращает нас в мир реальности. Не существует абсолютного покоя. Есть только относительный перерыв в чреде внешних угроз. И думать о них нужно самому.