Гуру. Часы времени

У мальчика, которого прозвали «Нерри», было тяжелое детство. Сейчас ему всего десять лет, но он уже слишком многое понимает. Ему пришлось повзрослеть рано и стать самостоятельным не по годам.

Семья маленького Нерри Клаустона была неполной. Отец, Джими, ушел, когда мальчишке исполнилось шесть. Именно в тот день жизнь Клаустонов переломилась. Мать, Кайт, словно сломалась. Она сидела, сложа руки, и ничего не хотела. Целыми днями надеялась, что Джими вот-вот вернется, но чуда не случилось. Нерри молча наблюдал за ее угасанием и отчаянно пытался помочь, хотя едва понимал, как.

— Мам… А что мы будем кушать? — однажды спросил он тихо, стоя в дверном проеме.

В ответ услышал лишь тишину, густую и тягучую, как кисель. Его надежда, что мать выйдет из апатии и все станет как раньше, снова рассыпалась в прах. Нерри сжал кулаки и, подавив ком в горле, побрел на кухню. Он был единственным ребенком в семье — по крайней мере, так он думал.

Кайт росла примерным ребенком. Она обожала творчество, жадно училась и была круглой отличницей. Родители души в ней не чаяли и желали только лучшего. Но все рухнуло, когда она встретила Джими. Он был ветром, который не созидает, а ломает. Постепенно он запретил ей всё: сначала рисовать, потом встречаться с подругами, потом просто выходить без спроса. Мир Кайт сузился до стен их маленькой квартиры. Нерри появился на свет рано, и поначалу его любили и лелеяли. Но после того как Джими ушел к другой, последние опоры рухнули.

Теперь Нерри рос в одиночестве, а мать жила в параллельной реальности. Она лежала на выцветшем диване, почти не вставая, не заботясь ни о себе, ни о доме. Единственным, кто о ней помнил, был ее десятилетний сын. Уже в семь лет он научился менять постельное белье, варить простейшую похлебку и уговаривать мать сделать хоть глоток. Его детство измерялось не играми, а тихими, методичными заботами.

Когда Нерри исполнилось десять, его спасением стали книги. Они были окном в другой мир, где проблемы можно было решить, а герои — всегда найти выход. В один серый день, роясь на заброшенной верхней полке, он нашел потрепанный том под названием «Магические существа и гиброиды». Обложка была украшена причудливыми существами, от которых захватывало дух.

Сжимая находку в руках, Нерри подошел к дивану.

— Мам, а правда, что в нашем мире существуют магические животные? — спросил он, не в силах сдержать дрожь интереса в голосе.

Кайт медленно перевела на него пустой взгляд.

— Нерри… Это всё мифы. Поменьше читай такие книжки. Лучше бы энциклопедию почитал, — пробормотала она с безразличием, поворачиваясь лицом к стене.

Нерри понял, что спрашивать бессмысленно. Ее мысли были там, в прошлом, с человеком, который их разрушил. Но в тот самый день в его сердце поселилось нечто большее, чем интерес. Искра разгорелась в настоящее увлечение. Он стал искать любую информацию о фантастических тварях: где они живут, чем питаются, как с ними общаться. Его скудные сбережения уходили на карандаши и пластилин, из которых он лепил макеты драконов и грифонов. В тишине своей комнаты он шептал им истории и тайно мечтал, что когда-нибудь и у него появится собственный магический друг — тот, кто никогда не уйдет.