Ханс Бальдунг по прозванию Зеленый — ученик Дюрера

Первой картиной Бальдунга, с которой я познакомилась, была Скорбящая Богоматерь. Заломленные руки, стиснутые пальцы, залитое слезами лицо, надрыв и мука...

Потом были изображения Адама и Евы. Как уверяют критики, это самые красивые обнаженные тела в немецкой живописи XVI века.

Картины запомнились и вызвали желание более полно познакомиться с творчеством художника и с его жизнью.

Ханс Бальдунг родился то ли в 1484, то ли в 1485 году. И он не был сыном художника. И ювелиров в его семье тоже не было. Как не было и резчиков по дереву. Короче — никакими творческими ремеслами Бальдунги прежде не занимались. В большинстве своем они были юристами с университетским образованием. А вот Ханс пожелал стать художником...

Не знаю, как к этом отнеслись его родные, но факт остается фактом — Ханс Бальдунг стал первым Бальдунгом, в жизни которого не было университета. А с другой стороны — он стал первым немецким художником, вышедшим из академической среды.

Первый учитель Бальдунга неизвестен. Известно только, что Ханс учился в родном Страсбурге. Зато потом он отправился в Нюрнберг — учиться к великому Дюреру!

Именно в мастерской Дюрера Бальдунг получил прозвище Грин (Зеленый), якобы из любви к зеленому цвету, который предпочитал в одежде. Хотя, скорее всего, его прозвище должно произноситься как Грюн, но в русской традиции закрепилось иное произношение.

Считается, что Бальдунг был самым талантливым учеником Дюрера. Тот так ценил его гравюры, что даже дарил и брал на продажу некоторые из них. При отъездах Дюрера именно Бальдунгу он поручал руководство мастерской. А когда Дюрер умер, Бальдунгу оставили в дар прядь волос учителя.

И между тем, в отличие от некоторых других художников эпохи, Бальдунг никогда не подражал монограмме Дюрера.

Скажете: «Так у него бы и не получилось — его имя и фамилия не начинались с буквы «А».

Все так, но букву Н (Ханс) вполне можно написать так, чтобы вызывать в памяти монограмму знаменитого учителя. Бальдунг этого не делал. Он просто писал рядом свои инициалы. Сначала просто НВ, потом добавил букву G (Грин), раз уж прозвище к нему прилипло.

Подпись Бальдунга, уже с буквой G

Частенько он ставил еще и дату работы.

Как выглядел Бальдунг?

До нас дошло несколько его автопортретов, но чаще всего за автопортрет принимают портрет неизвестного кисти Бальдунга. А вот настоящие автопортреты вы можете посмотреть ниже. Что интересно, два из них он поместил на алтарях. В одном случае, он изобразил себя как одного из трех королей (волхвов), а в другом случае разместил под распятием.

И вопрос — вот на этом портрете Бальдунг вам никого не напоминает?

И остальные автопортреты:

Надо сказать, первоначально Бальдунг много писал для церкви — расписывал алтари, писал другие работы. И при этом он одним из первых художников присоединился к Реформации. После этого количество его религиозных работ стало несколько меньше.

Кстати, помните изображения Адама и Евы?

А теперь посмотрите, как Бальдунг изображал одну и ту же модель. Да, сначала была Ева. А вот потом — Венера с Амуром. А затем Юдифь с головой Олоферна. И все одна модель. И, похоже, Мадонну с младенцем он тоже писал с той же модели.

У Бальдунга было несколько любимых тем. Одна из первых — это тема Смерти. Особенно, когда смерть угрожает женщинам.

Другая любимая тема — ведьмы! Ведьм Бальдунг изображал с юности и до конца дней. Некоторые изображения пользовались популярностью в церковной среде.

При этом исследователи изумляются: «Ну, почему?! Что его привлекало в этой теме?! Может, просто возможность писать обнаженную натуру? Не мог же он всерьез?! В те времена идея охоты на ведьм еще не овладела обществом. Даже крестьяне о ведьмах слышали редко. А в юридической среде к ведьмам относились как к курьезу. Да и дел по обвинению в ведьмовстве почти не было... Так почему?!»

Ниже лишь некоторые изображения ведьм от Бальдунга — самые невинные. Потому что другие могут вызвать обвинение в публикации «откровенного и шокирующего» контента.

А еще Бальдунг любил изображать лошадей. И я его в этом вполне понимаю, хотя получалось у Бальдунга далеко не всегда. Одно дело изобразить лошадь в покое — просто стоит. Но совсем другое изобразить единоборство лошадей. Как, по-вашему, что сделал Бальдунг?

Да он просто развернул спокойно стоящую лошадь! Получилось забавно.

И, конечно, он повторял известные сюжеты. Всемирный потоп...

Мученичество святого Себастьяна... Себастьяна он писал неоднократно. Хотя некоторые из картин нельзя показывать, как шокирующий контент! Поэтому покажу скромный рисунок.

Между прочим, в некотором роде непоказанное изображение подражает изображению св. Себастьяна Дюрера. Оба художника одну из стрел воткнули точно посередине лба святого. Как при такой ране они представляли выживание Себастьяна? Или они не знали, что после расстрела святой выжил?

Гадать можно сколько угодно, но в некоторых ситуациях Бальдунг довольно близко повторяет Альтдорфера при изображении истории Пирама и Фисбы (и тот же эксперимент с ракурсом — не только же Монтеньи и Альтдорферу упражняться!).

И со светом он тоже экспериментировал... Можно сказать, что в этом он обогнал живопись на несколько десятилетий.

Но и обычные портреты Бальдунг тоже писал. Причем мужские портреты гораздо чаще, чем женские.

Не только в творческой, но и в общественной жизни у Бальдуга все было прекрасно. Как художник он был нарасхват, так что до конца жизни процветал. И женился на дочери богатого горожанина в Страсбурге.

Бальдунг занимал высокое положение в гильдии художников, а в конце жизни стал одним из тех, кто управляет городом.