Харцер: внешники бывают разные 2

Семь дней пролетели незаметно, люди жили по распорядку, который никем не нарушался, по графикам шли восстановительные работы, тренировки, а для компании мчсника добавлялось и тревожное ожидание. Зато за эту неделю стены Заливино поднялись заново, выше и крепче прежних, но напряжение от недавнего штурма витало в воздухе. Отряд Харцера, наконец-то укомплектованный и отдохнувший, собрался у ворот. Последним пунктом перед выдвижением был краткий брифинг у Волка, и последние приготовления; МЧСник как раз вспоминал, как всё прошло.

Кабинет главы был завален бумагами, схемами, сам же Волк напоминал своего тёзку, собранного, словно готового к прыжку хищника.

— Нужное вам место вот здесь, кластер Черлак, сам город прилетает чуть дальше, здесь же его окрестности — он ткнул пальцем в точку на самодельной карте кластеров. — Кластер нестабильный, перезагружается раз в пару недель. Муры тоже облюбовали его как перевалочный пункт, частенько там ловят свежаков. И вот тут-то они нам и помогут. Ваша цель — их логистический склад вот здесь, — его палец переместился на схему заброшенного элеватора. — Разведка говорит, там есть что взять. Кроме этого, есть ещё пара складов, это уже по словам вашего Буслая, он, думаю, на месте покажет, — Кваз молча кивнул. — Шуметь не стоит, вам нужно собрать то, что пригодится и вам, и стабу в атаке на тот кластер, где у внешников база. И уйти без потерь. Я вам в усиление дам машину с моими рейдерами, в количестве пяти человек, пару из них вы знаете и так, с остальными познакомитесь по дороге, ребята крепкие, проверенные, проблем с ними не будет.

Он откинулся на спинку кресла.

— По дороге будете проезжать мимо старой фермы. Раньше там коровник был. Сейчас… сейчас там часто пасутся крупные заражённые, приходят кормиться туда. Главное — на элиту не нарваться, с ней вы не факт, что справитесь. Кластер отдельный, перезагрузка каждые три дня, на обратном пути можете пару раз там поохотиться, но это строго по желанию и своим силам смотрите. Жемчуг вам точно лишним не будет, но и на рожон лезть не советую. И помните — основная цель — склад. Не отвлекайтесь на ерунду. Можете ещё заехать на мясокомбинат, тоже недалеко прилетает, там тоже крупняк бывает. Но ещё раз повторяю: смотрите сразу, потяните ли вы или лучше отступить, слепое геройство никому не нужно.

Харцер кивнул, мысленно отмечая точки на карте. Оружие, жемчуг и дары — те три кита, на которых и стоит весь Стикс, это он уже успел усвоить очень хорошо.

— Вопросы будут у кого? — бросил Волк.

Вопросов не было. Всё было и так предельно понятно: нужно сходить в логово кучи драконов и вынести сундук с золотом, в их случае — два, с жемчугом и стволами.

— Тогда удачи. Возвращайтесь побыстрее, живыми и желательно не с пустыми руками.

Следующей остановкой стал лазарет знахаря, тот встретил мужчину едким замечанием, впрочем, и к этому уже привыкли абсолютно все, — характер у него был не сахар.

— Ну что, фонтанчик, показывай, чему научился за неделю? Подросла твоя струйка?

Харцер усмехнулся, но отвечать не стал, молча протянул руку ладонью вверх в сторону Лексуса и сосредоточился. Над рукой в воздухе задрожали несколько капель воды, затем слились в небольшой шарик, примерно с виноградину, немного провисели, вращаясь над ладонью. А затем впитались в его кожу.

Знахарь одобрительно хмыкнул и потер ладони, затем зачем-то обтёр их об халат и довольно произнёс:

— Воды, конечно, немного, но у меня и влажность в помещении невысокая, зато контроль стал на много лучше. А ты кидаться этими шариками не пробовал? Не совсем супероружие, но отвлечь, например, хватит.

— Не пробовал, — на секунду задумавшись, ответил Харцер, почесав затылок. — Слушай, а ведь это идея, стоит испытать такой метод.

— Вот и попробуй, — кивнул знахарь в ответ. — Пока не пытайся лезть в живые ткани, сожжёшь синапсы дара запросто, работать будет, но хуже, нужно всё развивать постепенно. Начни с растений, попробуй вытянуть из них сок, потом — из насекомых. Дар сильный, тут нужно осторожно подходить, постепенно усиливая нагрузку. Ну всё, иди уже, вон ждут тебя твои.

От Лексуса они отправились на склад, тяжёлые створки открылись с лёгким скрипом, впуская их внутрь. Там их встретили длинные стеллажи со снаряжением и кладовщик, угрюмый мужик с вечно недовольным лицом, которому Харцер и протянул список того, что им было нужно в рейде.

— Берите по норме, как и все, — начал было он, но МЧСник его тут же перебил.

— Нам нужны патроны — 5,45, по десять магазинов на ствол, гранаты, штуки по три на человека, живца, да получше, несколько фляг, дальше уже сами справимся, консервы, из расчёта дней на пять на всех, вода питьевая, в пластике, перевязочный материал, спек… — перечислял он ещё долго, и хозяин склада недовольно жевал губами, слушая его.

— Ладно, — наконец буркнул он и принялся молча скидывать всё нужное в коробки, изредка бросая на них косые взгляды.

Отряд, сперва проверяя и качество, и наличие, уже отправлял поданное по рюкзакам. Позвякивали патроны в коробках, шуршал упаковкой сухпай и бинты. Кладовщик пристрастно смотрел за ними, отмечая всё в толстом потрёпанном журнале прихода и расхода.

— Разорили вы меня совсем, — буркнул он, подавая последний ящик. — Больше ничего не дам, самим тут не ровен час отбиваться снова придётся…

Харцер молча кивнул, застёгивая разгрузку. Рюкзак за спиной стал ощутимо тяжелее, но это придавало ощущение уверенности. С этим чувством он стоял и сейчас, глядя на машину, которую местные умельцы во главе с Буслаем подготовили к рейду, проверив все системы, и пятерых рейдеров — четыре мужчины и одна девушка. Знакомых, правда, среди них не было, за это Волк извинился отдельно, — не мог он никого из отряда Ксю выдернуть сейчас, когда угроза муров ещё не миновала, — но спорить МЧСник не стал.

Парни выглядели сурово и деловито, было заметно, что, как говорится, калачи они тёртые и битые, а значит, с такими можно и в разведку. Снаряжение было справным, не с иголочки, конечно, но целое и добротное. Сами рейдеры не суетились, оценивающе поглядывая на своего теперь уже командира. И, судя по взглядам, недовольства тот не вызвал.

Первым заговорил тощий, как жердь, мужик лет тридцати пяти, с колючим взглядом тёмно-серых глаз. Шагнув вперёд, протянул руку, ткнув пальцем в криво нашитую плашку с позывным — «Вепрь». Харцер едва сдержал смешок, на кабана этот мужчина походил меньше всего. Тот, видимо что-то заметив такое, сам хмыкнул и пояснил:

— Не смотри так, меня когда крёстный встретил, я жирный был, что тот хряк, так и прижилось имечко. Волк вкратце объяснил, что к чему, так что проблем от нас не будет. Это Смекта, — он кивнул на девушку с коротким ежиком волос и умными, быстрыми глазами, которая чистила затвор своего «Винтореза», а МЧСник снова едва сдержал смех. — А это Бородач, Молчун и Носач… — последнему имя подходило как нельзя кстати.

Закончив знакомство, отряд принялся разглядывать своих новых спутников. Бородач был коренастым детиной с густой растительностью на лице, чуть рыжеватого оттенка, он протянул лапищу, чуть поменьше чем у Кваза, и что-то одобрительно крякнул в ответ на приветствие. Молчун кивнул и тут же отвернулся, разглядеть его не удалось, капюшон прятал лицо под балаклавой. А вот Носач, юркий, самый молодой из всех, паренёк с большим длинным носом уже вовсю крутился вокруг «Тайфуна», с явным интересом изучая трофей.

— Харцер, — представился мужчина. — Это Старик, Гайка, Буслай.

Вепрь кивнул, делая отметку в планшете.

— Маршрут мы знаем, так что давайте грузиться, по дороге поболтаем и познакомимся поближе, — при этом он стрельнул глазами на Гайку, чем вызвал недовольство всего отряда.

Благодаря местным техникам кузов машины стал гораздо крепче и вместительнее, и там расположились все с достаточным для дальней дороги комфортом. Старик, как обычно, сел за руль, Гайка — у окна, а между ними устроился сам Харцер. Буслай уселся на полу у заднего борта, а два ряда кресел по стенкам заняли рейдеры Заливино.

Двигатель взревел, и бронированная коробочка тронулась, выезжая из ворот стаба.

Первые километры все хранили молчание, изредка бросая друг на друга заинтересованные взгляды и слушая натужный рёв мотора. Первой заговорила Смекта, наконец отложившая свой ствол в сторону.

— Я так поняла, мы пока едем чисто стволов получше добыть, — голос у девушки был приятным, с лёгкой хрипотцой, какая обычно бывает после взрослых утех, от чего у мужчин поползли мурашки по коже.

— Да, вроде как верно всё говоришь, — буркнул Старик, закуривая. — Не смотри так, брошу, сказал же, — тут же отозвался он на взгляд командира, тот лишь покачал головой.

— Главное, чтобы нас в стабе дождались, а то если полезут эти, выстоят ли они, непонятно, — подключился Бородач. — Но приказ есть приказ, Волк специально выбирал тех, кого тут особо ничего не шерлит, ни котёнка, ни ребёнка, как говорится. С детьми-то тут сложно, — горестно вздохнул рейдер, и сразу стало понятно, что он-то точно был бы за, если бы по его дому бегал ребятёнок.

— И часто у вас такие вот набеги? — спросила Гайка, с интересом разглядывая новых людей.

— Чаще, чем хотелось бы, — ответил Вепрь, не отрываясь от планшета. — Пока муры плодятся как тараканы, мы сидим на голодном пайке. Но если там, на этом складе, есть что нам всем нужно, может, и раскатаем эту нечисть так, что в ближайшие годы они к нам не сунутся.

В кузове повисло молчание. Даже Буслай перестал ковырять в зубах гвоздём и насторожился.

— Весело будет, — усмехнулся Носач, нервно перебирая пальцами. — Я слышал, там теперь не только муры. Ещё и внешники с ними заодно, нет, они и, конечно, раньше заодно, но теперь говорят, там новые мутки какие-то, — видимо, слухи об экспериментах всё же вышли за пределы администрации, а это настораживало.

— Слухов не распространяй, — резко оборвал его старший. — Сам ничего не знаешь, зато болтаешь за троих…

— А в целом, как в рейдах? — перевёл тему Харцер. — Спокойно?

Смекта (почему её так назвали, никто пока так и не выяснил) фыркнула.

— Спокойно? Не, ну если считать спокойным, что кругом твари плодятся так, будто размножаются они почкованием, муры лезут со всех щелей, то спокойно. А так, так давно у нас неспокойно, впрочем, как и везде. А теперь ещё и эти слухи про суперсолдат, если это правда… — она не договорила, но все всё поняли. — Главное, чтобы наши продержались до того, как мы вернёмся, а остальное — привычная жизнь.

— Я уверен, они справятся, — твёрдо, больше для себя, сказал Харцер. — Они крепкие ребята, мы это уже поняли…

— Надеюсь, — тихо, почти шёпотом, пробормотала Гайка, глядя на удаляющиеся в дымке стены Заливино. — Очень надеюсь.

— А если нет, то мы за них отомстим! — весьма уверенно заявил Молчун, наконец подавший голос. — Так что сейчас у нас одна задача — выжить самим. А остальное… остальное как сложится.

Все согласно кивнули, загадывать сейчас и правда ничего не стоило. Тем более что машина подъехала почти к самому краю зыбкого, вонючего тумана, который растекался волнами, словно отмечая границу их кластера. Привычное напряжение от вступления в неизвестность охватило всех. Непринуждённая беседа затихла, сменившись безмолвным ритуалом проверки оружия. Как только туман схлынет, они ринутся вперёд, втам, там уже могут быть те, кто захочет ими подзакусить.

Разговоров особо не было, они сидели и ждали. Изредка кто-то ворочался, кто-то покашливал, но вот, наконец, зелёная вонючая пелена тумана медленно рассеялась, словно невидимый работник сцены поднял гигантский занавес, открывая вид на зелёное море леса перед ними. Асфальтированная дорога оборвалась, превращаясь в разбитую лесную колею, по краям которой высились тонкоствольные берёзы и темнели чуть поодаль ели.

Напряжение достигло пика, все, не сговариваясь, подтянули оружие поближе, положив ладони на него, глаза высматривали возможную опасность, но пока никто ничего такого не заметил. И постепенно напряжение спало, плечи снова расслабились, и люди сели поудобнее. Первым заговорил старший группы из Заливино, Вепрь наконец убрал планшет, вытащил пачку сигарет и зажигалку.

— Ну что, в этот раз похоже нас с вами пронесло, а вот пару лет назад мы тут хорошо так встряли, как раз тогда, когда меня ребята из стаба спасли, хотите, расскажу? — все, конечно же, хотели, ехать молча было скучно. Мужчина затянулся, выпуская струйку дыма в окно, и его взгляд стал чуть более потерянным, словно он снова попал туда, в своё прошлое.

— Попал я сюда как и все: сперва туман, вонища, ещё и по башке какая-то тварь (и это я сейчас не про заражённых) приложила, вобщем, в отключке провалялся сколько, не знаю, очухался уже в подвале, в клетке, с такими же бедолагами, как и я сам, — докурил Вепрь быстро, под взглядом Харцера, который так и говорил о том, что и с этим человеком будет проведена беседа о вреде курения. — Муры тогда потише были, конечно, но всё равно лютовали. Бандюги они и есть бандюги. Собрали нас, значит, и приготовили на полезные составляющие, значит, разобрать. Не, ну тех, кто был готов, они, как и сейчас, в свои ряды вербовали, смертность-то у них высокая, но меня, жирного, как твой гусь бухгалтера-пацифиста, определили сразу на органы.

Он горько усмехнулся.

— Выкачали почти всю кровь. Лежу я на этом холодном столе, уже света белого не вижу, думаю — всё, конец. А потом слышу вдруг: взрывы, стрельба, крики. Двери с петель слетает и врывается Волк. С автоматом наперевес, кровью залит, и не поймёшь, то ли его, то ли нет, увидел меня и кричит: «Тут парни живой, берите его и в машину!» Так вот и спасли меня, парни-то.

Вепрь достал было ещё сигарету, но, встретив взгляд МЧСника, сунул ту обратно и продолжил.

— Весь лагерь они тогда этим паскудам разнесли, человек двадцать, наверное, вытащили, разной степени тяжести. Меня, почти подохшего, знахарь месяц, считай, потом откачивал. Но ничего, вытащил. И вот с тех пор я тут и живу. Жизнью ребятам обязан, как никак, да и хорошо у нас.

Никто комментировать его рассказ не стал, всё было и так понятно, так к чему портить такой момент, решил каждый.

— Он тогда, говорили, очень многих смог спасти, не всех, конечно, но всех и не вытащишь, — тихо добавила Смекта, глядя в окно. — Не всех, но многих. С тех пор муры нас люто ненавидят. А мы… мы им этого не простим. Никогда.

— Вот потому мы и здесь, — хрипло сказал Бородач, сжимая рукоять своего дробовика. — Чтобы больше никто на тот стол не лёг. Такая вот у нас петрушка тут творится… — договорить у него не вышло, машина резко дёрнулась и затормозила, заставив всех пассажиров инстинктивно вжаться в сиденья. Глухой удар о бревно отозвался скрежетом металла по дереву.

— Твою ж… — выругался Старик, выворачивая руль в сторону, но это уже не помогло, машина упёрлась в слишком толстый, даже для неё, ствол, лежащий поперёк дороги.

Двигатель заглох, и в наступившей тишине, нарушаемой лишь потрескиванием остывающего двигателя, Гайка, совсем невпопад, всё ещё переполненная эмоциями от рассказа, тихо произнесла:

— А Волк и правда молодец. Не каждый бы на его месте смог вот так…

Её слова повисли в воздухе, сейчас всем было немного не до того, рейдеры смотрели в окно на массивное бревно, перекрывшее путь, и были уверены, что оно тут явно не просто так упало.

— Чего сидим? — прикрикнул на замерших людей Харцер. — Хватаем лебёдку и расчищать дорогу, дед, ты за пулемёт. Гайка, Смекта и Буслай, вы прикрывать, остальные за мной…