Холодная месть леди Рейвенстоун

Сэр Томас Бёртон де Аррел изволил нервничать. Его разбудили в совершенно неприличные восемь утра, вручили письмо с высочайшим требованием явиться во дворец срочно, и оставили без единого объяснения. Он ушёл телепортом буквально в пижаме, не успев даже попрощаться с гостеприимными хозяевами дома, в котором отдыхал после командировки.

«Похоже, мне светит новая. Король просто так не вызывает.»

Сегодня его величество почему-то решил принять его в личном кабинете, маленьком и неофициальном, лишь немногие знали, что этот кабинет защищён от всех видов подслушивания гораздо сильнее парадного кабинета наверху. Томас знал. Томас вообще знал гораздо больше, чем положено.

Из кабинета вышел нервный секретарь, пригласил входить и закрыл дверь, оставшись снаружи. Томас посмотрел на короля, оценив круги под глазами и количество чернил на пальцах, вздохнул и усмехнулся:

— Нет покоя старому монарху?

— Ни малейшего, сынок, — мрачно рассмеялся король, покачал головой, — и не предвидится. Прости за такую спешку, я знаю, что ты совсем не отдохнул, но некоторые вещи даже мне не подвластны. Присаживайся, разговор долгий.

Томас окинул взглядом бумаги на столе, сел напротив короля и изобразил понимающую улыбочку:

— Кто-то умер?

— И как ты догадался? — иронично усмехнулся король, взял верхний документ из ровно разложенных стопок, положил перед сыном, развернув к нему: — Умерла госпожа Оливия Меган де Ворт (урождённая де Пайн), маркиза Гейтвортберри, леди Рейвенстоун, последняя на данный момент полноправная хозяйка замка.

Томас быстро пробежал глазами заключение — старуха, ничего удивительного. Он посмотрел на отца, отец ответил хитрым и подначивающим взглядом — он знал, что всё непросто, в этом кабинете о простом не разговаривают.

«Гейтворт… Где я слышал это название? Школа Гейтворт, там обучают магов. Но не всех, только каких-то особенных. Выпускники Гейтворта редко встречаются, высоко ценятся и всегда работают на корону. Почему? Потому что корона спонсирует школу и забирает лучших выпускников себе. Почему? Её же должен спонсировать граф де Ворт. А кто у нас граф де Ворт?»

Он понял, что не помнит никого с таким титулом, посмотрел на карту на стене — графство Ворт находилось почти в центре королевства.

«Тогда почему у него титул маркиза? Это же не приграничная территория…»

Он вспомнил и резко посмотрел на отца:

— Там портал!

Король медленно кивнул, взял следующий документ из стопки и положил перед сыном:

— Эльфы называют это «Грань». Порталов много, они нестабильны и непредсказуемы, а Граней мало, зато они всегда открыты. Именно поэтому в Гейтворте вечно какая-то ерунда с погодой, там буквально дыра в другой Мир, из которой порядочно сквозит. Но прелесть в том, что получить оттуда можно не только ветер. Если ты понимаешь, о чём я.

Томас не понимал, поэтому решил посмотреть на документ, он выглядел роскошно — эльфийская бумага с тонким многослойным рисунком, который не подделать, светящаяся магическая печать, и заголовок: «Договор о сотрудничестве между Эльфийским Альянсом, Большим Содружеством и Гранью Ворт».

— Эльфы согласились? — неверяще прошептал он, поднимая глаза на отца, король усмехнулся:

— Эльфы выставили целый список условий, главное из которых — управлять графством должен образованный человек с безупречной репутацией, и образование он должен получить в учебном заведении с аккредитацией Содружества. Во всём королевстве есть только один такой человек.

Томас похолодел, посмотрел отцу в глаза и обречённо признал:

— Я.

— Ты, сынок, — король взял со следующей стопки документов папку, положил перед сыном и открыл, внутри лежал миниатюрный портрет девушки, миловидной, но совершенно незнакомой. Король представил её: — Эмили Роуз де Ворт, дочь покойного маркиза де Ворта от второй жены, единственная наследница графства, официально.

— А не официально? — Томас взвесил на ладони папку, усмехнулся: — Откуда на юную девушку такое пухлое дело?

— Когда умер её отец, она попыталась войти в храм школы Гейтворт, и на неё упала статуя ворона, охраняющая вход.

Томас поднял брови, король усмехнулся:

— Мракобесие или нет, но для школы это священное место, когда-то всё графство выросло из этой школы, она старше, чем королевская династия, так что традиции надо уважать. Первый граф де Ворт когда-то был венчан на царствование в этом храме, тогда он был лекс де Ворт, он был верховной властью. Он обучался в этом храме, женился в этом храме, и похоронен в семейном склепе при храме, и вся его семья там похоронена, восемь поколений. Но когда его официальная дочь попыталась войти в этот храм, сопровождая гроб отца, на неё упала статуя защитника.

— Но не убила? — уточнил Томас, король улыбнулся:

— Ни царапины. Что, кстати, удивительно — там статуя довольно увесистая. Вот такой каменный ворон, с распахнутыми крыльями, — он показал руками размер, Томас не впечатлился, но кивнул:

— И что нам это даёт?

— Мне лично это дало официальное письмо от настоятеля храма с просьбой проверить законнорожденность госпожи Эмили Роуз (предположительно) де Ворт. Я озадачил магов и медиков, те и другие дали один ответ — они не родственники. Я эту информацию засекретил, ни к чему эти скандалы, тем более что дело прошлое, кому уже какая разница, где матушка её нагуляла. Девочка здоровая, красивая, неглупая…

— Хватит, пожалуйста, папа, — Томас потёр глаза и медленно выдохнул: — Давай вернёмся к трупам, а?

— Ладно. — Король взял следующий лист, посмотрел на него и положил перед собой, разгладил ладонью. Посмотрел на сына и сказал: — Это причина твоего срочного вызова. Официальное письмо на моё имя, с просьбой разобраться в причинах смерти старушки Оливии.

— И в чём проблема?

— В отправителе. Оно подписано именем госпожи Элизабет Грейс де Ворт, маркизы Гейтвортберри, леди Рейвенстоун.

— Кто это?

— Старшая дочь графа де Ворта. Которая умерла тринадцать лет назад.

«А вот это уже интересно.»

Томас протянул руку за письмом, король отдал, он стал читать, внимательно всматриваясь в каждую букву.

— Пишет как живая. Экспертизу делали?

— Делали, оно написано недавно. Почерк сверили с почерками всех грамотных жителей Рейвенстоуна, их немного, он не совпал. Но чернила и бумага оттуда.

Томас продолжал молча смотреть на ровные строчки и твёрдые буквы, посмотрел на отца, положил письмо и спросил:

— От чего она умерла?

— От красной лихорадки. Тогда была эпидемия, многие болели, её отец тоже болел, она проводила с ним время, он умер, она умерла через неделю после него. Но почему-то похоронили её не в склепе при храме Гейтворт, а чуть ли не в саду под забором. Официально, храм был на ремонте, там статуя упала. Но по слухам, безутешная вдова и её дочь, на которую упала статуя, просто побоялись второй раз туда идти. Они больше не входили в этот храм.

Томас взял письмо, ещё раз пробежал глазами, посмотрел на отца:

— Сколько ей было?

— Восемь лет. И за свои восемь лет она успела нажить вот столько приключений, — король взял со стола самую толстую папку и положил перед сыном, усмехнулся: — Ты папке её сестры удивлялся, как тебе эта?

— Впечатляет. Каким образом ей это удалось?

— Начнём с того, что её отец не был женат на её матери, официально.

Томас нахмурился:

— И каким образом она получила титул?

— О, там всё очень сложно и интересно.

— Я примерно представляю, — с прохладной иронией кивнул Томас, отец перестал улыбаться:

— Нет, её ситуация не похожа на твою. Твоя матушка просто хотела хорошо провести время, у эльфов с этим легко и просто, они не беременеют от случайных связей. Обычно не беременеют. Но у нас с твоей матушкой вышло исключение из правил. Может быть, из-за того, что она полукровка, может быть, просто так совпало, я не знаю, она не горела желанием это обсуждать. Она уехала, когда закончилась её командировка, потом вернулась злая и вручила мне тебя, сказала делать с тобой что захочу, потому что это не её выбор и не её проблема. Обвинила меня, как будто я это намеренно сделал. Эльфийки с примесью крови суккуба не особенно ответственные родители, как-то так получается. Очень много четвертьэльфов воспитывается в человеческих приютах, потому что эльфийским родителям они не нужны, пока эти родители молоды и беспечны. Зато потом, когда они становятся постарше, они вдруг вспоминают, что у них есть дети, и начинают их искать, пытаться налаживать отношения… Это открывает перспективы.

— Я уже понял, что ты хочешь продать меня Эльфийскому Альянсу, это когда ещё будет, давай вернёмся к делу.

— Это будет довольно скоро, в том и дело. Госпоже Эмили Роуз недавно исполнилось восемнадцать, её заваливают предложениями, а она не может их принять, потому что официально её графством владеет корона. Когда умер её отец, я взял дела графства под свою руку, у них есть родственники, но ставить на такое важное место случайного человека я не захотел. Я готовил его для тебя. Ты закончил образование, наследница созрела, эльфы согласились — всё складывалось прекрасно, а потом случилось это проклятое письмо от покойницы. Оно может всё разрушить.

— Каким образом?

— Если выяснится, что старшая наследница жива, то младшая ничего не получит. Я выплачу ей скромное приданое из денег её отца, она выйдет за какого-нибудь младшего сына и уедет к нему, а в Рейвенстоуне будет сидеть госпожа Элизабет Грейс де Ворт, у которой, внимание! — король взял её папку, открыл и стал перебирать документы, вытащил один и показал сыну: — Есть приглашение на учёбу в Мире эльфов. Как у тебя, да. Но нет, эльфам она не родственница. Почему они решили выдать ей такой аванс — это мы когда-нибудь у них спросим. Дальше. В пять лет школа Гейтворт устроила ей «введение в храм», это ритуал, который обычно проводят для чудотворных святых, в древние времена так называли магов, когда ещё не было магических школ и эльфийской системы образования. Тогда маги считались святыми, если умели лечить и строить, им поклонялись. Если они вредили — их называли пособниками дьявола и сжигали, таких случаев было в разы больше. Всего за историю существования школы ритуалов введения в храм было проведено четырнадцать, госпожа Элизабет Грейс пятнадцатая. Внутри храма для каждого из этих святых установлен жертвенник, там проводят ритуалы в честь этих великих людей. И в честь пятилетней девочки, почему-то. Дальше, — он взял следующий лист, усмехнулся: — Ты в пророчества веришь?

— Шутишь? Я даже в прогноз погоды не верю. Профессия такая, сомневаться.

— А зря, прекрасный инструмент влияния на неокрепшие умы. Например, в день рождения юной Элизабет замок Рейвенстоун посетила известная провидица из храма Света. Была сильная буря, река Рейвен вышла из берегов, смела все мосты и часть прибрежных построек, множество людей осталось без крыши над головой и без пропитания. Граф приказал разместить всех пострадавших у себя в замке, за свой счёт их обсушил, накормил и полечил, люди такое очень любят и потом сто лет помнят. И среди этих пострадавших была группа пилигримов, которые шли из храма Света в школу Гейтворт, у них были какие-то договорённости по обмену опытом. И на старшую жрицу снизошло откровение, и она всей толпе сказала, что в эту ночь родится наследница, которая принесёт огромное счастье замку Рейвенстоун, невероятное богатство графству Ворт, и новую силу школе Гейтворт. И как только она это сказала, буря закончилась и воссияла радуга. Учитывая, сколько в замке было бродячих музыкантов, путешествующих писателей и прочих любителей поболтать, весть разлетелась мгновенно. Потом ещё эльфы явились во всей красе, ты знаешь, они умеют произвести впечатление. На драконах прилетели, роскошно, в золоте, на закате, чтобы весь город с работы шёл и видел.

— А потом она умерла от красной лихорадки в восемь лет?

— Да. А потом написала мне письмо вчера. И подписалась полным титулом, как будто я уже дал ей все права.

— А ты не дашь?

Король замер на середине вдоха, усмехнулся и опустил глаза. Поднял и тихо сказал:

— Она незаконнорожденная. Её отец встретил её мать во время обучения в школе Гейтворт, она простолюдинка. Они закончили школу одновременно, обвенчались в храме Гейтворт, не спрашивая разрешения ни у кого, а потом он привёз её в замок Рейвенстоун и представил всем как жену, его мать чуть удар не хватил. По законам королевства, они не были женаты.

— Тем не менее, ты дал их дочери титул и вписал её в книгу лордов.

Король поморщился и прошептал:

— Их благословил Гейтворт, а ссориться со школой, охраняющей врата в другой Мир, несколько неразумно. Там всё так чётко одно к одному сложилось — это пророчество, визит эльфов, всякие чудеса… Там много всего было, это есть в личном деле, почитаешь. И девочка была просто очаровательная, чистый ангел.

— Ты её видел?

— Они приезжали на бал, всей семьёй. Жену графа объявили как спутницу, потому что регистрировать их брак я не стал, у меня не спрашивали на него разрешения, а разрешать постфактум было бы глупо. А девочку объявили наследницей, на балу были эльфы, им очень понравилось, я ради них это устроил. Они пригласили её на обучение, подарочки какие-то сделали. Эльфы любят детей, когда это чужие дети. — Король замолчал, глубоко задумавшись, потом тихо сказал, указывая на свидетельство о смерти старухи маркизы: — Бедняжка Оливия с ними не приехала, написала мне огромное письмо с извинениями за то, что не может показаться в обществе после того, как допустила такой чудовищный позор своей семьи. Она невестку ненавидела, и на сына ополчилась со страшной силой. Женила его без его ведома, сама нашла невесту, пригласила её в Рейвенстоун, подала все документы. Они несколько лет так прожили, две жены под одной крышей, и две дочери. Я не подписывал, ждал, чем закончится.

— И чем закончилось?

— Старуха победила. Она устроила всему замку такую жизнь, что первая жена не выдержала и ушла. Я не знаю, что нужно было сделать, чтобы сломить её, я видел её всего раз, на неё весь дворец смотрел свысока, а она шла как богиня по земле. Потрясающе красивая женщина, я понял её мужа абсолютно, ради таких женщин без раздумий идут на любые преступления. У неё энергия была как у боевого корабля, когда ты вроде король, а стоишь перед ним и осознаёшь, насколько ты ничтожен рядом с этим совершенством. Богиня. В ней было столько счастья… Даже богиню можно извести, как оказалось. — Он собрался и посмотрел на остальные документы: — Это данные на всех жителей замка, которые умеют читать и писать. Я знал, что ты попросишь. Выясни, кто написал письмо, сдай его в отдел дознания, тут разберутся. И, самое главное, постарайся не поссориться с Гейтвортской школой или, упаси тебя бог, храмом. Они нам очень нужны.

— Это не главное, — с усмешкой качнул головой Томас, собирая бумаги. — Говори главное. Давай, я готов.

Король медленно глубоко вздохнул, тихо рассмеялся и поднял ладони:

— Хорошо, я скажу. Постарайся понравиться наследнице и её матери. Быть женатым на женщине, которая тебя ненавидит, ужасно, поверь моему опыту. Принято считать, что женщины бесправны и бессильны, но это иллюзия. У них есть сила всё портить, даже самое лучшее, даже божественный свет прекрасной богини, они могут уничтожить всё. Упаси тебя бог вызвать их гнев. Веди себя хорошо, я знаю, ты умеешь. Ты же как-то прожил столько лет у эльфов.

— И все эти годы эльфы учили меня плохому, папа.

Король рассмеялся, Томас развёл руками:

— Прости, не хотел тебя расстраивать, но самым приличным там был я. Надо мной смеялись из-за этого. Поначалу. Потом я влился и стал как все.

Король рассмеялся ещё сильнее, начал помогать собирать бумаги. Отдал их сыну и сказал:

— Пиши мне каждый день, я хочу знать все подробности. К тебе будет ходить телепортист, ровно в полночь, можешь отдавать ему материалы для анализов или подозреваемых для допроса. Если найду время, я буду вызывать тебя на короткие аудиенции по возможности.

— Как обычно, я понял. Хорошо. Пойду, не буду тебя задерживать, — он встал и изобразил почтительный поклон, специально понизил голос и пробасил: — Ваше величество.

— Ну вот в пижаме мне ещё не кланялись, — шутливо вздохнул король, Томас рассмеялся, помахал рукой и ушёл.

***