Холодное лето

Предисловие

Когда-то давно, задолго до появления динозавров, на Земле жили люди. В целом они были похожи на нас, но была у них одна особенность. Многие бы сейчас назвали это магией, они же говорили, что это просто управление энергией. С ее помощью люди могли повелевать погодой и временем, жизнью и смертью, насылать болезни и лечить. Жили они в мире с собой и природой, а главным правилом у них было не навредить никому. И делились эти люди на два народа. Жили они дружно, и не было между ними разладов. А что им, собственно, было делить? Территория огромная, пищи много растет и бегает вокруг. В общем тишь да гладь. Вот только было у этих народов одно существенное отличие. Одни сами, так сказать, создавали энергию внутри себя, а другие высасывали ее из окружающей среды, тогда ее еще было много вокруг. И вот однажды к власти одного из народов пришел тот, кто считал, что они совершенней и только они должны жить. Его речи нашли отклик в сердцах людей. И повел этот вождь свой народ, желая очистить мир от тех, кто недостоин существовать. Так началась первая великая война. И после нее были воины, называемые великими, но такой страшной и разрушительной больше не было. Люди уничтожали друг друга, не щадя ни стариков ни детей. Города стирались с лица земли, не оставляя даже руин. С неба сыпали кислотные дожди, моря закипали. Люди и животные умирали ежесекундно и сам мир понемногу умирал вместе с ними. Мир страдал и оплакивал потери. И в тот момент, когда счет убитых пошел на сотни тысяч, и все понимали, что эту бойню остановит только полное истребление одного из народов, пришли они. Откуда они пришли никто не знает. Обладая огромной силой и возможностями, они положили конец многолетней войне. И забрали они силу у людей, чтобы делить больше нечего было. И сказали они: «Пройдут века и вновь начнут рождаться люди с частичками ваших сил. И будет их мало и жить они будут скрытно, и мы всегда будем рядом и будем контролировать их». И слушали их люди и боялись их. А называли они себя хранителями равновесия.

Глава 1

Привычно предупредив маму, чтоб не переживала, я зашла в душ. "Ну что? Готова?" - раздалось в голове. "Как всегда,"- мысленно ответила я. Сняв с себя все, кроме колец, понимая, что если сниму и их, то отсюда меня будут выносить врачи скорой помощи, я встала под душ. Проверив энергетическую зарядку камней, я пришла к выводу, что мне этого хватит, завесила штору и закрыла глаза. Включив горячую воду и постепенно привыкнув к ней, я понемногу начала увеличивать температуру воды. Кольцо-хамелеон моментально почернело. Тело ощутимо начало жечь. Маленькая ванная комната мгновенно заполнилась паром, до такой степени, что стало тяжело дышать. Я, не обращая внимания на подобные мелочи, продолжала увеличивать температуру, пока не полил чистый кипяток. Прижав руки к телу и по-прежнему не открывая глаз, я стала ждать. Вода обжигала кожу. Казалось, еще немного и я сварюсь, как рак в кастрюле. От нехватки воздуха сильно кружилась голова. "Терпи. Еще немного," - мысленно повторяла я себе. Кожу невыносимо жгло. Тело горело огнем. Не в силах больше держаться на ногах, я упала на дно ванны, не вылезая, впрочем, из-под потока воды. Поджав ноги и обхватив колени руками, я застыла, продолжая ждать нужного момента. Энергия, накопленная в кольцах, подходила к концу. Еще немного. Я знаю, что выдержу, ведь это уже не в первый раз. Все. Момент настал. Тело готово. Резко распахнув глаза, сейчас скорее всего ярко зеленого цвета, я взяла с края ванны лезвие и полоснула себя по левой руке, с тыльной стороны от запястья. Нанеся себе три пореза, я полюбовалась тем, как кровь, стекая по руке, смешивается с каплями воды, закручиваясь в небольшие, слегка светящиеся торнадо, и заставила себя встать. Сделав воду теплой, я быстро помылась и вышла из ванной. Накинув ночнушку, посмотрела на кольца. Камни потускнели и больше не играли радугой при попадании на них света, а серебряные оправы потемнели. "Эх. Опять заряжать придется. И не жалко тебе меня?" - мысленно спросила я. "Ничуть. Сама знаешь, что так было надо." - привычно ответили в голове. Я уже давно перестала мучить себя вопросом о том, с кем на самом деле разговариваю. Зачем? Верить в то, что у меня с рождения скрытая форма шизофрении не хотелось. Этот голос давно стал для меня родным. И хоть иногда он безумно бесит меня своими неуместными комментариями, я уверена, что без него мне бы пришлось очень тяжко. Тем более, что в общих чертах мне все объяснили, а углубляться в более подробное изучение личности данного индивидуума мне совсем не охота. Все равно ничего толком не узнаю.

На дрожащих ногах пройдя на кухню, я закурила и посмотрела на часы. Без пятнадцати час. Значит в ванной я провела почти сорок минут. Неплохо. Раньше такие пытки могли длиться по два-три часа. В этот раз мне очень повезло, что я смогла выйти сама.

В квартире тихо, но я знаю, что мама еще не спит. Скорее всего, пока я была в ванной, она смотрела на часы и держала в руках телефон, готовая в любой момент вызвать скорую. Она не понимает зачем мне это надо. И никогда не спит, когда я захожу в ванну, даже если я собираюсь просто помыться. И хотя она давно должна была привыкнуть к тому, что я примерно два раза в месяц пытаю себя кипятком, она все равно сильно переживает. Докурив сигарету, я направилась в комнату, по пути глянув в зеркало. Зелень в глазах почти исчезла, сменившись привычным для всех темно-коричневым цветом. Стоило мне переступить порог, как возле маминой кровати зажегся ночник, подтвердив все мои опасения.

- Живая? - сходу спросила мама, и я поняла, что сегодня неприятного разговора не избежать.

- Да. Вполне, - ответила я, машинально пряча порезанную руку за спину.

- Что с рукой?

- Ничего. Все хорошо.

- Покажи.

- Мам, я просто с котом поцапалась. Не переживай.

- Ага. А кота зовут лезвие, которое лежит в ванной на полке.

- Ну не начинай...

- Я еще не начинаю! Завтра же его выкину!

- Выкинешь, возьму другое. Ты же знаешь...

- Может ты мне объяснишь, для чего тебе все это надо?

- Зачем? Ты все равно не поймешь.

- Милая, если ты не хочешь говорить об этом со мной, давай найдем тебе хорошего психолога, – нежным и успокаивающим голосом проговорила мама.

- Спасибо что не психиатра, - нервно хихикнула я, - на самом деле, со мной правда все нормально. Не стоит так переживать.

- Со смерти отца, ты очень изменилась. Прошло достаточно много лет, Кэтрин. Я понимаю, что тебе тяжело. Понимаю, что тебя мучают кошмары. Дети не должны такое видеть. – у мамы на глаза выступили слезы. Боже, ну не надо, пожалуйста! И без того тошно. К сожалению моих мыслей она не видела, и потому продолжила, - Но пора отпустить все это. И хороший врач с этим поможет. Он поймет тебя.
- Никто не поймет! – вспылила я. Ну сколько можно-то уже? - Просто смирись с этим.

- Ах значит просто смирись?!

- Не кричи. Тоху разбудишь. И вообще. Я устала. И тебе тоже пора спать. Сладких снов.

Поцеловав маму в щеку, я дошла до своей кровати и залезла под одеяло, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Поворочавшись немного, я дождалась, когда мама выключит ночник и быстро провалилась в глубокий, но чуткий сон.

Проснулась я от резкой боли в груди. Секунды хватает чтобы понять, что происходит. С ней что-то не так. Она плачет. Хватаю телефон и по памяти набираю знакомый номер. "Абонент временно не доступен"- сообщает мне противный голос в трубке. Вот блин. Что случилось? Быстро одеваюсь, на ходу беру ключи от машины, сигареты, и выхожу из дома. Ярко-синий Рено Квид преданно ждет меня напротив подъезда. Сев в машину, я привычным движением включаю зажигание и снова закуриваю сигарету. Только в этот момент я обращаю внимание на то, что уже светает. Значит сейчас где-то четыре часа. Что ж, выспаться сегодня не судьба. Выезжая со двора, я сразу набираю приличную скорость, проговаривая шепотом знакомые слова и наполняя их силой. Время теперь, для меня, течет медленнее, но мне все равно лучше поторопиться. К счастью, в это время еще нет пробок. Одного взгляда на маячащего впереди гаишника хватает, чтобы он развернулся и пошел в свою машину, напрочь забыв о моем существовании. Через двадцать минут я уже подъезжаю к такому знакомому дачному участку. Она здесь, я это чувствую. Кое-как припарковав машину, я двигаюсь в сторону дома. Заходя внутрь, включаю свет и застаю свою вторую половину, сидящей на полу в слезах. Не подумайте ничего лишнего. Речь вовсе не идет о лесбийской любви. Просто она действительно моя вторая половинка. Мы с ней полный унисон. Идеально совместимые по энергии. Таких как мы во всем мире единицы. Для полного унисона мало быть хорошими друзьями и понимать друг друга. Для этого надо обменяться частью души. Мы чувствуем эмоции друг друга на расстоянии. Я всегда могу сказать о том, где она находиться и в каком состоянии, и она легко расскажет все это обо мне. Мы чувствуем боль и радость друг друга как свои собственные и вместе составляем единое целое. Так совпало, что у нас даже имена одинаковые. Мы действительно любим друг друга, но это не та плотская любовь, о которой думают многие. Это сложно объяснить словами. Она для меня: и сестра, и дочь, и лучшая подруга. И вот сейчас это чудо сидит на старом потертом ковре и размазывает слезы по щекам, поэтому мне тоже хочется плакать.

- Что случилось? - тихо спрашиваю я, садясь рядом и обнимая подругу за плечи.

- Мы расстались, - сквозь слезы отвечает Кэтрин.

- Кто мы?

- Я с Димой. Помнишь я о нем рассказывала?

- Нет. А должна?

- Ну тот который такой накаченный и красивый. Мы две недели назад в магазине познакомились.

- Допустим. А из-за чего расстались?

- Я его бросила. Сказала, что он мне время не уделяет.

- Ага. Ясно. А ревешь из-за чего тогда? - я поняла, что путаюсь в происходящем.

- Я никому не нужна. Он мне даже не позвонил! Гад!

- Гад! - согласилась я, - А должен был?

- Конечно! - Кэт явно удивило мое непонимание.

- Кстати, что у тебя с телефоном? Я не смогла до тебя дозвониться, – я решила сменить тему.

- Я его выключила. Чтобы Миша не звонил. Достал уже.

- А как тогда Дима должен был позвонить?

- Ой! Я не подумала об этом, - пробормотала она и вдруг звонко рассмеялась. У меня на душе резко потеплело и я, поняв, что с ней уже все в порядке невольно улыбнулась, а потом и вовсе зашлась хохотом вместе со своей лучшей подругой. Иногда меня пугают такие резкие перемены настроения с ее стороны, но в большинстве своем я уже привыкла. К тому же я знаю, насколько собранной и серьёзной может быть эта девушка в те моменты, когда действительно необходимо собраться. Отсмеявшись Кэт включила телефон, который сразу противным пиликаньем сообщил о том, что ей кто-то звонил. Буквально через минуту раздался звонок от Димы, который взволнованным голосом спросил все ли в порядке и попытался извиниться. Его красивая речь о любви, тоске, грусти и непонимании, почему они расстались, но скором желании все изменить, была грубо прервана звонким голосом Кэтрин, которая сходу сообщила бедному Диме кто он и куда ему стоит пойти, потом сбросила звонок, добавила Диму в черный список и с довольной улыбкой повернулась ко мне. Я окончательно запуталась в происходящем и решила просто не лезть в это дело.

- Ты кстати, что тут делаешь? - невинно хлопая милыми глазками спросила Кэтрин.

- А что, ты не рада меня видеть? - с ехидной улыбкой ответила я.

- Рада, конечно. Но все же?

- Почувствовала, что тебе плохо, дозвониться не смогла и решила приехать. А ты почему тут?

- Прости, - с раскаяньем в глазах проговорила она, - мне стало грустно, и я решила приехать сюда.

- Как ты добралась сюда в такое время? Транспорт же еще не ходит.

- На такси. - пожав плечами ответила Кэт, так, словно каждый день использует этот способ передвижения.

- Ну ладно. Раз все нормально, я поеду домой. У меня дела завтра. Нужно съездить в одно место.

- Может потом пересечемся?

- Можно. Тебя подбросить до дома?

- Давай, - сразу согласилась подруга, поднимаясь с пола и направляясь к выходу из дома. Я, встав, двинулась за ней. Доставив ее до подъезда и попрощавшись, я отправилась к себе досматривать прерванный сон.