Холоп Гоблин

Когда кости были моложе

Как же это было давно…

Иногда мне кажется, что та жизнь принадлежала не мне.
Слишком много зим прошло с тех пор. Слишком много миров сгорело.

Но память упряма.

Я помню запах того времени.

Сырой камень.
Дым жирных костров.
И кровь монстров, которая въедается в руки так, что её не смоешь даже через годы.

Меня зовут Грах'ыЗуул.

Когда-то я был всего лишь шаманом маленькой общины.

Не жрецом.
Не настоятелем храма.
И уж точно не тем существом, которое прожило три сотни лет.

Просто шаманом.

Мир тогда казался огромным.

И опасным.

Он принадлежал не только гоблинам. В тёмных лесах, пещерах и болотах жили твари, которых даже старые охотники старались не тревожить.

Некоторые говорили, что эти монстры оставлены нам как испытание.

Другие — что офицеры культа специально не истребляют их, чтобы молодые гоблины учились сражаться.

Лично я всегда подозревал другое.

Богу просто всё равно.

Но тогда я был молод и не задавал таких вопросов вслух.

Наше племя жило в долине среди чёрных скал. Камень там был острый, ветер холодный, а ночами из глубин пещер иногда доносился рык.

Охотники уходили туда с копьями.

Иногда возвращались.

Иногда — нет.

Я был слабее большинства гоблинов.
Зато внимательнее.

Пока другие шаманы сидели у костров, я бродил по ущельям и пещерам, собирая странные вещи:

клыки монстров,
осколки каменных идолов,
обломки древних амулетов.

Мне нравилось разглядывать их.

Думать, кому они принадлежали и почему оказались забыты в камне и грязи.

Старый шаман племени однажды сказал мне:

— Грах'ыЗуул, ты собираешь слишком много хлама.

Я ответил честно:

— Иногда хлам оказывается полезным.

Он рассмеялся.

Но через несколько лет именно этот «хлам» сделал меня шаманом.

Я помню свою первую охоту на монстра.

Это была тварь из пещер — длинная, с серой кожей и кривыми лапами, похожими на руки.

Она напала на молодого охотника.

Крики услышали все.

Я прибежал одним из первых.

У меня было только короткое копьё и нож.

Охотник уже был мёртв.

Монстр ел его.

Я не был храбрым.
Я был осторожным.

Я обошёл тварь сзади.

И ударил.

Один раз.

Потом ещё.

И ещё.

Монстр оказался живучим. Но в конце концов он упал. А я получил, свою первую травму.

Когда всё закончилось, я долго смотрел на его тело.

Потом вырезал сердце.

Не знаю почему.

Наверное, потому что чувствовал — это имеет значение.

Я положил сердце на свой маленький каменный алтарь.

Так начались мои подношения.

Годы шли.

Монстров становилось больше.

Моих трофеев — тоже.

Кости.
Клыки.
Золото, найденное в руинах старых пещер.

Мой алтарь рос.

Старый шаман старел.

А потом однажды утром его нашли у костра.

Он умер во сне.

Тихо.

Без крика.

Племя долго спорило, кто станет новым шаманом.

Но в конце концов выбрали меня.

Не потому, что я был самым мудрым.

И не потому, что был самым сильным.

Просто у меня уже был алтарь.

И на нём лежало больше трофеев, чем у любого другого гоблина в долине.

Так я стал шаманом.

Тогда я думал, что это вершина.

Я ещё не знал, что впереди будут храмы, войны и города гоблинов.

И что когда-нибудь меня будут называть жрецом
Драыгхэла.

Но это было позже.

Гораздо позже.

Когда кости уже начали стареть,
а я научился смотреть на миры
как на добычу.

Иногда смерть приходит с криками.

Иногда — с огнём.

Но чаще всего она приходит тихо.

Я хорошо это понял в тот день.

Утро в долине было обычным.

Туман ещё лежал между скалами, костры догорали, а охотники готовились уходить в пещеры за новой добычей.

Я сидел у своего алтаря.

Каменная плита, покрытая старыми пятнами крови, кости монстров, клыки и несколько потемневших от времени амулетов.

Я перебирал трофеи, решая, что оставить, а что разбить на подношения.

Племя жило своей обычной жизнью.

Детёныши дрались у костров.
Старые гоблины ворчали на молодых охотников.
Кто-то точил ржавый меч о камень.

Именно поэтому мы не услышали их сразу.

Первым звуком был металл.

Тихий.

Короткий.

Словно два камня ударились друг о друга.

Но это был не камень.

Это был железный доспех.

Я поднял голову.

И увидел его.

На скале над долиной стоял гоблин в тяжёлых доспехах.

Настоящее железо.

Не ржавые обломки, не куски старых пластин, а настоящий панцирь — чёрный, крепкий, с заклёпками и широкими наплечниками.

На поясе висел меч без следов ржавчины.

За спиной — тяжёлый топор.

Сотник.

Я понял это сразу.

И в тот же момент понял вторую вещь.

Он стоял там не один.

Когда туман начал рассеиваться, скалы вокруг долины словно ожили.

Из-за камней выходили фигуры.

Хобгоблины.

Высокие, широкоплечие, в железных шлемах.

Их копья были длинными, с острыми наконечниками из чёрного металла.

За ними двигались обычные гоблины-солдаты.

Даже их оружие было лучше нашего.

Железные сабли.
Копья с тяжёлыми наконечниками.
Круглые щиты с выжженными знаками храмов.

Мы были окружены.

И никто в долине не заметил, когда именно это произошло.

Первой закричала старая самка у костра.

Потом крик подхватили другие.

Племя мгновенно превратилось в хаос.

Охотники хватали копья.

Матери тянули детёнышей к пещерам.

Некоторые гоблины уже бежали к узкому проходу между скалами.

Но солдаты культа были быстрее.

Из прохода вышёл ещё один отряд.

Путь к бегству закрыли.

Первый удар был быстрым.

Наши охотники бросились вперёд с костяными копьями.

Храбро.

Но глупо.

Железо ломает кость легко.

Я видел, как один хобгоблин отбил удар щитом и воткнул копьё прямо в грудь охотнику.

Другой разрубил щит и голову одним ударом топора.

Бой длился недолго.

Слишком недолго.

Некоторые гоблины всё же попытались бежать.

Я видел, как один молодой охотник почти добрался до леса за скалами.

Стрела настигла его раньше.

Он упал и больше не поднялся.

Других ловили живыми.

Сбивали с ног.
Били.
Связывали.

Пленники были полезнее трупов.

Рабов всегда не хватало.

Через несколько минут всё было кончено.

Долина стихла.

Тела лежали между кострами.

Выживших согнали в центр поселения.

Я стоял у своего алтаря.

Бежать было бессмысленно.

Сражаться — тоже.

Я просто ждал.

Сотник спустился со скалы.

Его железные доспехи тихо звенели при каждом шаге.

Он подошёл к алтарю и долго рассматривал трофеи.

Клыки монстров.
Кости.
Золото, найденное в пещерах.

Он поднял один из клыков и повернулся ко мне.

— Шаман? — спросил он.

Я кивнул.

Сотник усмехнулся.

Рядом подошёл младший жрец храма — худой гоблин в тёмных одеждах.

Он внимательно осмотрел алтарь.

Потом посмотрел на меня.

— Этот приносит добычу, — сказал он.

Сотник хмыкнул.

— Значит, не бесполезный.

И тогда я понял, что мне повезло.

Меня не убьют.

Но долина больше не будет моим домом.

Так
Грах'ыЗуул
впервые попал в руки слуг
Драыгхэла.

И моя жизнь начала меняться.

Я думал, что всё закончилось в долине.

Но долина была лишь началом.

Настоящее испытание началось на дороге.

Нас гнали уже второй день.

Никаких цепей не было.

Слишком много пленников.

Слишком дорого тратить железо на тех, кто может умереть по дороге.

Поэтому нас связывали верёвками.

Толстая грубая верёвка проходила через запястья, связывая по десять гоблинов вместе.

Если падал один — падали все.

Если бежал один — тащил остальных.

Солдаты знали, что делают.

Впереди шли хобгоблины.

Они выглядели так, словно пришли из другого мира.

Тяжёлые железные панцири.
Шлемы с узкими прорезями для глаз.
Длинные копья с чёрными наконечниками.

На фоне их оружия наши старые копья из костей и ржавые ножи выглядели как игрушки.

Даже мечи у солдат были другими.

Чистые. Острые.

Такие клинки не находят в руинах.

Такие куют в кузницах храмов.

Некоторые пленники всё ещё надеялись.

Они шептались.

Смотрели на лес.

И считали солдат.

Я видел это и раньше.

Надежда часто убивает быстрее, чем копьё.

Побег случился на третий день.

Молодой охотник из нашего племени вдруг дёрнулся в сторону леса.

Он вскочил.

Почти побежал.

Стрела вошла ему в спину.

Он рухнул в грязь и больше не двигался.

Солдаты даже не остановили колонну.

Тело осталось лежать на дороге.

Остальных били палками за попытку побега.

Один из них умер вечером.

Его тоже оставили на дороге.

Раб, который не может идти, не стоит даже верёвки.

Я смотрел на узел на своих руках.

Солдаты не были глупыми.

Но они были ленивыми.

Узел был грубый.

Сделан быстро.

Для большинства гоблинов этого достаточно.

Но я был шаманом.Я знал верёвки.

Я знал узлы.И знал, как их ослаблять.

Медленно.Незаметно.Шаг за шагом.

Ночью.

Когда руки у всех были усталые и мокрые от пота.

К утру шестого дня узел на моих запястьях уже не держал так крепко.

Я мог освободиться.Легко.

Но я этого не сделал.Не сразу.

Потому что я видел солдат.

Видел хобгоблинов.Видел их оружие.

Бежать сейчас — значит умереть на дороге.

Поэтому я ждал.

Иногда выживает не самый сильный.

А самый терпеливый.

На седьмой день мы увидели город.

Сначала показались стены.

Высокие.Чёрные.

С башнями и огромными воротами.

Потом дым.Много дыма.

А потом Храм.

Огромное каменное строение в центре города.

На его вершине горел зелёный огонь.

Даже издалека было понятно — это место принадлежит слугам
Драыгхэла.

Солдаты погнали колонну быстрее.

Так начинался новый этап жизни
Грах'ыЗуул.

И тогда я ещё не знал, что проживу почти триста лет, служа тому же богу, который превратил меня в пленника.

Город мы увидели задолго до того, как подошли к нему.

Сначала появились стены.

Огромные, чёрные, сложенные из тяжёлых каменных блоков. На них были следы старых ударов, трещины и вбитые железные скобы.

Потом башни.

На башнях стояли лучники и смотрели вниз на дорогу, по которой гнали нашу колонну.

Когда мы подошли ближе, стало видно ворота.

Тяжёлые деревянные створки, обитые железными полосами. На металле был выжжен знак
Драыгхэл.

Кривой символ, похожий на раскрытую пасть.

Колонну остановили перед воротами.

Верёвки между пленниками натянулись.

Некоторые гоблины начали шептаться.

Кто-то смотрел на стены с ужасом.

Кто-то просто опустил голову.

Перед воротами стояли жрецы.

Три фигуры в тёмных одеждах.

Рядом с ними — писцы с деревянными табличками и надсмотрщики с плетьми.

Началась сортировка.

Сильных осматривали первыми.

Им проверяли руки, зубы, заставляли поднимать камни.

Таких уводили к казармам.

Слабых почти не смотрели.

Их гнали в сторону шахт.

Старые и раненые падали прямо на земле.

Надсмотрщики били их, пока те не поднимались.

Потом привели шаманов.

Тех, у кого на теле были знаки духов или старых ритуалов.

Жрецы смотрели на них внимательно.

Когда очередь дошла до меня, один из жрецов задержался.

Он посмотрел на мои руки.

На старые ритуальные шрамы.

— Шаман, — сказал он.

Я кивнул.

Жрец повернул голову к огромному храму, который возвышался над городом.

— Этого в храм.

Так
Грах'ыЗуул
впервые оказался у ворот служителей
Драыгхэла.

Меня повели через город.

Город гоблинов был шумным и грязным.

Повсюду слышались крики.

Грохот кузниц.

Скрип телег.

Рабов гнали по улицам.

Солдаты тренировались на площадях.

Кузнецы ковали оружие.

Но всё это меркло рядом с храмом.

Он стоял в центре города.

Огромное строение из чёрного камня.

На вершине храма горел зелёный огонь.

Ступени, ведущие к нему, были длинными и широкими.

Когда мы поднимались по ним, город постепенно оставался внизу.

Чем выше мы поднимались, тем тише становилось вокруг.

Внутри храма было прохладно.

Каменные стены уходили высоко вверх.

Повсюду стояли алтари.

Запах крови и благовоний висел в воздухе.

Здесь служили жрецы
Драыгхэл.

И здесь началась новая жизнь
Грах'ыЗуул.

Нас было шестеро.

Шесть шаманов из разных племён.

Нас привели в большой зал перед алтарём.

Там сидел старший жрец.

Он смотрел на нас долго, прежде чем заговорить.

— Духи, которым вы служили раньше, слабы, — сказал он.

— Здесь вы узнаете настоящую силу.

Нам дали простую одежду.

Без украшений.

Без амулетов.

— С этого дня вы послушники.

Жизнь в храме была простой и тяжёлой.

Мы:чистили алтари
носили воду
жгли благовония
учили молитвы

Ошибки наказывались быстро.

На третий день, один из послушников недостаточно проявил уважения Богу.

Его наказали...

Жрецы убили его прямо у алтаря.

Его кровь стекала по камню.

И никто не остановил молитву.

Прошло много дней.

Я наблюдал.

Слушал.

Учился.

Жрецы редко говорили лишнее.

Но иногда мы могли видеть их работу.

Однажды нас привели в нижний зал храма.

Там стоял большой каменный алтарь.

Перед ним лежал связанный монстр.

Жрец поднял руки.

Он начал читать слова силы.

Камень под алтарём засветился зелёным светом.

Монстр закричал.

Его тело задёргалось.

А потом всё закончилось.

Когда свет погас, жрец повернулся к нам.

— Это сила
Драыгхэл.

Он посмотрел на каждого из нас.

— И если вы будете полезны…
однажды вы сможете ею пользоваться.

В тот момент я понял одну вещь.

Если я хочу выжить в этом месте…

мне придётся стать лучше остальных.

Испытание

Через несколько недель нас снова собрали в нижнем зале храма.

Нас осталось четверо.

Двое умерли.

Один не выдержал ритуала, другой попытался бежать.

Старший жрец стоял у каменного алтаря.

Перед алтарём в железной клетке сидел монстр. Низкое, широкое существо с толстой шкурой и длинными клыками.

— Сегодня вы покажете, чему научились, — сказал жрец.

Клетку открыли.

Первым выпустили одного из послушников.

Он попытался использовать ритуал духов, которым служил раньше.

Монстр разорвал его раньше, чем он закончил слова.

Жрецы даже не вмешались.

Второй послушник убил зверя копьём.

Грубо.

Но быстро.

Когда пришла моя очередь, я не стал подходить близко.

Я бросил в зверя горящую чашу с благовониями.

Дым ударил монстру в глаза.

Пока он слепо бил лапами воздух, я воткнул копьё под челюсть.

Монстр упал.

Жрец смотрел на меня долго.

— Хитрость полезнее силы.

Так
Грах'ыЗуул
прошёл первое испытание служителей
Драыгхэл.

Нижние залы

После испытания нас начали пускать глубже в храм.

Нижние залы были старше.

Там стены были покрыты древними символами.

Некоторые двери были закрыты тяжёлыми печатями.

Однажды я увидел, как жрецы несли вниз большой сундук.

Из него шёл слабый зелёный свет.

Я услышал, как один из них сказал:

— Это отправят в главный храм.

Другой ответил:

— Здесь такие вещи держать нельзя.

Тогда я впервые понял одну вещь.

Все сильные артефакты и знания забирают туда.

В главный храм.

И жрецы обычных храмов знают меньше, чем могли бы.

Первый покровитель

Через несколько дней меня позвал один из младших жрецов.

Он сидел у алтаря и смотрел на меня внимательно.

— Ты был шаманом.

Я кивнул.

— И выжил там, где другие умерли.

Он положил на алтарь старую книгу.

— Мне нужен помощник.

Он указал на символ
Драыгхэл
на обложке.

— Будешь переписывать молитвы и ритуалы.

Я понял, что это значит.

В храме выживает тот, у кого есть покровитель.

И в тот день
Грах'ыЗуул
сделал первый шаг не только к силе…но и к власти.

Запечатывание души

Перед началом настоящего обучения всех послушников привели в нижний зал храма.

Там стоял круг из чёрного камня.

В центре находились небольшие сосуды — филактерии.

Старший жрец сказал:

— Жрецы не служат добровольно.
— Они служат вечно.

Каждого по очереди ставили в круг.

Когда пришла очередь
Грах'ыЗуул,
жрец коснулся его груди ритуальным ножом.

Боль была короткой.

Но внутри стало пусто.

Часть души ушла в филактерию.

Сосуды унесли глубже в храм.

С этого дня жрецы принадлежали
Драыгхэл.

Учёба

После ритуала началось настоящее обучение.

Грах'ыЗуул переписывал:

молитвы - ритуалы- старые записи жрецов

Иногда ему разрешали читать древние тексты.

Но он заметил странную вещь.

Многие страницы были вырваны.

Самые сильные ритуалы всегда отправляли в главный храм.

Обычные жрецы не должны были знать слишком много.

Первая миссия

Через несколько месяцев его покровитель взял его в небольшой поход.

Нужно было уничтожить логово монстров.

Грах'ыЗуул помогал проводить ритуал.

Когда жрец призвал силу
Драыгхэл,
монстры начали падать прямо на землю.

Тогда он впервые понял настоящую силу храмовой магии.

Она была гораздо сильнее духов, которым служат шаманы.

Интриги

В храме выживали не только силой.

Другие послушники начали завидовать Грах'ыЗуулу.

Однажды ночью один из них попытался напасть на него.

Но Грах'ыЗуул оказался быстрее.

На следующий день тело нападавшего нашли у лестницы.

Жрецы ничего не сказали.

В храме это считалось естественным порядком вещей.

Большой рейд

Прошло несколько лет.

Однажды храм начал готовиться к большому походу.

В нижнем зале открывали портал.

Грах'ыЗуул помогал жрецам в ритуале.

Когда портал раскрылся, через него начали проходить легионы гоблинов и хобгоблинов.

Так культ
Драыгхэла
открывал путь к новым мирам.

И именно тогда
Грах'ыЗуул
понял, насколько огромна сила, которой он служит.

Продолжение следует ... В этой же главе

Если заинтриговал ставь Лайк .—. СердечКо