Стены дышат сырой штукатуркой и чьим-то присутствием,
Вместо пульса под кожей копошится чужое искусство.
Здесь углы не сглажены — режут до самого мяса,
А в зрачках отразилась лишь чёрная, плотная масса.
Не зови на подмогу — у этой тиши есть зубы,
Слижет крик твой, пока леденеют и синеют губы.
Тень за дверью не ждёт — она стала твоею кожей.
В этом склепе никто, даже Бог, тебе не поможет.