Хозяйка для чудовища

— Как тя звать-то? — полушепотом спросил святой отец.

Я стояла босиком на холодном и влажном от утренней росы помосте и молчала. Но не потому, что вдруг позабыла собственное имя, просто горло свело от лютого страха.

Староста цыкнул и ткнул меня в затылок, поторапливая с ответом. Веревка, связывающая руки, натянулась и еще сильнее впилась в тонкую кожу запястий.

— Элия, — прохрипела я.

Святой отец откашлялся и обернулся к жителям моей деревни. Я тоже вскинула взгляд…

Соседи, что еще недавно улыбались мне при встрече, теперь смотрели на меня с отвращением и злостью. Как на ядовитую траву, от которой хочется держаться подальше.

Но один взгляд отличался от других. Сынок старосты стоял в первом ряду и хищно скалился.

Правда, улыбка вышла слегка кривой, потому что правая часть его лица знатно опухла и посинела. Все-таки хорошенько я его приложила тем подсвечником. Кажется, даже пару зубов выбила…

— Братья и сестры мои, целый год вы жили в страхе, — голос церковника заставил меня вздрогнуть. — Но теперь мы знаем, кто в ответе за все ваши страдания! Эта девушка вступила в сговор с нечистой силой и продала порождениям тьмы свою душу!

Толпа ахнула и отступила на шаг.

— Это неправда, — выдохнула я. — Неправда!

Староста дернул веревку, я поскользнулась и чуть не клюнула носом.

— Я обвиняю эту девку, — поморщился церковник, подбирая слова, — Элию то бишь… в ведьмовстве и темном колдовстве. И приговариваю к испытанию водой!

— К чему? — растерянно прошептала я.

Вместо ответа меня подтолкнули к краю помоста. Утренний туман стелился над рекой полупрозрачным покрывалом, от воды тянуло холодом и запахом тины. Я вздрогнула всем телом, и тонкая ночная сорочка съехала ниже, оголяя покрытое мурашками плечо.

Молодой, обритый наголо помощник служителя бросил мне под ноги большой холщовый мешок и положил на дно его два здоровых камня.

— Тащи еще, — рявкнул святой отец.

— Что вы делаете? — меня трясло так, что зуб на зуб не попадал. — Я не ведьма!

— Да-да, — отмахнулся святой отец. — Но откуда же в твоей комнате взялся листок с описанием темного навета?

— Да откуда мне знать? Я же даже читать не умею! Слышите…вы все! Я не делала вам зла!

Соседи зашушукались…

— Так…а может, правда? — засомневалась Ани. Соседка, за чьими детишками я частенько приглядывала. — У нас грамоте никто не обучен-то. А Элька всю жизнь здесь прожила, ни шагу из деревни не сделала.

Приглашенный из города святой отец поджал мясистые губы, переглянулся со старостой и нахмурился. Староста многозначительно вздернул бровь.

— Успокойтесь, — быстро нашелся служитель церкви, сочиняя на ходу. — Читать и не обязательно. Можно просто сжечь проклятый листок и пепел развеять по ветру. Этого достаточно, чтобы напустить на скотину темный мор.

— Точнехонько! — старуха Фэн вылезла вперед и потрясла кривым пальцем. — У половины деревни-то по весне коровы пали, а у ейной тетки целехонькая и невредимая осталась!

— Точно…точно, — разносилось отовсюду как приговор.

— Я этого не делала…

— Посмотрите на ее волосы. Красный — цвет нечестивицы! Верный признак колдовства.

— Я такой родилась! От мамы перешло! Вы же все ее знали…

— От мамы? — вскинулся священник. — Так ты потомственная ведьма!

— Вы издеваетесь? Что за чушь? Она была обычной женщиной…

— Пусть вода рассудит! Если чиста твоя душа — воды тебя примут. Если виновна — отторгнет наружу. И будет нам всем свидетельство.

Помощник святого отца, к тому времени уже исполнил приказ...То есть меня засунут в мешок с камнями и бросят в воду?

— Если я выплыву…что будет?

— Нам придется очистить тебя огнем, — не скрывая удовольствия, прошептал староста.

Он надавил мне на плечи, вынуждая присесть. А когда я закричала и начала брыкаться, отпустил такую пощечину, что в голове зазвенело и перед глазами поплыло.

Два дня назад он пообещал, что я пожалею о своем упрямстве. И не соврал ведь. Я действительно жалею.

Но не о том, что не стерпела, не позволила его выродку взять меня силой. Я жалею лишь о своей глупости. Нужно было бежать отсюда, укрыться в городе.

— Что здесь происходит? — неожиданно раздалось рядом. — Приказываю вам прекратить.

И все действительно замерли. Даже те, кто пытался запихнуть меня в мешок.

— Вы кто? — оторопело спросил священник.

Сначала я увидела коня. Он был огромным, черным как смоль, с густой гривой и янтарными глазами. Никогда в жизни не видела такого завораживающе красивого зверя…

— Отпустите девушку, — низкий, с хрипотцой голос незнакомца в черном одеянии отвлек меня от любования.

Всадник ловко спешился. Мужики неожиданно для всех расступились, позволяя чужаку подойти ко все вплотную. Он подхватил мой подбородок пальцами и вынудил задрать голову, чтобы поймать мой взгляд...

Я вздрогнула и застыла как пыльным мешком пришибленная.

Было во внешности этого мужчины что-то странное, неправильное…Черты лица его были настолько неприметными и обычными, что отвернись я на секундочку и уже не вспомню ни одной детали. Будто кто-то намеренно слепил его образ из серых теней и размытых штрихов.

И это почему-то пугало до чертиков…

— Что вы себе позволяете? — опомнился святой отец и оттянул засаленный воротничок. — Не вмешивайтесь в дела…

Чужак отпустил меня, и сразу стало легче дышать. Я обхватила себя руками и растерла плечи, пытаясь согреться.

— Я ее забираю, — весомо уронил мужчина.

Кого? Меня? Поперхнувшись вздохом, оглянулась на реку... Может, сигануть?

— Куда? Не позволю! — священник кивнул лысому молодчику, и когда тот подошел с явным желанием меня схватить, то напоролся на острый, предупреждающий взгляд незнакомца…Но не внял. Несмело дотронулся до моей руки. И в следующее же мгновение улетел в реку.

Я даже понять ничего не успела, так быстро это случилось.

Староста набычился, к нам ближе подступили его дружки…Чужак склонил голову к плечу и сжал ладонью рукоять внушительного меча, закрепленного на поясе.

Я сглотнула.

— На королевский суд, конечно, — снизошел он до ответа. — Туда, куда вы сами должны были ее доставить. Вместо всего этого жалкого действа.

Такого точно никто не ожидал. Особенно я.

— Но…— проблеял святой отец. — Мы просто не хотели рисковать.

— Я не ведьма! — просипела я. — Это все ложь!

Чужак подхватил связывающую меня веревку и потащил прочь.

— Я не ведьма, клянусь! — шептала с надрывом, семеня за ним следом, будто корова на привязи. — Отпустите меня, пожалуйста!

— Знаю, — равнодушно ответил он. — В тебе нет ни капли магии.

— Тогда…зачем? Куда вы меня ведете?

Я опомнилась и завертела головой. Жители деревни во главе со старостой, святым отцом и промокшим до нитки помощником провожали нас взглядами. Злыми и разочарованными, тем, как все разрешилось, испуганными и сочувствующими. Последних, правда, было меньше всего.

Конь лениво брел за нами следом…

Наконец, мы подошли к какой-то карете, запряженной двумя лошадьми попроще. Я, признаться, никогда не видела карет, но почему-то решила, что коробка на колесах — это она и есть. Рядом топтались двое слуг.

Незнакомец открыл дверцу.

— Полезай, — приказал он, и, не дожидаясь от меня ответа, практически впихнул внутрь.

Я бы хотела сопротивляться…но почему-то точно знала, что это лишь сильнее его разозлит. А я не хотела злить мужчину с мечом.

Он залез следом и сел напротив. Наши колени соприкоснулись…

— Что вам от меня нужно? — то ли умоляла, то ли требовала я. Меня знобило и потряхивало, и мысли в голове от этого скакали, как блохи.

Чужак тяжело вздохнул и как-то странно улыбнулся.

Эта улыбка мне сразу не понравилась.

— Нужно, чтобы ты убила чудовище.