Хозяйка трактира из королевства Эл 3

ПЕРВЫЙ ТОМ ЗДЕСЬ: https://author.today/reader/495449/4786727

Удивительные дела творятся со мной. Попасть в другой мир, поднять трактир, не выдать себя, приютить бездомного мальчика, дать работу двум лоботрясам и спасти пару рабынь. Ах, да, еще похоронить дедушку той, за кого меня приняли, и случайно стать невестой лорда целого города.

Браво. Так держать. И все это за какие-то пару месяцев…

И получить статус «Избранной рода». Кто же знал, что наличие магии здесь — это прямой путь под венец?..

Но просыпаться в роли «Избранной» оказалось чертовски больно.

Мое тело напоминало мешок с картошкой, который сначала долго пинали, потом кинули на трассу и пару раз переехали асфальтоукладчиком. Я последний раз просыпалась в таком состоянии после празднования очередного дня рождения, когда очнулась где-то с похмелья… В голове гудел трансформатор, а пальцы левой руки до сих пор слегка покалывало — наверно, побочный эффект того магического фейерверка, который я устроила вчера на площади.

Я открыла один глаз, уставившись в потолок уже ставшей родной мансарды. Привычная трещина на балке была на месте. Запах сушеных трав и моря — тоже. Не хватало только одного.

— Ну и чего мы лежим? — Прозвучало бы обычно в этот момент. — Трактир сам себя не откроет, а твоя прическа выглядит так, будто в ней гнездились чайки. Весьма невоспитанные чайки, что не имеют ни малейшего понятия о манерах, прям как ты!

Я замерла, ожидая хоть чего-нибудь.

— Фиона? — шепнула я, чувствуя, как внутри сжимается ледяной ком.

Но ничего. Вчера, спасая Арчибальда, я вычерпала наш общий источник до дна. Я знала риски. Меня предупредили. Но знать — это одно, а проснуться в полном одиночестве, словно тебе ампутировали часть души — совсем другое. Но Фиона тоже прекрасно понимала, на что шла. Она бы не подталкивала меня на тот трюк с магией, если бы не хотела сама кануть в небытие.

История стара как мир. Родители заставляют своих детей претворять в жизнь собственные детские мечты, а тут у меня предок рода, несколько веков терпеливо летал и пытался устроить личную жизнь своих потомков. Теперь ее подколки на тему замужества стали ясны: она мечтала о том, чтобы хоть кто-то из рода попал в поместье в качестве невесты. И вот, подвернулась я.

Да еще и как эффектно! Невеста, Фиона! Я невеста! Надеюсь, что ее тело в могиле еще способно крутиться, потому что я буду поминать ее «добрыми» словами еще очень-очень долго…

«Спокойно, Марлоу, — скомандовала я себе, садясь на кровати и морщась от боли в спине. — Сначала дела, а потом паника, график, есть график… Если она исчезла, значит, я найду способ ее вернуть. Просто для того, чтобы вернуть ей все подколки и перетащить ее бренное существование в поместье Орниксов, пусть летает и пугает леди Роксану… А пока… пока нужно проверить тесто».

Рутина — лучший анестетик. Я натянула простое домашнее платье, решив, что побыть «Леди Штормфорда» я еще успею, плеснула в лицо водой из кувшина и поплелась вниз.

Второй этаж пустовал, и я была благодарна домашним, что меня на одну ночь оставили поспать одну. Да, вопрос с кроватями решили, но все равно места у нас было мало. МНе нужно как-то увеличить жилплощадь, чтобы все жили в комфорте или, может, даже построить времянку на заднем дворе, рядом с баней. Хотя, если судить по тому, как формировались пары Лоренс и Айла, Энзо и Лира… Может, они решат жить отдельно? Я шла вниз, и тут очередная мысль, которую я так долго отгоняла из сознания, пронзила меня.

Невеста! Поместье! Переезд! Крах! Лишение независимости!

Я чуть не споткнулась на ступеньках, но быстро взяла себя в руки. Распорядок. Паника отложена на потом. НЕ ПСИХОВАТЬ.

На удивление, на первом этаже было странно тихо. Обычно в это время снизу уже доносится звон посуды — Айла гремит сковородками, близнецы храпят, словно тюлени, а Чак носится по дому, ожидая указаний. Но сегодня дом словно вымер.

Зато с улицы доносился какой-то странный, нарастающий гул. Как будто у стен трактира припарковался рой гигантских и очень недовольных пчел.

Я застыла на последней ступеньке.

Картина маслом: «Оборона Брестской крепости, вид изнутри». Окна первого этажа были наглухо закрыты занавесками, сквозь щели которых пробивались лишь тонкие лучики света, в которых плясала пыль. Главная дверь — та самая, которую мы недавно покрасили, — была подперта массивным дубовым столом.

Айла стояла у окна, держа наготове свой любимый разделочный нож — тот самый, которым она вчера виртуозно кромсала зелень, а сегодня, похоже, готовилась кромсать кого-то покрупнее. Близнецы, вооруженные метлами, заняли тактическую позицию у входа, напоминая профессиональных ассасинов. Чак сидел на барной стойке, бледный, но с горящими глазами, и сжимал в руках скалку.

— Доброе утро, — осторожно сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — У нас что, зомби-апокалипсис? Или Харроу восстал из мертвых и привел друзей?

Вся команда синхронно вздрогнула и повернулась ко мне.

— Софи! — Выдохнул Энзо, опуская метлу. — Ты жива! Мы думали, ты будешь спать до обеда после такого… ну, ты понимаешь.

— Жива, здорова и хочу кофе, — я прошла к стойке, стараясь не хромать. Каждый шаг отдавался тупой болью в пояснице. — Что происходит, парни? Почему мы в осаде? У нас закончился ЛимонЭл? Люди требуют квашеной капусты? Все в погребе, а открываемся мы после обеда, да и сегодня мы хотели отправить Чака на его новую должность курьера-посыльного с едой и горячим чаем… На нас напали?

— Хуже, — мрачно буркнула Айла, не отходя от окна. — Там люди. Много люди. Они хотят видеть… — она запнулась, подбирая слово, — …Святую.

— Кого? — Я поперхнулась воздухом.

— Тебя, Софи, — Лоренс виновато развел руками, словно это он был виноват в людской глупости. — После того, что случилось на дуэли… Ну, когда ты засветилась фиолетовым, как маяк в шторм, и вытащила Лорда с того света… Слухи поползли быстрее, чем аромат твоего томатного супа по окрестностям…

— Они кричат «Избранная»! — Вставил Чак, спрыгивая со стойки. — Софи, там очередь до самого порта! Кто-то привел козу, у которой не идет молоко. Кто-то принес цветы. А склочница Марта требует, чтобы ты благословила ее рассаду репы! Она говорит, что если ты лорда спасла, то с репой точно справишься…

Я подошла к окну и осторожно, стараясь не отбрасывать тень, выглянула в щелочку, которую караулила Айла.

Мама дорогая.

Это была не очередь. Это был митинг. Площадь перед «Старым контрабандистом» кипела. Рыбаки, торговки, портовые грузчики, даже несколько прилично одетых горожан, которые раньше брезговали заходить в наш район. Они галдели, толкались и с надеждой пялились на наши закрытые двери. Кто-то держал плакат, нарисованный угольком на простыне: «Слава Избранной Орниксов!».

— Это катастрофа, — прошептала я, отступая от окна. — Это полная, безоговорочная катастрофа.

— Почему? — Удивился Энзо, в котором коммерческая жилка, кажется, была неистребима. — Софи, это же популярность! Мы можем поднять цены на «ЛимонЭл» втрое! Назовем его «Слезы Избранной»… или «Эликсир Жизни»…

— Нет, Энзо, — я потерла виски, чувствуя, как начинает дергаться глаз. — Это не желающие выпить, это фанатики. Гости платят деньги, едят пиццу и уходят. А эти… они хотят чуда. Бесплатного чуда. Если я выйду, они растащат меня на сувениры. А если не выйду — разнесут трактир от переизбытка любви.

Мой внутренний менеджер бился в истерике. У меня заготовки пропадают. У меня тесто на кухне перестоит. У меня работы невпроворот, а я тут заперта оказалась! Я не «Святая», я предприниматель, черт возьми! У меня и так проблем выше крыши, еще и чью-то репу освящать!

— Так, — я хлопнула ладонью по стойке, прерывая панику. — План такой. Двери не открывать. Айла, ты за главную по обороне. Если кто-то полезет в окно — пугай, но не режь. Лира, проверь запасы воды, нам тут, возможно, сидеть до вечера.

— А что будем делать со свадьбой? — Тихо спросил Чак.

Я замерла. Точно. Арчибальд. Вчера его увезли в поместье сразу после дуэли, без сознания, но живого. Я не помнила, как я оказалась в трактире. Наверно, после такого «шоу» меня вырубило, а близнецы принесли меня сюда, пытаясь привести в чувство.

Я резко развернулась к близнецам, игнорируя гудящую поясницу.

— Стоп. Пауза. Прежде чем мы начнем копать подкопы или отстреливаться, мне нужен отчет. Детальный. — Я уперлась руками в стойку, сверля Энзо взглядом. — Я помню, как отключилась на площади. Очнулась я уже здесь, в своей кровати. Что было между этими событиями? Как я сюда попала? И где, черт возьми, Арчибальд?

Близнецы переглянулись, а Чак упер глаза в пол. Энзо почесал нос черенком метлы и неуверенно посмотрел на меня:

— Ну, после заявления лорда о том, что ты теперь его невеста, и реакции леди Роксаны на это, — начал было он, но Лоренс, закатив глаза, перебил его:

— После твоих нервных хихиканий на площади и того, как ты упала на землю, лорд попытался тебя подхватить. Он даже умудрился поднять тебя на руки, но он был слишком слаб и рухнул прямо с тобой, придавив тебя…

Нет, ну это какой-то сюр! Я оказалась под лордом совсем не так, как хотелось бы. Да еще и на глазах всей толпы. Надеюсь, я хотя бы не застонала от боли, ведь местные могли бы неверно это истолковать. Но зато теперь понятно, почему у меня ломит все тело…

— Я что-то сказала? — осторожно уточнила я.

— Нет, ты даже не пискнула, ты была без сознания…

— А лорд?.. Он жив?

— Дышать он, не переживать, — кивнула Айла, успокаивая меня.

— Ирис и стражники сразу накинулись на него, — продолжил Лоренс. — Погрузили на носилки. Леди Роксана… она была в истерике, но командовала четко. Приказала везти его в замок немедленно, готовить лекарей и ванны.

— А меня? — Тихо спросила я. — Почему я здесь? Почему они не забрали меня с ним? Я же вроде как «невеста»?

— Пытались, — хмыкнул Энзо. — Лорд, пока его грузили, хватал воздух ртом и пытался что-то приказать капитану стражи, указывая на тебя. Но Роксана… она посмотрела на тебя, лежащую в пыли, потом на беснующуюся толпу, которая уже начинала лезть целовать подол твоего платья… И сказала: «Отнесите девчонку домой, пока ее не растоптали. Я пришлю за ней, когда сын придет в себя».

— «Девчонку», значит, — я горько усмехнулась. — Что ж, в ее стиле. Спасибо, что не оставила валяться на брусчатке.

— Мы несли тебя, — гордо выпятил грудь Чак. — Я, Энзо и Лоренс. Мы пробивались через толпу, как ледокол! Айла шла с ножом сзади и била по рукам тех, кто хотел оторвать кусочек твоей одежды на талисманы.

— Один все-таки оторвали, — виновато признался Энзо, указывая на мой подол. — Прости, Софи. Там была настоящая давка.

Я потерла виски. Картина вырисовывалась так себе. Меня эвакуировали как ценный груз, пока толпа сходила с ума от религиозного экстаза.

— А Харроу? — вдруг спросила я. Этот вопрос был важен. Если он жив, у нас проблемы.

— Мертв, — отрезал Лоренс. — Окончательно.

— И что с телом?

— Стража хотеть забрать, — мрачно вставила Айла. — Но толпа…

Она замолчала, и в ее глазах мелькнуло что-то жуткое.

— Люди узнали про яд, — тихо пояснил Энзо. — Ирис орал на всю площадь, что Харроу отравил клинок. Толпа взбесилась. Они плевали на труп, Софи. Пинали его. Мортон, этот слизняк, первый же и крикнул, что Харроу был предателем и чернокнижником. В общем… его скинули в сточную канаву у порта. Без обрядов, просто как падаль.

Меня передернуло. Жестокий мир. Вчера ты хозяин города, а сегодня тебя пинают те, кого ты считал своей собственностью. Нельзя радоваться чужой смерти, но я ощущала такое облегчение, что казалось, будто с плеч сняли гору.

— Туда ему и дорога, — вырвалось у меня. Жалости не было. Только усталость.

— Так что Лорд в замке, — подытожил Лоренс. — И судя по тому, что ворота замка закрыты, а флаг не приспущен — он жив. Но к нему никого не пускают. Мы пытались узнать новости через Кристофера, но там глухая оборона.

— Значит, мы в тупике, — я закусила губу. — Заперты здесь, пока там решается судьба…

В этот момент гул на улице изменился. Он просто-напросто исчез. Словно кто-то отключил звук, нажав на кнопочку на пульте. Даже кричащая коза, что, видимо, очень сильно не хотела навещать «Избранную», перестала визжать. Я напряглась сильнее, чем когда толпа звала меня, чтобы прикоснуться к «прекрасному».

— Они уходят? — С робкой надеждой спросил Энзо, прижимаясь ухом к двери.

— Нет… — прошептала Айла, глядя в щель между занавесками. Я увидела, как побелели костяшки ее пальцев, сжимающих нож. — Они расступаются.

Я мягко отстранила ее и прильнула к окну. Толпа действительно пятилась в разные стороны. Люди, минуту назад готовые штурмовать трактир ради чуда, теперь вжимали головы в плечи и рассыпались по бокам, образуя широкий коридор. По этому коридору, не касаясь подолом грязи, плыла женщина. Леди Роксана Орникс.

Она была в строгом трауре, но этот траур выглядел дороже, чем весь мой трактир вместе с запасами эля и будущей выручкой за год. Черное кружево, прямая, как корабельная мачта, спина и выражение лица, от которого у меня заскрипели зубы. За ней шла Люси, зло глядя в сторону трактира.

Она подошла к нашей двери. Толпа замерла, боясь даже дышать. Роксана подняла руку в черной перчатке и постучала. Один раз. Тихо, коротко, властно. Но в тишине этот звук прозвучал громче пушечного выстрела.

— София, — ее голос просочился сквозь дубовые доски и нашу баррикаду так чисто, словно она стояла рядом со мной. — Немедленно открывай. Если ты думаешь, что я позволю официальной невесте моего сына прятаться в собственной таверне, как перепуганной мыши, ты ошибаешься.

Я сползла по стене, закрыв лицо руками.

— Ну вот, — истерически хихикнула я. — А я только хотела пожаловаться на зомби-апокалипсис. Пришла Свекровь-апокалипсис.

— Что делать, Софи? — Чак выглядел так, будто увидел привидение, причем злое.

— Открывайте, — вздохнула я, вытирая руки о передник. — Против лома нет приема. А против леди Роксаны — тем более.

Близнецы с натугой отодвинули стол. Щелкнул засов, и дверь распахнулась. Леди Роксана стояла на пороге, щурясь от полумрака трактира. Ее взгляд скользнул по метлам в руках близнецов, по ножу Айлы, по перемазанному мукой Чаку и остановился на мне. Я стояла посреди зала: растрепанная, в домашнем платье с пятном от соуса, в старом переднике и, кажется, с грязью на носу. Идеальная невеста Лорда-Протектора. Хоть сейчас иди и садись перед художником, что рисует их семейные портреты.

Роксана медленно, с истинно аристократическим достоинством, переступила порог. Люси тихо фыркнула, зло поглядывая на меня. Я видела, как та сжимала челюсти от гнева.

— М-да, — произнесла Роксана, и в этом коротком звуке было столько яда, что хватило бы отравить все городские колодцы. — Я ожидала худшего, но вы, дорогая, умеете удивлять стабильностью своего… стиля.

— Доброе утро, леди Роксана, — я постаралась выпрямить спину и изобразить книксен, но вышло, будто я споткнулась, морщась от боли в теле. — Мы тут немного… заняты. Я только проснулась и нам еще столько всего нужно переделать перед открытием и встречей с вами…

Она прошла к ближайшему стулу, достала белоснежный платок, демонстративно протерла сиденье, хотя оно было чистым, и только потом села, шурша юбками.

— Со мной, — повторила она, выразительно осматривая меня с головы до ног. — А твой трактир, София, придется закрыть или передать под управление подручного. Жене лорда Арчибальда не по статусу наливать дешевый эл в кружки мелких бандитов… А твой… кхм… жених лежит в замке и в бреду зовет тебя по имени. Причем так громко, что слуги начинают делать ставки, когда ты появишься.

У меня внутри все оборвалось. Дыхание перехватило.

— Арчибальд? Он… ему хуже?

— Ему лучше, чем тому несчастному на кладбище, — жестко отрезала Роксана, но я заметила, как на долю секунды дрогнул уголок ее губ. — Яд вышел. Спасибо твоему… вчерашнему представлению. Но он слаб, и он желает видеть тебя.

Она встала и подошла ко мне вплотную. От нее пахло дорогими духами, розами и холодом.

— У тебя пять минут, — тихо сказала она, глядя мне прямо в глаза тем самым взглядом, который заставлял взрослых женщин чувствовать себя нашкодившими школьницами. — Приведи себя в порядок. Смой это… — она брезгливо указала в сторону моего лица.

— Но я не могу! — Я растерянно обвела руками зал. — У меня тут осада! Айла, Лира, близнецы… Я не могу их бросить на растерзание этой толпе!

Роксана закатила глаза, словно объясняла очевидное умственно отсталому ребенку.

— Твоя «армия» справится. Я оставлю двух стражников у дверей, они разгонят этот сброд. А ты… — Она наклонилась к моему уху, и ее голос стал ледяным, как сталь кинжала. — Ты назвалась «Избранной», девочка. Ты заявила права на моего сына перед всем городом. Ты спасла его, и за это я тебе благодарна — как мать. Но теперь ты — часть Дома Орникс. И если ты думаешь, что я позволю тебе позорить нас, разгуливая в переднике, когда нам предстоит устраивать пышную свадьбу…

— Пышную… что?! — Переспросила я, чувствуя, как ноги становятся ватными.

— Пять минут, София, — она отвернулась, давая понять, что аудиенция окончена, и жестом указала мне наверх. — Время пошло. И ради Всего Сущего, сделай что-нибудь с волосами. Ты похожа на ведьму после неудачного шабаша, а нам нужно изобразить благородную леди, которую благословили духи.

Я посмотрела на Айлу. Та пожала плечами и спрятала нож.

— Иди, — одними губами сказала она. — Мы тут сами. Лорд ждать.

Я кивнула, срывая передник. Пять минут. Моя спокойная жизнь трактирщицы закончилась. Началась жизнь Леди, у которой свекровь — дракон в юбке, жених — в бреду, а впереди, судя по всему, назревает драка за цвет скатертей на приеме…

Вот и зачем я вообще полезла спасать Лорда?..