Хозяйка заброшенной сыроварни

Ладно, готова признать, что в резюме я немного приврала. Совсем чуть-чуть. И по совершенно не принципиальным вопросам.

Вот, например, высшее профильное образование. Никто ведь не уточнял, по какому конкретно профилю? Вот и я не стала.

Успешный опыт ведения собственного бизнеса? И тут не обманула. Успешный блог на двести подписчиков же может считаться бизнесом? Я даже в рекламной интеграции участвовала, один раз.

Про подробное знание сыродельческих технологий тоже почти правда. В детстве я каждое лето проводила на даче у бабушки. А бабушка держала коз. Ну, и сыр иногда делала, не без этого. Так что я, можно сказать, сыродел со стажем. Хоть и ненавижу это дело всей душой.

В своё оправдание я могла бы сказать, что таких вакансий – одна на миллион. Хорошая зарплата, отличный соцпакет. Правда, ехать далековато – зато проживание и пропитание включены. А в городе меня всё равно давно ничто не держало. Родителей я даже не помнила, а бабушки не стало ещё года три назад.

В общем, очевидно, что эту вакансию я просто не могла упустить. Тем более, с учётом того, что последние девятнадцать собеседований я с треском провалила. Так что совесть меня совершенно не грызла.

Такси я вызывала с замирающим сердцем. Стоило, наверное, поехать на общественном транспорте – денег как обычно не было. Но я побоялась, что в своём нынешнем виде попросту не доберусь. Узкая юбка, строгий пиджак, туфли на шпильках, гладкий пучок на голове – и яркая красная помада. О, в этом образе я могла сыграть хоть учительницу, хоть бухгалтера, хоть управляющую сыроварни. И не прикопаешься!

— Музыку включить? — поинтересовался таксист.

— Ага, — зевнула я. — Только негромко. Долго нам ехать?

— Час пятнадцать, — отозвался он, и я с чистой совестью прикрыла глаза.

От волнения я практически не спала всю ночь. И сейчас меня откровенно вырубало. Перспектива выспаться в такси казалась такой заманчивой…

Пробуждение вышло внезапным и совершенно несправедливым. Долгое витиеватое ругательство водителя, визг тормозов, глухой удар… И тело пронзил ледяной холод. Как будто кто-то попросту взял и погрузил меня в ледяную воду. С головой. Без предупреждения.

Не успев до конца прийти в себя, я распахнула глаза, попыталась вдохнуть… И поняла, что тону.

Я понятия не имела, как именно оказалась в воде – но это не имело никакого значения. Главным было спастись! Я беспорядочно замолотила руками и ногами, надеясь выбраться. Но это привело только к тому, что я окончательно запуталась. Где верх? Где низ?

Разум вопил, что плыть надо к свету, вот только света тоже не было. Кругом висела кромешная темнота. Силы покидали с каждой секундой, сознание затопила паника.

И в момент, когда показалось, что я уже не выберусь, послышался приглушённый плеск. Спустя несколько секунд моё тело обхватили чьи-то руки и дёрнули изо всех сил.

Почувствовав поверхность, я забила руками с удвоенной силой. Где-то на краю сознания билась мысль, что нужно замереть и позволить себя спасти, но я не слушала. В конце концов, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

— Да не мечись ты, — раздражённо прохрипел мужской голос. — Вот же… бешеная!

Слушала ли я? Вообще нет! Уперевшись руками в мужика, я изо всех сил оттолкнулась (в ответ послышалась забористая ругань), а потом по-собачьи погребла прочь.

— Берег в другой стороне, дура! — булькнул спаситель.

Стало обидно, но спорить я и не думала. Развернувшись, я забарахталась в другом направлении. И, что удивительно, до берега добралась раньше мужика. Возможно, конечно, он меня страховал – но я и не думала проявлять благородство.

Почувствовав под ногами илистое дно, я чуть ли не ползком припустила к берегу.

— Кто последний, тот сам дурак, — прохрипела я, падая на холодную траву, и протяжно закашлялась.

Вода, кажется, была везде – в лёгких, в носу, в ушах. Переносица болезненно ныла, звуки доносились приглушённо. В довершение – меня начала бить крупная дрожь. То ли от холода, то ли страх запоздало накатил.

— Какая необычная благодарность за спасение, — проворчал мужчина, падая на траву рядом со мной.

— Спасибо, — сипло буркнула я. — Я совершенно не планировала сегодня погибать.

Мужчина странно на меня покосился.

— Надеюсь, в следующий раз вы об этом подумаете до того, как идти топиться.

Топиться? Да он в своём уме?!

— Вы в своём уме? — выпалила я. — Я бы никогда!..

И замерла. Потому что только сейчас начала медленно осознавать, где нахожусь.

Такси поблизости видно не было. И трассы, по которой можно было ехать, тоже. Я сидела на берегу пруда, на зелёной травке посреди леса. На другом берегу летали светлячки.

— Сейчас ночь, — ошарашенно пробормотала я.

А ведь когда выезжала из дома, над горизонтом только-только поднималось солнце. И время года… Дома был промозглый ноябрь, а тут вовсю шелестели деревья. Да что происходит?!

Я перевела взгляд на собственную одежду. Вместо юбки с пиджаком на мне была надета длинная светлая сорочка. И обуви не было. И на секунду показалось, что даже тело – не моё. Я тупо уставилась на свои ладони. Перевернула. Прищурилась. Всё-таки, при свете звёзд было сложно что-то толком разглядеть.

— Посветить? — ехидно поинтересовался мужчина.

— Да, пожалуйста, — сдавленно попросила я.

Ожидала, что он достанет откуда-то телефон и включит подсветку. Но вместо этого в воздух взметнулся светящийся шарик. В первый момент я зажмурилась. А потом во все глаза уставилась на совершенно невероятную штуку, парящую прямо в воздухе. Она была похожа на небольшой шар и источала ровный мягкий свет. Чудеса, да и только…

От созерцания волшебного чуда меня отвлёк надрывный кашель. А за ним – полное неприкрытого отвращения:

— Вы?!

Я заторможенно перевела взгляд на сидевшего возле меня мужчину. Он был хорош. Мощный, широкоплечий, с ямочкой на покрытом лёгкой щетиной подбородке. И одет был как герой какого-нибудь средневекового фильма. Эдакий Атос, граф де Ла Фер – даром что без усов. Романтичный образ завершали тёмные волосы до плеч. Сейчас – мокрые и прилипшие к шее. Словом, не мужчина – мечта.

Пожалуй, прекрасный образ героя-любовника из фэнтези-драмы портило только одно: полный презрения взгляд. Он смотрел на меня так, словно увидел зловонную кучу… чего-нибудь.

И вот этого я не поняла. Мы с ним что – уже встречались? А почему я не запомнила?! Да ну нет, ни за что не поверю, что могла просто забыть такого мужчину! Тем более, у меня всегда была прекрасная память на лица.

— Мы… знакомы? — уточнила осторожно.

Его лицо свело судорогой. На миг показалось, что ещё чуть-чуть, и он лично вернёт меня туда, откуда взял. То есть, на середину пруда. Ещё и голову заботливо придержит, чтобы не вздумала всплывать.

— Надо же, у Мелиссы Розвуд возникли проблемы с памятью? — издевательски прошипел он. — Или просто я тоже недостаточно знатен, чтобы вы тратили на меня своё бесценное внимание?

Я моргнула. Потому что Мелисса Розвуд – это совершенно точно было не моё имя. Меня звали Алисой Цветковой, и я дожила с этим именем почти до двадцати пяти лет (во всяком случае, именно этот возраст я вписала в резюме – подумаешь, чуть-чуть приукрасила).

— Простите, но… — попыталась возразить я.

— Нет, это вы меня простите, — оборвал он и порывисто поднялся. — Не хотел мешать вашему развлечению. И, поверьте, знал бы, что это вы – ни за что бы не стал вмешиваться. — Он широким жестом указал на пруд. — Прошу, он весь ваш. Ни в чём себе не отказывайте.

На этих словах он развернулся и быстрым шагом пошёл прочь. И, вот досада, светящийся шарик тоже поплыл за ним.

— Подождите! — крикнула я. — Свет-то оставьте.

Он резко развернулся и уставился на меня ненавидящим взглядом.

— Вот только не надо строить из себя невесть что, — процедил он. — Мнимую беспомощность можете разыгрывать с кем-то другим. Я – прекрасно знаю, на что вы способны.

С этими словами он продолжил путь и скрылся за деревьями. Я всё-таки поднялась на ноги и присмотрелась. Летевший за мужчиной шарик осветил стоявшую за деревьями лошадь (божечки, настоящую лошадь!) и дорогу.

Больше не оборачиваясь, он взлетел в седло и тут же тронулся с места. Через минуту стук копыт затих, а я снова огляделась.

— «Ни в чём себе не отказывать», да? — пробормотала я. — Это он мне что же, предложил пойти и утопиться?

На секунду показалось, что за спиной кто-то хихикнул. Но обернувшись, я увидела только всё ту же ровную гладь пруда. Я поёжилась.

Нет, от слов незнакомца обидно не стало – мало ли, что там считает незнакомый мужик. Да и в целом, сознанием овладела странная апатия. Было очевидно, что на собеседование я безнадёжно опоздала – да и представления не имела, в какую сторону идти. Босые ноги начали подмерзать. И тело ощущалось как будто чужим. Ещё и мокрая ночнушка липла к телу и вытягивала тепло.

Тяжело вздохнув, я обхватила себя руками и побрела прочь. И сама не заметила, как свернула на ту самую дорогу, по которой уехал мужчина. Над головой мерно шумели ветви деревьев. В лесной чаще продолжали порхать светлячки. Какое-то время я шла вперёд, морщась, когда натыкалась голой стопой на камушек или веточку. А потом справа показалось ветхое здание, похожее на какой-то склад. Из ветхой стены таращились зловещими провалами разбитые окна – но зато крыша была на месте.

— Надеюсь, тут не живут всякие жуткие личности, — сонно пробормотала я. — А то неловко получится.

Но личностей не было. Зато ноги будто бы сами принесли меня в небольшую комнатку, заставленную какими-то сундуками. В углу ютилась застеленная кровать.

Конечно, я не стала себе ограничивать. Добрела до кровати, на ходу стягивая через голову насквозь мокрую сорочку. И рухнула прямо на подушку лицом вниз. Полежала так с минуту. Потом отряхнула друг о друга стопы и заползла под одеяло.

Хорошо!