Хронхилл — город, лишенный времени

Довольная успешно выполненным заданием группа возвращалась в столицу. Преступник пойман, дело закрыто. Нарушителя должен доставить в тюрьму тайной канцелярии полицейский экипаж. Дорога из северных земель порядком вымотала, но в столицу следовало прибыть всем составом. Устав каждый знал наизусть. Зеленоватый сюр клонился к закату. Утомились не только люди, но и лошади.

— Парни, предлагаю не нарушать традицию, — произнес громко командир Робин гер Кейв, — отметим закрытие в «Ребрышках у Джека».

— Да! — стройным хором оживились всадники. — Ребрышки и эль!

Хозяин, разглядев завсегдатаев заведения, встретил их лично и предложил излюбленное отдельное помещение наверху. Хоть он и не знал наверняка, но догадывался, что эти люди состоят на службе императора. Кто они и чем занимаются, предпочитал не задумываться, не его ума дело.

На стол выставлялись одно блюдо за другим: запеченные овощи с рубленой зеленью, томленое рагу из баранины, рыбный пирог и фирменные ребрышки, благодаря которым заведение обрело известность на всю Килдерру. Мужчины одобрительно кивали на каждое появление подавальщицы, но когда та зашла и поставила в центр стола десять двухпинтовых кружек лучшего эля, поднялся настоящий гул.

— Слава Светлым богам за очередное закрытое дело! — Робин поднял свою кружку, из которой выплеснулось на стол немного пены.

— За дело и за нас! — ответили ему дружным хором.

— И не забываем, парни, отчеты должны быть у меня на столе завтра.

— Где бы взять время на заполнение всех этих бумажек? — проворчал Чарли ви Коллинс. — Почему бы артефакторам не придумать что-то для остановки времени? Столько бы проблем решилось.

— Со временем шутки плохи, — резко посерьезнел Робин, который был не только командиром, но и самым старшим по возрасту. — Светлого Сюра не порадует подобная идея. Слышали когда-нибудь историю о Хронхилле?

Парни начали переглядываться между собой. Каждому известно, что в империи не существовало такого города. Ходили слухи, но даже исследователи земель сордов, соседей Килдерры, терялись в догадках, существовал ли на самом деле город Хронхилл, проклятый богами. Являлся ли он легендарным местом или же просто народным преданием, никто не мог сказать наверняка, но слухи ходили еще до начала Шад-Алидана, многовекового противостояния с темным магом Умбри Фадом. Робин отхлебнул эля, дождался тишины и начал рассказ.

Давно, еще в ранние века эры Расселения, один артефактор путешествовал по миру. Звали его Ларсон Йен. Он был мастером своего дела и не считал зазорным предлагать товар везде, где оказывался. Сложно сказать, как именно, но однажды зимой он оказался в горной долине земель сордов и пришел в небольшой городок. Жители радушно встретили гостя, да так хорошо, что артефактор серьезно задумался, не остаться ли здесь до будущей весны. Прогуливаясь по улицам, он пришел в восторг от домов, построенных из камня, который горожане добывали в местной каменоломне.

А на следующее утро все жители собрались вокруг неизвестно откуда появившегося добротного здания, из которого вышел прибывший артефактор.

— Какой магией ты обладаешь? — удивленно спросил глава городского Совета. — Это иллюзия? Или магия земли позволяет тебе призывать камень и менять его форму? Иначе как ты смог построить дом за ночь?

— Нет, — поспешил заверить их Ларсон. — Моя стихия — огонь, но я обладаю даром чувствовать металлы. Поэтому они подчиняются особым образом, позволяя создавать из них артефакты вроде этого.

С этими словами он показал странные часы на цепочке, висящей на шее. Эта вещица позволяет замедлить ход времени хоть на несколько лет, а владелец не изменит свой возраст.

— Здесь прошла ночь, а я растянул ее на три года и закончил строительство.

— А на рост растений он может повлиять? — спросил староста. — Если бы можно было за год собирать три урожая, о большем мы и не мечтаем.

— На что угодно, — охотно отозвался артефактор, — хоть на поле, хоть на шахту. Не желаете ли испытать?

Так город зажил новой жизнью. Люди проложили новые тракты, ведущие в города и деревни. Каждый год кланы приезжали туда весной и осенью на ярмарки. Только представьте, какое оживление там царило, если после долгой зимы в тех землях люди могли купить свежие фрукты и овощи, да еще к тому же в неограниченном количестве. Сотворить такое чудо не под силу даже магам земли. Женщины города считались самыми завидными невестами, славящимися непревзойденной красотой.

Причина процветания города оказалась проста. Каждая семья не пожалела денег на приобретение хроникса — артефакта, замедляющего ход времени. С тех пор владельцы земельных наделов выращивали по три урожая за год, а рудокопы добывали в десятки раз больше камня и ценных металлов, снабжая не только свой народ, но и соседей. Женщины же пользовались хрониксом, высвобождая время среди домашних дел и ведения хозяйства, на красоту и отдых.

Артефактор же остался там и завел семью. Он продолжал создавать удивительные устройства, сплетая магию и технические знания. Казалось бы, все счастливы, но это было затишьем перед приближающейся бурей.

Спустя десять весен поля и леса за пределами пригорода по неизвестной причине вдруг превратились в пустошь. Вместо разнотравья образовался пояс выжженной дочерна земли, где не росло ничего, и даже птицы, пролетая над ней, падали замертво. С каждым днем пустошь увеличивалась, заставляя людей задаваться вопросом, что случилось. Их поля за городской стеной оставались неизменными, и скот — здоровым, но пригодных пастбищ — все меньше. Люди воззвали к богам в поисках ответа.

Светлый Сюр в гневе объявил, что жители поправили законы мироздания. Играя со временем, они исказили движение света, что и привело к гибели живого. Верховный бог объявил, что для восстановления баланса запечатает их город, и они проживут все то время, что добавляли с помощью артефакта, до последнего дня, год за час, в полной оторванности от мира, как наказание за присвоение права нарушать установленные богами законы. Сюр и Мунар сложат все дни, часы и минуты, что добавил каждый человек в отдельности, не важно, старец это или ребенок, мужчина или женщина. Все имеет свою цену. И заплатить ее придется сполна.

В ужасе люди поспешили из храма домой сложить вещи в повозки и покинуть поскорее проклятое место. Но не тут-то было. Достигнув границы города, лошади наткнулись на непроходимую преграду, невидимую даже сильным магам воздуха. Ей оказалась стена, созданная Сюром, как он и предупреждал горожан. Что только не пробовали люди, чтобы покинуть город: высшие огненные маги открывали порталы, но переносило их к противоположным городским воротам. Боги проявили милосердие, оставив земли для выращивания овощей и пастбища для скота. С ними осталось озеро и небольшая шахта. Все часы с этого дня остановились. Горожанам оставалось только считать дни, наблюдая за восходами и закатами сюра на небосводе.

— Как же люди узнали о существовании этого города, если оттуда, по твоим словам, никто не мог выбраться? — скептически спросил Марк ви Равенро, подкладывая себе рагу.

— Да и как могли выжить люди без возможности покупать тот же скот? — поддержал товарища Зак.

— Мы знаем, что триада богов: Сюр, Мунар и Тарис — никогда не оставляла людей без помощи. Родители заботятся о детях, даже наказывая их. Боги не исключение, — напомнил прописную истину Робин гер Кейв. — Я расскажу, какой стала жизнь в городе, который после случившегося прозвали Хронхилл, и, думаю, смогу ответить на ваши вопросы. Сначала надо сказать несколько слов об артефакторе.

Ларсон Йен в отчаянии метался по лаборатории. Он со злостью схватил свой артефакт, из-за которого целый город оказался в ловушке, и сжег его во дворе храма Сюра магическим пламенем, умоляя богов простить его глупость. Его примеру последовали и остальные, собрав все до единого артефакты и, разведя огромный костер на центральной городской площади, уничтожили проклятые хрониксы. Туда же отправились и записи Йена, где упоминалось и изображалось проклятое устройство.

Но боги, дав слово, не могут просто так забрать его обратно. Над площадью возникла триада, парящая в облаках трех цветов: зеленого хризолита, синего сапфира и фиолетового аметиста. Сюр, как верховный бог, объявил, что преступление людей против мира очень тяжело, и даже силами богов придется ни один год латать дыры в невидимой человеческому глазу сфере, чтобы восстановить разрушительные последствия неразумного решения. Все это время людям придется день за днем и год за годом пожинать плоды игр со временем. Каждый день их жизни они останутся неизменными, их дома не разрушатся, а одежда не износится. В озере всегда будет чистая вода и рыба, скот будет приносить потомство, а земля — урожай.

Другие кланы, узнав о случившемся, начали обходить город стороной, чтобы не обратить на себя гнев богов. Тракты постепенно зарастали травой. Город за глаза начали называть Хронхиллом как напоминание о величайшей ошибке. Вокруг города выросла чаща, и лишь редкий путник попадал туда.

Боги закрыли выход только жителям, но путники могли беспрепятственно туда попадать с единственным условием – покинуть город до момента, как погаснет последний луч сюра. В Хронхилле не было гостиниц, только трактир принимал путников, предоставляя комнаты на несколько часов. Говорят, что жители пытались поначалу передать весть о себе во внешний мир, но врата города не выпускали ничего, принадлежащего городу: письма превращались в пыль, стоило оказаться под аркой ворот, а любая вещь возвращалась к прежнему хозяину или рассыпалась пеплом. Если же гость решал дать что-то горожанам, он обнаруживал это в своем дорожном мешке, стоило оказаться за границей странного места. Но те, кто не прислушивался к предупреждению и проводил ночь в городе, становились пленниками Хронхилла, обреченные жить с местными жителями.

Мой прадед рассказывал, как благодарен одному мужчине по имени Олаф, который чуть ли не насильно вытолкал его за ворота, заметив, как сюр клонится на закат. Прадед вспоминал, как вел коня по улицам, где встречающиеся ему жители выглядели моложаво. Он остановил одну молодую женщину, чтобы попросить наполнить флягу, и спросил, сколько же ей лет. Представьте, как он удивился, когда горожанка, на лице которой не было ни одной морщинки, скромно потупившись, призналась, что ей сто двадцать лет. Даже для сильного мага, чья жизнь поддерживается стихией, невозможно сохранить молодость настолько хорошо.

Прадед спросил мужчину, сидящего на крыльце, как давно тот построил свой дом с резными ставнями, дерево которых смотрелось словно недавно вышедшее из мастерской плотника. Услышав ответ, он обвинил во лжи главу семейства, заявившего, что тот прожил там почти двести лет.

Олаф оказался одним из тех, кто не поверил в правдивость предупреждения и остался ночевать, так как не хотел ночью возвращаться в деревню своего клана через лес. Узнав на собственном опыте тяжесть проклятия Хрохилла, он настойчиво убеждал сомневающегося путника убраться поскорее из города.

— Как жаль, что был дураком и не послушал старосту, — сокрушался он. — На утро, когда я подъехал к городским воротам, конь встал на дыбы, не желая выходить. Я пытался вытянуть его за уздцы, но спиной уперся в твердую стену. Какая паника меня охватила! Будучи высшим огненным магом, я создал портал, заложив точку выхода к воротам своей деревни. Хотя создание порталов отнимает немало сил, но лучше выложиться по полной, чем застрять в этом проклятом месте. Меня выбросило у западных ворот Хронхилла. Тогда я вновь создал портал, выбрав уже свой дом и представив супругу, но и в этот раз боги не пустили меня, сместив выход к берегу озера. Я не оставлял попыток вырваться из этого проклятого места, но всякий раз мог приблизиться лишь к границе, проложенной богами. Вот уже сорок два года я вынужден жить здесь.

Дед послушал его, зашел в трактир и купил, несмотря на возражения о бесполезности затеи, хлеб и большой кусок окорока. Владелец не взял с него ни медного ракса, объясняя тем, что продукты придется закупать в ближайшей деревне, расположенной в трех милях от Хронхилла. Так и случилось. С закатом он заметил, что дорожный мешок, привязанный к луке седла, опустел. Раскрыв его, обнаружил только горстку черного пепла. Это был его первый и последний раз, когда, волей богов, он оказался в Хронхилле. Сохранилось ли прежнее проклятие, или боги проявили милосердие, вернув жителям обычный ход времени, мне неведомо.

Кружки эля у десятки давно опустели, но ни один из них не осмеливался прервать рассказ и подозвать подавальщицу. Хмурый Чарли сидел, стараясь не встречаться взглядом с командиром, только сжимал и разжимал кулаки. Марк дружески тронул его за плечо. Наконец, Робин смолк, оглядел своих соратников, усмехнулся и произнес:

— Что притихли, будто дети малые? Чему учил нас лорд ди Моррисон? Если думать головой на два шага вперед, то можно выбраться из любой заварушки, — с этими словами он выглянул в коридор и крикнул: — Эй, подавальщица, а принеси-ка, милая, нам еще по кружке вашего знаменитого эля. Если найдется пирог со свининой, мы бы тоже не отказались.

С появлением пенного напитка парни оживились, Марк поднялся с места и произнес:

— Поднимем тост за то, что мы сейчас далеко от Хронхилла и вряд ли там окажемся. А если это и произойдет, то не будем дураками и прислушаемся к хорошим советам. И вообще, мы уже ночью будем дома.

— За нас и время, отмеренное богами! — добавил Зак.

— За время! — подхватил Чарли.

И десять глиняных кружек дружно соприкоснулись в произнесенном тосте.