Хроника одного боя

Ну, для начала расскажу чуть о себе.

Родился я в Самаре, в ТЕ времена. Это уже о чем-то говорит, да? Ну, кому как говорит, конечно.

Сейчас редко кто и про Волжскую республику вспомнит. Вот Новгород из космоса штурмовали, Красноярск мало орда мутантов не захватила, во Владивостоке спецназ американский пытался космолет похитить… А Самара… Ну, была там какая-то Волжская республика, да и только.

Только вот и мой город свою историю имеет.

В наше время про то забывать уже начали. Да и хорошо, как я считаю, времена те тяжелые были. Молодые уже все больше по сети пощелкать, по трассам поноситься, залезть в какую-нить старую строенину, на обед к мутанту. Да нет, о чем это я? Какие-такие мутанты в Поволжье-то? Двадцать лет назад кто-то оранжерею разорил, слух прошел, что мутанты, так полгорода собралось посмотреть. А с тех пор только в репортажах из Африки, когда там автоматы пролетают. Автоматами это я самолеты называю… Какие самолеты? Да флаеры эти. Беспилотники! Мы их всегда автоматами называли, вот так.

А когда я родился, мутанты за рекой сами себе хозяева были. Все поселки вокруг города им принадлежали, никуда не выехать. И по городу ходили свободно, даже жили тут. Там, за рекой, когда плотину переедешь, поселок есть, Жигулевск, раньше городом был. Вот, Жигулевск еще наш, а за ним уже не наше ни разу. С другой стороны реки тоже, Тольятти наше, а вот дальше уже нет ничего людского. Стены, колючка, пулеметы.

Нет, проехать можно было. Платишь дань, и едешь. Нет, не деньгами, зачем мутантам деньги? Еда, инструменты всякие… Да, люди. Не знаю, зачем им люди, да разное бывало. Могли на улице подойти, и с собой утащить, бывали случаи, что и в дома врывались. Дети? Да, было и такое. Вера у них, что человечество вымереть должно. И потому, если кто из людей ребенка родит, так это надругательство над их верой получается. Охотились на детей маленьких специально, вредили всячески, житья не давали.

Папка рассказывал, что меня охраняли всем подъездом, и не струсили, когда под окна заявились уродцы с ультиматумом – или выдаете ребенка, или тут всех вырежем. Крестный мой тогда по голове арматуриной получил, но меня не отдали, сохранили.

Что говоришь? Может, и выдавали, не знаю… У нас никого не выдали. Ни разу.

Потом детский сад, за колючей проволокой, вышки с охранниками. Пулеметы те потом в музей передали, прям с вышек сняли. Что не, что не, да видели вы их, в самом первом зале стоят. Книжки ещё старые были, даже советские… Ну, что вам все рассказывать да рассказывать? Тут много каких государств было. Сначала Российская Империя, потом Советский Союз, потом вот Россия… Ну, а только потом уже Третья мировая была.

А однажды проснулись, а над городом висит корабль. Авианоситель «Ростов». Открыл он люки, и автоматы… Ну да, беспилотники эти откуда сверху вниз падают, а уже над землей двигатели врубают и разлетаются по целям. Как сейчас помню, высунул я голову в окно, а там, прям над крышами, тройка автоматов прошмыгнула. Стекла в осколки, мы в рев, воспитательница нас успокаивать, а у самой лицо белое и руки трясутся. За Волгой пожарище и дым черный до небес, и плывет так медленно… Полыхало там знатно, и поджарились те мутанты все разом в один день.

Да нет, мелкий я тогда был, толком и не помню, как дальше. Через месяц родители меня домой забрали, безопасно в городе стало. А осенью я в школу пошел, в первый класс.

Потом мутанты детский сад взорвали. Иду я в школу с рюкзаком за плечом, а тут фух! И осколки по улице фьють-фьють! Пробралась в город банда уродцев, заминировали что смогли, а что не смогли, так вручную добивать бросились. Много их было, ой много…

Не, не погиб никто. Спецкорпус поставили проекторы, месяц голографические дети по детсаду прыгали, бегали, смеялись, а голографические воспитатели пальчиком грозили… Ну, а как жахнуло, так и пошла облава по всему городу. Всю банду положили, а последних выживших на плотине зажали, когда они на грузовике из города вырваться пытались. Вместе с грузовиком в водохранилище и сбросили.

Вот тогда-то я и впервые увидел тяжелые доспехи. Оказались у уродцев старые ракеты противотанковые, и одна ракета попала. Дуракам везет, вот мутантам и повезло, ракету противотанковую в тяжелого всадить накоротке.

Повалился ходульник. Ракета перебила левую ногу, сел он на задницу. Ружжо в одной стороне, ракетный комплекс сняли. Ну и маскировка, конечно, не работает. Ещё два ходульника рядом, пилоты суетились, вытаскивали своего товарища. На том ни царапины, ругается словами плохими!

Не, ходульники… Ну вы как дети, однако. Схему можно в Нете найти. Каком Нете? В Сети, в Сети, конечно.

Рассказать?

Вкратце, тяжелые доспехи представляют собой большое такое яйцо на ножках, и ручки-манипуляторы. «Головы» нет, манипуляторы прям из плеч. Через правое плечо идет одна направляющая, через левое другая. По направляющим ездят оружейные комплексы. Входят в жесткое зацепление с манипуляторами, перемещаются. Вертикальное перемещение легче горизонтального, но уж такие эти штуки, есть у них такая беда.

Система связи серьезная, маскировка есть, в метре пройдешь, не заметишь, хоть в тепле, хоть глазами. С каждого ходульника непрерывно трансляция в штаб льется, через спутник, от камер внешнего обзора. Хроника боя называется! Картинку, что пилот видит, мощный компьютер обрабатывает и советы тебе присылает умные.

Сам пилот сидит в кресле в центре яйца, за броней. Тяжелая штука…

В болоте? Ага, ну да. Пытались от них в болотах прятаться. На ногах «шпоры» видел? Так это не шпоры. При необходимости раскрываются, и получается «нога» в болотоходах, или снегоступах. Не проваливается никуда. Ещё полный комплекс систем обнаружения, даже вязкость почвы можно пощупать.

Понравились они мне. Красивые они, ладные такие.

Прилетел самолет, зацепили они своего товарища и уволокли в ремзону, а я домой потопал. Но танки эти самоходные в душу засели…

Дальше как-то быстро получилось. Вирус меня не доломал, крепкий оказался. Доучился дали, а потом две недели ускоренных курсов, ружье в руки и добро пожаловать в городское ополчение.

Помню, учил нас офицер один, из старых, все войны прошёл. А вот как увидел мутанта в прицел, так сразу руки в дрожь, а сам брык на пятую точку, в ушах звон, в голове расстройство… Вирус это тот самый, который человеку не дает человека убивать. Он и Третью мировую прекратил, и нас на съедение мутантам мало не отдал. У людей один из семидесяти к вирусу иммунитет имел, а вот мутанты им не болели совсем. Они нас убивать могут, а вот мы их никак. Даже не всегда получалось приказ автоматам отдать, дезориентация, потеря сознания, если упорствовать, то из головы кукушка на волю вылетает, без возврата, а там и до смерти недалеко. Миротворец, будь он неладен.

Нет, зря я так сказал. Без вируса люди сами друг друга поубивали бы. А так – поуспокоились, разбежались по разным сторонам планеты, раны зализывать. Американцы к себе, Европа к себе, мы к себе. Так и сидели по норам, пока…

Да, отвлекся. Значит, побегал я с автоматом года два, а потом настало мне пора определяться, как дальше жить. Спросили меня, кем быть хочу, что умею. Ну я и выложил, как на духу, что хочу в тяжелой пехоте служить. К тому времени я уже все технические параметры доспехов назубок знал. Те только головами покрутили, в аттестат школьный посмотрели, особо в оценки хорошие по механике и программированию, и отправили в славный город Чехов.

Управление доспехами одновременно простое и сложное. Просто с той стороны, что автоматизировано все, лишних кнопок нажимать в разном порядке не надо. Так же и спорткар, ты же не каждому колесу обороты вручную выставляешь, а рулем крутишь туда-сюда, а управляющий компьютер сам каждому мотор-колесу команду дает? Так и тут, двинул рычаг вперед, доспех вперед пошел, компьютер анализирует почву под ногами и скорость, с которой можно перемещаться, чтобы пилоту удобно было. Двинул рычаг резко – тут уже не до удобства, компьютер доспех в прыжок отправляет.

Да, верно, тот же принцип программирования функций, компьютеры только помогают, решаешь ты сам. Как бы объясняешь доспехам, что ты от них хочешь, что в какой ситуации ждешь, а они уже сами под тебя подстраиваются. Понятно, что при этом своей головой думать надо, ни один компьютер, каким бы умным он не был, человека не заменит. Это помощник наш, а не подмена. Больше того, что в него человек заложил, компьютер не сделает.

Нам про случай один рассказывали. Однажды мутанты из старой проволоки и арматуры скрутили конструкции, отдаленно на человека похожие, подогрели их на костре, и вместо себя выставили. Компьютер посчитал чучела эти за живых противников, обработал из пулеметов. В чучелах дырки, но стоят они как стояли, температура не изменилась особо, для компьютера противники живые. А дальше уже совсем плохо получилось… Обстрелял компьютер их повторно, пока боезапас не кончился, потом на железяки ржавые ракеты противотанковые начал расходовать, потом их в игнор тупо занес. Не заметил, что в тот же игнор-лист и мутанты со схожей температурной картинкой попали. Когда данные по боевой сети сошлись, то вообще хаос и неразбериха получилась. Два отделения потеряли на этой простой хитрости.

А уж сколько таких ситуаций бывало, и не перечесть. Не всегда на технику полагаться можно. Вот не всегда же полное управление автопилоту даешь, когда спорткар по трассе летит, верно? А почему? Ах, есть места, где автопилот не справляется… Вот так и тут. В бою есть места, где компьютер не справляется, человеку думать надо.

Ну, и прочему по малому учились. Механика, программирование, тактика и все прочие премудрости. Тихо там, в центре, спокойно. Год учебы, потом полгода практики. Тяжелые доспехи, они ж ни на что не похожи, разве что на роботов-погрузчиков, но и так, отдаленно. Понять, как в них перемещаться, быстро можно, но вот как перемещаться быстро и правильно… На это полгода практики и отведено. Стрелять мы и не стреляли почти, все по полигону бегали. Потом аттестация, и готовый тяжелый пехотинец отправился служить. Сюда, в Поволжье направили. Я уж к Европе готовился или в Красноярск, но начальство посчитало иначе.

Обычная служба пошла. Приписали к ангару, завели все документы. Раз в три дня вокруг городов дозором обходим, ловим тех, кто в оранжереи лезет или ещё зачем. И два дня дома. Иногда дозор заменяется дежурством в полной боевой готовности, это никуда идти не надо, сидишь рядом с ходульником, можешь своими делами заниматься.

Не служба, а сказка!

Первый бой? Да как-то обычно все произошло, буднично.

Повесили на нас ружжо и двойной запас боеприпасов, и послали ловить банду, которая убила людей и оранжерею сожгла. Самолет сбросил нас около трассы, где их в последний раз видели, и пошли мы искать. Нашли, конечно. Встали они на стоянке, забросались ветками да грязью замазались, чтобы их детекторы наши не видели. Дурные они все, мутанты. Но опасные, когда много.

Включили мы маскировку, и потихоньку к ним подобрались. Трое нас было всего, больше-то и не надо. Я, Себастьян и Петр, который Лидкин отец.

Накрыли основной лагерь залпом из ружжа. Потом гранатами добавили, когда они заметили, что их убивают, и стали разбегаться. А что, ружжо-то у нас не грохочет… Бам-ц, и лови стрелку в голову, мутаген. Или в задницу, что для них едино уже. Постреляли от души, ушли без трофеев. Навели на разгромленный лагерь «Осу» с группой захвата, постояли, пока пехота дорезала раненых, да и потопали обратно в город.

Ну, а что ждали-то? Героическое? Оно только в кино бывает. А в жизни все проще. Банду уничтожили, с психологом пообщались, не поехала ли у кого крыша, и в отпуск на три дня. А дальше снова на службу.

Потом столкнулись мы с их сезонными миграциями. Раз в несколько лет с юга приходила большая волна мутантов, тысяч по сто, двести. Шли вдоль Волги, грабили города, и откатывались обратно к себе. Оружие у них было, техника тоже, так что приходилось флот в готовности держать. Однажды два года подряд их не было, а однажды целый год покоя не было, накатывались как волна. Даже корабль подбить умудрились… Но это позже было.

И вот поднимают нас всех по тревоге, выдают боекомплект тройной нормы, так, что еле на ногах стоять можем, цепляют к самолетам, и высаживают десантом на фланге Орды.

В фильмах видели? Сериал, что ли? «Корвет» этот? Ну дык… Нашли что смотреть-то. Лучше б в исторических данных на портале покопались. У нас в городе много записей осталось.

А вот я что видел: ночь, на небе ни облачка, а вокруг разноцветные трассеры туда-сюда метаются, искры яркие, земля дрожит, в небе автоматы круги выписывают, а еще и вьюга, снег пополам с пылью, буран надвигается с востока. Высадились мы, включили режим маскировки и пошли вперед, из ружжа постреливая. Да и не знаю, что рассказать, все стреляли, в меня стреляли и я тоже стрелял.

Стрелять просто. Обводишь маркером скопления мутантов, и начинается. В кресле водителя здорово, сидишь и смотришь, как перед тобой все рушится. Когда ружжо стреляет, да еще и в маскировочном режиме, не видно это со стороны, если не знать, куда и как смотреть. Вот когда ракеты стартуют, то уже тяжелее, доспехи отдачей мотает, стабилизаторы не всегда справляются.

Заняли мы позицию, подавили огневые точки и бронетехнику, разогнали пехоту. К утру буран пришел, замел все, мутанты и отошли под его прикрытием, а мы остались, раненых собирать.

Ночью снова бой, их диверсионные группы через наш фронт прошли, и с тыла напали, а в лоб танки прут.

Танки откуда? Да оттуда же, откуда и оружие. Наши бывшие соседи по планете постарались. Они мутантам много чего забрасывали, и южным, и восточным. И не только танки. Лишь бы те против нас воевали…

Так вот, ветер снег и пыль несет, ни зги не видно, и из этой пыли на тебя танки выкатываются один за одним. Маскировка бесполезна оказалась, вычислили они нас, навели свою артиллерию, а потом и бронетехника пошла, а за ней пехота, броней прикрываются. Они в нас из пушек, мы в них ракеты и из ружей причесали.

К утру кончились у них пехота и танки. А из тех трех отделений, что рядом со мной стояли, одно еле собрать получилось. Раненых не было, мутанты вплотную прорвались, кто управление потерял или у кого доспех повредился, ходить не мог – всех на винтики разобрали. Если ломом долго в одно место бить, то и доспех разобрать можно. Ломов у них хватало, многие без огнестрела были, с холодняком.

На этом Орда сломалась. До поселков и оранжерей они не добрались, загодя остановить получилось. А бывали случаи, что и поселки сжигали дотла, и людей в рабство угоняли.

Откуда приходили? Да с юга и востока все. На севере не осталось никого, слишком холодно там, на западе у нас тыл, а на югах и на востоке много кто выжил.

Горы, говоришь? Да нет, в горах все померли практически сразу. Ну, сам подумай, почему… Вот рванула ядерная бомба. И пыль-дым радиоактивная куда? Ну правильно, рассеивается. Несет её ветрами, солнцем палимую, над Землей. И тут – оп, кончились просторы, есть горы. Там она и оседает, в горах. А дождями проливается на предгорья… Потому-то сейчас и не живет никто в горных районах, отравлены они все.

С востока оборотни приходили. Оборотень что такое? Ну ты даешь… Знаешь, говоришь? Что? Ага, не знаешь. Так вот, оборотень – это живая машина для убийства. Не пугайся, не пугайся, вывели уж их, это я сдуру сказал. Оборотень – это машина выживания, вот так.

Появились они сразу после войны. Тогда тяжело было, еды нет, воды нет, радиация да прочее… И вот кто-то из людей научился свое тело менять. Хочет, себе кожу нарастит, чтобы не так радиация жарила, хочет, себе мех уплотнит, чтобы не так холодно… А хочет, глаза новые сделает, чтобы дальше видеть, или уши, чтобы дальше слышать. Или мышцы такие сделает, что танк поднять может. Ох, хорошо они нас тогда потрепали.

Да не смотри ты телевизор этот, говорю. С оборотнями воевали только мы, да еще и Спецкорпус. Оборотни, они же индивидуалисты, всё один, всё герой, все хвалится, кто сколько человеков уби… Победил. А у нас организация. Организацией мы их и били. Пока оборотень одного грызет, другой его из огнемета окатит, и все, сдувай пепел. Потом уже научились в огневой мешок загонять, тройками и пятерками работали, включались в единую сеть, и только шерсть летит клоками в разные стороны.

Долго не могли мы с ними справится. Обычные люди, пусть и с оружием современным, для оборотня на один укус. Тут нужна техника тяжелая, идеально, конечно, мы, тяжелая пехота, или автоматы флотские, чтобы шансы уровнять. А оборотень не дурак, чтобы буром на смерть свою переть, он хитрит всегда, шаг назад, два вбок, не заметил, как он обычных людей вырезал и сбежал, а ты все ружжом из стороны в сторону водишь. Ловить дохлый номер, много ли разглядишь с автоматов, с верхотуры? А самому за оборотнем гоняться и того хуже, пока ты за ним бежишь, он круг сделает, за спину зайдет, и на твоем загривке сидит, привода грызет. Хитрые они, оборотни… Были.

Просачивались они мелкими группами через границу, одно чудище и десяток мутантов обычных. Оборотень отвлекает, а мутанты в это время ценности выносят. Большой армией не собирались, понимали, что с ними тут сделать могут, все мелкими группами, то тут укусят, то там, а чуть где опасность, то сразу разбегаются в разные стороны, и лови их. Мутантов-то ловили обычно, а оборотни уходили, и через месяц-другой возвращались, уже с новым сопровождением.

И начались у нас тяжелые деньки. Спали прямо рядом с доспехом, расстелишь спальник на крышке, и давишь массу. Вызов, ты внутрь брони прыг, самолет тебя цепляет на внешнюю подвеску, и полетели порядок наводить. Иногда успевали, конечно. Обратно возвращаешься, а ты уже в новом месте нужен. Глотнул стимулятора, и полетели снова. А там и третье место подоспело, и снова летишь. Дней через пять падаешь, и сутки спишь, в себя приходишь. А потом опять вызов, тревога… Вот такие дела были. Технике-то что, она железная, а вот людей еще железными делать не научились… Ну, кроме как в Спецкорпусе, да и то не верю я в это.

Помню, случай был… Одна из экспедиций, которые восток исследовали, привезла с собой стаю оборотней. Уж не знаю, что и как там было, то ли не поняли ученые, кого везут, то ли заставили их… Только ж привезли. Оборотни, как в городе оказались, так с ума и посходили, начали людей убивать направо и налево.

Нас по тревоге подняли, и в городской парк высадили прямо с самолета. И пошли мы по улицам. Пехота и полиция стараются оборотня боем связать до тех пор, пока мы не подоспеем, а оборотни… Много людей тогда погибло.

Потом уже оказалось, что люди сами себя постреляли страшно, когда по оборотням целились. Дружественный огонь называется. Целил в оборотня, промахнулся, и хорошо, если нет вокруг никого, а если толпа? Бывает, что видишь ты этого гада в прицел, и целеуказание верное даешь, а вот выстрелить не можешь, люди вокруг. А оборотень все понимает, и этим пользуется, перемещается так, чтобы людьми от тебя закрыться. Но ружжо наше хоть блокировать можно, автоматикой, а ручное оружие только от человека зависит, от его выдержки и умений.

Выгнали их, конечно. Да и они сами ушли… Пока мы с оборотнями в городе воевали, мутанты оранжереи и склады потрошили, и много чего к себе вывезти успели. Еду к нам везти пришлось, а оборотни смогли нас обойти и на трассу центральную выйти, несколько караванов перехватили, к себе увели.

Под Октябрьском отыгрались, много мы их накрошили, меховых. Да заманили их туда, что и говорить, флот из города вывели, вроде как в Европе нужнее, мутанты и побежали пограбить, а быстрее всех побежали оборотни. Флот и правда вывели, но вместо него тайком добавили тяжелой пехоты, и назвали все это сводной бригадой, без малого три тысячи человек на ходульниках. Встретились мы в чистом поле, и понеслись клочки по закоулочкам… Там, вдоль дороги старой, земля горела, потом тушить пришлось. Нет, не шучу, с самолетов химию сбросили, и все, погасло.

Командир наш разбил всех на мелкие отряды, то тут, то там, и приказал с боем отступать к городу. Главный урод-оборотень и не понял сначала, что на большое войско наткнулся, а когда понял, то убегать и некуда было, слишком далеко они забрались. Да и куда побежишь, земля промерзла, снега мало, ходульники не застревают, а от Октябрьска до Уфы недолго… Видел я и памятник тот, всадника, что другому берегу грозит, но через реку тогда мы не пошли, обратно развернулись. Пещеры там, под Уфой, подземелья, в них ходульники бесполезны.

Затих восток, надолго затих. Мелкие банды просачивались еще, но не хулиганили, никого не убивали, воровали по мелочи… Нет, Челябинск и Екатеринбург уже без меня были, к тому времени я уже списан был, и рельсу в Красноярск без меня строили. А тогда флот на место вернули, бригаду сводную расформировали, вернулись к штатному расписанию. Патрулировали, на полигоне тренировались иногда, по тревоге поднимали редко…

Короче, был у нас расслабон, пока исход с юга не случился.

Да, тот самый, Большая Орда. Дикая сила на нас перла. Сначала наши умники расслабились, дескать, дикари обратили свою агрессию друг на друга, или перемерли от бескормицы, уж теперь-то нам точно ничего не грозит, ура! А они все эти годы силы копили. Нашелся у них там вождь какой-то, остальных под себя подмял, набрал оружие у американцев, армию вооружил свою, и решил наконец-то ограбить все и сразу.

И пошла к нам Большая Орда.

Не сдуру шли, с разведкой, с техникой.

Там же и остались они, в степях под Оренбургом. Вместе со всей своей техникой. Флот – это не шутки, ну сбили наших автоматов без счета, так на Лунной Базе новые наклепали.

Как это было… Сначала не страшно начиналось, автоматы засекли движение в степи. Ну, что делать уже известно, потихоньку стали войска поднимать. И вдруг оказалось, что это армия целая, на форпосты наши снаряды падают с закрытых позиций, автоматы сбиваются без счета, вниз по течению, у Саратова, переправа наведена, через которую фланг Орды уже переправился на нашу сторону…

Нас спешно выбросили на трассе, где диверсионные группы были замечены. Ну, несколько транспортов они перехватить успели, потом мы их перехватили. Сильные группы были, с техникой. На снегоходах все… Ну, это что-то вроде мотоцикла, только вместо колес большая гусеница и лыжи. По снегу едет. Так вот, на снегоходах они, с оружием хорошим, снайперские винтовки большого калибра и пулеметы, взрывчатки много.

Да только оказалось, что диверсанты эти – лишь войсковая разведка Большой Орды. Не пошли мутанты на Самару в лоб, а разбились на две части. Часть на месте осталась, а часть переправились через Волгу и скорым маршем пошли в сторону Пензы.

Только войска начали отводить, чтобы Пензу удержать, как та часть, что на месте стояла, вперед пошла, город к северу обхватывая. А из тыла Большой Орды еще одна орда спешит, третья армия… И с ней весь народ тамошний на нас двинулся. Машины, повозки, пешком… Все идут, от мала до велика.

Все на волоске висело тогда. Пенза город не укрепленный совсем, его бы мутанты сразу смяли. И открытый путь на Воронеж и Тамбов, а то и на Рязань. Нет, их бы разбили, конечно, флот есть флот, но пока разбили бы, бед они натворили много…

Флот тоже воевал. Железное поле знаешь где? Ямы там, траншеи, капониры, развалины, техника раздолбанная… Там позиция была американской ЗРК «Джулия». Уж как мутанты ее туда протащили, не знаю, на закорках, что ли, несли… Но крови она нам немало попортила. «Ростову» всю авиагруппу расколотили, он и сам получил неслабо и в Лунный городок на ремонт уполз.

Город эвакуировать собрались, все фуры транспортные собрали уже, да тут у мутантов что-то не так пошло, ЗРК стрелять перестала. Наши этот момент не пропустили, зацепили нас и высадили прямо в расположение той «Джулии», где теперь это самое Железное поле.

А там техника стоит, пустая, а на антеннах мутанты американцев развесили, всю команду того ЗРК. Потому и не стреляла «Джулия», некому стрелять оказалось. И получился у них в системе ПВО большой такой карман открытый, прямо посередине наступающих армий.

В этот-то карман «Ильмень» всю свою авиагруппу выбросил. Конечно, не одна ЗРК там была, да доломали остальных через тот карман, автоматы шли практически над землей, где по ним пулеметы и ракеты отработать не могли, а наши пешком за ними, разносили все, что могли. Укрепили плацдарм, натащили техники тяжелой, ударили во фланг третьей армии, которая шла на помощь тем, кто к Пензе и Тамбову отправился.

Бой долгий был, уж не знаю сколько там на самом деле времени прошло. Вытащили нас оттуда на самолетах, привезли в город, достали из ходульников и сразу в госпиталь, на восстановление. В вашей стимулирующей химии крови не обнаружено, вот как-то так…

Восстановились кое-как, и опять в бой.

Зацепили за самолеты, разделили на тройки, и туда, в степи за Оренбургом, куда остатки Большой орды бежали. Уж очень сильно наши умники хотели все это войско на корню уничтожить, достали эти набеги! Только отстроишься, налетают, и привет, строй все заново.

И вот втроем выходим мы на позиции. Сбрасываем голографическую ловушку, в нужный момент она показывает что надо, а мы в это время с другой стороны начинаем молотить.

Несколько отрядов так поймали, а потом как-то враз кончились уродцы.

День сидим, два, три, неделю, нет никого.

Спать в ходулях надоело, вылезаем, разминаемся. Тяжко же, неделю в седле, ни помыться, ни почесаться! Как вечер, вылезаем из доспехов и ну лясы точить. А рядом стоят наши доспехи, а внутри-то никого и нет!

И видим, бежит к нам девчонка маленькая плачет… Мелкая совсем, росту небольшого. Мы-то тоже молодцы, сдуру все к ней кинулись, забыли, наверное, что неоткуда тут детям взяться.

Вот тут и началось. Себастьяна очередью положили сразу, мне пуля в ногу попала. Засели они грамотно, и стреляли правильно, но не учли, что в нас стимуляторы бродили ещё. Нога у меня подламывается, а я бегу, бегу к доспехам этим, ползу как… Не скажу кто.

Тут повезло, Петр до доспехов добрался, прикрыл меня. Ружжо шипит, мутанты палят в белый свет как в копеечку, искры летят, ор стоит! Вполз я в седло, люк закрыл, навелся, и поддал жару!

Всех положили, кто бежал, так в спины. Сильно уж обиделись за Себастьяна.

И тишина. На пригорке мутанты валяются, огонь догорает, дым над степью несет.

А девочка сидит, плачет.

Ну, говорю, мы уж злые были! Петр хотел ракету в неё пустить, да из-за массы малой её прицельная система не берет никак! Не работает автоматическая селекция целей. Уж на автоматику плюнул, вручную наводить начал, да тут я вылез.

Дай, говорю, с ней пообщаюсь. Мысль была у меня, что человек она, мутанты много людей похитили в свое время, почему бы и не оказаться тут ребенку человеческому?

Вылез, к ней иду, у самого пистолет в руке. И спрашиваю у нее, что она тут делает и родители ее где?

Ну, она и показывает. Вот там папа, без головы, но с американской винтовкой, только у него такая была. Вот там мама, с ружьем, вот там половина дедушки лежит.

Покрошили мы ее родителей, получается. И получается, что это самый что ни на есть мутантский ребенок. Что? Да нет, человек как человек, разве что глаза поуже и лицо потемнее, а так человек обычный. Мутанты разные были, некоторые как коряга болотная, а некоторые от людей не сильно-то и отличались.

– А вот мои братья! – Говорит она. И вижу я, что стоят фургоны, в котором таких же детишек трое ещё. Часть кочевья, мутанты детей в машинах оставили, прежде чем на нас засадой пойти. Те, кто побогаче, на автомобилях ездили, старых, которые с двигателями сгорания. Выращивали поля рапса, то ли сушили, то ли мололи, не знаю, потом маслом этим машины заправляли.

Плюнул на все, связался с базой, доложил обстоятельства, затребовал эвакуацию. Правила такие были, если кто из звена тяжелой пехоты пострадал, сразу в ангары и на ремонт вставать. Ходульники тогда ух сложно делать было!

– Ждите, – говорят мне. – Транспорт за вами вылетел. Трансляцию сигнала вижу.

Трансляция, это камеры на ходульниках стоят, они через спутник картинку сразу в штаб передают. Спереди, с боков, сзади, сверху и снизу.

– Ждём. – Говорю на это.

Мелкая трясется, но с места не сходит. Пробует моё внимание отвлечь, типа дядя, не смотри на машины, одна я осталась, вот тут, делай что хочешь. А что мне делать? Себастьяна, друга моего, не оживить уже.

Сказал ей помолчать и спокойно сидеть, пока мы не уйдем, а потом уматывать на развалюхах своих откуда пришли. Горючку пусть сольют в одну машину, и двигают в тёплые края.

И тут мне в рацию послание от умников, которые в штабе сидели.

– Приказ! Уничтожить нечеловеческие формы жизни.

– Дети тут. – Говорю. – Какие ещё формы?

– Приказ! Уничтожить нечеловеческие формы жизни.

Ну, тут делать нечего. Вернулся, сел в ходульник.

Петр мне и говорит, сейчас мелкую отпустим, пусть до машины дойдет, а потом всех скопом ракетой и положим, машины одна за другой займутся, двигатели сгорания потому так и называются, что горючее в них полыхает от малейшей искры. Горючего они запасли сильно, на каждой развалюхе по паре бочек.

– Приказ тебе, Петя. – Говорю я ему. – Автомат включай!

Тот заартачился сдуру, типа ракету и все тут! Раз семь повторил ему, что автоматика надежнее, так нет же, не слушает, с нарезки от стимуляторов слетел, наверное. Начал на месте плясать… Тут я ему из ружжа ногу и подбил. Лежит он в своём ходульнике, навестись никуда не может, меня ругает на все лады. Выбраться попытался, да я ему люк захватом прижал, не открыть.

– Успокойся, – говорю. – Сейчас самолет прилетит, полетим на базу, там и скажешь, что хотел.

А мутанты? Ну, тут просто. Навел на них маркер, да и задал им жару. Да нет, сбежать они не могли, куда ж тут сбежишь-то? От прицельной-то системы. Так в рапорте и написал… Как же… А, вот, вспомнил! «Для поражения выживших использовал автоматическую селекцию целей». Это когда автоматика сама цели выбирает. На этом все и кончилось. Автоматика, она ж умная, да человек все одно умней… Да.

Хронику того боя потом изучили у нас в штабе, хотели из армии списать, да не стали, людей много требовалось, которых вирус этот дурацкий не сломал. Назвали дураком, и в Европу служить перевели.

Вот так и жили тогда.

От автора