Хроники Нуллификатора 2

Пролог: Город, где не гаснут фонари.

Есть города, которые пахнут надеждой. Есть — страхом. А есть такие, что пропитаны светом так сильно, что кажется, сама тьма обходит их стороной.

Валландейл был именно таким.

Я никогда там не была, но много слышала. Город вечных фонарей, где магия света доведена до совершенства. Где по ночам улицы залиты мягким, голубоватым сиянием, а в домах не знают, что такое коптящие свечи или вонючие керосиновые лампы. Валландейл — гордость магов-практиков, доказательство того, что их искусство может служить всем, а не только избранным.

И сейчас этот город умирал.

Я сидела в своём кабинете, глядя на толстый конверт с гербом герцога де Монфора, который час назад доставил взмыленный курьер. Внутри было не письмо — пачка документов, отчётов, вырезок из валландейлских газет и личная записка от герцога, написанная его размашистым, нетерпеливым почерком:

«Элеонора. Прочитай внимательно. В Валландейле беда. Местная стража разводит руками, Гильдия их магов — тоже. Слишком странно, слишком… необъяснимо. Ко мне обратился лично глава городского совета. Он в отчаянии. Я подумал о тебе. Если справишься — твоё имя прогремит не только в Аркануме. Если нет… просто возвращайся. Никто не осудит. Но посмотри сама. Что-то тут нечисто. — А.д.М.»

Нечисто — мягко сказано.

Я перечитала отчёты. За последние три недели в Валландейле пропало восемь человек. Не просто пропало — исчезло бесследно, средь бела дня, при свидетелях, которые ничего не видели. Первой была пожилая смотрительница маяка — старого, нефункционирующего, стоящего на скалах за городом. Она вышла подышать воздухом и растворилась в полуденном свете. Через два дня — двое студентов Академии Света, возвращавшихся с лекций. Исчезли прямо с городской площади, на глазах у дюжины прохожих. Никто ничего не заметил. Просто перестали быть.

Дальше — лавочник, почтальон, молодая мать с ребёнком (ребёнка нашли через час, спящим в кустах у дороги, мать — нет), старый алхимик, лекарь.

Всех объединяло одно: они были магами. Практиками. Слабыми, сильными — неважно. Но все имели искру.

И ни одного следа.

Ни магического, ни физического. Никаких свидетелей, никаких зацепок. Только тишина и растущая паника.

Валландейл, город света, погружался во тьму страха.

— Элли, ты это видела? — Сильван влетел в кабинет, размахивая свежей газетой. Его эльфийские уши стояли торчком, глаза горели возбуждением. — Тут такое пишут про Валландейл! Люди боятся выходить на улицу после заката. Совет города собирал экстренное заседание. Они…

— Знаю, — перебила я, протягивая ему конверт герцога. — Мы едем.

Он замер, не веря.

— Что, прямо сейчас?

— Герцог просит. Лично. И платят хорошо. — Я кивнула на приложенную к документам дорожную грамоту с внушительной суммой. — Собирайся. Выезжаем утром.

— А Торн? — осторожно спросил Сильван. — Его позовём?

Я задумалась. После дела с «Пеплом» наши отношения с охотником Гильдии превратились в нечто странное. Не дружба, нет. Скорее, вооружённый нейтралитет с элементами взаимного уважения. Он несколько раз обращался ко мне за консультациями, я пару раз пользовалась его доступом к архивам Гильдии. Мы не доверяли друг другу, но знали, что в критической ситуации можем положиться на профессионализм партнёра.

Но это дело — чужое. Валландейл не подчинялся арканумской Гильдии. У них был свой совет магов, свои законы. Торн там был бы чужаком, как и я. Только у меня был герцог за спиной, а у него — только его жезл и холодная спесь.

— Нет, — решила я. — Пока справимся сами. Если упрёмся в стену — вызовем. Но не хочу тащить за собой гильдейского пса на территорию, где его могут встретить штыками.

Сильван кивнул и убежал собирать вещи. А я осталась смотреть на документы, на лица пропавших, вглядываясь в их глаза, надеясь найти там хоть какую-то зацепку. Но бумага молчала.

Что-то происходило в городе вечных фонарей. Что-то, что боялось света. Или, наоборот, слишком его любило.

Утром следующего дня мы с Сильваном грузились в дилижанс, отправляющийся в Валландейл. Дорога предстояла долгая — почти двое суток тряски по тракту, с ночёвкой на постоялом дворе. Я взяла с собой минимум вещей, но максимум оборудования: новые пробирки для проб, усовершенствованный фотоаппарат (обычный, не магический, спасибо Сильвану и его связям с гномами-механиками) и, конечно, свинцовый футляр с ампулой чистого «Пепла», которую я так и не решилась уничтожить. На всякий случай.

Город засыпал, когда наш экипаж выезжал за восточные ворота. Арканум провожал нас тусклыми огнями и привычным запахом дыма, магии и безнадёжности. Впереди был Валландейл — чистый, светлый, полный надежд. И смертельно опасный.

Я закрыла глаза, пытаясь уснуть под мерный стук колёс. Тишина внутри меня, та самая, что проснулась после встречи с «Пеплом», одобрительно молчала. Она чувствовала: впереди интересное дело.