Художественный очерк «Бабочка»

На улице стояла ясная погода. Лучи, греющего как никогда солнца, отражались от окон бесконечного потока машин, и раскинув на трассу игривые тени проводов, казалось, превращали её в нечто абстрактное. Я стоял у светофора и наблюдал как убывают красные числа на экране. Каждая цифра приближала меня к грядущему событию, которого я в нетерпении ждал неделями. Однако, вместе с тем невольно закрадывалась блуждающая мысль, что еще не поздно отступить, уйти подальше от стертого полосатого перехода и вернутся домой, запереться в квартире, и вернутся в узкий и тесный от страха и меланхолии мирок. Нет, мысль была абсурдна, невообразимо нелепая. Уйти означало торжество упущений, а их и без того хватало в моей жизни и допускать их вновь я не собирался. Я сказал себе: "Не в этот раз", а затем решительно, под пляску зеленых чисел, вступил на встречу предстоящей мне дороги, новых впечатлений и самого главного... встречи с ней.

*Как же давно мы не виделись моя подруга. Все эти годы лишь сеть была моим окном к тебе, и мы переписывались о многих вещах, делились историями, и обсуждая ситуации на своих сторонах жизни, находили что-то общее, между нами. Я смотрю на твои фото, что отображают милую улыбку и яркий взгляд и тут-же вспоминаю те немногочисленные дни, где мы когда-то были рядом. Как же неприятны эти километры, что не позволяют хоть чуть чаще быть ближе к тебе....

Мной взят билет в дивный незнакомый город. С часу ожиданий, словно из минувшей эпохи явился автобус, и я сел в него изношенный салон, радуясь, что наконец покрою вставшее, между нами, расстояние. За сетчатым окном мелькали виды моего города, сегодня я вижу их в последний раз и увижу вновь лишь завтра. Транспорт стучал и постукивал, те немногие пассажиры, что были внутри салона тихо разговаривали, шуршали пакеты, звенели молнии на сумках, звонили телефоны. Меня ожидал не один час езды и я не обращая ни на что внимания лишь наблюдал как нависают деревья по обочинам дорог, как движение уносит за спину деревни и поля, как петляет автобус, подставляя клонящемуся солнцу то один бок, то другой. Я не знал этой стороны, в которой ехал, направление было давно забытым и от этого чужим. Я слушал музыку и в текстах душевных, казалось, находил себя, а порой, быть может и нас... Впрочем, это вряд ли. Слов что я хотел сказать тебе, еще не вылетало с моих губ, да и осмелюсь ли сказать их когда-нибудь, в страхе разрушить нашу дружбу?

Спустя продолжительное время, до города оставалось совсем ничего. Буквально один поворот и прямая. Волнение коснулось меня лишь слегка, в остальном же, сейчас я испытывал сильнейший интерес. Мимо пролетел знак с названием города и вот наконец я погрузился в его старинные и от того полные истории улицы. Вопреки привычному маршруту, которым двигался автобус, ввиду праздничного мероприятия в этом городе, он остановился в другом месте. Я знал это заранее и успел оповестить подругу, чтобы знать когда и где она меня встретит. Уже будучи на остановке, она позвонила мне и особенный голос её подсказал в каком направлении идти. Шел я не спеша, оглядываясь по сторонам. Места, по которым я продвигался были лишь окраиной города и совсем незначительно отличались от таких же мест в моем городе. Тем не менее я испытывал восторг наблюдая и изучая всё что теперь меня окружало. С каждым шагом я приближался к центру, и мне всё больше открывалась красота и выразительность его архитектуры, монастырей и площадей. Перед глазами возник широкий перекресток, а прямо за ним в паре шагов красовался небольшой залитый солнцем фонтан. Здесь мы и договорились встретится с моей подругой. Она сообщила, что пойдет с собакой и я без сомнения замечу её. Впрочем, и без этого, я конечно же узнал бы её незабываемый образ, среди бесконечно снующих повсюду людей.

Шли минуты. Её всё еще не было. Я смотрел то на бегущие цифры на часах, то на поток радостных и не очень лиц. Размышлял о том, что скажу ей, когда увижу. И наконец она пришла. Совсем не изменилась, все такая же изумительная и очаровательная. Я смотрел на неё, дивился и радовался, забывая дышать. Молодой пёс, которого она вела на поводке, бегал из стороны в сторону, отчего спутывал подруге ноги пока та шла. И чтобы распутаться она кружилась на ходу. Это могло напомнить элемент какого-нибудь красивого танца. Только ради того, чтобы лицезреть этот момент можно было проехать сотни километров.

"Бабочка" - так назвал я её в мыслях увидев эту по-своему милую сцену.

Мы поприветствовали друг друга и обнялись. Я был в восторге, от возможности вновь разделить с ней своё существование. Наша дальнейшая прогулка наполнялась беседами и воспоминаниями. Первым делом мы дошли до её замечательной квартиры, где в спокойной обстановке пообедали. Я сбросил свои вещи в выделенной мне на ночь комнате, и вскоре, оставив её смешного и игривого пса наедине, мы отправились снова гулять. За многие часы мы, казалось, обошли весь город, не жалея ног и прерываясь лишь на перекуры и фотографирования на фоне многочисленных и впечатляющих достопримечательностей. Она хорошо знала свой город.

При всем при этом, был момент в нашей прогулке, который я не мог себе простить. Связан он с моим постоянным молчанием… Не хватало мне мыслей, кругозора, опыта реального общения или хваткого ума, чтобы прекратить эту неловкую, затянутую тишину. Избытком было лишь волнение. Мне хотелось веселить её, быть ей интересным, но не всё получается так как мы хотим, и у меня не получилось не быть собой. Да, столько времени не виделись и совсем нечего ей рассказать…

К вечеру к нам присоединились ещё одна девушка и парень из друзей моей подруги, с той девушкой я тоже был знаком, с ней мы прошли через колледж, общагу и тоже периодически списывались, и созванивались. Собственно говоря, она и познакомила нас когда-то. Парня же я видел впервые, выглядел он своеобразно и человеком был неоднозначным, но мы все же нашли общий язык.

К вечеру городской праздник был в полном разгаре, и нам всем было хорошо и весело. Но продолжалось это до поры пока моя подруга ради который я, собственно, и был здесь внезапно куда-то не пропала. Вместе с ней ушла и знакомая мне девушка. Я остался на едине с их другом и вдвоем мы остановились в шумном центре. Ожидая их и болтая между собой, мы начали негодовать из-за длительного отсутствия девушек. Вскоре мы решили пройтись и совершенно случайно обнаружили мою милую подругу общающуюся с знакомым только ей парнем, и как после я выяснил, она была заинтересована в нем, а он в ней. Даже более того, при воссоединении нашей разрозненной группы из четырех человек, он стал пятым. Сказать, что я был недоволен и расстроен, ничто не сказать. Но подавать виду моим чувствам было бы совсем бессмысленным и до жути глупым поступком. Это её выбор и не мне вправе его оспаривать.

Мы потусовались еще немного в центре. Естественно внимание моей подруги было всецело отдано её новому “ухажеру”, и тогда стало уже не для веселья. Затем, мы снова потерял её из виду и до глубокой ночи так и не встретились. Вокруг было море людей, но именно тогда я почувствовал себя самым одиноким человеком. Через некоторое время подруга была уже дома с этим парнем, знакомая ушла, а я и её друг устало шатались черт знает где, в чужом городе, настроением бросить все и уйти. Возвращаться было ещё рано, и всё чего я ждал это звонка от неё, и когда тот все-таки прозвучал, мы отправились к ней. Уже будучи в квартире, она конечно же извинилась за то, что всё получилось так, а я был не в силах, и не в положении обижаться на неё, и потому сказал

“Всё в порядке, я понимаю…”

Ещё немного мы посидели на кухне. Ели, курили и общались, стараясь не поднимать тему странных событий в её отношениях. Она и сама говорила, что ничего хорошего из этого не вышло. Потом, когда друг, с которым мы в минувший период ходили по городу, ушел, мы разошлись по комнатам и легли спать со своими мыслями и впечатлениями от пролетевшего без оглядки дня.

Мой автобус обратно прибывал утром. Мы встали рано, собрались и вскоре отправились к автовокзалу, попутно прихватив лохматого, лающего друга. Чудесный все-таки был её город, а в воскресной тишине, он казался ещё привлекательнее. Дойдя до остановки, мы сели на лавку и молча смотрели на играющий струйками фонтан и курили. Ни смотря ни на что, я был рад проведенному времени с ней, и одновременно огорчался, что нужно снова уезжать туда, где нет её. Иначе было никак. Автобус подъехал, мы обнялись в последний раз и попрощались. Теперь неизвестно, когда мы снова увидимся. Уже сидя в салоне, уезжая всё дальше в обратном направлении, я осознал, что, общаясь с ней в живую и видя её после долгой разлуки я лишь укрепил в себе привязанность к ней. Да что там говорить, я стал по-настоящему влюблен. Поначалу, после возвращения, мне было до боли тоскливо. Я писал ей каждый раз как появлялся повод, и даже сверх того. Быть может, оттого и накрутил себя, а после иссяк, и казалось, моя навязчивость обратила меня против своих же чувств. Я завидовал её друзьям, что они были с ней. Не со зла, а из-за обиды на себя. Я понимаю, что каждый достоин того, чтобы окружить себя интересными и хорошими людьми. И если она будет довольна, то я буду только рад за неё.

Прощай Бабочка, и будь счастлива. Быть может, мы ещё встретимся.