Худший из миров. Книга 10.

— Урод синюшный! Когда твои выродки прекратят потрошить мою шахту?! Я тебе последний раз говорю, если твои джины не уберутся прочь, то они все в ней и полягут! – нервозно встопорщил бороду почти всегда безмятежный Алый.

— Они уйдут, как только ты поцелуешь меня в самую ж… — Татарин запнулся, заострив своё внимание на зависшей чуть в стороне Фэйфэй – как только поцелуешь меня в самое чресло мрака! — закончил фразу джин.

— А это, куда такое? – с живым неподдельным интересом поинтересовалась фея.

— Тебе лучше не знать, — не сводя взгляда с готового к драке гнома, — пробурчал джинн.

— Командор, угомони этого синюшного! – пребывая в состоянии готовности к бою решительно потребовал Алый.

Великий и ужасный в этот острый момент пребывал в каком-то непонятном состоянии меланхолии. Казалось бы, всё задуманное прошло по плану, но момент полного безоговорочного счастья так и не наступил. В строящемся городе объявились какие-то непонятные субъекты из различных кланов. Уже почти неделю Алый не давал насладиться покоем и умиротворением. И это все были только цветочки, когда с горизонта пропадал Алый, ему на смену появлялся Тигер, и нытьё на тему: «верни меня к любимой Каре» продолжало будоражить нервную систему нашего героя, вслед за Тигером смену принимала Матильда с извечной темой: «сдай всё и подчинись первым кланам, а иначе…». В общем, не было покоя в этом мире, да к тому же перед самым носом на столе стояла до крайности питательная, но совершенно пресная по вкусу ячменная каша.

— Что тут происходит? – тоном не предвещающим ничего хорошего поинтересовалась, появившаяся на веранде летней кухни, кухарка.

— Повезло тебе бородатый! — выдал джинн и тут же пропал в вызванном портале.

Татарину и в самом деле повезло, потому как после того, как Олег Евгеньевич вернул Грюна из северного крыла запретной библиотеки всё в гостиничном комплексе «Бригантина» разом пошло наперекосяк. Кухарка «самую малость» расстроилась вероломностью Генки и несостоявшейся невестки, и в пылких спорах могучий джинн даже разок отправлялся на перерождение. Досталось от несостоявшихся родственников и Фиалке на орехи. Девица выслушала от экс-ухажёра очень много всякого, а кухарка теперь по случаю и так, зачитывала письма, что в своё время многоуважаемый Командор самолично притаскивал из закрытого крыла. Генки и Фиалке досталось не по детский, но и нашего героя не обошла вниманием опасная кухарка. Собственно, безвкусная каша – это и было наказанием. Архэя сейчас старалась угощать вкусняшками почти всех. Вкуснейшие отбивные, специально приготовленные морепродукты и тушенные по специальному рецепту овощи доставались кому угодно кроме Олега Евгеньевича. «Великому и ужасному» для придания должной степени здоровья и нужного уровня тонус доставалась исключительно питательная каша, причём всё время из одной и той же крупы, а к ней стакан чистой, прохладной водицы. И это всё из-за того, что Командор всё прекрасно знал и молчал, покрывая Татарина и «эту наглую суку». Нет, Архэя не хамила, не высказывала свои претензии вслух, а свой кулинарный демарш выставляла исключительно в виде заботы о здоровье дорогого патрона. Кухарка ждала, когда Олег наконец сорвётся и можно будет высказать дорогому патрону всё, что она о том думает. Как ни странно, но Олег Евгеньевич прекрасно понял, чего от его персоны ждут и что данная ссора вполне могла стать крайней в долгих доверительных отношениях, а потому наш герой безропотно кушал кашу, больше всего напоминающую заваренный комбикорм, с таким видом, словно это был наивкуснейший деликатес. Добивочкой к этой унылой картине служил барсучара, что удобно устроился на краю террасы и, не сводя глаз со своего врага, скалил пасть в злобной звериной улыбке. К слову, даже этому мутанту-переростку периодически доставались нежнейшие приготовленные с заботой отбивные.

— Вот и отлично! — нарочито — наигранно произнёс Алый, явно рисуясь, — если бы он не свалил, тут бы сейчас было много крови.

Алый внимательно рассматривал кухарку. Весь этот концерт был в большей степени организован именно для неё. Возможно, информация о конфликте уже дошла до ушей топовых кланов и теперь «любитель почитать» пытался переманить Архэю на свою сторону, ну или как минимум сыскать её благосклонность. Рисуясь перед кухаркой ужасного, гном совершенно не замечал нависшей над ним опасности, а меж тем слова про кровь возымели определённое действо. За спиной гнома словно песчаный столб вырос песчаный страж, оставленный Локи. В руках у стража чётко проглядывался криволезвийный нож, и намерения у секьюрити были конкретные и понятные. Песчаный ждал отмашки хозяина. Олег Евгеньевич едва заметно отрицательно мотнул головой и песчаный страж тихо растаял за спиной ничего не подозревающего лидера «Детей ветра».

— Олег, — наконец сосредоточил своё внимание на человеке гном, — а ты так и не надумал сдать мне одну из комнат в твоей гостинице?

— У тебя денег не хватит, — миролюбиво ответил «Ужасный».

— А кофеём угостишь? — с прищуром поинтересовался гном.

— Само собой. Десять тысяч золотых за кружку, — огорошил ценником гостя «добродушный» хозяин, — чего личико такое кислое? Дороговато? Ну не хочешь кофе, возьми кружку чая за пять тысяч золотых. Ты уж извини, Алый, дешевле продать не могу. У меня всё-таки бренд, вашими стараниями. Я, как-никак, «Иерарх тёмных сил», — указал Олег на одиноко лежавшую на столе газету. Почётный титул обязывает грабить случайно забредших в гости путников.

— Ну не такой уж ты и ужасный, — гном без приглашения поднялся на террасу и уселся, — к тому же это не моя инициатива. Поверь. Это всё журналюги.

— Верю, как самому себе, — наигранно горестно вздохнув, произнёс «ужасный», — ладно, раз уж ты ни в чём не виноват, рассказывай какого чёрта тебя сюда принесло?

— Все те же черти, и все те же вопросы. Первое, — «Теневое писание», — принялся загибать пальцы гном, - второе, — вопрос с поставками зёрен кофе в магазины, принадлежащие первым кланам. Не один ты желаешь поиметь с этого гешефт. Я же не прошу тебя отдавать нам зёрна задаром, мы готовы покупать кофе дорого. А ещё, я бы хотел пробежать данжи в той пещере, что ты так старательно скрываешь от всего мира. Какие там требуются уровни? Ну и, само собой, ты должен поговорить с королём, чтобы и другие кланы могли присутствовать в королевстве Оран. А то, больно жирный кусок перепал «Морским псам».

— И это всё? – Олег Евгеньевич вопросительно поднял бровь, — чего-то как-то скромненько. Я уже думал, ты купчею на мой банк потребуешь. Ну, или матушку мою покойную обесчестить, а это такие пустяки…

— А ещё небожители просили выяснить у тебя, как открыть ворота в чёртов храм Соломона? – продолжил словно ни в чём не бывало, задавать вопросы гном.

Ужасный задумался, тайну иглы Соломона скрывать не имело смысла. То, что первая игла была одной из сотен, а возможно даже из тысяч боги или аналитики топовых кланов вполне могли узнать и пока была возможность можно было погреть руки на этом никчёмном секрете:

— Так и быть, Алый, в честь нашей великой дружбы раскрою тебе секрет храмовых ворот, но не за так. Хочу три мешка отборных крупных, чёрных как моя душа опалов.

— Три мешка крупных опалов и ты мне рассказываешь, как открыть ворота в храм Соломона? – глазки Алого стали въедливыми, словно он сейчас не на авантюриста смотрел, а на кусок золота.

— Ну, как открыть ворота я тебе и так могу рассказать, тут всё просто, — с максимально серьёзным лицом принялся просвещать гнома Олег, — Тут всё будет зависеть от самих ворот. Их либо на себя нужно будет тянуть, либо от себя толкать. Третьего не дано.

— Остряк херов! — не сдержался Алый, — я-то тебя серьёзно спрашиваю. Информация точно ценная? — и получив утвердительный кивок, продолжил. - Камни подготовлю. Хотелось бы понять, на кой ляд тебе сдались эти никчёмные опалы?

— Нравятся они мне, — не стал вдаваться в подробности Олег, — а по поводу моего предложения, я серьёзно. Был у меня разговор с одной бывшей небожительницей, кстати, хорошей знакомой этого самого Соломона и вот она мне кое-что рассказала про сам храм и про иголку. Именно после получения информации, я и решился отдать иглу богам.

— И эта информация будет стоить три мешка опалов? – деловито, как умеют только гномы, поинтересовался Алый.

— Отборных опалов, — поправил собеседника Олег.

— Будут тебе опалы, — гном прикусил нижнюю губу, над чем-то судорожно размышляя, — слушай разреши мне воспользоваться вашим городским порталом. Я быстро, домой и обратно. Я знаю, что Виктор может организовать подобную штуку.

— Не я управляю городским порталом, — хладнокровно соврал Олег, — так что договаривайся с многоуважаемым Охрамом самостоятельно. Даст добро — валяй, нет — извиняй.

— Я знаю точно, что его сейчас нет в этом мире. Может быть, ты с ним свяжешься и поговоришь? – предложил Алый, — в конце концов, опалы тебе нужны.

— Ну, если ты подождёшь, годиков пятнадцать, то я обязательно с ним свяжусь, а так извини, — в своей издевательской манере повинился «ужасный», — сейчас на ту сторону мне хода нет.

— Ладно, попробую связаться с ним самостоятельно.

Не прощаясь, Алый поднялся из-за стола и направился прочь. Олег Евгеньевич некоторое время провожал «дорогого гостя» тяжёлым взглядом и когда тот скрылся из виду, махнул рукой одному из дежуривших неподалёку новых членов «Морских псов».

— Слушай сюда внимательно, — обратился Олег к одному из бывших членов бригады Таранкина, — нужно выйти из игры и связаться с Виктором.

— Чего передать? – бодро поинтересовался гоблин.

— Передай, что с Алого нужно последние портки содрать. Это всё, дальше Витек сам разберётся.

— Сейчас всё организуем, — гоблин даже отходить не стал, глаза его враз налились мутью, а фигура застыла.

— За что ты этого гнома так недолюбливаешь? – приземлившись на плечо, поинтересовалась Фэйфэй, — вроде, нормальный дядька.

— В том-то и дело, что вроде, — подала голос Архэя, — не верь своим глазам, маленькая, нет в топовых кланах нормальных разумных. Все скользкие твари, строящие из себя добрячков. Все они одним миром мазаны, почти как наш дорожайший патрон.

Осознание того, что данный конфликт не угаснет многодневным поеданием отвратительной по вкусу каши посетило бедовую головушку «великого и ужасного». Нет, Архэя никогда не забудет и уж тем более не простит подобного поступка, и размолвка с самой замечательной кухаркой в королевстве Оран была неизбежна.

Олег Евгеньевич демонстративно отодвинул от себя опостылевшую пресную кашу, поднялся со своего места и подошёл к входной двери. После, приоткрыв эту самую дверь, Командор бодро распорядился:

— Фиалка, иди сюда!

И не дожидаясь ответа «ужасный» вернулся на своё любимое место. Нотки недовольства проявились на личике своенравной прислужницы, но вслух эльфийка ничего выговаривать не стала.

— Архэя, сядь за стол, — чуть менее жёстким тоном потребовал Олег.

Кухарка сняла передник и подчинилась, хотя взгляд барышни не сулил ничего хорошего. Фиалка вышла на террасу, но когда увидела кухарку? замерла и потупила взор.

— Сядь, — Олег указал девушке на свободное место за столом, — нам нужно очень серьёзно поговорить.

Фея навернула кружек под потолком и приземлилась на плечо «ужасному». Видно было, что ей эта ситуация интересна до невозможности.

— Я тебя внимательно слушаю, дорого́й патрон, — тон кухарки был до необычайности мягок, вот только наш герой прекрасно знал, что от этой мягкости запросто может пойти кровь из ушей.

— Я хотел обсудить с тобой участь моей сотрудницы Фиалки, — начал непростой разговор Олег, — Архэюшка, милая, скажи, пожалуйста, что мне с ней делать?

— Выгнать к чертям собачьим, — мягким тоном безапелляционно ответила кухарка, — эта дрянь бросила моего внучатого племянника умирать одного в этой долбаной библиотеке. Она подговорила джина, чтоб тот напал на него.

— Там немного не так было, — деликатно постарался поправить кухарку Олег.

— Она подговорила джина! – добавила стали в голос кухарка.

Олег окинул взглядом бледную Фиалку:

— И не поспоришь, было такое.

— И это ещё не всё, — продолжила нагнетать кухарка, — те письма, которые вы мне передавали, были полны желчи. Эта тварь обвиняла меня в неумении готовить «Пашганскую телятину»! Видите ли, я не те специи использую! – принялась наливаться гневом кухарка, — это я-то не те специи использую! Да ты, дура, даже не знаешь с какой стороны к этой телятине подступиться! В книгах она рецепт прочла! Да я таких профурсеток…

Архэя недоговорила, но выражение эльфийского личика не внушало безопасности за дальнейшее существование. И без того смущённая Фиалка насупила брови и из глаз девицы покатились горькие слёзы.

— Не рыдай, профурсетка! Меня слезами не разжалобишь, — прохладно произнесла кухарка.

— Архэюшка, я кое-что тебе расскажу про эту профурсетку, а ты послушай минуточку, ладно? – крайне деликатно попросил Олег, — эта профурсетка посидела в полном одиночестве в северном крыле Ортранской библиотеки не одну сотню лет. И заметь, в полном одиночестве просидела. Ты ведь и сама привязана к нашему королевству, а теперь сузь пространство королевства до одной небольшой улочки.

— К чему ты мне это рассказываешь? – начала постепенно закипать кухарка.

— Хороший вопрос, — Олег поудобнее облокотился на спинку стула и продолжил, — Фиалка сотни лет никого не видела и тут ей прилетает сладкий пирожок в виде потрясающего мужчины, а по совместительству твоего внучатого племянника – Грюна. Да любая королева отдала бы за такого самца свою корону.

— Не смешно, — опасный блеск в глазах кухарки усилился.

— Фиалка начала жить с Грюном несмотря на все его чудачества, — продолжил излагать свою мысль «Великий и ужасный», — а до этих отношений она взяла с меня слово, что я освобожу её из этой прокля́той библиотеки.

— Не улавливаю связи, — наконец проявила лёгкие нотки заинтересованности кухарка.

— Всё просто, — тяжко вздохнул Олег, — Фиалка действительно полюбила Грюна. Но и на свободу ей очень сильно хотелось. А теперь попробуй представить себя на месте этой девицы в закрытой комнате. Твоему племяшу, когда он читает книги, ни до кого дела нет. А вам бабам подавай внимание, причём не как-то порционно, а всё сразу и без остатка. Вот и подумай, каково это — оказаться в компании сладкоежки в магазине полном конфет. Отсюда и злость, и нервные срывы. А письма гневные – это в большей степени ревность. Я тебе всё не рассказывал, не хотел, чтоб ты нервничала, но у них давно уже там не всё в порядке было. То и дело, ссоры, споры, скандалы. Но это всё дело молодое. Они там вдвоём меж собой должны были разобраться.

— А как ты оправдаешь бегство с джином? – словно въедливый прокурор потребовала ответа кухарка.

— Так, я я ж тебе уже сказал, — продолжил разъяснения Олег, — довёл её Грюн до ручки. Она с ним о серьёзном, а тот в книги свои упрётся и отмалчивается. Тут бы любая баба психанула, а тут я ещё, как назло, Генку в эту библиотеку затащил, ну и получилось как получилось. Генка-то по сути тоже не виноват. Если бы Грюн не кинулся на него первым, там ничего бы и не было, а так просто в морду получил. Понимаю, что больно, неприятно. Ну тут уж кто сильнее.

Слова коварного авантюриста возымели действие, и глубокое размышление проявилось на смазливом личике кухарки.

— Подумаешь, племяшу твоему нос расквасили, обычное дело, — продолжил жечь глаголом «ужасный», — ты вон, вообще недавно Генке в череп кухонный нож по рукоять загнала. А он, между прочим, даже не обиделся на тебя. Для мужиков разборки – дело житейское. Ну и, чтоб ты понимала, я твоего племянничка вытащил из библиотеки по просьбе Фиалки. Она прекрасно знала, что её ждёт после возвращения Грюна, и всё равно упрашивала меня вернуть его. Вот ты ей тихий ад устроила, а девка-то Грюна всё равно любит. Переживает.

Словесные конструкции Олег Евгеньевич городил прозой совершенно в них не веря, вот только чутьё в очередной раз не подвело, и Фиалку, что называется, захлестнули чувства. Девицу словно прорвало, и та утонула в слезах и истерических признаниях. Под конец бывшая пленница закрытого крыла библиотеки вообще уронила голову на руки, и зарыдала взахлёб. Нервы Фиалки не выдержали колоссальной напряги. Дрогнула и эмоциональная твердыня кухарки. Архэя чисто по-женски почувствовала тяжкой доле несчастной.

— Да ну вас всех к чёрту! – всхлипывая причитала Фиалка, — плевать! Уйду к джинам, там жутко да и пофиг!

Кухарка тяжёлым взглядом окинула фигуру авантюриста, после поднялась со своего места, прошлась до шкавчику летней кухни и достала початую бутылку молодого красного и пару стаканов. Затем эльфийка столь же неспешно вернулась на своё прежнее место, поставила перед рыдающей пустой стакан и налила его всклянь.

— Посмотри на меня! – всё ещё со злостью, но уже не такой выраженной потребовала кухарка и Фиалка подчинилась.

Девушка убрала руки от лица, но нервно всхлипывать так и не перестала.

— Пей, — решительно потребовала кухарка и Фиалка трясущимися руками взяла стакан.

Бывшая библиотекарша осушила стакан молодого кислого вина́ махом, словно там была налита вода:

— Полегчало?

Фиалка помотала головой, и кухарка налила ещё один стакан. На глазах у Олега Евгеньевича сейчас происходило нечто непонятное. Что-то сугубо личное, откровенно женское и нутро подсказывало, что лезть сейчас в этот процесс крайне опасно и совсем неправильно. А меж тем Фиалке налили ещё один стакан, и кухарка вновь потребовала, чтоб бывшая библиотекарша его выпила. Та подчинилась.

— Легче стало, — с прохладой в голосе поинтересовалась Архэя.

Фиалка по-прежнему, шмыгая носиком, кивнула.

— Хорошо, — уже более мягко произнесла кухарка и налила уже два стакана вина́.

— Жизнь налаживается, — «Ужасный» внимательно оглядел наполненную до краёв посуду.

— Дорого́й патрон, — строгим тоном начала кухарка, — не мог бы ты свалить куда-нибудь погулять?

В слова кухарки не было и самой малой толики положенного почтения, и просьба прозвучала в большей степени, как приказ.

— А мне её потом по кусочкам собирать не придётся? – настороженно поинтересовался Олег.

— Ты, видимо, хочешь жрать эту кашу до конца своих дней? — тоном, не терпящим возражений, вопросом на вопрос ответила кухарка.

За Фиалку было самую малость боязно, но почему-то уверенность, что бывшая библиотекарша выживет, надёжно укоренилось в сознании. Олег Евгеньевич поднялся со своего места, сгрёб в охапку малую и без промедления покинул не такую уж и уютную территорию летней кухни. Впрочем, холл гостиничного комплекса «Бригантина» ровно также не мог похвастаться гостеприимством. Тут с весьма кислой миной за стойкой администратора находился недавно вернувшийся Грюн. Правда, этот работник гостиницы в большей степени злился на Командора за то, что некогда привычное место было во время отсутствия беспардонно отдано «этой суке». По возвращении перед нашим героем встала ещё одна непростая дилемма, место Грюна было занят Фиалкой, и дабы не пороть горячку Олег принял Соломоново решение. Бывшие любовники должны были работать по очереди, вот только Грюн напрочь игнорировал этот приказ и когда не работал в свою смену, предпочитал сидеть на диванчике перед стойкой ресепшена. Исключительно виноватым в своих бедах бывший узник библиотеки Олега не считал, но каверзы со сменами прощать патрону не собирался. Мстил коридорный своеобразно, он игнорировал любые вопросы Олега Евгеньевича, предпочитая общаться исключительно по делу.

— Кажется, сейчас там будет трындец, — прокомментировал «ужасный», глядя за спину.

— Да, жалко Фию, — согласилась с мнением Командора малая.

— Хм... — сварливо донеслось от стойки администратора.

— И тебе привет, Грюн, — Олег, наконец, отвернулся от двери, — ну что, малая, ты, кажется, что-то мне показать хотела.

— Ах да, точно! — обрадованно вспомнила фея, — пойдём скорее ко мне в комнату, ты должен это видеть!

Фэйфэй шустрой пчёлкой взметнулась на второй этаж, Олег неспешно поплёлся следом. Ожидать от подручной можно было всё что угодно, «Великий и ужасный» не удивился бы и портативному ядерному взрывному устройству собранном на коленке из стеблей и цветочной росы, вот только увиденное самую малость расстроило. Пол в комнатке феи был завален горками медных монет самого незначительного наминала. Изредка проглядывали и серебряные монетки, а вот золота в этой куче видно не было.

— Откуда такое богатство? — подвинув медные кругляши подальше от входа носком ботинка, поинтересовался наш герой.

— Благословения, — довольно похвасталась малая, — я по началу всех бесплатно благословляла. Работяги прям валом пёрли. А потом кто-то из них додумался кинуть мне медяк. Потом ещё кто-то кинул. Ну а дальше это стало нормой. Я честно никого об этом не просила, они сами мне монетки давать стали. Я их даже домой брать поначалу не хотела, меня Виктор заставил, сказал, что если самой деньги не нужны, то их можно на доброе дело потратить.

— Доброе дело, — задумчиво повторил «ужасный».

— Точно, — радостно согласилась фея, — я долго думала и хочу, чтоб ты на все эти деньги купил фэйри на невольничих рынках.

— Здорово придумано, — оценил масштаб затеи Олег, — ты же в курсе, что некоторые нехорошие разумные рассказывают про меня и про твоих собратьев?

— Ну мы же с тобой знаем, что это все трындёжь, — Фэйфэй уставилась на авантюриста огромными просто-таки умоляющими глазами.

— Мы знаем, а вот остальные нет, — подвёл итог Олег, — или ты хочешь окончательно похоронить остатки моего достоинства?

— Ты обещал мне помогать, — насупилась фея, — я тебе всегда помогала, а ты...

— Успокойся малая, — поспешил привести в чувство подопечную наш герой, — я же не сказал, нет. Я обязательно выкуплю тебе пару десятков твоих собратьев.

— Нет, пару десятков мне не подойдёт, — заявила Фэйфэй, — мне нужно много пиксий. Сотни или даже тысячи. Я хочу, чтоб пиксии свободно жили в этом королевстве, не опасаясь быть пойманными какими-нибудь охотниками. Я хочу, чтоб ты поговорил с Блупиком. Я хочу, чтоб феи здесь жили ровно так же свободно, как джины и лепреконы.

— Офигеть ты озадачила, — Олег Евгеньевич глядел на свою подопечную новым оценивающим взглядом.

Нет, раньше Олег видел в деле рой пиксий, как они ловко стаей множили потенциал опасных тварей на ноль. Но тогда малая была королевой и её безгранично уважали, зато сейчас на неё ровным счётом никто из сородичей не обращал внимания, а Пиратка так и вообще, в спину плюнуть могла. Не было сейчас у малой того авторитета, что имелся раньше. Вот только и отказывать Олег Евгеньевич не торопился.

— Малая, прямо сейчас у меня нет времени заниматься скупкой пиксей, но при первой же возможности я обязательно выполню твою просьбу, — пообещал Олег, — с новым королём я поговорю, я так думаю, Блупик не откажет в твоей маленькой просьбе. А ещё с этой горой мелочи нужно что-нибудь придумать. Я, наверное, попрошу Юма, чтоб он тебе личный сберегательный счёт в нашем банке открыл. Так что впредь, таскай ему всю мелочь.

Фея радостно взвизгнула и, навернув круг под потолком, прильнула к щеке «ужасного»:

— Спасибо Олежка! Очуметь! У меня теперь будет свой счёт в банке!

— Держись меня и всё у тебя будет.

Далее задерживаться в гостинице наш герой не стал, потому как в безопасности он себя не чувствовал. Нет, разумеется, и город, что сейчас строился был небезопасным местом, на его улицах вполне могли поджидать засланные многочисленными «друзьями» убийцы, но дома сейчас было страшней. Сам же приморский город уже в большинстве своём вырос до крыш и сейчас на центральной улице работяги в большей степени суетились с внешней отделкой домов. Наряду с местными, на стройках молодого королевства трудились и вновь прибывшие граждане. Лепреконы работали бок о бок с коренными жителями и болотными упиями и никто никого не стремился поймать или убить. Представители различных видов слаженно делали своё дело. В общем – идиллия. С больши́м удивлением Олег отметил для себя всеобщее отношение к собственной персоне, наш герой как-то умудрился выпасть из фокуса общего внимания, не все местные, что жили здесь раньше, были хорошо знакомы со всемирно известным авантюристом, а уж пришлые и вовсе слышали о легендарном Командоре по большей части пересказанные байки, зато малявку Фэйфэй узнавали везде. Все ей были рады и всё же без промедления получали от неё благословения. Широкую улицу давно вымостили камнем, магазинчики с витринами призывали клиентов широко открытыми дверьми. Вернули к жизни и некогда разгромленный пирс, он был готов не на все сто процентов, работы ещё велись, но несколько кораблей уже были пришвартованы и с них полным ходом шла разгрузка. Финальной точкой своего небольшого путешествия наш герой избрал центральную площадь. Именно на ней находились стационарный портал, фонтан с памятником посвящённым Его Величеству Булупику Шкоде-Объединителю и самое главное, возводимое по спецпроекту здание «Клевер банка». Каменные стены три метра высотой имели приличный запас по толщине, и должны были служить надёжнейшей защитой от разных непорядочных негодяев, обожающих чужие деньги.

— Впечатляет? — отвлёк от созерцания инженер, — блоки - метровый гранит, ни какой магией не прошибёшь. Доставка обошлась дороговато, но здание выйдет на загляденье.

— Как только закончишь строительство, обязательно оценю, — Олег кинул беглый взгляд на стражников, что несли дежурство у входа на строительный объект и, понизив голос, продолжил, — а что там с подвалом?

— Всё отлично, — Коперник тоже понизил тон, — за основу я взял фундамент когда-то стоявшего тут храма. Я отыскал чертежи в бумагах графа Олбани. Правда, кому был посвящён храм в этих бумагах, указанно не было. Ваш банк, кстати, будет точной копией того храма, — довольно похвастался инженер.

— Да уж, каждый в храм приходит за своим, — философски прокомментировал Олег, — кто за верой, кто за советом, а в мой храм будут ходить за деньгами.

— А я знаю, кому принадлежал этот храм, — довольно похвасталась Фэйфэй.

— Вот и помалкивай в тряпочку, — без какой-либо тени на намёк произнёс Олег, — незачем Копернику знать, кому было посвящено это сооружение.

Малая самую малость опешила, но говорить ничего не стала.

— Ладно, не будем зацикливаться на прошлом владельце, лучше расскажи мне, Коперник, что там с подвалом и хранилищем?

— Так, всё как и планировалось, — спохватился инженер, — сейфовую дверь три дня назад привезли пираты на корабле. Вход в подзе… Э, в хранилище, — поправил себя Коперник, — мы уже перекрыли. Господин Юм установил какие-то особые охранные артефакты. Так что нулевой этаж почти готов. Осталась финальная отделка. Если желаете, можно посмотреть.

— Пока не желаю, — не хотелось «ужасному» в такой прекрасный день лезть в подвал и уж тем более в подземелье, — подожду когда вы закончите свою работу. Ладно, Коперник, был рад с тобой повидаться.

— Подождите, — инженер воровато глянул на стражей и взглядом попросил патрона отойти в сторонку.

Видимо, инженер опасался стражей или информация, которую желал рассказать подчинённый, была не для общих ушей.

— Тут такое дело, Олег Евгеньевич, — осторожно начал инженер, — вы же помните нашу с вами договорённость, ну про завышение цен. О том, чтоб я завышал стоимость строительных товаров в смете. Так вот, до недавних пор всё шло хорошо. Но после того как король сменился, меня отодвинули от закупок материала. Его Величество посмотрел сметы, очень сильно поругался с господином Юмом и назначил кого-то из своих родственников на должность ревизионера. Теперь я могу приобретать материалы исключительно с одобрения этого самого проверяющего.

— Не было у бабы печали, купила баба порося, — скрипнув зубами, произнёс «ужасный».

Вся чутко выстроенная схема ранее держалась на алчности бывших местечковых элитариев. Зато теперь у штурвала королевства стояли новые хозяева, Блупик и его четыре жены. У этих жён были отцы со своими, безусловно, многозначащими мнениями, дяди, тёти и прочие многочисленные родственники и вся эта свора старательно, всей тушкой, старалась влезть в дела молодого королевства. Тут у каждой твари был собственный интерес и каждая тварь старательно навязывала собственное мнение молодому королю. Самое печальное, что молодой король поддавался влиянию своей родни и доказательством этому служил памятник Великому Блупику-Объединителю. Громада памятника совсем недавно закрывала своей тенью жалкую статую героического победителя дракона, но это было ещё совсем недавно, сегодня же от статуи победителя дракона не осталось и следа. Народу в королевстве сильно прибавилось и голоса местных жителей растворились в общей массе. А общая масса была знакома с великим авантюристом опосредована. О потери статуи самому себе Олег Евгеньевич не скорбел, ну не нравился ему этот памятник, его больше печалила податливость молодого короля. Нет, разумеется, Блупик помнил благодаря кому он стал королём, лепрекон понимал, что сейчас во многом зависел от авантюриста, его банка и верных командору бойцов. К тому же странный портал и многочисленные магические защитные сооружения были добыты Командором и работали защищая королевство, исключительно пока этого желал этот, без сомнения, опасный человек. Так что пока приходилось прислушиваться, кивать и, само собой, соглашаться. Вот только когда «ужасный» исчезал с глаз, назойливые родственники присаживались на уши и начинался галдёж. Именно благодаря этим самым родственничкам сейчас время от времени появлялись дипломатические представители топовых кланов в особныке Его Величиства. Супруги и родня время от времени приглашали представителей топов для разного рода бесед в частности и налаживанию отношений с великим императором Ауном в общем. Эти самые дипломатические представители сильно нервировали Виктора, но поделать с ними ничего было нельзя, высокая политика, мать её. Самое поганое, что этим самым топам без затей показывали все стратегически важные места молодого королевства.

— Глянь-ка, памятник тебе куда-то дели, — изумлённо нарушила тишину размышлений Фэйфэй.

— Статуя сейчас в подвале, — ответил на незаданный вопрос Коперник, — Его Величество изволил выпустить декрет о подвигах, памятниках и героических картинах. Я понимаю, вам, наверное, неприятно, но согласно декрету, запрещено устанавливать статуи малозначащим героям на общественных площадях. Подобной чести достойны исключительно короли и боги.

— Да к чертям этот памятник! – повысил голос Олег, — какого чёрта этот недомерок влез в мои схемы?

Собственно, именно с этим вопросом наш герой отправился на аудиенцию к молодому королю.

В отличие от здания банка загородная усадиба бывшего хозяина этих земель была приведена в довольно достойный вид. Ворота были поправлены и у них несла службу местная стража. Покой молодого короля охраняли два обряженных в латные кольчуги орка. Самое смешное, что эти орки совсем недавно камень обтёсывали и о воинских обязанностях не имели особого представления. Олег Евгеньевич, полный решимости, собрался было пройти, но парочка стеной встала перед «ужасный».

— Нельзя, Командор, — залопотал один из стражей, — не велено пускать к Его Величеству. Король соизволит обсуждать важные дела с послами.

— Почему одеты не по форме! – в ответ зло рявкнул наш герой и парочка нервно отступила, — где головные уборы! ПОЧЕМУ ОРУЖИЕ В ТАКОМ УБОГОМ ВИДЕ! Да я вас живо в каменоломнях сгною! Вы у меня будете каменные блоки деревянной ложкой точить!

Выглядел в этот момент Олег Евгеньевич настолько злобным, что у стражников коленки затряслись.

Большего веса словам нашего героя предал неожиданно материализовавшийся за спиной джин. Генка всё время следил за приятелем глазами своего любимца, но появляться не торопился, а вот сейчас ему, видимо, стало до крайности интересно.

— Почему стоим, как на параде, служивые! – как в старые добрые, тоном прожжённого инструктора выдал Генка, — какого, ;№»Я, ГОЛОВНЫЕ УБОРЫ НА ЗЕМЛЕ ВАЛЯЮТСЯ!

— Мы… мы того, — нервно принялся причитать один из стражей.

— Чего, млядь, того?! – ещё пуще принялся орать джин, — упал, отжался!

Самое интересное, что упали отжиматься трое, два гоблина и Олег Евгеньевич. Вбитые на уровне подкорки рефлексы неожиданно сработали, и наш герой непроизвольно вернулся в не такое уж и далёкое прошлое.

Малая приземлилась на траву, перед самым носом отжимающегося Командора и удивлённо поинтересовалась:

— Олег, ты чего?

— Ничего, — поднялся на ноги и отряхнулся «великий и ужасный».

— Дрессура – дело великое, — довольно прокомментировал Татарин.

— Пожалуй, попрошу Архэю прикончить тебя ещё пару раз, — недовольно произнёс Олег и двинулся к входу в усадьбу.

— Какие мы впечатлительны, — самодовольно произнёс Генка и двинулся следом.

Как и ожидалось легко пройти в саму усадьбу, не получилось, у входа парочку остановила хорошо вооружённая группа лепреконов. Поганцев в качестве бойцов никто никогда не видел, их стезёй были в основной своей массе мелкие и не очень подлянки и филигранное сверкание пятками, но с приобретением короля и королевства эта тенденция потерпела поразительную метаморфозу и встречать незваных гостей вышли мелкие латники с полутораметровыми дротиками. Такая себе преграда для джинна, но и нагнетать «Великий и ужасный» не стремился.

— Остановитесь! – писклявым голоском потребовал глава королевской стражи.

И самое поразительное, что Олег Евгеньевич и в самом деле остановился.

— Командор, мы знаем в каких вы отношениях с Его Величеством, но сейчас Блупик-Объединитель не готов с вами говорить! – продолжил декларировать писклявый, — чтобы попасть на приём к королю, нужно заранее запросить разрешение на аудиенцию, и только потом ваша просьба будет рассмотрена. Попытка проникнуть в особняк будет рассматриваться, как акт агрессии!

— Агрессии! – самодовольно повторил джинн, — где ты, мой мелкий друг, видел агрессию с нашей стороны. Может, я разнёс эту халупу! Или перебил всё ваше мелкое братство? Может быть, я натравил на вас своё несметное полчище джиннов? Вроде нет. Так, где ты увидел тут агрессию!? – слегка повысил голос Татарин.

Слова не прозвучали громко, но на коротышек они произвели впечатление. Стражники непроизвольно сделали шаг назад.

— Вы, неблагодарные мелкие скоты, хотите, чтоб я показал вам, как выглядит агрессия или мы, всё-таки, пройдём к Его пока ещё живому Величеству?

— Не… нельзя, — едва справился с нервозом писклявый, — король в данный момент принимает важных гостей и не велел его беспокоить.

— Мелкий, неблагодарный поганец! — без какого-либо стеснения высказал своё мнение джинн, — мы тут, значит, жилы рвём, спасаем его многострадальный народ, отстраиваем город, защищаем его, а этот неблагодарный кусок…

— Уходим, — обрубил на полуслове Олег готового взорваться Татарина, — нет смысла рассказывать этим славным войнам, то что и так всем понятно. А вы, господа, по случаю передайте Его Величеству, что к нему в гости заходил его друг Командор.

Неизвестно к чему готовились лепреконы, но после озвученных слов им сразу стало как-то легче.

Олег Евгеньевич молча развернулся и направился прочь от усадьбы. Генка ещё несколько секунд пристально следил за стражниками, а после последовал примеру приятеля.

— Ерунда какая-то творится, — когда Олег и Татарин оказались за забором, наконец, произнесла Фэйфэй, — какого фига они тебя внутрь не пустили? Ты же дружишь с Блупиком!

— Малая, можешь подняться повыше и отыскать Юма, — попросил Олег, — отыщи его и попроси навестить меня в гостинице.

— Ладно, — немного растерянно согласилась фея, и свечкой взмыла в небеса.

— Генка, нам бы в эту усадебку одного из твоих шмеликов загнать, — Олег Евгеньевич двигался по направлению к пребрежной улице, не сбавляя шаг, — нужно понять, кто даёт такие мудрые советы нашему дорогому королю.

— Так, я уже, — довольно отчитался Татарин, — у меня красноголовый там. А общается его дибильчество с казначеями «Молотов». Они ему как раз сейчас открывают глаза на твои мутные схемы в строительстве.

Собраться в этот вечер за любимым столиком у Олега, так и не вышло, на то были несколько причин. Первой и основной послужила папойка опасной кухарки и как бы ни казалось удивительным Фиалки. Эти две эльфийки к моменту возвращения ужасного с прогулки осушили уже третью бутылку и основательно принялись за четвертую. Самое занимательное, что на сей раз кухарка не отчитывала бывшую узницу библиотеки, сейчас под раздачу попал любимый внучатый племянник. Две изрядно пьяные бабёнки уже успели сродниться душами, поплакаться друг другу в жилетки, даже простить друг друга успели и сейчас отчитывали беднягу Грюна за скотское отношение к такой замечательной девушке. Олег буквально на мгновение выглянул на террасу и в глазах бедняги коридорного всплыла надежда на спасение, вот только «Великий и ужасный» верно оценил ситуацию и почти мгновенно скрылся из виду. Сейчас в этой «бойне» он участвовать не собирался. Генка в гостиницу и вовсе соваться не собирался, потому как, лишаться ещё одной жизни не имелось никакого желания. Вместо, сурового джина рядом с «ужасным» кружил один из шершней. Секретное собрание влиятельных персон молодого королевства, в виду непреодолимой силы обстоятельств решено было проводить в комнатке Командора. На самом сборище присутствовали: Фарас, Инженер, почтенный дядюшка Юм и, само собой, «великий и ужасный».

— О чём говорить будем, Олег Евгеньевич? – орк осторожно присел на один из стульев и поставил на колени стопку каких-то бумаг, — если ты желаешь поговорить за потраченные средства, то вот тут у меня все документы имеются. Все как положенно, расписочка к расписочке.

— Да причём тут расписки, — Командор прикрыл дверь, прошёлся по комнате и уселся на свою кровать.

— Тогда непонятно, зачем вы собрали нас именно в таком составе? — скромно подал голос Коперник.

— Всё просто, — выдохнув продолжил просветительскую деятельность «ужасный», — наш дорого́й и всеми любимый король лепрекон попал под чужое, тлетворное влияние. Некие нехорошие лица посоветовали ему сменить управленческий персонал на ряде стратегически важных для нас направлений. Так вот, господа, нам сейчас нужно продумать и проработать тактику минимального ущерба. Нам нужно подумать, каким образом мы вернём рычаги управления в наши руки.

Мозговой штурм продлился довольно долго, и ответственные лица разошлись уже ближе к утру, было предложено множество вариантов, от самых простых до довольно изощрённых включающих в себя похищение и пытки, благо, последнее слово оставалось за «ужасным» и пока жизни молодого короля особо ничего не угрожало.

Новый день встретил нашего героя дождём, Олег Евгеньевич приоткрыл глаза и отметил, что за окном капли дождя тарабанят по подоконнику, а карманный хронограф подсказал, что на дворе стоит вторая половина дня. «Великий и ужасный» Командор, разом поднялся со своей кровати и бодрой походкой направился приводить себя в порядок. Мыльно-рыльные процедуры, чистка перий и несколько естественных гигиенических процедур и Олег Евгеньевич покинул свою комнату. Ритуал начала дня был соблюдён и теперь нужно было покушать. С одной стороны, кушать ту безвкусную бурду, что Архэя обозвала «целительной кашей» очень не хотелось, а вот с другой – желудок нужно был набить хоть чем-нибудь, и эта самая каша на роль чего-нибудь тоже подходила. «Ужасный» запер за собой дверь, выдохнул и довольно шустро спустился по лестнице в холл первого этажа. Идиллическая картинка немного сбила с толку нашего героя, Фиа в форме администратора стояла за дежурной стойкой. Девица вчера на эмоциях накушалась в компании кухарки и сегодня наш герой не ожидал её встретить. Но трезвая служка гостиницы была не столь удивительна, по крайней мере сама по себе, Грюн – её бывший воздыхатель, словно ни в чём не бывало, сидел в том же самом холле, на гостиничном диванчике и словно ни в чём не бывало, читал какую-то книгу. Олег Евгеньевич ненадолго остановил свой стремительный ход, внимательно окинул заинтересованным взором парочку и не произнеся ни слова, вышел прочь на террасу. Благо тут народу было меньше. Полосатик поприветствовал подлейшего своей коронной улыбкой, да и кухарка пробурчала нечто невнятное, стоя у плиты.

— И тебе не хворать, душа моя! – радостно ответил на невнятный бубнёж Олег, — не правда ли, сегодня прекрасный день!

В ответ кухарка осторожно коснулась явно больной головы. Видимо, вчера парочка эльфиек недурственно погудели, хотя по Фиалке этого заметно не было.

— Душа моя, — продолжил лёгкие издевательства Олег, — мне, пожалуйста, тарелочку вашей фирменной каши. Хотелось бы в случае нечаянной гибели хотя бы не сожалеть о потерянной жизни. Ну или когда меня будут пытать, я буду вспоминать этот божественный вкус и радоваться, что осталось не так уж и долго страдать.

Архэя выдала какой-то неясный сварливый звук и, проделав недолгий путь, поставила перед ужасным сочную ароматную отбивную. Шутки шутками, но такого результата «ужасный» не ожидал, собственно в состоянии тихого офигивания прибывал и Полосатик, который за последнюю неделю привык получать предназначавшееся коварному вкуснейшее мясо.

Кухарка положила рядом с отбивной столовые приборы и без приглашения уселась на против, прикрыв глаза.

— С чего вдруг? — не удержался Олег от вопроса, — скажи честно, милая, ты при смерти?

— Точно, — не открывая глаз согласилась кухарка, — с самого утра помираю.

— Может малую позвать, — Олег поднялся со своего места и собрался было направиться в гостиницу.

— Да сядь ты на место, — нервозно потребовала кухарка, — это обычное похмелье, я уже приняла снадобье, скоро всё пройдёт.

Олег Евгеньевич вернулся за стол, взял столовые приборы и приступил к трапезе, наслаждаясь каждым кусочком.

— Так с чего такая доброта́? — дожевав очередной кусок, поинтересовался Олег.

— Я была самую малость неправа, — наконец сподобилась ответить эльфийка, — Грюн и Фиа сами должны были разобраться в своих делах. Не пойми меня неправильно, Грюн — он мой внучатый племянник, он моя кровь и я всегда за него, но конкретно в той ситуации он повёл себя словно бесчувственный чурбан. Через это он и поимел неприятности, к тому же, как я поняла, это именно Фиалка заставила тебя вытащить моего недотёпу из закрытого отделения библиотеки.

— Заставила, — подтвердил Олег.

— Знаешь, патрон, а я ведь уйти от тебя хотела, — призналась кухарка, — мне работу и жёны Блупика предлагали и этот бородатый недомерок Алый и даже Матильда.

— Я знаю, — честно ответил Олег, — потому и кушал твою замечательную кашу.

— Умный ты мужик, Евгеньич, — утомлённо похвалила патрона кухарка, — а ведь мог бы сразу мне всё объяснить и не было бы всех этих проблем.

— Не мог, — спокойно ответил Олег, — ты была слишком зла. Ты бы меня сразу даже слушать не стала. Тебя нужно было немного помариновать. Как эту твою телятину.

— Возможно, ты и прав, — после недолгих размышлений согласилась Архэя.

— Так чего ты там решила со своим переходом к новым работодателям? — задал провокационный вопрос Командор, — кому повезёт, Его Королевскому величию или бородачу Алому?

— Хрен им мелконатертый под самый нос, — борясь с лёгким приступом мигрени, ответила кухарка, — ты знаешь, Олег Евгеньевич, может, ты и в самом деле позовёшь малую, а то голова сейчас на куски развалится.

В процессе излечений кухарки Олег Евгеньевич отказался участвовать наотрез. Наш герой пригласил на террасу свою подопечную, а сам направился в холл гостиницы. Желание прогуляться по приморскому городку напрочь отбивал неприятный дождик. И подобрав со столика образчик популярной прессы, «великий и ужасный» погрузился в ознакомление с последними новостями. В мире творилось чёрт-те чего и полистав для приличия «Вестник другого мира» Олег Евгеньтевич вернул издание обратно на стол.

— Грюн, ты читал последние новости? — словно ни в чём не бывало, поинтересовался наш герой у дежурного администратора.

— Читал, — недовольно пробурчал коридорный, — весь этот мир сума сходит. Ну а в целом ничего не изменилось.

— А с Фиалкой ты померился? — постарался развить наметившийся диалог Командор.

— А это не ваше дело, — с лёгкими нотками обиды, огрызнулся Грюн, — какого чёрта вы вообще в это влезли? Из-за вас мне вчера тётушка такую головомойку устроила!

— И поделом тебе, — наставительно произнёс Олег, — это тебе за то, что втягиваешь непричастных к своим семейным скандалам.

— Это вы-то непричастный! — начал закипать коридорный, — да если бы не вы...

— Если бы не я, ты бы не испытал тех сердечных томлений, — оборвал «ужасный» на полуслове своего работника, — если бы ни я, ты бы никогда не попал в закрытое крыло Ортранской библиотеки, и если бы не твоя благоверная, ты бы подох в тех стенах от жажды и голода. Это она требовала, чтоб я тебе таскал вино и еду. И это она заставила меня вытащить твою тощую задницу из этой долбанной библиотеки, хотя знала, чем для неё это закончится! И если ты со мной не хочешь окончательно поссориться, то тогда...

А вот что «тогда» Олег Евгеньевич так и не смог произнести, потому как его бесцеремонно прервали королевские стражи. Пятёрка разряженных в латы лепреконов бесцеремонно ввалилась в холл бригантины, шестым в этой компании был тот самый начальник стражи с писклявым голосом.

— Командор, нами было доложенное Его Величеству Королю-Объединителю о вашем недостойном поведении и об угрозах уничтожения в наш адрес со стороны вашего джинна! — принялся писклявым голосом декларировать начальник стражи, — Его Величество согласился, что это недозволительно!

— И чего дальше? — самую малость удивлённо поинтересовался Олег у стражников, — вы никак меня арестовать собрались?

— Никак нет, — немного сбавил в пафосе писклявый, — Его Величество милостиво пригласил вас на аудиенцию. Кажется, вы сегодня хотели с ним поговорить.

— Перехотел, — прохладно ответил «ужасный», — передай Его Величеству, чтоб он катился в пешее эротическое густым лесом. Прям так ему и передай.

— Это оскорбительно! — заверещал глава стражи, — хамить королю это...

Глава королевской стражи даже физиономией запунцовил.

— Я к твоему королю на приём не записывался! — повысил голос Олег, — я сегодня пришёл к нему как к старинному другу! А он меня даже на порог не стал пускать! Переговоры у него, видите ли! Так вот, плевать мне и на вас и на вашего короля! Так, ему и передай, если ему нужно со мной поговорить, пускай сам ко мне приходит! Благо, ко мне заранее записываться не нужно! А теперь пошли отсюда вон, пока я вас не уничтожил!

— Но, как же приказ... — виновато замямлил начальник стражи.

— Вон! — командирским тоном рявкнул ужасный, и лепреконов словно ветром сдуло.

Олег Евгеньевич не то чтобы злился на Блупика, но поведение молодого короля вызывало лёгкие опасения. Вместо того чтобы прийти самому, Блупик по чьему-то научению прислал стражников. Так себе вышло предложеньице, да к тому же не хотелось в пылу эмоций отправить в мир иной добрую половину королевского семейства. Тут нужно было выдержать паузу.

Незваные гости исчезли из холла «Бригантины», а Олег Евгеньевич ещё какое-то молча смотрел на дверь.

— Командор, с вами всё нормально? — отвлёк Олега от созерцания угрюмый голос Грюна.

— Нормально, — ответил «ужасный», — а теперь давай вернёмся к нашему прерванному разговору. Грюн, тебе есть что сказать?

— Пожалуй, я промолчу, — коридорный отвернулся в сторону, демонстрируя таким образом своё недовольство.

— Вот и прекрасно.

Встреча с дорогим другом Блупиком произошла этим же вечером. Видимо, стражи наговорили молодому королю много разного. И уже ближе к ночи его Величество Блупик-Объединитель самостоятельно посетил гостиничный комплекс «Бригантина». Олег Евгеньевич соизволил созерцать первые звёзды над морской гладью и потягивать свежезаваренный кофе, когда на террасе объявились молодой король и его верные стражники. «Ужасный» встретил приятеля молча, он словно не заметил незваных гостей. Стражи водрузили на стул специальную подставку для его Величества, а после подсадили королевскую особу и ушли с террасы.

— Кофием балуешься? — неловко поинтересовался Блупик, нарушив затянувшееся молчание.

Олег промолчал, смерив гостя довольно холодным взглядом.

— А мне вот не нравится этот напиток, — продолжил неловкий монолог король, — горький он и пахнет странно. Да и бодрящий эффект от него весьма сомнительный.

— Сам ты сомнительный, Клёст, — наконец ответил Командор, — мутный, бестолковый и сомнительный. Ты, мой юный друг, совсем забыл, кто тебе всё это время помогал, кто тебя поддерживал и вёл к власти. Ты, Блупик, зазнался, теперь, чтоб попасть к тебе на приём, мне нужно за две недели записываться.

— Я король, я себе не принадлежу, у меня много дел и много встреч, — попытался оправдаться лепрекон.

— Знаю я твои дела и встречи, вот только друзей забывать не стоит. Я и твой дядюшка — вот твои настоящие друзья, — немного повысил голос Олег.

— А не вы ли с дядюшкой вчера ночью обсуждали моё устранение! — показал Блупик свою осведомлённость, — или ты думаешь, я не знаю о вашем небольшом ночном собрании? Да мне доложили о каждом сказанном на этом собрании слове! Я не ожидал от вас такой подлости!

— Подлости!? — возмутился «ужасный», — если бы я хотел тебя убить, ты бы был уже мёртв! Ни ты не твои стражники для меня не соперники. Да можно было бы попросту Генку не сдерживать, чтоб он раскатал всё твоё королевское семейство тонким блином! Но ты до сих пор жив, Клёст! А жив ты потому, что я считаю тебя своим другом, потому что я крепко дружу с твоим дядюшкой, который тебя безгранично любит! И если бы в твоей бестолковой башке были бы мозги, ты бы это сам давно понял! И да, вчера по пьяни кто-то предложил тебя устранить физически, но мы с Юмом даже прислушиваться к этому предложению не стали! Я не собираюсь марать свои руки твоей кровью! Мы с тобой слишком многое пережили вместе, я тебя братом считал!

— Вся ваша забота выражается в попытке ограбить моё королевство! — выдал молодой король следующее обвинение, — мне всё разъяснили и по стоимости закупок, которые твои ставленники завышают в три — четыре раза! И про оплату доставки кораблями пиратского братства! Где это видано, чтоб доставка была сопоставима по стоимости с товаром! вы с дядюшкой по локоть засунули свои грязные руки в мои карманы!

— Твои карманы — это построенный мной и Юмом банк, — сквозь зубы выдал Олег, — а твоё королевство строится за счёт субсидий «Клевер банка». Ты хоть представляешь, чего нам с Юмом стоило договориться с бывшими хозяевами Орана о восстановлении этого портового города! Мы специально обложили местных такими ценами попросту потому, что у нас не хватало денег! — принялся медленно закипать Олег, — согласно договору мы с Юмом должны вложить в строительство города сто миллионов золотых. Скажи Блупик, ты всерьёз думаешь, что у нас с твоим дядюшкой в самом деле имеются такие средства?

Отвечать Его Величество не стал, потому как в такие подробности молодой король не вдавался.

— Мы с твоим дядюшкой каждую медную монетку кроим, пускаем её в оборот по два — три раза, чтоб выполнить свой социальный долг, а ты слушаешь различных идиотов, а после вставляешь нам палки в колёса! — продолжил нагнетать «ужасный», — ты хоть понимаешь, что если мы не выполним взятые на себя обязательства, то и все труды и наш банк, всё пойдёт коту под хвост! И чтоб ты понимал, следующие хозяева банка стрясут с твоей августейшей задницы всё до последнего ломанного медяка! Эти ребятки не будут такими добрыми, как я и Юм! И подумай ещё вот о чём, после того как придут они, мы с Юмом покинем это королевство, я заберу всё, что принадлежит мне, заберу «Морских псов», заберу защитные сооружения, заберу охраняющих наши границы джиннов, и ты останешься один на один со своим королевством!

— Командор, я не знал, что всё настолько непросто, — немного смущённо признался Блупик, — про то, что ваш банк находится в такой кабале, я не знал.

— Не ваш, а наш банк, — поправил короля Олег, — Блупик, скажи, кому достанется доля в этом банке после смерти многоуважаемого дядюшки Юма?

Молодой король напряг свой небольшой мозг и всё верно оценил, хотя слова о гибели ближайшего родича явно не пришлись ему по вкусу.

— Всё ты правильно понял, — продолжил давить «ужасный», — эта доля достанется единственному родственнику почтенного Юма, а конкретно тебе. А теперь, дорого́й мой король, скажи, плохо ли будет, если город будет сильно зависеть от твоего же банка?

Король Объединитель и на этот вопрос не ответил, прокручивая собственные мысли в своей же голове. Не дождавшись ответа, Олег Евгеньевич продолжил отвечать на собой же поставленный вопрос:

— Эта связка усилит твою политическую позицию. Блупик, сейчас ты ровным счётом ничего не теряешь, город восстанавливается за средства нашего банка, пока ни копейки из твоего кармана мы не вытащили. Поверь, не в наших интересах шкурить твоё королевство, напротив, мы с Юмом думаем о привлечении под твою королевскую руку жителей других королевств. Мы планируем развивать этот край, планируем строить тут производства. Мы хотим сделать этот край самым богатым во всех королевствах.

— А как же долги? — дослушав «ужасного», наконец выдал молодой король, — мне показывали расчёты по которым выплаты банку будут попросту неподъёмными. Я не хочу, чтоб мои дети росли в нищете.

— Блупик, кто-то тебе показал суммы к оплате долга, и да они немалые, но мы не станем с тебя их требовать строго, — принялся убеждать короля наш герой, — ты будешь выплачивать постепенно, по возможности. К тому же если наш план выгорит и капиталы потекут в королевство Оран, то твоя казна довольно быстро наполнится налогами. Да по самым скромным подсчётам, ты выплатишь весь этот долг с процентами всего за какие-то жалкие 5–7 лет и при этом не ощутишь особой нагрузки на казну.

— Серьёзно? — от недавнего возмущения молодого короля не осталось и следа.

— Да, Клёст, — авторитетно подтвердил Командор, — но я бы на твоём месте не спешил выплачивать этот долг. Ты же помнишь, что доля в банке рано или поздно достанется тебе, а соответственно, и долг твоего королевства станет отчасти твоим. Ты из своего казначейства без зазрения совести сможешь перекладывать средства в свой же банк, считай из одного кармана в другой и при этом, тебе никто ничего не сможет предъявить. Всё согласно букве договора.

— Я не думал об этом в таком ключе, — признался лепрекон.

— Ты король, хозяин местных земель и их обитателей, теперь ты должен думать на десятки лет вперёд. Ты должен видеть и понимать свою выгоду там, где другие таковой не видят, — смягчив тон до дружеского, с пафосом произнёс Олег, — дважды думай, когда тебе что-либо рассказывают, проверяй информацию. И самое главное — не стесняйся спросить совета у меня или у многоуважаемого Юма. Мы привели тебя на трон, не для того, чтоб теперь убить. Ты — мой дорогой друг и племянник уважаемого мной компаньона. Постарайся запомнить эти мои слова, и когда тебе в следующий раз будут рассказывать про меня пакости, повторяй их про себя.

— Возможно, я погорячился, — смягчился и Блупик, — просто в резиденции такая обстановка. Бабы эти беременные весь мозг мне ложечкой вынули, блин. Понимаешь, спасу от них нигде нет. Если не они, то их папаши или родственники начинают друг про друга грязь в уши лить. Командор, я так долго не выдержу.

Блупик поднял глаза, и в них читалась такая беспросветная тоска, что за приятеля стало и в самом деле боязно. Олег Евгеньевич поднялся с места, достал из шкафчика летней кухни бутыль молодого вина и пару кружек, а после поспешно вернулся за стол. Бутыль был оперативно распечатан, и содержимое расплескалось по кружкам.

— Вздрогнем! — безапелляционно предложил «ужасный» и молодой король поддержал.

После нескольких кружек или в случае Блупика рюмок Объединителя прорвало. Жалобы на новых родичей и жён полились словно из рога изобилия. Оказалось, что и снос памятника победителя дракона была их инициатива и сомнительных советников из топовых кланов откуда-то притащили именно они, в общем, в случае Блупика всё зло происходило от баб, а конкретнее от трёх из четверых жён. Блупик за рюмкой молодого игристого изливал душу, а Олег внимательно слушал и делал для себя далеко идущие выводы.

— Вот где они у меня всё, — молодой король демонстративно ударил себя ребром ладони по горлу, спасу от них нету. И ведь не спрячешься от них в резиденции. Все тайные уголки пронюхали родственнички.

— Ну на фиг эту твою резиденцию, — Олег в очередной раз подлил красного в рюмку Блупика, не забыв и про себя, — ты вот что, если тебя снова достанут, приходи ночевать ко мне в гостиницу. Я для тебя оставлю зарезервированной одну из комнат. Она всегда будет твоя. Цена — один золотой на всю жизнь. Как только тебя начнут одолевать родственнички, смело заселяйся. А я запрещу присутствие почти всех лепреконов в моей гостинице.

— Попахивает дискрифинацией, — заплетающимся языком выдал Блупик, — но мне нравится!

— Вот и отлично, — «ужасный» поднял кружку, — тогда выпьем за нашу несокрушимую дружбу!

К утру конфликт был улажен, Его Величество был препровожён в свою съёмную комнату, причём заплатил молодой король за постой монетой лепреконьего золота. И после бурного нетрезвого прощания наш герой добрёл до своей комнаты, где он без затей завалился на кровать и провалился в тяжёлый и муторный сон. И всё бы было ничего, вот только «ужасный» под самый конец примешал к молодому игристому крепкий ром, а потому пробуждение обещало быть довольно жёстким.

— Эй, проснись! – донёсся до ушей смутно знакомый женский голос, — Командор, ты чего пил, от тебя разит как от помойки! Фу, блин! – недовольно выразилась Кара.

— Сама ты «Фу», — выплюнув песок изо рта, ответил Олег.

— Вставай, Командор, — решительно потребовал Сэяс, подхватив нашего героя под руку, — боги леса, и правда, как же ты воняешь!

— Я не воняю, — с трудом и не без помощи, поднявшись на ноги, произнёс «ужасный», — я источаю аромат. А с чего это ваша светлость решила меня вызвать спустя почти три недели? Я уж думал ты того… Решил больше не привлекать меня к своим важным делам.

Голова раскалывалась, оттого и тон голоса казался каким-то особенно наглым.

— Приструни своих, — потребовал эльф, — некоторые из твоих бессмертных воинов подходили к Мание с непристойными предложениями. А она благородная эльфийка и такое попросту неприемлемо! Это принижает её достоинство!

Олег Евгеньевич сосредоточил своё внимание на Мание, что стояла чуть поодаль:

— О! Привет, Манька, а ты у нас, оказывается, пользуешься популярностью среди видных бойцов.

Слова «ужасного» вогнали девушку в краску.

— Я тебе ещё раз повторяю, — сквозь зубы произнёс эльф, приструни своих бойцов. Такое их поведение недопустимо.

— И с какого перепоя я их должен приструнить? – Олег Евгеньевич ладонью прошёлся по ёжику едва отросших на своей голове волос, — О каком таком девичьем достоинстве ты сейчас ведёшь речь? Насколько я помню, она к нам попала из рабских оков. И если бы её хозяин не тяготил к мальчикам, поверь, мы бы сейчас и слова такого не знали.

— А ещё твои бойцы угрожали мне, — продолжил ябедничать Сэяс, — кое-кто из них обещал перерезать мне горло.

— А кое-кто, это потому что ты не соизволил познакомиться с сопровождающими тебя бойцами, — едко подметил Олег, — нужно быть проще, дорогой мой Сэяс. И если уж на то пошло, то Мания у нас девушка совершенно свободная. Она сама вправе решать с кем ей общаться, от кого принимать подарки и с кем коротать ночи. Ты же не заявлял на неё своих прав?

У эльфа перехватило дыхание от возмущения, а вот Кара, напротив, захрюкала в ладошку, давясь от смеха.

— Прямо в точку! – отсмеявшись, произнесла Караниэла, показав большой палец.

— Мои бойцы полагают Манию свободной, потому что на неё никто не заявил свои права, — продолжил словом резать по живому «ужасный», — а что касается эльфийских заморочек, то они тут важны только для тебя. Если ты не заметил всем давно класть на твой кодекс какого-то там леса. Да и ты сам должен быть моим рабом, если брать в учёт твой кодекс, но почему-то мы все делаем вид, что никогда ничего не происходило.

Слова Командора не пришлись по вкусу высшему эльфу и родственнику правителя Великого Леса, в чьих жилах текла, без сомнения, наиголубейшая кровушка, вот только отвечать Сеяс не стал.

— Ты вполне мог меня сюда не вызывать, — продолжил излагать жёсткие мысли Олег, — ты вполне мог объявить её своей, и все вопросы разрешились бы сами собой. Подумай своей головой Сэяс, ты же сам мне рассказывал, что Королевство Великого Леса создал твой родственник после того, как выполнил великую миссию. И если так, то что было с этими долбаными сводами правил до «Великого Леса»? По каким законом жили эльфы? Сэяс, твою ветвь семейства почти изничтожили поклонники этих правил. Плюнь на всё это. Если нравится тебе девка, так схвати её за задницу, затащи её куда-нибудь в уединённое местечко и не морочь мне голову!

Полукровка вновь закатилась в приступе громкого смеха:

— Блин! Я ему вчера то же самое сказала, слово в слово!

Даже в темноте было видно, что сказанные слова нашли отклик в душе высшего эльфа, он покраснел, словно переспелый помидор, примерно этого же цвета было и личико Мании.

— Ладно, это всё - лирика. Ты чего меня раньше-то не вызывал. Уже две с половиной недели прошло. Я уж бояться начал, что с вами что-то случилось, — умерив тон, попенял «ужасный».

— Это всё потому, чтоб ты Тигира сюда не притащил, — охотно пояснила Кара, — потому как эта челядь недостойна руки и некоторых прочих органов члена почти королевской семьи. Кстати, как там красавчик поживает, вспоминал ли он обо мне?

— Да он меня одолел, — успокоил Командор девушку, — каждый раз, когда меня видит, заводит старую пластинку «Когда ты меня отправишь к Каре»? Он у меня уже в печени сидит.

Олег извлёк из пространственного кармана кольцо перерождения и небрежно бросил его полукровке. Кара ловко поймала презент и восторгом пискнула, едва не запрыгав на месте. Нужно отдать девице должное, полукровка быстро сообразила, что сейчас не одна и состроив мину «тут сейчас ничего не происходило» деловито поинтересовалась:

— И как мне его теперь сюда вызвать?

— Никак, — спокойно ответил «ужасный», — жди, пока его там грохнут. Или пока я ему не расскажу, что передал тебе его кольцо перерождения.

— А ты ему расскажешь? – с неприкрытой надеждой поинтересовалась девушка.

— Я подумаю, — с лёгким надрывом в голосе ответил Олег, — правда, думать с больной головой, то ещё мучение.

— Я сей час всё организую, — пообещала Кара и бегом направилась прочь.

— И когда же ты Тигеру сообщишь радостную новость? — нормальный бледный цвет лица вернулся к Сэясу и теперь, кажется, высший эльф уже смирился с неизбежным.

— Он пока выполняет задания своего кланлидера, — ответил Олег, — дня три-четыре он ещё будет занят, а теперь давай рассказывай, что у вас тут, да как?

Тут дела в целом шли неплохо. Участники бывшей 174-й бригады ещё неделю назад взяла требуемый 295 уровень, и теперь бойцы маялись от скуки в ожидании прибытия Командора. Первым «ужасного» как и полагается, встретил старший. Серый Хмырь подбежал к Олегу и принялся оправдываться:

— Командор, мы как и обещали, набили 295-й уровень за две недели! А то, что прошло три не наша вина. Если не веришь, спроси у своего длинноухого! Мы выполнили твои условия!

— Да знаю я, — Олег наморщился от головной боли, — Хмырь, прекрати орать, мать твою! Ты не в армии на плацу!

Уловив лёгкие нотки своеобразного амбре, Серый тут же понизил тембр голоса до приемлемого уровня:

— Весёлый вечер мстит хмурым утром, понимаю, — прокомментировал стрелок, — ты подожди, я сейчас организую лекарство.

И не дождавшись ответа, Серый умчался к своим. Вернулся боец с какой-то небольшой фляжкой:

— Вот! — протянул эльф открытую фляжку, — сделай глоток, и боль уйдёт. У нас Косой настрополился отличные зелья от похмелья готовить.

Хмырь оказался прав, головную боль сняло после первого же глотка и «ужасный» высоко оценил мастерство травника. Самое интересное, что даже у Архэи подобные зелья выходили более слабыми и действовали не сразу.

— Командор! Добро пожаловать к нашему огоньку! — радостно поприветствовала хозяина Лоранта, речевым аппаратом Тарана, — мы уж тут скучать начали.

Все три неприкаянные демонические души в данный момент находились на Таранкине, а сам он выглядел значительно сильней, чем при первой встрече. Олег Евгеньевич натянул очки на нос и внимательно прошёлся по бывшим членам 147-й бригады. Серый Хмырь почти не соврал, у всех бойцов был уровень, близкий к трёхсотому, кроме Астера. У ученика был взят двести одиннадцатый.

— Лоранта, это чего за херню я сейчас наблюдаю? — довольно жёстко поинтересовался Олег, не сводя глаз со своего ученика, — Я тебе, по-моему, довольно ясно дал понять, что у всех отправленных уровень должен быть от 295-го до 299-го, не выше и не ниже!

— Командор, так получилось, — начала было оправдываться Ларанта, но Олег её тут же обрубил.

— Маску мне! — зло потребовал «ужасный» протянув ладонь в сторону Тарана.

Ларанта тут же подчинилась и дутлан снял полумаску с физиономии. Как только это произошло, Татаркин застыл в нелепой позе, совершенно не понимая, что произошло и где он находится. Олег забрал Ларанту из рук Тарана.

— Привет, братишка, давно не виделись, — весело поприветствовал друга «великий и ужасный».

— Олежка, пожалуйста, больше не надевай на меня эту хрень, — вместо здрасти, взмолился Егор, — она постоянно качается. Бег, прыжки, отжимания, я словно обратно в армейку вернулся. У меня всё болит. Она не даёт мне общаться с остальными.

— Таран, хватит ныть, блин! — Олег небрежно швырнул маску своему ученику, — тяжело в ученье, легко в очаге поражения. Ты сейчас находишься в высокоуровневом мире. Тут твой микроуровень даже не котируется, к тому же Лоранта тебе ментальную защиту прокачивает. Эту маску можно нацепить на тебя всего лишь четыре раза, а после ты вообще станешь невосприимчив к ментальным атакам.

— А можно и нам такую прокачку? — влез в разговор Серый, — просто высокоуровневый отряд с невосприимчивостью к менталу — это имба.

— Не можно! — сурово ответил Олег, разом расставив все точки на «Ы», — А ты, Астер, давай-ка надевай масочку, — злобно добавил «ужасный».

Маска в момент оказалась на лице эльфа.

— А теперь, расскажи-ка мне, Ларанта, какого чёрта не был выполнен мой приказ? И сколько жизней в этой пустыне потерял мой ученик? — суровым командирским тоном поинтересовался Олег.

— Нисколько не потерял, — с почтением принялась отчитываться маска, — опыта у Астера хватает на взятие требуемого уровня. Просто при последнем посещении Чёрного камня произошёл форс-мажор. Пока все поднимали уровни, Астер закупался на местном рынке, а потом твои бойцы зацепились с местными и пришлось в спешке покидать поселение.

— И об этом, кстати, я тоже хотел поговорить, — донёсся до ушей Командора из-за спины голос Сэяса, — никакой субординации!

На слова лиде великого квеста никто не обратил ровным счётом никакого внимания и Ларанта продолжила:

— Командор, мне нет смысла прокачивать этого эльфа физически. Он маг. На своём 211-м уровне, он уделает любого из этой кучи сброда. У меня даже имеются подозрения, что он уделает их всех.

— Серьёзно? — удивился «ужасный», — а почему так?

— Особенности местной прокачки, — тут же пояснила Ларанта, — вы же помните, что тут магию получают посредством свитка. Применил свиток и выучил заклинание навсегда. Причём здесь это заклинание могут выучить все, вообще кто угодно. Правда, работать такие заклинания будут весьма посредственно. Другое дело разумные с предрасположенностью к магии. У таких заклинания выходят очень сильными, хотя и весьма прожорливыми в плане маны. Астер - истинный маг, хотя и из другого мира. Все добытые и купленные на рынках свитки группа отдавала ему. В его арсенале сейчас имеется порядка двух сотен боевых заклинаний, а про бытовые, я вообще молчу. Его заклинания тут очень сильны, а вот запас маны у парнишки подводит. Но я полагаю, всё изменится, как только ваш ученик доберётся до ближайшего Чёрного камня, поднимется по уровням и прокачает интеллект.

— Хоть какие-то хорошие новости, — довольным тоном прокомментировал «ужасный», — Ларанта, Астер меня слышит?

— Да, — подтвердила маска, — слышит и воспринимает каждое ваше слово, Командор.

— Красавчик! — похвалил ученика Олег, — а что там с монеткой, которую я тебе вручил. Ты её разгадал?

— Да, Олег Евгеньевич, — на сей раз ответил сам ученик, — разгадал. Я сейчас покажу!

В руках у эльфа материализовалась монетка. Далее Астер вытянул руку с зажатой в кулаке монетой, и из песка под кулаком начал бить небольшой фонтан свежей воды.

— Заклинание называется «Водная плеть», — продолжил рассказывать парнишка, — мы как-то несколько дней кряду шли по пустыне без единой капли воды, тогда у меня и получилось призвать эту самую плеть. В пустыне она ничего из себя не представляет. Тут воды очень мало, зато где-нибудь на берегу океана или у какой-нибудь речке, я думаю, заклинание будет очень мощным.

Астер делал поразительные успехи. Там в низкоуровневом мире он был слаб, 174-я бригада никогда не воспринимала его в качестве бойца, скорее уж в качестве талисмана, зато этот высокоуровневый мир расставил акценты именно так, как они и должны были быть расставлены. Откровенно слабый маг развился, вырос в уровнях и теперь мог запросто минусануть всю команду. Из никчёмного слабака, эльф превратился в грозное орудие, и самое замечательное, что это орудие было преданно Командору.

— А как там мой полосатик? — слегка неуверенно поинтересовался Астер.

— Нормально твой мутант поживает, — недовольно ответил Олег, — каждое утро шлёт мне тёплые дружеские улыбки. А ещё Архэя его целую неделю кормила моими отбивными.

— Ваши беседы — это очень милое дело, — вклинился в разговор один из бывших членов 174-й, гоблин с позывным Косой, — но нам вот интересно, ты нас назад возвращать собираешься или как?

Песчаная игла тут же прошила наглеца насквозь, бойцы дёрнулись, но в следующий момент замерли, а Олег словно ни в чём не бывало, продолжил говорить:

— Ещё раз мне кто-нибудь нахамит и я заминусую тут всех, ты понял, Серый?

— Я вас понял, Олег Евгеньевич, — тут же ответил за всех Серый Хмырь, — Косой был не прав. Я проведу с ним воспитательную беседу.

— Отлично, довольно улыбнулся ужасный, — в таком случае объявляю сегодняшний день свободным, — всё готовьтесь к переходу. Сдаём приобретённый здесь шмот, бижутерию и кристаллы.

— Э...! что с боя взято, то свято, — зароптали бойцы.

— Я так понимаю, на ту сторону вы сами все эти шмотки потащите? — пояснил свою позицию «ужасный».

Когда все моменты и неприятные разногласия были улажены, Командор объявил:

— Сегодня вечером вы покажите мне своё мастерство. Вы будете биться между собой. И кто последний перейдёт на ту сторону, получит от меня приз. Я очень надеюсь, что этим победителем будешь ты, Астер.

— Я постараюсь, — скромно пообещал эльф, — а ещё можно с вами наедине поговорить?

— Я не хочу покидать высокоуровневый мир, — будучи наедине признался ученик, — перед отбытием туда, я бы хотел набрать тут побольше различных заклинаний, особенно медицинского свойства. Разрешите мне тут остаться со следующей командой. Я вам обещаю, что не стану поднимать уровни выше требуемого, к тому же я хочу показать отцу, чему я тут научился.

Ужасный молча размышлял, разглядывая ученика, с одной стороны, усиление Астера было весьма выгодно, а вот с другой, созерцать каждый день физиономию скалящегося Полосатика до ужаса не хотелось. И непонятно было, как отреагирует эта тварина, когда все бойцы вернутся, а Астер нет.

— Так вы мне разрешите остаться или нет? — спустя неприлично долгую паузу, нарушил ход размышленья «ужасного» ученик.

— Я дам тебе возможность тут остаться, — наконец озвучил своё решение Олег, — правда, колечко твоё я заберу на ту сторону. И если тебя тут грохнут, то это исключительно твой просчёт.

— Спасибо! — восторженно произнёс Астер и был тут же обломан.

— Это не всё, для того чтоб ты тут остался, тебе нужно будет помножить на ноль всех тех, с кем ты сюда пришёл, — хладнокровно заявил Олег.

— Сейчас? — растерянно поинтересовался Астер.

— Зачем сейчас, вечером, — почти безразлично пояснил «ужасный», — я переброшу кольца и все шмотки на ту сторону и вы тут начнёте весёлый междусобойчик. Если ты всех уделаешь, как заявила Ларанта, то ты остаёшься тут ещё на две недели, ну или пока тебя тут не сольют. А если нет, то ты сам кузнец собственного счастья.

— Я всех уделаю, — пообещал ученик.