И через время и смерть, но мы будем вместе

В доме на Тисовой Аллее, за столом на собственной кухне пил чай Гарри Поттер. Просто Гарри Джеймс Поттер, не Лорд, не наследник и даже не директор Хогвартса, и давно уже не Председатель Визенгамота и Попечительского Совета. Всем этим он был. Давно. Всё это было давно.

Он вообще-то и в живых уже не числился. Пять дней назад гомункул с его внешностью был похоронен. Был похоронен в могиле, рядом с могилой Дафны Поттер.

По официальной версии они умерли в один день от старости, прожив в браке сто шестьдесят лет. Соответственно и похоронены были в один день.

За эти годы успели вырасти четверо сыновей, две дочери, полтора десятка внуков, четыре десятка правнуков и ещё столько же праправнуков... Естественно Гарри знал и их точное количество, и каждого из них, и всех своих пра-пра, и пра-пра-пра...

Но всё это не имело значения. Больше никакого значения. Дафна умерла восемь дней назад. Восемь очень-очень долгих дней назад.

Все дела закончены. Кроме одного.

- Добби, - позвал Гарри своего неправильного, уникального личного домового эльфа. За прошедшие годы он развился в полноценную свободную личность. Интеллектуально превосходящую многих волшебников. Да и по магической мощи. Давно уже не общались они, как хозяин и слуга. Добби был другом. Собственно, он всегда был другом. Добби - свободный эльф.

Практически бесшумно появился он рядом с Поттером.

- Да, мастер Гарри? - обратился он к нему.

- Я уже лет пятьдесят прошу тебя называть меня просто по имени, - вздохнул волшебник.

- А я столько же времени отвечаю, что мне так нравится больше, - помахал ушами Добби. - Альфред – великий человек. Мне до сих пор есть, чему у него поучиться...

- Магия с тобой, Добби, - махнул рукой волшебник. - Я позвал тебя для серьёзного разговора, Добби.

- Слушаю, мастер Гарри, - стал очень внимательным и сосредоточенным он.

- Дафна умерла, Добби, - с болью в голосе сказал волшебник. Хоть он был Поттером и к Смерти относился немного иначе, чем все остальные, но всё равно не мог быть к этому равнодушен.

- Я помню, - опустил уши Добби. К жене своего друга он тоже был привязан. Она тоже была ему другом.

- Помнишь, давно, когда я вернулся из Азкабана, ты помогал мне избавиться от тела Снейпа?

- Помню.

- Я отправил тогда его душу Дорогами Смерти к душе его любимой...

- Вы хотите уйти так же? - догадался Добби и погрустнел ещё больше.

- Да. Но у меня случай особый, - вздохнул волшебник. - Ты ведь заметил, что я не старею?

- Трудно этого не заметить, - усмехнулся Добби. Саркастическая усмешка на остроносом лице домового эльфа смотрелась странно. - Если на протяжении этих лет я помогал вам этот факт скрывать ото всех.

- Так вот, это не единственное отличие... я бессмертен.

- Что это означает? Как Маклауд? Или как Волан-де-Морт?

- Скорее как Вандал Сэвидж, - улыбнулся Гарри. Увлечение Добби телевизором всегда его забавляло.

- То есть абсолютно?

- Да. Я не могу умереть. Но, как Поттер, Дорогами Смерти ходить могу. Так вот, я уйду в своём теле и со своей памятью...

- Вы не можете без неё? Да? - грустно сказал Добби. Гарри просто кивнул.

- Ты мой друг, Добби, - сказал он. - И я хочу, чтобы ты жил. Поэтому я собираюсь завершить наш с тобой Контракт до того, как уйду. Ты сможешь заключить такой же с моим правнуком Лордом Сайрусом Слизерином, он самый сильный из моих потомков. Или стать эльфом Мэнора, Хогвартса или Поттер-мэнора. С любым из этих вариантов не будет проблем.

- Я не хочу, мастер Гарри! - твёрдо сказал он. - Я и так прожил уже дольше, чем живут представители моего народа. Раза в два. И я тоже не постарел!

- Вот как, - опустил плечи молодой человек с двумя шрамами в виде молний над правым глазом. Он ожидал подобного ответа. Ожидал, и боялся.

- Возьмите меня с собой, Дорогами Смерти, мастер Гарри!

- Ты, скорее всего, умрёшь...

- Тогда вы отправите мою душу в лучший мир, - пожал плечами Добби. - Этот вариант меня тоже устроит. Как проводнику, я вам доверяю.

- Хорошо, Добби... пойдём.

Они спустились в Заклинательный Зал под домом. Сейчас в нем не было ни рун, ни линий. Просто пустой тёмный зал, стены которого терялись во тьме.

Гарри достал свой знаменитый меч. Открыл крышку на рукояти и вставил туда обе свои палочки. И правую, и левую. Затем закрыл крышку. Обнажил клинок и воткнул его себе в сердце. Боль пронзила тело, но Гарри продолжал погружать его всё глубже и глубже. Но из спины клинок не выходил.

Гарри продолжал и продолжал вдавливать его, пока он не ушёл полностью, вместе с рукоятью. И только после этого закричал от боли. Упал на колено и часто тяжело задышал.

- Зачем, мастер Гарри?

- С собой его нельзя взять. Туда ничего нельзя взять. Но и оставить его я не могу, за эти годы он стал слишком страшным оружием. Тот, кто возьмёт его в руки, может погубить тысячи людей... Слишком опасно... Уничтожить его можно было только так. Сжечь в бессмертном сердце. Сжечь его чистой силой, что течёт по моему телу...

- Вот как... - отозвался Добби. – Наверное, это дико больно.

- Более чем. Так больно в этой жизни мне ещё не было. Да и в прошлой тоже. Но сделать это было необходимо...

- Вы правы...

- Начнём, - сказал Поттер и поднял правую руку. В его ладони появился белый огонь. Мертвенный свет разогнал темноту перед ними. Недалеко, всего на пару метров вперёд.

И они пошли. Молодой человек взял за руку домовика в смокинге и лаковых ботинках, и они отправились во тьму.

Они шли и шли. Зал под домом Поттера в длину не превышал двадцати метров, а они прошли уже значительно больше.

Тут Добби начал осыпаться пылью. И осыпался, пока не осталось только бесформенное призрачное облачко, которое продолжал крепко держать Гарри.

Парень вздохнул. Всё же эти дороги не для живых, будь то волшебник, человек или домовой эльф. Лишь Поттеры могут на них выходить. Да и то, недалеко.

- Прощай, старый друг, - сказал Гарри и пустил облачко в сторону. Там появилась искорка света, и к этой искорке устремилось облачко. Оно летело всё быстрее и быстрее, вытягиваясь в линию. И втянулось в эту яркую точку.

Где-то в одном из миров закричал, рождаясь, ребёнок. Его отдали матери в руки.

- Ну, здравствуй, Альфред. Альфред Пениворт! - сказала она ребёнку и поцеловала сморщенное личико.

Гарри во тьме улыбнулся.

- Прощай, старый друг. Прощай. Удачи тебе...

Гарри вздохнул и пошёл дальше. И с каждым шагом его собственное тело начало сыпаться пылью. Первой опала одежда. Потом оставшиеся Родовые перстни. Потом волосы. Потом процесс стал быстрее, тело сыпалось уже всё полностью. Но никак не могло осыпаться. Из-за этого облака постоянно падающих частиц уже ничего нельзя было разобрать. Лишь огонь, горящий в правой ладони.

Гарри было больно. Очень больно. Куда больнее, чем когда меч входил в его сердце. Но он продолжал идти вперёд, туда, где видел, чувствовал искру. Её искру. И никакая боль уже не могла ему помешать.

И он шёл.

Рядом появилась девушка с белыми волосами.

- Ты всё же решился, мальчик мой, - сказала она.

- Да, - выдохнул сквозь боль Гарри.

- Прости меня за это, - вздохнула она. - За эту боль. За то, что заставила когда-то собрать мои дары... Сейчас бы ушёл без боли вместе с ней в новое рождение...

- Ничего, - прошептал он. - Я и так дойду... Пусть даже родимся не вместе, но я всё равно найду её... всё равно... найду...

- Да... Ты упрямый... Ты сможешь...