Иди через лес

Новый год приближался на всех парах. Гирлянды и Деды Морозы, выставленные на витринах и мозолившие глаза еще с середины ноября, неожиданно заиграли новыми красками, а от обновившихся ценников хотелось хвататься за сердце и срочно уходить в отшельники. Кира задумчиво разглядывала балык, прикидывая, стоит ли его брать сейчас, и мужественно терпеть еще полторы недели, мысленно твердя себе материнским голосом: «Не трогай, это на Новый Год!», то ли придушить жабу и взять позже, чтоб не испытывать собственную выдержку. Желтый ценник ненавязчиво намекал, что в следующий раз настолько выгодной цены уже не будет. Банковское приложение на телефоне напоминало, что стипендии еще не было, а деньги от благодарных клиентов уже заканчивались.

— А, пес с тобой, — Кира взяла балык и кинула его в корзинку. Туда же отправились бутылка шампанского — как раз с девчонками выпьют в новогоднюю ночь, икра, оливки, ананасы… На куске сыра здравый смысл возобладал над жадностью и предновогодней горячкой. Кира вздохнула, полюбовалась на сыр и покорно побрела на кассу. Денег хватило впритык, видимо, завтра придется им с Ольгой и Таней вновь потрошить заветную кучку «неприкосновенного запаса».

«С другой стороны, — утешила себя Кира, бредя по улице и стараясь не зацепиться пакетом за прохожих, — скоро уже Новый Год, а там обязательно пара-тройка фотосессий точно нарисуется, и КОТы будут в деле»

С деньгами всегда было… непросто. Особенно если вспомнить, что Киру зачем-то понесло на филфак. Нет, летом удавалось подзаработать репетиторством для будущих первоклассников, а вот с наступлением осени и зимы приходилось рассчитывать только на стипендию и разовые подработки в стиле «напиши статью про пульверизаторы»: тянуть деньги с родителей Кира считала бессовестным, они и так работали на износ. А маму и папу она любила и мысленно желала им долгой жизни и крепкого здоровья.

Родоначальницей их подработки была именно Ольга, согласившаяся как-то поснимать свадьбу двоюродной сестры Юли. Фотоаппарат у нее был, держать его ровно она умела, и получившиеся снимки весьма обрадовали новоиспеченную жену.

— А знаешь, — вдруг протянула Юлька, разглядывая особенно удачную фотку. — Сюда бы еще дракона… Или там единорога.

— Хм, — Ольга задумалась, и не откладывая дело в долгий ящик, позвонила Кире, которая давно увлекалась фотошопом и могла за пару часов из посредственного снимка, сделанного на телефон, слепить фентезийное полотно. — Золотце, сможешь сделать дракона?

— Из чего? Из палок и земли? — вяло спросила Кира.

— Нет, на фотографии.

— За «спасибо»?

— За очень приличное спасибо, — с нажимом пояснила Ольга, и Кира, приободрившись, включила компьютер.

— Кидай фото, будет тебе дракон.

Через пару недель Юля была обладательницей свадебной фотосессии в фентези-стиле, а Ольга и Кира квадратными глазами смотрели на сумму, которую им перечислил обрадованный супруг.

— Кира. Мы очень сильно сглупили, когда пошли в филологический, — сказала Ольга, пересчитывая цифры.

— Ты особо не облизывайся, может, это единичный подарок судьбы, — Кира старательно отгоняла видение новой видеокарты и материнки для компьютера.

— Не попробуем — не узнаем, — Ольга хлопнула себя по колену и села за телефон.

Сарафанное радио сработало безотказно, зацепив не только молодоженов, но и просто желающих засветиться в соцсетях в образе Гендальфа или Арвен. Вскоре пришлось подключать третью подругу, Татьяну, единственную из всей тройки, у кого был автомобиль. Таня без лишних раздумий согласилась поучаствовать в этом акте спланированного безумия, и вот так на свет появился «Фото-КОТ», по первым буквам их имен. Ольга делала фото, Кира их обрабатывала, а Таня выполняла роль личного шофера Ольги, которую тут же язвительно окрестила «Княгиней Ольгой», и дурашливо кланялась, умоляя «не велеть казнить, а велеть миловать». В любом случае, деньги не то, чтобы полились рекой, скорее, это был ровный и стабильный ручеек, который выручал их в сложной жизни студенток филфака.

Где-то с треском взорвалась петарда, и Кира, вздрогнув, вынырнула из своих мыслей.

— Да когда ж уже их запретят вообще, поубиваются же… — проворчала какая-то женщина, бредя мимо. Кира бездумно кивнула. Да, ближайшие недели придется терпеть канонаду взрывов и мальчишеских воплей дикого счастья. Она переложила пакет в другую руку и пошевелила пальцами, жалея, что не взяла перчатки. Как всегда в середине декабря погода стояла непредсказуемая. Утро было ясным и безоблачным, столбик термометра показывал уверенные +10, в середине дня из ниоткуда наползли тучи, а к вечеру температура рухнула до неприличных низин. Электронный термометр на остановке утверждал, что сейчас «-1», приложение в телефоне писало «-3, ощущается как 0», но в любом случае, лужи, оставшиеся после вчерашнего дождя и не успевшие просохнуть за день, сковал тонкий ледок, который радостно блестел в свете фонарей.

Пряча лицо в воротнике пуховика, Кира дошла до перехода и осторожно посмотрела по сторонам, прежде чем перейти дорогу. Машины двигались медленно, но всегда ведь найдется лихач, да еще и на летней резине, которому море по колено, горы по плечу и сам черт не брат. До дома оставались считанные метры, и она окончательно взбодрилась. Дома ее поджидал любимый кот, которого она в свое время окрестила Смаугом за его потрясающие желтые глаза, рыжую шерсть и страсть лежать на груде вещей, как дракон на золоте. Сейчас она переоденется, заберется в кресло, завернувшись в теплое одеяло и с кружкой горячего чая, в которую обязательно добавит профилактическую ложку малинового варенья, включит какой-нибудь сериал… И начнет готовиться к сессии, чтоб ее! Кира тяжело вздохнула. Настроения учиться не было, скорее, хотелось весь вечер лениться и валяться, изображая довольного тюленя в одеяле. Ну и ладно, завтра она точно-точно возьмется за учебу, благо, что весь семестр она не валяла дурака, и все, что надо — это лишь слегка освежить в памяти пройденный материал…

Петарда с грохотом взорвалась у нее под ногами и Кира, дернувшись в сторону, поняла, что падает. Нелепо взмахнула рукой с пакетом, пытаясь поймать равновесие и успела увидеть, как бутылка шампанского, поблескивая в свете фонарей, вылетает из пакета. «Полторы тысячи рублей в мусор!» — успела подумать Кира, падая на асфальт. Боль, пронзившая голову, ослепила ее, а когда она, проморгавшись, смогла хоть что-то видеть…

Она лежала на земле. Обычной сырой земле, поросшей веселенькой зеленой травкой, которая совершенно никак не напоминала асфальт. Кира чуть шевельнулась — и увидела небо. Ярко-синее, с тонкими, будто карандашом нарисованными облаками, с неправдоподобно огромным солнцем… Кто-то схватил ее за плечи, разворачивая к себе.

— Киран! Ран, ты как? — Кира тупо разглядывала мужчину, державшего ее в руках, закованных в латные перчатки. На голове у него был шлем — настоящий шлем, не бутафория из фольги и картона, мамочки… Забрало было поднято, и она могла разглядеть смуглую кожу, покрытую мелкой пылью, темно-зеленые глаза, черные волосы, выбившиеся из-под шлема…

— Я нормально, — чуть дрожащим голосом сказала Кира. — А вы кто?