Идолы и насекомые

В нашем университете как-то работал один человек. Звали его доктор Вон. Он был знаменитым энтомологом и изучал жизненный цикл разных насекомых. Мухи, мокрицы, сверчки, пауки и прочая мерзость были его лучшими друзьями. Доктор Вон каким-то магическим способом привязывал их к себе и жил с ними в мире и согласии. По этой причине ему удавалось до мельчайших деталей описывать поведение насекомых, что само по себе достойно уважения и восхищения.

Надо сказать, что доктор Вон был не только хорошо известным в научном мире насекомоведом, но и обладал от природы божественной красотой. Он очень напоминал древнегреческого бога Аполлона. Когда он шел по улице, многие женщины просто не могли оторвать своего взгляда от такого красавца. Немало женщин пыталось познакомиться с ним поближе, завязать, так сказать, более тесные отношения, однако все было тщетно. Доктор Вон считал, что всевозможные многоножки и жучки гораздо более надежные товарищи, нежели какие-то там женщины. Да и вообще, он относился к людям с определенной долей презрения, считая их недоразвитыми существами, которые существуют всего-то от силы миллион лет. В то время как насекомые на Земле появились почти пятьсот миллионов лет назад, что говорит об их совершенстве.

Эти обстоятельства (признание его заслуг в энтомологии и природная красота) сильно подпортили его характер. Хотя, возможно, он от рождения был таким, кто знает? Доктор Вон был заносчивым, высокомерным и чванливым. Мог ни за что, ни про что оскорбить человека, наговорить ему всяких гадостей, выставить его дураком. Особенно доктору Вону нравилось «шутить». Он всегда носил в карманах своей одежды некоторое количество насекомых и, выбрав жертву, с помощью магии приказывал своим друзьям насекомым атаковать несчастного. Многочисленные мухи вылезали из его карманов и летели к «избранному». Бедолага верещал от ужаса, неуклюже отмахиваясь от жужжащих существ, а доктор Вон гоготал, стоя где-то в сторонке. Также сильно доставалось и студентам, у которых он вел занятия. Особенно страдали барышни, страшно боявшиеся насекомых.

Однажды, во время лекции по морфологии членистоногих, доктор Вон решил продемонстрировать студентам особенности строения лапок богомола. Он достал из кармана крупного, ярко-зеленого богомола, который, казалось, был совершенно ручным. Студенты, затаив дыхание, наблюдали за насекомым, а доктор Вон, с ехидной улыбкой, начал рассказывать о его хищнических повадках. Внезапно, по его невидимому приказу, богомол прыгнул прямо на лицо одной из студенток, сидевшей в первом ряду. Девушка издала пронзительный визг, отшатнулась, уронив конспект, а богомол, словно выполнив свою миссию, вернулся на руку доктора Вона. Аудитория замерла, а затем раздался нервный смех. Доктор Вон, довольный произведенным эффектом, лишь усмехнулся и продолжил лекцию, как ни в чем не бывало.

Подобные выходки были для него обычным делом. Он мог подбросить паука в чашку с кофе коллеге, который осмелился высказать сомнение в его теории, или выпустить рой комаров в аудитории, где проходило заседание ученого совета, на котором обсуждались его спорные методы исследования. Никто не мог ему ничего возразить, ведь доктор Вон был не только гениальным ученым, но и обладал неким необъяснимым влиянием на окружающих. Его взгляд, казалось, проникал в самые потаенные уголки души, а его голос, даже когда он говорил тихо, обладал гипнотической силой.

Студенты, да и не только студенты, терпеть его не могли. Все мечтали уничтожить его любимых насекомых, чтобы отомстить ему за все его «шуточки», которые он любил устраивать во время занятий или в общественных местах. Однако, эти разговоры так и оставались разговорами. Никто не хотел с ним связываться.

Несмотря на все его недостатки, нельзя было отрицать, что доктор Вон был выдающимся ученым. Его работы публиковались в самых престижных научных журналах, а его открытия меняли представление о мире насекомых. Он мог часами наблюдать за муравьями, изучая их социальную структуру, или проводить ночи в лаборатории, препарируя самых экзотических жуков. Его преданность науке была безгранична, и именно это, возможно, и оправдывало в глазах многих его эксцентричное поведение.

Однако, за всей этой внешней бравадой и высокомерием, скрывалась глубокая, почти болезненная отстраненность от людей. Доктор Вон, казалось, не нуждался ни в чьем одобрении, ни в чьей любви. Его мир был миром насекомых, и в нем он чувствовал себя абсолютно комфортно. Возможно, именно эта отстраненность и позволяла ему так легко манипулировать людьми, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. Он был одинок, но, кажется, не страдал от этого. Его одиночество было его выбором, его убежищем и его царством, где он был полновластным правителем, окруженным своими верными, жужжащими подданными.

В нашей Вселенной все процессы взаимосвязаны друг с другом и эту ее особенность можно описать следующим законом: на всякое действие возникает противодействие и иногда даже большее по силе.

Ну а теперь можно переходить и к самой истории.

В университете как-то училась одна девица. Не буду говорить, как ее звали, чтобы не доставлять ей ненужных проблем. Она ведь еще до сих пор живет в нашем городе. Сама она была из сельской местности, где урожай фермеров часто страдал от прожорливых насекомых. Родители девицы отправили ее учиться в наш университет для того, чтобы она овладела современными методами борьбы с этими тварями. И вот попала она на занятия к доктору Вону. Ты не поверишь, но девица с первого взгляда втрескалась в этого господина.

В чем причина этого события я, лично, не берусь судить. Возможно, чтобы найти ответ, следует покопаться в генах девицы и ее родственников и сравнить их гены с генами доктора Вона. Или может быть, в этом вопросе поможет какой-нибудь психолог, но кому это нужно? Кроме того, прошло уже много времени. Так что остановимся на том, что девица полностью потеряла голову от доктора Вона, да так, что готова была терпеть его несносный характер и его идиотские шутки.

Именно эта безрассудная влюбленность, казалось, и стала для нее своеобразным щитом, защищающим от жестокой реальности его личности. Она видела в его эксцентричных выходках не проявление жестокости или пренебрежения, а лишь искрометный юмор гения, который просто не вписывается в обыденные рамки. Когда он подбрасывал паука в кофе коллеге, она видела в этом не акт агрессии, а демонстрацию превосходства над теми, кто не способен оценить его уникальный взгляд на мир. А когда рой комаров вторгался на заседание ученого совета, она воспринимала это как метафору, как наглядное пособие по тому, как даже самые назойливые и мелкие проблемы могут нарушить ход важных дискуссий, если их не контролировать должным образом.

Ее взгляд на доктора Вона был искажен призмой идеализации. Она не замечала боли и унижения, которые испытывали другие, когда становились объектами его экспериментов. Для нее это были лишь незначительные неудобства, мелкие жертвы на алтаре великой науки, которую он олицетворял. Она видела в нем не манипулятора, а вдохновителя, не одинокого отшельника, а человека, настолько поглощенного своим делом, что ему просто некогда заниматься мелочами человеческих отношений.

Ее родители, конечно, были обеспокоены. Они отправляли дочь учиться, чтобы она нашла способ защитить их урожай, а не чтобы она попала под чары эксцентричного профессора, чьи методы вызывали вопросы даже у самых опытных ученых. Но девушка, ослепленная своими чувствами, не слышала их предостережений. Она видела в докторе Воне не только ученого, но и своего спасителя, человека, который мог научить ее всему, что ей было нужно, и даже больше. Она мечтала стать его ученицей, его помощницей, его музой, той, кто сможет понять его гений и разделить его страсть к миру насекомых.

Чтобы быть поближе к предмету своего обожания она попросилась работать к нему в лабу. Конечно же доктор Вон согласился взять ее в качестве лаборантки. Кто ж откажется от бесплатной помощи? Тем более из-за скверного характера доктора помощников у него не было, так как с ним особо никто не хотел связываться. Об этом девица знала, ее предупреждали и подруги, но она все же на что-то надеялась. Вероятно, на то, что сможет как-то изменить ситуацию.

Так или иначе, но девушка начала работать в лабе доктора Вона. Он поручил ей самую отвратительную и грязную работу: чистку вонючих аквариумов и инсектариев, в которых содержались насекомые. Ей также поручалось другая не менее ответственная процедура – кормление. Здесь важно было запомнить, какому насекомому какой нужен корм. Например, кузнечикам нужна была свежая зелень, колорадским жукам – картофельная ботва, муравьям – сахарный сироп и немного белковой пищи, паукам – свежие мухи, мухам – кусочки тухлого мяса и так далее. Кроме того, ей необходимо было взвешивать отдельных особей. Представляешь, ей нужно было поймать, взять в руки шевелящееся и брыкающееся существо и каким-то образом поместить его на весы? Некоторые просто сойдут с ума от одной мысли об этом. Однако девушка титаническим усилием воли подавила в себе весь ужас и отвращение к хитиновым тварям и сумела справиться с проблемой.

Все бы ничего, но доктор Вон иногда проводил отвратительные опыты. Он откармливал насекомых какой-то дрянью отчего они вырастали до неимоверных размеров, на их теле появлялись какие-то бугры и выросты, шипы и непонятные сочленения. Они уже больше напоминали непонятных уродливых тварей из иного мира. Так вот, девушке нужно было их поймать, умертвить и выпотрошить. С непривычки девушку от омерзенья вначале даже пару раз вырвало.

Но девушка терпела.

Иногда доктор Вон стравливал этих уродцев между собой. Такие мероприятия, как он объяснял, были необходимы для выявления наиболее агрессивных особей, что требовалось для какого-то секретного проекта. Затем победителей, которые были измазаны внутренностями побежденных, девушке следовало поймать и пересадить в инсектарий для размножения. Представляете, что она при этом чувствовала?

Но девушка стиснув зубы продолжала терпеть.

Несколько раз доктор Вон устраивал что-то уж совсем из ряда вон выходящее. Из копошащейся кучи насекомых он выбирал несколько особей, которые, по его мнению, были наиболее упитанными, вылавливал их и тут же поджаривал на масле. Затем он дегустировал их сам и заставлял делать то же самое девушку. И ей, в конце концов, приходилось брать в руку зажаренного уродца и, закрыв глаза от отвращения, откусывать от «деликатеса» кусочек. Это было выше человеческих сил.

Но несмотря на отвращение, девушка терпела. Из последних сил, но терпела.

А затем произошло ужасное, очень странное событие.

Не знаю почему, но доктору Вону взбрело в голову «подшутить» над девушкой. В лабе был гигантский с человеческий рост аквариум, в котором жила большая семья муравьев. Доктор Вон сбросил в аквариум несколько веревок, по которым муравьи начали выбираться из своего заточения. Когда число муравьев, выбравшихся из аквариума, стало значительным, он с помощью магии велел им атаковать девушку. Та, ничего не подозревая, вписывала какие данные в лабораторный журнал. Муравьи по ножкам стула, на котором сидела девушка, попали на ее одежду, затем быстро просочились под лабораторный халат, а потом и под ее блузку.

Что было потом? Многие в университете видели девушку, бегающую в одном исподнем по этажам и орущую от ужаса, и гогочащего доктора Вона, который стоял возле своей лабы. Потом кто-то каким-то образом успокоил девушку и увел ее домой.

Никто, ни доктор Вон, ни девушка, ни их коллеги не заметили, что именно в этот момент сработал закон Вселенной, о котором я говорил выше: на всякое действие возникает противодействие и иногда даже большее по силе. Он сработал да так, что университет пару недель стоял на ушах. Вот, что произошло дальше.

Несколько дней девушка не появлялась в университете. Когда же она все-таки пришла, ее вызвали на университетский Совет, чтобы выяснить, что же произошло. Однако, как ни пытались профессора прояснить ситуацию, девушка упорно молчала, уставившись в пол. Доктор Вон почему-то тоже молчал, хотя мог, безусловно, что-то сказать. В итоге Совет вынес девушке выговор за недостойное поведение. Никто ничего не заметил, даже ее подруги. Девушка погрузилась в какие-то мысли и о чем-то напряженно думала. О чем? Никто не знает, потому что она никому ничего не сказала. Может быть и правильно.

На том бы все и закончилось, но нет. Через несколько дней произошло довольно загадочное событие. Сотрудники университета, которые утром шли на занятия, обнаружили доктора Вона у дверей своей лаборатории, который находился в полуобморочном состоянии. Когда его привели в чувства, выяснилось, что кто-то ночью прокрался в его лабу и перетравил всех его насекомых! Следует признать (но это строго между нами), что подавляющее большинство сотрудников университета вздохнуло с облегчением. Вероятно, ты догадываешься, почему? Думаю, именно по этой причине внутреннее расследование так и не привело к поимке злоумышленника, хотя оно велось весьма активно.

Доктор Вон, когда пришел в себя после свалившейся на него трагедии, все бросил, уехал в жаркие страны и поселился там в хижине посреди диких джунглей, поближе к своим любимым насекомым. Теперь ему никто не мешает. Говорят, он там каким-то чудом подружился с местными туземцами. Они и по сей день носятся с ним как с богом. Даже вождь племени отдал ему в жены свою любимую дочь. Так что у доктора Вона все замечательно. Правда иногда у него начинается непонятная хандра, но его спасают обожаемые им «шуточки». Туземцы терпят. Из последних сил, но терпят.

Девушка, как и положено, окончила университет, но в деревню не вернулась. Осталась в городе и открыла фирму по уничтожению бытовых насекомых: тараканов, клопов, мух, блох и еще десятка два наименований. Под раздачу попали и крысы с мышами. Она больше не поклонялась идолам. Теперь она уничтожала насекомых. Она работала так качественно, что вскоре пришлось открывать филиалы в других городах. У нее, кстати, тоже все хорошо. В положенное время она вышла замуж, у нее есть дети, внуки. Сейчас она уже не управляет фирмой. Ею заведует ее сын, а девушка (теперь уже бабушка) возится с внучатами.

Иногда, сидя в своем просторном кабинете, она, уже будучи заботливой бабушкой, с улыбкой вспоминала те дни. Доктор Вон, с его «шуточками», туземцы, терпящие его выходки… Все это казалось ей теперь далеким, почти сюрреалистичным сном. Она победила свой страх, трансформировала отвращение в знание, а унижение – в силу. Этот жизненный урок, преподнесенный ей самым неожиданным образом, стал самым ценным в её жизни.

Такие дела… Как говорится: «Все хорошо, что хорошо кончается».