Игра по собственному желанию

Сегодня наступил очередной и не очень-то любимый Александром Васильевичем Захаровым черный день в буднях обычного российского человека. Нет, это не оплата коммунальных платежей, или Александр Васильевич не шагал по городской улице с чувством, что точно попадет под очередной летящий автомобиль. Так сказать, нечаянная жертва технического Молоха XXI века.

Для коммунальных платежей пенсионных денег ему еще с трудом, но хватало. И не приходилось отдавать нищенские финансы, как последние. А многочисленные ныне машины… Александр Васильевич легкомысленно считал, что не родился еще тот автомобиль, который осмелится поцеловаться с его дряблой плотью. По улицам, конечно, он наперерез машинам не ходил, но и открытых пространств не боялся. Психически нормален, физически нейтрален, хи-хи!

Хотя, в обычной жизни все гораздо сложнее и проще одновременно. Пусть и не верите, но это так. С некоторого времени Александр Васильевич просто стал больным. Или, точнее, тяжело больным. Что поделать, два острых приступа мозгового инсульта, два жестких удара безжалостной судьбы. Бедный, теперь искалеченный мозг это кое-как вынес и вынужден был теперь периодически встречаться с людьми в белых халатах.

А, может, и не вынес, с точки зрения отдельных злых человечков, которые в категорию людей Александр Васильевич больше не вносил. Или, как минимум, в категорию нормальных людей. Сволочи!

Ему, собственно, бывает все равно, каким маразмом они страдали – мазохизм, садомазохизм, различной фобией. Хотя при, случае он понимал, что эти люди могут пнуть довольно больно. И один раз даже уже выгнали с любимой работы. Дескать, не имеешь права работать и все!

Не дай бог, появится и другие люди, работающие в юридической или финансовой сфере, которым тоже однажды не понравится этот искалеченный старый человек. Что тогда он будет делать, не известно. Вешаться, топиться от тоски или голода?

А вообще-то он был оптимист по жизни и не любил думать о черном. Ведь однажды родившиеся, мы все когда-нибудь умрем. Что же теперь, с первого дня жизни рыдать напропалую? Но иногда все же задумываешься…

Короче говоря, большую часть очередного месяца он проводил, как здоровый человек. Почти. Когда сидел на диване в прямой видимости телевизора, когда под рукой был ноутбук, и особо двигаться не приходилось, он казался себе почти здоровым. Сам инсульт, в отличие от рака, никак не болит. Паралич же сидя не сказывается.

Правда, когда надо было что-нибудь приготовить и, само-собой, съесть, получалось хуже. Как бы он не оптимизировал, но ноги ходили с трудом, а руки цеплялись за посуду кое-как. Все-таки тяжелый недуг!

Хотя могло быть и похуже. Бедная нищая жена, ее дети, несчастные, злобные и потому злобные. Бр-р! Не вышло! В егооднокомнатной квартире он, слава богу, один и не за никем ухаживать ему не надо. Черненькая кошечка Гризли, которая постоянно ходит за ним по пятам, дьявольски зыркая, не считается. Еду она находила, всякие Вискасы и так далее он ей покупал, вода на кухне в больнице есть, так же как и кошачий туалет в санузле, а в остальном может сама. Не маленькая уже кошечка.

Визит на обычную улицу был еще хуже. Что теплым летом, что морозным зимой. И условия пресквернейшие и люди препохабнейшие. И то, и другое он бы в жизни больше не видел, но куда деваться. Есть-пить надо, как и оплачивать коммунальные платежи.

И все-таки визит в расейскую больницу был и хуже всего, и противнее. Это был земной филиал жуткого ада. Медсестры и санитарки, окончившие курсы хамов и грубиянов (наподобие кройки и шитья), злые больные, озабоченные только своим здоровьем и совершенно не страдающие здоровьем других.

И врачи. В отличие от остальных, они достаточно вежливы и пунктуальны, похоже, квалифицированы и, может даже, медицински грамотны. Но он никогда не понимал, зачем ему ходить к своему эскулапу за три девять земель. Принудительно заниматься лечебной физкультурой, проходя несколько долгих километров по раздолбанным улицам? Уменьшивать и без того ограниченный объем алкоголя? И, что особенно грустно, терять и без того небольшое количество часов оставшейся жизни?

Самое главное, лечить он его почти не лечил, только каждый раз поспрашивал, да немного пощупывал дряблые мякоти. Хотелось надеяться, последнее не доставляло ему особого удовольствия. Оба они были людьми достаточно старыми (хотя в ХХI веке это относительно). Ну, хотя бы им было за пятьдесят. Ха-ха, это вам не юная девушка!

Спросил бы по стационарному ведомственному телефону (это для бюджетного врача бесплатно), не развивается ли паралич, не ухудшается (не улучшается) ли общее здоровье. Не собираюсь ли он умирать, наконец, слава богу. Всех-то слов. Полторы минуты и лежи спокойно дальше.

Нет, обязательно приди в районную больницу. С учетом болезни это по дороге час туда, час сюда, полчаса в больнице, если повезет. Или полтора, если не повезет. Почитай полдня пройдет на визит и еще два дня надо отойти от него в физическом и моральном аспекте.

Вот поэтому гуляние в больницу проходило у Александр Васильевич всегда в минорном ключе и оставляло пессимистический осадок, похоже, на всю оставшуюся жизнь. А куда деваться?

Когда его однажды предупредили о том, что у него есть существенное следствие инсульта – болезни сердца, он только махнул рукой. Какой уж там инфаркт, инсульт бы перетянуть. Но нет, через несколько лет проблема сердца становится одой из особо важных. Все чаще думаешь, что тебя должен лечить не невролог, а сердечник. Но кто интересовался его мнением!

Однако на этот раз и лечащий врач его удивил. После тягомотины и обычной словесной жвачки о том, что ноги надо мыть и руки чистить (а, может, наоборот), он между делом сообщил:

- Это уже не совсем по болезни. Или, точнее, не по ее медицинской составляющей. Главврач мне сообщил, что одна из компаний, которые постоянно пытаются заработать на больных, заинтересовалась конкретно вами. Предлагают деньги и довольно неплохие. Что-то там связано свашими инсультами. Уголовщиной вроде не пахнет.

Александр Васильевич с интересом посмотрел на него. Насколько он знал, в таких околомедицинских организациях через раз толкались мошенники, которые под предлогом «спасем человечество» воровали, что могли и в каких могли количествах.

- Да и внешне не похожи на мошенников, - понял врач больного, - женщина такая милая. Конфетки вон раздавала. Мне аж папиросы настоятельно предлагала, хотя я уже давно не курю.

И, главное, все нужные документы показала. Все в порядке. Государство юридически к ней претензии никаких не имеет. Теперь, что существенно, чтобы вы не имели, ни до общения, ни после общения. В общем, кабинет 104, первый этаж, - он вытащил старенький мобильный телефон, посмотрел на время, - 11.37. Сегодня эта организация открыта с 11.00 до 15.00. Так что ждать особо не придется. Можете зайти. Обещали потенциальным пациентам за просто необязательный разговор три тысячи рубликов. Сколько собираются платить за работу, сообщат только с потенциальными клиентами.

Можете не ходить, не уговариваю. Меня попросили, я поговорил. А дальше не наше дело.

Он выжидающе посмотрел на Александра Васильевича. Дескать, по болезни мы поговорили, разговор я передал. Больше у меня ничего нет!

Да уж, опять сплошная болтология. Ладно, все прошло, как говорится, как сон пустой, царь опять лопухнутся и женился на другой.

Но от лечащего врача Александр Васильевич все равно вышел слегка ошарашенным. Всяко было. Врачи тоже люди. И радостные новости передают, и тревожные. И совсем бестолковые. Что же теперь, плакаться об этом?

Не думая ни о чем, Александр Васильевич довольно резво поковылял (мог еще, когда требовалось) к неведомой пока цели, слегка побаливая левой стороной груди. Мошенников по жизни он не боялся. Пятьдесят лет уже перевалило, сколько ж можно обманываться?

Вообще, у него было несколько важных правил, которые, может быть, не сберегут от мазуриков, но деньги позволят спасти:

Во-первых, деньги отдавать только в магазинах и приравненных к ним точкам, например, в бюро обмена. Все эти нюансы типа, мы дадим вас большие деньги, но завтра, а вы отдайте небольшую сумму налогов сегодня, не для Александра Васильевича;

Во-вторых, он будет подписывать только простой договор, ни о каком кредите или обмене органов своего тела здесь идти не может.

В-третьих, если будут разговаривать только об этом – уйду. И первый этаж тут вполне приемлем. Не открывается дверь – выйдем в окно. Тем более, лето.

Что еще нужно бояться старику-инвалиду на шестьтом десятке жизни?

Александр Васильевич решительно постучал в рекомендованную ему дверь, немного подождал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.

Он ведь постучал, значит, вежливый человек должен сообщить: «Да» или «Нет». Невежливый сделает вид, что не услышал. И на это есть наш невежливый ход. Дверь с ноги! Какой бы не был человек, он все равно заговорит. Или хотя бы заорет, что в нашем Отечестве вернее.

- Здравствуйте! - поздоровался Александр Васильевич, и несколько замялся. Разговаривать с невидимым хозяином ему не хотелось. Во всяком случае, после бойкого варианта входа, представитель фирмы по очкам его переиграл. перед столом никто не сидел. Что только это даст?

Как и любой мужчина при обыске опасного помещения, Александр Васильевич, прежде всего, обратил внимания на окно, при этом буквально вписался в стену, чтобы уберечься от угрозы.

Нет, он не думал, что ему воткнут нож (хотя какие-то шансы были), но вот проказливо стукнуть по лопаткам или сделать гадкое белое пятно на спине для него было вполне реально. Были уже такие эпизоды в его карьере.

Никого не увидев, он быстро повернулся в противоположный край комнаты, при этом резко отошел в сторону, отойдя с дисектрисы стрельбы. На всякий случай. Пусть будет подозрительный тип, зато живой.

И увидел ее – представителя указанной фирмы. Милой, как его охарактеризовал лечащий врач, Александр Васильевич никак бы не назвал. И даже не подумал. Скорее, ее можно было назвать самкой собаки, с любопытством на морде наблюдающей за блохастым самцом.

Заметив, что он смотрит на нее, она быстренько преобразовалась. И как точно и с минимумом эмоций и использованием лицевых мышц! Глаза вместо блеска жадного любопытства начали тихо поигрывать и даже показывать, какая она скромная девочка. Искрометный жар женских щек переродился в девичий стыдливый румянец, а хищный оскал изменился в застенчивую улыбку. Теперь это уже не сука, а действительно милая девочка!

С учетом распущенных довольно длинных русых волос, она была весьма красивая или хотя бы смазливая дама тридцати с лишним лет. большинство мужиков бы точно свалила в любовном катаклизме.

Ужас! Александр Васильевич едва не перекрестился, хотя и не был крещен. Но внешне вместо этого медленно сел, показывая, что он всего лишь робкий мальчик, приглашенный на собеседование строгой тетей. Сердце торопливо застучало, ему все крайне строго, что бы он там не обдумывал.

Представительница фирмы быстро сообразила, что оба они сейчас играют сценку «утренник в детском саду» и что пора бы переходить к собственному делу, поскольку эмоции – эмоциями, а деньги – деньгами. Даже если российские деревянные.

- Александр Васильевич? - деловито спросила она.

Тот молча, не вставая, поклонился.

Женщине этого согласия было мало, она потребовала показать его паспорт, пояснив, что в ближайшем будущем будут включены особые финансовые преференции и поэтому документы обязательны.

Александр Васильевич не возражал, но паспорт оставил в своих руках, показав нужную страницу с фотографией и обозначением ФИО. И все. Не на такого напоролись, господа мошенники!

Впрочем, сидящей за столом женщине этого оказалось достаточно. По-видимому, она не собиралась у него воровать родимый расейский паспорт. Или твердо держала позицию после пропущенного удара. Как боксер.

- Вот ваши три тысячи рублей за разговор, - подтвердила она информацию лечащего врача, подвинув в сторону гостя несколько денежных бумажек, - я из кампании по развитию игрового бизнеса «Гелеос». И мы собираем своего рода каскадеров для наших игр, в первую очередь для стратегий.

- Сколько будете платить? - не менее деловито поинтересовался Александр Васильевич, опуская разные страшные условия и опасные моменты.

Женщина к этому по-мужски жестко-деловому подходу не была готова. Она немного растеряно покрутила головой и внесла встречное предложение:

- Давайте я вначале расскажу о специфике работы нашей работы? - посмотрела на Александра Васильевича, не увидела в его лице явного отторжения. Продолжила: - наша фирма работает уже больше двадцать лет. И, по сути, развивается вместе с компьютерами. И техникой, и технологией.

Сейчас, на фоне дальнейшего развития техники, начинается новый этап игровой деятельности. Игрок не просто сидит около компьютера (или ноутбука). Появилась возможность его ментального проникновения внутрь самой игры. Реальный человек разумом попадает в игровую деятельность. Он сам дерется со всеми персонами – нечисть, друидами и другими людьми, ощущает прелесть природы, своеобразие путешествия и т.д.

Вот с этого момента начинается деятельность ментального каскадера. Мозг тут физически не важен, сердце так же не так опасно.

В чем суть работы каскадера? Описанные вам ощущения до сих пор больше теоретические, что там будут чувствовать игроки в реальности, мы еще не знаем. Все это должны рассказать вы. Если, конечно, согласитесь. Главное – соображать, помнить и правильно проанализировать. Как вы?

Александр Васильевич в сомнении уперся взглядом в стену показывая, как его мучают противоположенные чувства.

Тут надо понимать, что сам Александр Васильевич уже полностью согласился с работой. Но раз имеется такая возможность, надо сорвать некий бонус. Деньги, льготы, привилегии – все, что можно. Пока же сердчишко кое-как еще стучит – будем зарабатывать!

- Надо сказать, - поспешила добавить женщина, по-своему поняв молчание мужчины, - что в процессе вашей деятельности каскадера вам ничего принципиально не грозит. Созданные кампанией технологии позволят перенести в игру только слепок сознания, а тело создается в физической реальности. По мере возвращения сознания из игры в реальность вы снова становитесь единым целым.

А так и само человеческое тело, и ваше сознание находятся в нашем мире – на кушетке в искусственном сне. Медики будут внимательно следить за их самочувствием. И, в случае необходимости, сразу приведут в сознание.

Зато, представляете, какие возможности вы получаете от персонажа игры – человека – воина, мага, благородного дворянина, друида - жреца, лучника, некроманта и орка. И все это вы выберете сами! - обольщающе буквально промурлыкала она и добавила: - а вы сами, в кои-то времена из, извините, дряхлого инвалида-старика превратитесь в юнца, у которого все еще впереди!

Наконец, финансовая составная, – если вы поступите на работу, на своей должности в реальном мире вы будете получить 500 долларов в сутки с еженедельным получением на ваш банковский счет, если вы окажитесь в игре – 1000 долларов. В рублевом состоянии, разумеется, мы строго соблюдаем российские законы!

И это не считая различные бонусы и премии за успешную работу, за удачные задания и так далее. Там будут тысячи долларов в зависимости от успешной работы!

- Все настолько хорошо, - как бы начал колебаться Александр Васильевич, - на эту работу могут придти буквально миллионы! Возьмите с улицы, здорового, просто гражданина. Почему вы берете скромного инвалида, который еле ходит? Да кампании мне только на лечении можно разориться!

- Придут, действительно, миллионы, - согласилась она, - но у нас очень жесткие и специфические требования, по которым здоровые и простые, к сожалению, как раз не подойдут. Приходится брать именно больных, в которых надо вкладывать хорошие деньги.

Вот смотрите:

- Кампании нужны люди с поврежденными мозгами, чтобы на это место прооперировать техническое оборудование, в первую очередь радиопередатчик и видеокамеру;

- с хорошим воображением, чтобы развивать игру;

- с хотя бы слабым опытом фехтовать любым клинком, в первую очередь, со шпагой и знанием исторической обстановки. Вы знаете, что такое штрипка? - вдруг спросила она.

- Резинка на брюках, - удивлено ответил Александр Васильевич, - всего-то лишь.

- Хорошо, - удовлетворенно хмыкнула женщина. Поинтересовалась: - как вы думаете, многие ли это в XXIвеке знают?

Теперь хмыкнул Александр Васильевич. Действительно, дурак дурака… и дураком подгоняет. Подумал вслух:

- Человек десять – двадцать по окрестностям. Если повезет, больше. Но вряд ли.

- Вот вам и ответ на ваш вопрос. Вы профессиональный историк. Не только не заблудитесь сами, но и подскажите ошибки разработчиков. За деньги, конечно.

Не говоря уж о пункте первом. Вы же посмотрели свои снимки. Если так можно сказать, очень уж удачные удары. А сколько инсультников обслуживают себя сами?

Александр Васильевич это знал, но на всякий случай отрицательно покачал головой.

- Не многим больше десяти процентов, - убеждающее подняла она палец верх, - всего лишь! Так что вы, вопреки вашему убеждению, самый уникальный кандидат, не смотря сильные недуги. И ваша реакция на входе в комнату мне понравилась.

Она поискала в столе что-то, нашла, победоносно угукнула и положила перед ним большой, отпечатанный на принтере лист бумаги:

- Если хотите, еще раз прочитайте.

Контракт, конечно, Александр Васильевич прочитает. И очень тщательно. Мало ли она ему мед лила. Вдруг там написано мелкими буквами о добровольной сдаче почки. Или, наоборот, о получении сердца. И, в связи с этим, о получении крупного кредита на его имя.

Внимательно прочитал текст договора. Нет, женщина не мухлевала. В контракте говорилось только о работе каскадера в кампании «Гелеос».

На всякий случай он зачеркнул пустые места в контракте и подписал.

- Ага! - она удовлетворенно убрала контракт и сообщила: - завтра к вам приедет бригада врачей. Осмотрит вас визуально и отвезет в столицу, в больницу. Там вам еще раз осмотрят, прооперируют, если нужно, и поставят а очередь каскадеров. Там же вам выплатят аванс –десять тысяч долларов. И последнее,

Во-первых, это военная стратегия. Поэтому все события будут везти героя к обязательному сражении;

Во-вторых, программа сделана так, что в ходе игры в нее можно поставить девушек и женщин. Компьютер будет ставить на место игровых персонажей знакомых по реальной жизни. Не бойтесь этого.

Вопросы?

- Нет вопросов, - Александр Васильевич покачал головой. Прошел на очередной больничный визит к врачу, а устроился на высокооплачиваемую работу. Надо же!

К вечеру события дня тоже стали не реальными, почти игрушечными и он только удрученно кивал головой. Надо же такая хренотень присниться!

Но на завтра к нему действительно приехал реаним автомобиль со здоровенными санитарами. Пора было ехать в столичную больницу.

- Словно арестовали, - подумалось Александру Васильевичу, - удрать, что ли?

Он почувствовал себя немного неуверенным, словно его обманывают, а он даже понять не может, где и как. Ну невозможно старому больному инсультнику в нашей стране столько зарабатывать, да еще напороться на такой сервис!

Впрочем, пока доехали до больницы (до столицы ехать от его приуральского городка не десять минут и даже не десять часов), внешний вид санитаров в его глазах понемногу смягчился. А в московской больнице Александра Васильевича так тщательно обследовали и даже немного подлечили, что он смирился. Не известно, как ему будут платить, но хотя бы лечить, видимо, будут хорошо. Что еще нужно тяжело больному инсультнику?

Напоследок его прооперировали на мозге, выбрив на затылке небольшой участок и сняв небольшую пластинку. Через него выбрали неработающую инсультированную часть мозга, и взамен поставив компактный радиоприемник.

Работал он на новейших принципах, ментально подключенный напрямую к мозгу, а с другой стороны к компьютеру. Благодаря этому информация передавалась беззвучно. На крайний случай, он сам мог передавать сообщения, хотя специальный радист на Земле его не ждал.

Самое главное, при помощи компьютера, к которому он был подсоединен, радиоприемник выполнял функции подсказки (справки). При чем Александру не надо было даже спрашивать. Компьютер через радиоприемник чувствовал вопросительные эмоции и сразу отвечал.

Сотрудники самой фирмы при встречах явно молчали, но директор мсье Арно пояснил:

- Компьютерный мир опять делает огромный рывок вперед. С одной стороны, мы чувствуем себя, как новаторы, с другой стороны – целые сферы вообще не обработаны.

Работайте, мсье!

Александр Васильевич скучно кивнул. Когда он ехал сюда, он предполагал, что все будет вертеться в бешеном темпе. А оказывается, бешеном темпе улитки. Уже три недели прошло, а он лишь из палаты в палату. И от этого он начинал грустить.

Наконец, на следующий день ему вручили карточку, и предложили в последний день отдыха сходить в город. Благо в Москве было куда.

Сходил. Проверил в ближайшем банке. Десять тысяч, как положено, в рублевом эквиваленте. Пообедал в ресторанчике и расплатился карточкой. Проверил, значит. Все честно. Кампания выполнила свою часть договоров

А завтра выполнять контракт ему – лезть каскадером в игру и оставлю старое тело со слабым ритмом сердца. Наконец-то!