Игра тьмы

Когда мне было 5 это случилось в первый раз, а потом я забыла об этом, как о страшном сне, но ненадолго. Мое имя Эмили, возраст 18, а внешность, цвет волос и глаз, телосложение тебе, мой дорогой друг, не будут сильно интересны.
В тот день я осталась дома у бабушки, хотела пожить с ней пару дней лета. Мое детское создание не представляло истинный объем и многогранность нашего мира, на что способен обычный человек или человек совсем необычный. Эти записки, как контроль моего сумасшествия, пока я могу печатать, пока я могу мыслить и жить на трезвую голову — я не сумасшедшая.
Ночь наступила незаметно, бабушка расстелила мне кровать в комнате, где когда-то спали мои прадедушка и прабабушка. Умерли они здесь же. Я никогда не боялась темноты до этого вечера, но, к сожалению, этот страх пробыл со мной уже 13 лет. Комната наполнялась светом от уличных фонарей, когда бабушка выключила свет и укрыла меня одеялом, пожелав спокойной ночи. Сама она отправилась спать в зал. Мою комнату отделяла от ее небольшая прихожая, в который стоял огромный холодильник(как мне тогда казалось, на деле он был не больше полутора метра), вешалка для одежды, желающая постоянно прилечь на пол, если кто-то повесит шапку не с той стороны, и обувная полочка.
Несмотря на все предрассудки, мне всегда было спокойно спать на кровати, на которой провела свои последние дни и скончалась моя прабабушка, поэтому я быстро уснула, хоть свет фонарей все же мешал.
Я проснулась ночью ни от шума за окном, ни от шагов бабули, без причины. На столе около кровати стояли часы, папа научил меня читать время по стрелкам: 3:23. Я не могла какое-то время уснуть, ворочалась, смотрела в потолок, а через мгновение увидела бабулю, которая стояла между вешалкой и холодильником и смотрела прямо в мои глаза. Моему испугу не было предела, фантазия уже рисовала, какое наказание меня ждет за эту глупую бессонницу. Я мигом закрыла глаза, притворяясь спящей и слыша, как бабушкины ноги ступают по деревянному полу к входу в мою спальню, но на этом моменте детское сознание начало прокручивать, что именно видели глаза: бабуля, стоп, или кто-то очень похожий на бабулю, в белой рваной накидке, не похожую ни на платье, ни на ночнушку, скорее белоснежную простынь потоптали, сшили и разорвали, чтобы имелись отверстия для рук, головы и ног. Тем временем моя бабуля(ну или кто это был) уже стояла надо много. В лице не было никакой реакции, даже в момент, когда я почувствовала холодное дыхание на своем лице. Она отошла, легла на кровать напротив, перевернулась. Все.