Император великого ничего. Том 4.

— Р-руслан, м-может, н-не н-надо? — зубы Андрея стучали, демонстрируя его страх.

— Надо, Андрюха, надо, — похлопал я парня по плечу. — Ты посмотри, как она за тебя переживает, — я повернул голову парня в сторону Полины. Девушка сжимала в зубах край футболки и смотрела волком в нашу сторону.

— Я не думаю, что она переживает, — неуверенно ответил ледяной маг, внимательно осмотрел её лицо.

— Не дрейфь, у них всегда такое лицо, когда герой с битвы на битву убегает даже толком не отдохнув! — успокаивал я парня.

— Н-н-да, — заикаясь пробурчал Андрей и натужно улыбнулся Полине, отчего та скорчила ещё более устрашающее лицо.

И что здесь было делать? Платформа у нас одна, а до кланового острова добрая пара сотен метров. Орочий остров всё ещё был в западне, а наш не поддавался управлению. Чёртова система вторжения, блокирующая дистанционное маневрирование. Видите ли, режим осады и все отсюда вытекающие последствия. Удивительно уже то, что они вообще смогли отправить сообщение.

Времени мало, и с каждой секундой поселенцам грозит всё большая опасность. Хотя частокол вышел весьма крепкий, но то, что в деревне почти не осталось сильных бойцов, удручало. Так что мне в голову пришла невероятно дебильная идея, подсмотренная у сражавшихся снаружи улья.

— Вахаха! Давай! Подрывай уже! Хочу быть как этот ваш герой Мюнхаузен! — Вопил сбоку во всю глотку Борк, радуясь предстоящему.

— Что-то ты больно радостная, — посмотрев на кошку, заметил я.

— Тебе кажется, хозяин, — продолжая лыбиться, ответила она, накладывая третий щит поверх уже установленных.

— Лиза, проследи, чтобы Гхара оклемалась как можно быстрее, — отдал я приказ лекарю.

— Уже, — ответила лекарь, отхлёбывая желтоватый напиток. Сверхтонизирующий медовый чай, созданный Лизой, зарядил магов настолько плотно, что у ребят аж искры из глаз посыпались. И чтобы уж наверняка закрепить эффект усиления, Гхара высушила всех на острове, перекачав ману в магов. Тот же Андрей будто факел светился синим светом от магии льда.

— Готово! Оля, Вася, заливайте ману и подрывайте по команде, всё как и в тот раз, только старайтесь сконцентрировать взрыв, чтобы бревно с десантом не взорвалось в воздухе.

— Это чистое безумие, Рус, — с горящими от радости глазами, повернувшись ко мне, сказал Семён.

— Держимся! И… молимся, — оборачивая вокруг руки паутинный канат, отдал я приказ.

— Триста! Тридцать! Три! — завопил Вася, и маги подорвали мана-заряды в созданной кошкой туннеле из щитов.

Наш импровизированный болид из двух связанных стволов деревьев, будто снаряд, вылетел вперёд на безумной скорости. В ушах засвистел ветер, и перегрузка ударила в грудь. Брёвна с десантом летели по крутой траектории точно на клановый остров. А вот разобьёмся мы или нет, зависело исключительно от нашего мага льда и его новенького заклинания, продвинутой ледяной преграды. Собрав всё с трудом заработанное, я приобрёл сие чудо за сотню тысяч энергии. У Андрея аж руки затряслись, когда он получил синего жука в пробирке.

— Давай! — крикнул я на ухо молодому магу, и тот, выставив руки в стороны, создал ледяную горку, как только брёвна приблизились к земле. Парень скрипел зубами, выжимая всё, что мог, постоянно создавая преграду за преградой, чтобы мы продолжали скользить и тем самым погасить инерцию движения. И наконец, когда до частокола осталась пара метров, наши десантные брёвна полностью затормозили.

— Карсава!!! — взревел Сёма, хлопая бледного мага по хрупкому плечу.

К сожалению, брёвна вместили всего одиннадцать человек. Пятёрка орков и трое охотников, и меня с Семёном. Маг сидел между брёвен, чтобы созданная им ледяная дорога создавалась чётко посередине.

— Прорываемся! За мной! — крикнул я и, вскочив, побежал в обход частокола.

Белая, сидящая за стеной, строчила сообщение за сообщением, передавая действия врага, пока мы готовились. Оказалось что пока целостность стены не нарушена система позволяла общаться через клановые сообщения. Благодаря этому я был уверен в нашей вылазке. В этот раз на деревню напали не японцы, а какие-то оборванцы. Около сотни человек подлетели к острову со дна и незаметно высадились. К сожалению, попавшиеся им под руку рабочие пауки оказались первыми жертвами.

Особый вид, что вывела Ари, который занимался переноской тяжёлых вещей и другими вспомогательными работами, отличался исключительной выносливостью, а не боевыми качествами. Остальные же пауки оказались заблокированными в роще магами огня и боялись приблизиться к городским стенам.

Боевых пауков для схваток с людьми она наотрез отказывалась выводить, ссылаясь на какой-то запрет. Хотя я склонен думать, что она познала дзен в святилище и больше не хотела сражений. Ну или пернатая, что напела своей последовательнице. Пусть текущие арахниды и не были безобидными в плане охоты, но с человеком десятого уровня в одиночку точно бы не справились. Всё же люди не животные и куда хитрее.

Обогнув стены поселения, нам открылся вид неорганизованной толпы бродяг. Иначе их назвать язык не поворачивался. Половина стояла в каких-то ошмётках, отдалённо напоминающих одежду. Другая же часть имела исключительно штаны и ничего более. Оружие тоже не вызывало опасений: дубинки, короткие мечи с зазубринами, самодельные луки и рогатки.

Они даже не заметили нас, когда мы буквально влетели в них. Главарь продолжил переругиваться с Марьей через частокол, когда его товарищи, не ожидавшие удара с фланга, полетели в разные стороны.

— Не убивать! — крикнул я, пиная очередного бедолагу в живот и отпихивая в сторону его скрюченное тело. А что, сам виноват, надо было прокачивать сопротивление боли, а не бандитизмом заниматься.

На Андрея было любо-дорого смотреть. Парень явно хотел выпустить пар и отрывался по полной. Замороженные наполовину бандиты истошно верещали, добавляя только больше паники в их и так нестройные ряды.

Брок со своими парнями вгоняли нападавших в дичайший ужас. Они ревели, рычали, пинали под зад убегающих на четвереньках дико хохоча. В общем, веселились как могли. Семен же отобрал у кого-то огромный дрын и врезался в толпу как сенокос. Только и видно отлетающих в разные стороны людей.

Быстро пробившись сквозь хлипкое скопление бандитов, я оказался рядом с их главарём. Невысокий, одутловатый мужик в треуголке с дрожащими коленками при виде меня выставил перед собой кривую саблю.

— Пират, что ли? — спросил я у него, удивившись такому виду.

— Я капитан! — нервно взвизгнул он, продолжая угрожать кривой саблей.

— А, ну раз капитан, — я поклонился уважаемому капитану, выражая почтение, после чего, отбив дрожащее оружие в сторону, ударил ребром щита снизу по подбородку воздушного волка. — И впрямь хорошо плывёт, — восхитился я его полёту по высокой дуге. — Вернее, ходит…

Когда я повернулся в сторону леса, где жили пауки, то увидел двух магов, стоя́щих на коленях с поднятыми руками. Парни, видимо, решили, что не хотят ввязываться в это веселье и лучше сдаться заранее. Видимо, сказался повышенный интеллект.

Как бы то ни было, через десять минут все бандиты валялись с переломанными конечностями или без сознания. А те, кто не валялся, собрались в кучу, побросав оружие и дрожа от страха. Брок ходил вокруг них, облизываясь и клацая зубами, отчего те каждый раз вздрагивали. Магов же связали пострадавшие от них пауки.

— Руслан! — выбежала из ворот Марья.

— Всё же успели, — улыбнулся я, приветствуя женщину. — Чего хотели-то хоть эти болезные?

— Да чёрт их пойми, требовали подчиняться какому-то правительству. А какое может быть правительство-то?

— О как. Так это были уважаемые парламентёры? — ещё раз осмотрев поверженных, переспросил я удивлённо.

— Вот же ж, как явились, так давай устраивать бедлам, требовать и грозить расправой, если не подчиняемся. Паучат-носильщиков замучили, ироды! — ударила она поднявшегося рядом с нами парламентёра сковородкой по голове, отправив того обратно отдыхать. — А это кто такие с вами, зелёные? — удивилась женщина, тыча пальцем в Брока.

— Это наши друзья и соседи, гордый народ орков, — пояснил я ей.

— Так, тоже страшные и серые все были, а эти ладные такие, чай, бодибилдеры в гриме.

— То вымысел был, — поняв, о каких орках говорит Марья, пояснил я. — А эти истинные орки. Как Максим?

— Ранен Максимка наш чудо от смерти сберегло не иначе. Как и охотниц, что супостатов к воротам не пускали, ишь! — она в очередной раз ударила сковородой пришедшего в себя рядом с нами бедолагу.

А ведь действительно в городе остался десяток девушек-лучниц. Все парни ушли с нами на испытание.

— Убитых, надеюсь, нет? — с надеждой спросил я.

— Богиня миловала, — отозвалась женщина. — Непутевые магией бросались не пускали близко бандитов этих да вот мана у ребят тоже кончилась перенапряглись бедняги.

А вот это было уже удивительно. Неужто те кто тогда струсил биться с японцами поменяли мнение? Нужно будет встретится с ними и пообщаться, быть может в наших рядах прибавится бойцов.

В этот раз моя ошибка, к счастью, не привела к непоправимым последствиям. Не хотелось хоронить после такого успеха бедных девчонок. Что же запомни и больше так не делай. Видимо, стоит серьёзнее относится к охране поселения, раз в окру́ге такие шайки бродят. Обычно только острова с дикими животными сталкивались с нами, но их быстро устраняли патрульные или пауки.

— Все потом, сейчас надо наших вернуть, вы отлетели на двести метров от нас.

— Да как же ж?! — удивилась женщина.

— Да замешкались, и остров начал разрушаться, — пояснил я.

На самом деле, перетащить раненых оказалось не так уж и просто. И весь путь до лагеря занял уйму времени. Потом кучу времени думали, что делать и как перебраться, и вот только под вечер нашли решение. План безумный, но сработал как надо.

— Руслан, что делать с пленными? — спросил подошедший Брок.

— Брок, это Мария, она выдаст тебе верёвки, свяжите всех и соберите в кучу куда-нибудь.

— Есть, вождь! — ударил он себя кулаком в грудь и застыл, ожидая, когда Мария закроет рот и начнёт действовать.

— Потом всё объясню, — поняв, чему она удивляется, пояснил я, подталкивая женщину, чтобы она пошла за верёвками. — И того в треуголке отдельно пока, — показал я в сторону воздушного волка. — Сема отправь кого-то обыскать их острова! — крикнул я нашему богатырю что тащил за шкирку пару бессознательных пленных.

Открыв интерфейс, я убедился, что осада снята и остров может двигаться. Быстрая команда и через две минуты наш остров соприкоснётся с островом испытаний. Нужно спешить и сделать большое количество дел, пока он окончательно не разлетелся, и тратить его на этих оборванцев я не собирался.

— Васька где? — спросил я у женщины с котелком на голове и скалкой в руках.

— Так это с пауками, видимо, играется, как обычно, — ответила женщина смутившись.

Что же, это было логично. Девочка и впрямь не расставалась со своим тарантулом. Ари даже отпустила его, даровав свободу воли и избавив от пацифистских наклонностей. Так что девочка иногда убегала и охотилась на небольших птиц, которые залетали в леса. Укротительница прокачивала уровень и кормила добычей вылупившихся паучат в логове Ари.

Впрочем это могло подождать, сейчас надо встретиться с ранеными. Лазарет находился недалеко от Центральной площади. Быстро добравшись до него, я буквально влетел в палату и увидел картину маслом. Ева, обнимающая порубленного Максима, роняла горькие слёзы на наволочки из паучьего шёлка.

— Прости, что задержались, — извинился я перед парнем с закрытыми глазами и применил слабое лечение. Подумать только, что он в таком состоянии продолжал строчить сообщения. Раны немного затянулись, и к щекам вернулась розоватость. — Как же ты так умудрился-то? — пробубнил я.

— Если бы не Катькины зелья, вообще бы не выжил, — ответил за него Белая. — Пять штук концентрата в себя влил практически залпом. Полчаса один сражался против всех, дурень, — она дала ему лёгкий щелбан.

Это было плохо. Пять концентрированных зелий был максимум, что можно было выпить за короткое время, и дальше всё. Ужасное ограничение, о котором мы узнали не сразу. До него казалось, что ты можешь жить вечно ну или пока есть зелья, но у системы были свои ограничения, о которых нигде не говорилось. Кошка же про ограничение вообще ничего не знала. Мол, никто в здравом уме не будет пить столько дорогих концентрированных зелий и вообще мы тут все зажрались с таким обилием целебных трав. За куполом было правило, что-либо ты выиграешь бой, либо они тебе не потребуются, и вообще лучше иметь лекаря с заклинаниями полного исцеления, у таких ограничений нет.

Вот она, буржуйская жизнь в развитом магическом обществе: о столь простых вещах даже не задумываются. Суть ее недовольства я понимал и отчасти был с ней согласен. Прежде чем летать, надо научиться ползать, а у нас, судя по ее словам, практически реактивная тяга включена. Такое может сыграть злую шутку, когда барьер спадет. Хотя с магическим истощением она чуть ли не всем мозги проела, как действовать при его наступлении.

— Где девочки? — спросил я у неё, и та махнула в сторону одной из дверей.

Предварительно постучав, я вошёл внутрь и удивился. Лучницы выстроились в шеренгу с лицами, полными решимости, и ждали, когда подойду к ним.

— Почему не лежим? — спросил я строго, повысив голос.

— Отряд амазонок приветствует главу поселения, — пискнула одна из них, и все девочки вытянулись по струнке, после чего половина скривилась от саднящих ран.

— Чего зелья не пьём? Раны вроде не такие сильные, — удивился я.

— Решили оставить шрамы в память о сражении и боевом крещении нашего отряда! — всё также выкрикнула, по-видимому, та, что была их командиром.

Я закатил глаза от недоумения. После чего потребовал, чтобы каждая подошла ко мне и получила порцию лечения. Девочки не хотели и всячески сопротивлялись, но я был непреклонен. Не хватало мне здесь культа шрамирования в дополнение к пернатой богине. Чёрт её знает, что она им в головы вольёт своим воздействием.

Однако, чтобы хоть как-то скрасить их грустные лица, я предложил им в числе первых попробовать новые медовые сладости, которые скоро появятся в нашем поселении. И, кажется, их печаль как рукой сняло. Возмущений, по крайней мере, я не слышал, лишь вопросы, как скоро им достанется награда.

Вырвавшись от сахарных наркоманок из лазарета, я пошёл вершить следующие дела. У ворот ждал Василий. Старик деловито осматривал пятёрку орков, которые ловили на себя десятки взглядов селян, охраняя толпу пленных.

Сёма, отвешивая подзатыльники, гонял пацанов, чтобы те быстрее тащили бочки из мастерской Василия. Мёд сам себя не соберёт, и экспедицию с Васькой надо отправлять как можно скорее. Единственный оставленный нами улей может улететь слишком далеко или снова попасть в какую-нибудь аномалию.

Вскоре показалась часть охотников с острова испытаний, что тащили собранное на острове. Растения, мёд, жала пчёл и всякую всячину, что казалось нам полезной. Сваливали всё в огромную кучу, после чего забирали бочки и бежали обратно. Каждый понимал, насколько важно собрать мёд с близлежащих законсервированных сот.

Причём занимались этим исключительно парни по понятным причинам. Девочек же пришлось оставить на охране под присмотром орков. Будет нехорошо, если кто-то доберётся до мёда раньше, чем мы объясним его опасность.

Кошка с недовольным лицом стояла у толпы пленных и ждала моего появления. Нам предстоял допрос с пристрастием, на котором врать не получится. Схватив пирата за шкирку, я потащил его в бревенчатую башню с краю ворот. Там была сторожевая комната, которая вполне подходила для допросной.

Швырнув бедолагу на скамью у стены, я развязал его верёвки, освободив рот. Говорить-то как-то он должен. После чего поставил грубо сделанный табурет и сел напротив. Детям в деревне очень понравилась мастерская Василия, и вместо уроков они теперь обеспечивали все поселение такой вот грубо сделанной мебелью. Пусть не все изделия отличались удобством и крепостью, но никто не отказывался и старались доводить до нормального состояния мебель самостоятельно.

— Итак кто вы? Зачем пожаловали? Почему девочек порубили?

— Пошёл ты! — огрызнулся мужик и тут же получил оплевуху.

— Мужик, мне с тобой нянчиться времени нет. Единственная причина, почему мы до сих пор говорим, это то, что никто не погиб от вашей руки, кроме пауков. Но за них вам ещё придётся ответить не передо мной. Так что у тебя варианта два, — я показал два пальца перед его обливающимся потом лицом. — Первый, ты всё рассказываешь и, возможно, избегаешь участи познакомиться с их мамой. И злой зеленокожий дядя даже не будет вырывать тебе ноги с причиндалами. Второй, ты продолжаешь молчать, и тогда точно отгрызут стручок, а потом мы тебя исцелим, и его снова отгрызут, и так до тех пор, пока ты не заговоришь. Что выбираешь?

— Да кто ты такой, чтобы угрожать мне, щенок! — завизжал мужик, буквально трясясь от ужаса. — Я его превосходительство капитан первого ранга Евгений Ветрокрылый! Так что если я и парни не вернёмся в течение двух дней, то вам здесь всем настанет жопа! Я вас всех заставлю нужники своими рылами чистить! — брызжа слюной, орал пират с победной физиономией.

От автора