Ис-Терика

Внезапный дорогой экипаж нёсся по дороге так, будто за ним была погоня, впереди были горы золота и при всём этом надо было ещё успеть к обеду к любимой злой жёнушке. Слышалось громкое: «Но-но, лошадки!»

На козлах сидела молодая девчушка с золотыми глазами, длинными козлиными рогами и необычайно странной кожей. Вся её кожа была в бело-пепельных и бордово-красных пятнах, которые ровненько лежали, не смешиваясь, создавали ровные линии, по всему телу вплоть до хвоста! Стоп, какого хвоста?

Впрочем, неважно. Давайте посмотрим на фургон, который тащила двойка лошадей! Этот фургон прекрасен, словно царский дом на колёсах. Его качало из стороны в сторону, будто землю трясло, а петушок на крыше деревянного фургона крутился, как волчок.

Внутри него бегала из стороны в сторону и ловила на лету склянки, свитки, девчушка которая до этого сидела на козлах. Погодите... А нет, это вторая – сестра близнец первой. И в это же время она успевала вытирать пот со лба от столь нетяжкого труда.

Куда же так спешили эти девушки? Они спешили к своему отцу, который с минуты на минуту может обнаружить пропажу своей собственности. Кстати о нём. Вот и он, сидит в кресле прямо посреди дороги и читает книжку, попивая кружечку чего-то знакомого.

Мгновение, бешеное ржание, топот копыт и!.. Тишина. Мужчина не шелохнулся, когда лошади, фургон, крик, время остановились перед ним. Он спокойно отставил кружечку в воздух, где она исчезла, встал с кресла, которое растворилось в облачке кремового дыма, и подошёл сбоку экипажа, взобрался на козлы и сел рядом дочерью.

Та сидела тихо, застыв в одном положении и только скосив глаза, следила за отцом. За этим прекрасным мужчиной с красной кожей, с короткой козлиной бородкой, застывшей ехидной улыбкой и такими же золотыми, как у неё, глазами.

— И так, дочка, скажи-ка мне на милость, почему, когда я закрыл одну сделку, сходил на вторую и навестил вашу маму... И всё это за час, хотя я только что побывал в трёх противоположных частях страны... Я обнаруживаю что Фредх и Ормунд сидят и курят б... эм... Бьют б... Мхх... А впрочем не важно, просто сидят и ждут меня, чтобы сообщить, что вы уехали без меня на карнавал!

— Мы... — девчушка запнулась и убрала руки с поводьев, начав стучать указательными пальчиками друг об друга, — ...не на карнавал ездили.

Мужчина отодвинул занавеску, отделявшую фургон от козлов, и посмотрел на застывшую в позе звезды наоборот близнеца.

— А тут, я смотрю, попытка скрыть место преступления на месте преступления. И кто бы выделывал все эти дорогостоящие фигурки из глупого дерева и все эти флаконы зелий с обычной водой? М, Терика, скажи-ка мне?

— Я! Пап, я бы это и делала! — отозвалась та радостно, будто сейчас не находится в самой неудобной позе для разговора.

— Да. Ты. Но ты сохранила, молодец возьми с... Нет, не с этой полки! Возьми руками! Чёрт, Тери, это вообще брусок тупого дерева! Отупеешь, если съешь кусок!

Девчушка со смехом вывернулась и встала нормально, уперев руки в боки и гордо выпятив грудь. И начала хватать разные предметы с полок и ставить их обратно, будто ища что-то съедобное.

— Мы ездили праздновать день рождения... нашей подруги. — тихо проговорила девчушка на козлах.

— Да! И подарили ей глаза-стекляшки! Синие такие.

— О боже имени меня. — мужчина драматично приставил руку ко лбу. — Кого я воспитал... Надеюсь эта девочка была слепой?

— Конечно нет! Она была зрячей, только светяшки были в глазах, как у тебя.

— А, ну тогда это меняет дело. Как зовут вашу подружку?

— Лина...

— А. Эта подружка. Вы к ней в палатку залезли?

— Конечно! Ещё и записку подкинули, пригласили в церковь Ротны!

— Ах вы мои маленькие культистки. Ладенько. Ис, управляй. Заберём парней и купим вам пирожные.

— Ты на нас сердишься? — тихо промямлила Ис, та что на козлах.

— А вы сделали что-то не так?

— Нет?

— Вот и всё, всем пирожные!

— Пап! А что там мама? Ты сказал, что заглянул к ней! Она там своих наёмничков выгуляла?

— Ай, да что там. Она попинала наследие дварфа Холдерхека, ну тот который маме вашей помог стать полубогом, отдала мне твой рог, попросила сказать, чтобы не устраивала истерику в следующий визит.

— Это была не истерика! — истерично закричала Терика и врезалась в отца всем телом.

— Да-да, как скажешь. Когда будем в городе – прилепим рог на клей. Или гвоздями прибьём.

— Ха-ха! Это будет круто! Терика Гвоздерог!

Экипаж двинулся, но уже в более спокойном темпе. Две девочки Ис и Терика переговаривались и ругались, пока отец спокойно сидел и читал книжку с названием «Дневник иномирца».

На горизонте маячил город, а к экипажу медленно, махая руками, по дороге шли две фигуры. Одна мрачная, грозная вся в чёрных доспехах с шлемом вороньим клювом, а вторая весёлая, радостная и в разноцветных одеяниях с оттенками самоцветов.

Тут началась новая глава торговой лавки Мистера М.

Лавки, в которой продавалась всякая всячина, магия для дураков и дурацкие предметы. Лавка обманщика, который любил шутить над миром и сделал это своей целью.

Ведь, пока что, любимой шуткой этого чудака с кровью демонов, оказался брак с женщиной, в чьей крови были светоносные существа. А плодом его шутки стали две близняшки. Неловкая, холодная и застенчивая Ис и буйная, с горячей головой и открытая Терика. Его любимые дети.