Был берег осклизлый усыпан костями;
Во тьме непроглядной стенало зверьё.
Но мальчик шептал: “Я ищу свою маму.
Я искорку жизни несу для неё”.
За мальчиком двигались хищные тени.
Он шёл на огни золотого Царьграда.
Но вдруг задрожали от страха колени:
Его обступили исчадия ада.
Лоснились бока их и жирные рыла,
И смрадом несло от не чистых зубов.
А самая важная, толстая мымра
Имела две пары огромных рогов.
“Малец, ты откуда такой благонравный?
Не лезьте все скопом, кыш, черти, хамьё!”
“Я супергерой! Я ищу свою маму.
Я искорку жизни несу для неё”.
“Да ты заблудился! В наших пенатах –
Лишь те, кто не выдержал бремя земное.
Все грешные души несут здесь расплату
За слабость и подлость, унынье гнилое!
И мама родная тебя не узнает.
Скорей, вместе с нами тебя растерзает.
В горячее сердце зубами вопьётся
И досыта кровушки свежей напьётся!”
Зачавкала жадная демонов свора
И с жертвой решила расправиться споро.
Не дрогнул малыш, брови сдвинул упрямо:
“Я супергерой. Я спасу мою маму”.
До слёз хохотали исчадия ада.
“Герой? Посмотри на себя, пустозвон!
Иль недруги сгинут от грозного взгляда?
И сможешь один победить легион?”
“Я искорку жизни несу для неё!”
“Проклятье! Давай эту искру сюда!
Затопчем, задуем её, заплюём!
Потухнет, исчезнет, умрёт навсегда!”
“О нет! Лишь сильнее она разгорится!
Я искоркой жизни готов поделиться:
Чем больше отдам, тем всем будет светлее!
Тем искра сердца отогреет скорее!”
Смутились изрядно исчадия ада,
Почувствовав в хладной груди огонёк.
А искра сияла – надежды лампада.
И бросились твари стремглав наутёк.
А важная мымра с большими рогами
Сказала: “Тебя проведу я к царю.
Он в Чёрной Софии сейчас восседает.
Захочет – отпустит он маму твою”.
Открылись пред ними ворота Царьграда,
И мальчик по стылой шагал мостовой.
И жуткая Чёрной Софии громада
Нависла, как смерть над его головой.
Уродливый царь облизнулся на троне.
“Отрадно, меня ты тревожишь не зря, –
Сказал, обращаясь к услужливой хтони. –
Хорошую жертву нашла для царя!
Ребёнок. Вкусняшка. Подобно бальзаму
Поправит мальчишка здоровье моё”.
“Я супергерой. Я ищу мою маму.
Я искорку жизни несу для неё!”
Нахмурился царь. “Но ты маме не нужен!
Бежала она от тревог и рутины,
Устала готовить обед или ужин,
Тебя завещала она Константину!
В предсмертной записке написано ясно:
Прошу не судить, но я смысла не вижу…
В морскую пучину заплыл ты напрасно –
Поступок, увы, совершенно излишний”.
Но в маме малец не желал усомниться.
Сияли глаза его верою чистой.
“Она меня любит! Она согласится
Со мною в наш мир поскорей возвратиться”.
Желая свою правоту доказать,
Послал царь слугу его маму искать.
Чертёнок вернулся и начал шептать
О том, что узнал. А царь – хохотать!
“Вот это курьёз! Ты, чудак, расстарался!
До дна опустился и так облажался;
Разжалобил сердце злого царя.
Но нет твоей мамы, увы, у меня!
Спасатели маму достали из моря,
Пока ты тут поиск её развернул.
А мама очнётся и сдохнет от горя,
Узнав, что сыночек её утонул!
И не пригодится ей искра твоя!
Какой восхитительный день у меня”.
А мальчик по залу как бешеный скачет.
“Ура! Моя мама живая! Удача!
Пусть мама родит себе нового сына.
Пусть больше её не коснётся кручина!”
Весёлый ребёнок сиял, как комета,
И жмурились злыдни от яркого света.
Царь кончил смеяться, на мальчика глядя.
Морского коня подозвал он с досады.
“Ступай лучше прочь. Несваренье желудка
Боюсь заработать с тобою, малютка!”
Конь вынес мальчишку к поверхности моря.
Спасатели в лодке искали героя.
И мама живая его обняла.
“Мой мальчик! Мой славный! Ты искра моя!”
Но долго ворочались демоны ада,
Тоскуя в стенах Золотого Царьграда.
Ругали мальчишку, пытались забыть
И глупую искру в себе затушить.