Искушение пороками

Меня свергли в тот миг, когда реки расплавленного греха в Низинах Ада внезапно застыли. Предатели — те, кому я дарил власть над содомскими оргиями и пытками тщеславия — вонзили кинжалы в мое сердце, пока их губы сливались с моими в последнем поцелуе.

— Ты слишком любил игры, Владыка, — прошипела Лилит, её пальцы, обвитые серебряными цепями, сжимали мою гортань. — Но теперь твой трон будет нашей постелью. — Я рухнул в бездну, чувствуя, как плоть испаряется, оставляя лишь ярость…

Проснулся в жалком, отвратительном, смертном и ограниченном теле. Человеческое — слабое, лишённое когтей и вечного огня в жилах. На матрасе с продавленными пружинами, под звуки капель с подтекающего потолка. Зеркало напротив показало лицо с тёмными кругами под глазами и шрамом на груди в виде адской руны. Голос, будто тысяча осуждённых душ, проскрежетал в черепе:

— Ты — червь. Но даже червь может отравить яблоко… — этой голос моей души. Меня пытались убить, но не завершили начатое. Частица выжила и отправилась в земной мир. Сколько осталось от прежних сил?

Я коснулся шрама. Искра. Не сила разрушать миры, а умение видеть гниль в людях. Пороки смертных светились для меня, как неоновые вывески: алчность, похоть, зависть, а их тайны и сокровенные мечты становились явью для меня… Какая мелочь в сравнении с тем, чем я обладал. Придётся смириться. Надо набраться сил и отправиться обратно, а затем уничтожить всех предателей.

Я проанализировал воспоминания бедолаги, в теле которого мне посчастливилось оказаться.

— Чёрт тебя дери… Обычный офисный планктон. Самая низшая должность в гигантской корпорации. Менеджер по продажам.

Корпорация «Эклипс» встретила меня запахом средства дезинфекции для рук и страха. «Максимус Воронов, младший клерк отдела продаж» — бейджик на груди жался, как ошейник. Открытое пространство с кабинками-клетками, стоны кондиционера и девушка у кофемашины в юбке, обтягивающей бёдра так, будто это вторая кожа.

Офис. Коробка из стекла и бетона, где люди, словно муравьи, сновали между кабинками, уставившись в экраны. Я сидел за своим столом, втиснутым между двумя перегородками, и смотрел на монитор, который мерцал, как потухший адский огонь. На экране — таблицы, цифры, графики. Ничего, что напоминало бы мне о моём прошлом. Ничего, что напоминало бы мне о себе.

Мой первый день начался с унижения.

— Воронов, — хриплый голос заместителя начальника отдела, Сергея Ивановича, прозвучал как удар кнута. — Ты здесь, чтобы работать, а не глазеть.

Он бросил мне папку с документами, которая ударила меня в грудь. Его порок светился ярко: алчность. Он крал из бюджета отдела, подделывая счета, и его пальцы, украшенные золотыми кольцами, дрожали от жадности.

— Да, Сергей Иванович, — я опустил глаза, чтобы скрыть улыбку. Его порок был уже моим оружием.

Девушки смотрели на меня с презрением. Виолетта из маркетинга, с её рыжими волосами и обтягивающими платьями, прошла мимо, даже не взглянув. Её порок — похоть — был очевиден. Она спала с половиной отдела, но её глаза светились пустотой.

— Новенький? — её голос был как шёлк, пропитанный мёдом. — Не надейся, что кто-то будет тебе помогать.

Я улыбнулся, чувствуя, как её порок шевелится, как змея, учуявшая добычу.

— Я не нуждаюсь в помощи, — я наклонился так близко, что почувствовал аромат её духов — жасмин. — Но если тебе понадобится… я всегда рядом.

Она засмеялась, и её пальцы скользнули по краю рукава моей рубашки.

В столовой я сидел один, наблюдая за людьми. Их пороки светились яркими фейерверками: зависть, жадность, похоть, тщеславие. Каждый из них был как открытая книга, которую я мог читать и использовать.

— Зачем мне это? — я спросил себя, глядя на свои руки. — Я был Владыкой Ада. А теперь… я никто.

Но в глубине души я знал ответ. Меня не убили. Меня изгнали. И это была их ошибка.

Когда офис опустел, я остался один. Монитор передо мной был выключен, но я видел отражение своего лица — бледное, с тёмными кругами под глазами.

— Они должны были убить меня, — я прошептал, чувствуя, как искра внутри меня разгорается. — Но они не смогли.

Я встал, глядя на пустой офис.

— Я стану Владыкой здесь. В этом мире стекла и бетона. Моя сила возрастёт, я стану управлять этими жалкими людьми, завоюю корпорацию, куплю город, а затем и целую страну.

Откинувшись в кресле, я громко рассмеялся.

— Эти предатели ещё не поняли, что создали для меня идеальные условия. Я — демон среди людей. Волка заперли в хлеву. С этого дня я буду жить по своим правилам.

После нескольких недель в человеческом мире я начал понимать, что моя сила — это не просто дар, а оружие, которое нужно отточить. Я мог видеть пороки, как тени, обволакивающие каждого человека, но этого было недостаточно. Мне нужно было научиться управлять ими, как дирижёр управляет оркестром.

Лера нашла меня первой. Белые волосы, будто обесцвеченное пламя, облизывающее её плечи, и облегающее красное платье, которое кричало: «Я стою вашей годовой зарплаты». Её порок — тщеславие, пахнущее дешёвой помадой и дорогим виски.

— Ты тот самый загадочный перевод из филиала? — Она упёрлась руками в мою перегородку, намеренно выгибая спину. Бюстгальтер push-up поднимал её грудь так, что кружевные чашечки едва сдерживали плоть. — Говорят, ты… особенный.

Я позволил глазам медленно пройтись по её телу, задержавшись на намокшей от помады соломинке в стакане.

— Особенный? — Я приподнял уголок губ, заставляя её сглотнуть. — Ты имеешь в виду то, что я знаю, какое на тебе нижнее бельё сегодня — чёрное кружево с жемчужинами? Или то, что ты мечтаешь, чтобы кто-то разорвал его зубами прямо в кабинке лифта?

Она замерла, а её пальцы сжали край стола.

— Ты… псих, — прошептала Лера, но не отошла. Наоборот, придвинулась ближе, так что её колено упёрлось в моё бедро.

— Нет, — я провёл пальцем по её запястью, чувствуя, как пульс взрывается. — Я просто знаю, что ты сфотографировалась в нём сегодня утром. Для того аккаунта…

Её дыхание перехватило. Она не спросила, откуда я знал про секретный аккаунт на онлифансе. Вместо этого её губы нашли мои, резко, жадно, с привкусом вишнёвого бальзама. Мы рухнули в подсобку 13-го этажа, где пахло бумажной пылью.

Она скинула туфли первыми. Потом её ногти, окрашенные в цвет бургундского вина, впились в мою рубашку.

— Разорви его, — прошептала она, прижимаясь мокрым от помады ртом к моей шее. — Как ты обещал…

Я не стал её разочаровывать. Ткань треснула по швам, обнажая её грудь, зажатую в кружевах. Жемчужины на бретелях впивались в кожу, оставляя розовые следы. Она застонала, когда мой язык обвил одну из них, а пальцы вцепились в её бедро, поднимая юбку. Под ней не было ничего, кроме прозрачных трусиков с бантом.

— Ты… дьявол… — её ногти оставили кровавые полосы на моей спине, но я лишь прикусил её сосок, заставляя взвыть девушку.

Мы не искали кровать или что-то похожее. Да и откуда ей взяться в подсобке. Стол, заваленный папками, стал нашей интимной ареной. Её ноги обвили мою талию, каблуки впились в плоть, когда я вошёл в неё резко, без прелюдий. Она кричала, кусая моё плечо, чтобы заглушить звуки.

— Скажи, кто твой бог, — прошипел я, замедляя ритм, чувствуя, как её тело трепещет на грани.

— Ты… — её голос сорвался в стон, когда я вошёл глубже, а пальцы вцепившись в её волосы. — Ты!

Когда она кончила, её порок вспыхнул ярче, обволакивая меня энергией. Я почувствовал, как искра внутри разгорается.

Позже, когда мы продолжили после работы в моей квартире, я стоял у окна. На стекле остался след — отпечаток лапы с когтями. Мои прошлые коллеги уже здесь. Видимо отследили частицу моей души. Но демонам просто так нельзя появляться в мире смертных. Таков закон равновесия. Я утратил почти все силы, имею тело смертного, да и в целом выгляжу жалко, поэтому равновесие меня не трогает.

Я улыбнулся, глядя на лунный свет, пробивавшийся через грязное стекло.

Игра начинается, мои падшие ангелы.

Офисная жизнь стала для меня игрой, где каждый сотрудник — пешка, а их пороки — мои фигуры. Я уже знал, как манипулировать Лерой, Виолеттой и даже Сергеем Ивановичем. Но теперь пришло время для нового уровня. Мне нужно было больше времени, чтобы сосредоточиться на своих планах, а не на бесконечных отчётах. И тут на сцену вышел Олег. Олег из бухгалтерии.

Этот клерк был типичной «серой мышью» офиса. Невысокий, с вечно потными ладонями и взглядом, который бегал по сторонам, как будто он всегда что-то скрывал. Его порок был очевиден: похоть, замаскированная под робостью. Он мечтал о Лере, но боялся даже подойти к ней.

— Олег, — я приблизился к нему, когда он сидел за своим столом, окружённый папками. — У меня есть предложение.

Он вздрогнул, его глаза расширились.

— Что? — он попытался улыбнуться, но его порок уже светился ярче.

— Я знаю, что ты хочешь Леру, — я наклонился так близко, что почувствовал запах его пота. — И я могу помочь.

— Зачем? — он прошептал, его пальцы сжали край стола.

— Потому что я знаю, как её соблазнить, — я улыбнулся, чувствуя, как его порок подчиняется моей воле. — Но мне нужна твоя помощь.

Он кивнул, его глаза были полны страха и… надежды.

— Ты будешь делать мои отчёты, а я расскажу тебе, как подойти к Лере.

— Но… — он попытался возразить, но его порок уже подчинялся мне.

— Никаких «но», — я наклонился так близко, что почувствовал его дыхание. — Ты хочешь её, не так ли?

Он кивнул, его пальцы дрожали.

— Тогда делай, что я говорю, — я улыбнулся.

Пока Олег корпел над моими отчётами, я занялся телефонными продажами. Это была идеальная возможность проверить свои способности.

— Здравствуйте, это Максимус из «Эклипса», — мой голос был как шёлк, пропитанный мёдом. — Я хотел бы предложить вам нашу новую услугу.

На другом конце провода был мужчина, чей порок — жадность — светился даже через телефон.

— Нет, спасибо, — его голос был резким, но я чувствовал, как его порок зашевелился.

— Вы уверены? — я наклонился ближе к телефону, как будто он мог видеть мою улыбку. — Ведь это возможность сэкономить ваши деньги.

Он замер, его дыхание участилось.

— Сколько? — я знал, что он уже мой.

К концу дня Олег закончил мои отчёты, а я заключил несколько сделок по телефону.

— Ну что, коллега, — я подошёл к нему, глядя на его потное лицо. — Ты готов к Лере?

Он кивнул.

— Тогда слушай. Подойди к ней и скажи…

Я выдал Олегу все инструкции по несложному завоеванию своей коллеги. Парень хоть и не блистал красотой или умом, но верные слова помогли ему заполучить минет в туалете. Что может быть лучше, чем быстренький отсос на рабочем месте?

После недели в офисе, где я изучал пороки своих коллег, я понял, что мне нужно больше практики. Виолетта, Лера, Сергей Иванович — все они были слишком предсказуемы. Их пороки были открыты и я легко мог ими манипулировать, но моя сила ещё не достигла пика. Мне нужно было что-то… свежее.

Кофейня «Лунный свет» находилась в двух кварталах от моего дома. Уютное место с мягким светом, запахом свежего кофе и девушкой за стойкой, чьи глаза светились, как два изумруда. Её звали Алиса. Не та Алиса, что возглавляла службу безопасности в «Эклипсе» (про неё я расскажу Вам чуть позже), а другая — с каштановыми волосами, собранными в небрежный пучок, и фартуком, слегка испачканным шоколадом.

Её порок был — самолюбие. Она любила, когда её хвалили, когда взгляды задерживались на её улыбке или изящных движениях рук. Но за этим скрывалась жажда признания, которую я решил использовать.

— Двойной эспрессо, — я улыбнулся, когда она повернулась ко мне.

— Сразу видно, человек со вкусом, — девушка ответила, её голос был как тёплый шёлк.

— Не только в кофе, — я позволил взгляду скользнуть по её лицу, задерживаясь на губах. — Ты здесь работаешь давно?

— Полгода, — Алиса налила кофе, её пальцы слегка дрожали. — Почему спрашиваешь?

— Потому что ты слишком хороша для этого места, — я сделал глоток, не отрывая от неё взгляда. — Ты заслуживаешь большего.

Её щёки покраснели, но красавица попыталась скрыть улыбку.

— Ты льстец, — смущённая отвернулась, но её порок забился чаще.

Я остался в кофейне почти до закрытия. Алиса протирала стойку, но её взгляд постоянно возвращался ко мне.

— Ты всегда так разговариваешь с незнакомыми девушками? — спросила девушка, когда я подошёл ближе.

— Только с теми, кто этого заслуживает, — я наклонился так близко, что почувствовал её дыхание. — Ты… особенная.

Она замерла, её пальцы сжали тряпку.

— Я… не могу, — её глаза говорили обратное.

— Почему? — я провёл пальцем по нежному женскому запястью, чувствуя, как пульс взрывается. — Ты боишься?

— Нет, — она выдохнула, её губы дрожали. — Но я на смене…

— Смена заканчивается, — её порок подчиняется моей воле. — И ты знаешь, что хочешь этого.

Она сопротивлялась, но её сопротивление было слабым. Её порок — самолюбие — требовал признания, и я дал его ей.

— Ты… чертовски притягателен, — прошептала Алиса, когда мы шли по тёмной улице.

— Ты ещё не знаешь, насколько, — я взял её за руку, чувствуя, как тело дрожит.

Моя квартира была тёмной, только свет луны пробивался через шторы. Алиса стояла у двери, её дыхание было частым, а глаза блестели.

— Ты уверена?

Она кивнула, её пальцы дрожали, когда она расстегнула фартук. Под ним оказалась чёрная блузка, обтягивающая грудь, и юбка, которая заканчивалась чуть ниже колен.

— Я… не делала такого раньше.

— Расслабься, — я провёл рукой по её щеке, чувствуя, как тело отвечает на прикосновения.

Девушка опустилась на колени передо мной, её глаза были полны смеси страха и желания. Её пальцы дрожали, когда она расстегнула мой ремень, а затем — ширинку.

Её губы коснулись моего члена, ещё не до конца возбуждённого.

Я провёл пальцами по её волосам, чувствуя, как дыхание становится горячее.

— Не торопись, — прошептал я, когда её язык обвил головку.

Она застонала, её губы сжались вокруг моего члена, а пальцы вцепились в бёдра. Её движения были неопытными, но это только добавляло остроты.

— Ты… чертовка… — прошипел я, когда её язык начал двигаться быстрее.

Она подняла глаза, и в них я увидел отражение завоёванного порока — её самолюбие, которое теперь служило мне.

Когда я кончил, её губы были всё ещё вокруг головки, а глаза — полны удивления и… удовлетворения.

Она лежала на кровати, её волосы растрёпаны, а губы слегка приоткрыты.

Тренировка прошла успешно.

После успешного манипулирования Олегом и заключения нескольких выгодных сделок по телефону, я понял, что моя стратегия работает. Но чтобы подняться выше, получить повышение, мне нужно было больше, чтобы реализовать свои планы. Нужно было либо показать выдающиеся результаты, либо заручиться поддержкой кого-то наверху. И тут на горизонте появилась она — Екатерина Сергеевна, директор отдела стратегического развития.

Екатерина Сергеевна была воплощением холодной красоты. Блондинка с идеально уложенными волосами, строгим костюмом, который скрывал, но не мог полностью замаскировать её аппетитные формы. Её порок был не так очевиден, как у других. Не похоть, не тщеславие… а перфекционизм. Она требовала от себя и других совершенства, и это было её слабостью.

Я сидел за своим столом, глядя на монитор, но мысли были далеко.

— Чтобы подняться, мне нужно либо показать результаты, либо заручиться поддержкой высшего руководства, — я размышлял, глядя на её кабинет через стеклянную стену.

Но как подобраться к ней? Её порок не был связан с интимными желаниями. Она была холодна, как лёд, и требовательна, как алмаз.

— Перфекционизм, — я прошептал, чувствуя, как искра внутри меня разгорается. — Это её слабость.

— Олег, — я подошёл к нему, когда он сидел за своим столом, чуть закрыв глаза и подёргивая рукой. — Мне нужна информация о Екатерине Сергеевне.

Олег вздрогнул, его глаза расширились.

— Зачем? — он попытался улыбнуться, но его порок уже светился ярче.

Судя по характерным дёрганья на лице, прямо сейчас ему делает минет Лера. Сделаю вид, что ничего не заметил.

— Забей, подойди ко мне через некоторое время.

Коллега не заставил себя долго ждать. После того, как из-за угла вышла слегка потрёпанная Лера, следом показался и сам Олег.

— Потому что я знаю, как её соблазнить, — я улыбнулся, продолжив с того места, где остановился.

Олег рассказал мне всё, что знал. Екатерина Сергеевна была замужем, но её муж часто уезжал в командировки. Она была перфекционисткой до мозга костей и требовала того же от сотрудников. Я не знал этого, так как Екатерина Сергеевна напрямую работала только с заместителями.

— Она ненавидит ошибки, — сказал Олег, его пальцы дрожали. — И она ценит тех, кто может их избежать.

Я решил использовать её перфекционизм. Мне нужно было стать для неё идеальным сотрудником, тем, кто никогда не ошибается, кто всегда на шаг впереди.

— Я стану её правой рукой, — я прошептал, глядя на её кабинет. — И тогда она сама приведёт меня к вершине.