Исправленные ошибки

Марк всегда помнил свои промахи. Не так, как обычные люди — смутно, сжав зубы от стыда, а очень четко. Потому что каждый раз после ошибки что-то... менялось.

Первый раз он заметил это в шесть лет. Он разбил вазу, которую мама берегла годами. Осколки, крик, чувство вины — и вдруг... щелчок в голове. Он стоял перед целой вазой, а мама улыбалась: «Марк, иди обедать».

Потом было падение с велосипеда в двенадцать. Он не послушал отца, не надел шлем, и мир на мгновение стал черным. А потом — снова щелчок. Он уже был дома, с разбитой коленкой, но живой, а отец говорил: «Хорошо, что ты хотя бы шлем одел».

С годами таких моментов становилось больше. Проваленный экзамен, ссора с лучшим другом, увольнение с работы — каждый раз после отчаянного «Если бы можно было всё исправить!» мир будто перезагружался. Ошибка исчезала, но память о ней оставалась.

Однажды, уже взрослым, он сидел в кафе и наблюдал, как молодая пара ссорится из-за пустяка. Девушка в слезах выбежала на дорогу — и Марк знал, что сейчас произойдет. Он вскочил, но было поздно...

Щелчок.

Он снова сидел за столом. Пара мирно смеялась, держась за руки.

Марк задумался. Сколько раз он должен был погибнуть? Сколько раз мир «исправлял» его судьбу? А другие люди? Возможно, все мы живём лишь потому, что где-то в бесконечности вселенных есть версии нас, которые ошиблись — и исчезли, чтобы дать шанс тем, кто остался.

Возможно, жизнь — это лишь череда исправленных катастроф.