Исследователь мировых цивилизаций

Однажды я встретил человека, и он рассказал мне о будущем, о государстве которое построило новое поколение в границах моей Родины и территории сопредельных стран. Познакомился я с ним на рынке, когда хозяин палатки вытолкнул его в торговый ряд. Я находился довольно близко и подхватил оступившегося незнакомца. Таким образом, я познакомился с ним.

Нестор, так он представился тогда, довольно странно отреагировал на своё чудное спасение, и предложил угостить меня чашечкой великолепного кофе в качестве благодарности. Я пытался улизнуть по-быстрому и дважды отказался от навязчивых предложений, но каким-то неведомым образом незнакомцу удалось остановить меня и заманить на самый интересный в моей жизни диалог.

Спустя некоторое время, мы оказались в парке, и присели на свободную скамью. Рядом вовсе не было людей, лишь наглые голуби сновали туда-обратно, высматривая, не припрятано ли у людей чего-нибудь съестного. Наконец он обратился ко мне с довольно странной просьбой:

— Расскажи о культуре, о своих желаниях и мечтах, о том, что движет тобой, когда ты принимаешь то или иное решение, будь то покупка продуктов или женитьба.

— А что взамен?

— Ценный опыт, — размышлял вслух Нестор. — Равноценным обменом будут ответы на твои вопросы. Тебя устроит такой расклад?

— Справедливо, тогда слушайте….

Я, почти не задумываясь, рассказал Нестору о настоящей жизни, ту которую я знал, ту которую понимал. Не знаю, что на меня тогда нашло, но я почему-то доверился обстоятельствам, практически ничего не зная о собеседнике. Когда я закончил долгий монолог, единственный его слушатель покачал головой, тем самым выразив понимание сложившихся ситуаций, которые сделали меня тем, кем я был тогда.

— Я услышал то, что хотел. Очевидно, что за этим временем, мне придётся наблюдать гораздо дольше, прежде чем возвращаться. Ты просил ответить на некоторые вопросы. Прошу, задавай их.

Где-то впереди на другом конце парка раздался грохот и последующая за ним брань двух рабочих, один из которых уронил пачку плитки на ногу коллеге. Собеседники ненадолго отвлеклись, а затем Степан спросил:

— Кто же вы всё-таки такой, Нестор?

— Я исследователь, путешественник во времени.

— Неужели?! — критически удивился я, но всё же задал следующий вопрос: — В таком случае, зачем вы путешествуете?

— Так мы исследуем цикличность развития человеческих цивилизаций: путешествуем в прошлое, чтобы получить достоверную информацию.

— Каким образом вы путешествуете во времени?

— Ну, знаешь ли, способы есть. Процесс этот сложный, его нельзя постичь в полной мере неподготовленному человеку. Скажем так, чтобы очутиться здесь, я воспользовался потоком некоторых элементарных частиц. Понимаешь…. Вселенная устроена просто, но только на первый взгляд, и ей, чтобы нормально функционировать, приходится помнить обо всём, что было, есть и будет. Всё что существовало когда-то или будет существовать, или существует в нашем с тобой понимании, никогда не существовало и в тоже время существует всегда.

— О да, зря я спросил, действительно сложно. Но хорошо, раз способ есть. Что тогда? Зачем вы всё это делаете?

— Чтобы построить верное будущее, узнать точно, каким образом и почему происходили те или иные сдвиги в общественном сознании. Меня отправили в этот временной промежуток. На сутки. Чтобы я пообщался с людьми, собрал информацию и факты.

— А вы не боитесь изменить прошлое и связанное с ним будущее?

— Нет. Временные потоки, о существовании которых ты сейчас спросил, да они конечно есть, вариации есть, но их не так просто использовать. Если бы Вселенная была так проста, что несколько путешественников смогли бы изменять её течение времени, то она бы уже давно распалась. История же, она… как каучук, эластичная и податливая, но основные её события – неизменны. Хотя в ваше время популярно другое: темы о путешественниках во времени, которые меняют ход истории. Наивные…. Чаяния людей или напротив их пассивность – вот, что движет цивилизацией.

— Что?! — недоумевал я. — Звучит неубедительно. Как всё это понять?

Нестор широко улыбнулся, коснулся моего плеча, и мы в одно мгновение вдруг оказались в другом месте. Я переполошился и вскочил со скамьи, но это была уже не скамья, а равная ей по высоте каменная глыба, расположенная по левую сторону от ручья, впадающего в узкое озеро, зажатое между высочайшими отрогами какой-то горной страны.

— Что?! Где это мы?

— Озеро Лама, — будто между делом, не предавая значения случившемуся, ответил Нестор. — Не волнуйся. Теперь ты мне веришь?

— Как? Как ты это сделал?

— Я так рад, что мы уже на «ты», — снова бросая мысли между делом, отвечал Нестор. — Неужели ты думаешь, что путешественник, способный преодолеть временной барьер и пересечь многие временные линии, не способен на обычный межпространственный переход?

— Поразительно!

Я только и мог, что открывать рот, поскольку помимо факта мгновенного перемещения я оказался в невероятно живописном месте, которое и представить себе не мог.

— Позволь на примере пояснить тебе процесс, который нормализует историю, — говорил Нестор, продолжая сидеть на каменной глыбе. — Посмотри на озеро. Что ты видишь?

Я задумался, в лицо дул прохладный ветер, приводивший мысли в порядок, за спиной светило солнце, приятно согревавшее затылок. Где-то там вдалеке, на другом берегу, на вершинах белоснежных отрогов клубились комья водяного пара. Наконец я ответил:

— Я вижу озеро, неспокойную водную гладь. Здесь…. Так красиво.

— На водной глади образуется рябь, местами волны сильнее. Теперь возьми камень, тот, что легко можешь поднять и поместить в ладони. Кинь его в озеро и пронаблюдай за тем, как быстро затухают колебания водной глади от места его падения.

Я выполнил то, что сказал Нестор. Волны от внушительного булыжника исчезли почти сразу, поглощённые энергией ветра и создаваемой им встречной силы.

— Этот камень я, а история нашего мира – водная гладь озера, на которую постоянно дуют: люди и другая жизнь, планетарные процессы, космологические события и другие явления. Историю человечества не в силах изменить один субъект. Её вектор задают огромные массы людей, и лишь сопоставимые ей массы способны изменить ход вещей, задать свой вектор развития или деградации. Вот если бы таких исследователей как я были миллионы, тогда мы смогли бы что-то сделать. Однако в таком необычном случае – это уже будет не изменение течения времени, а что-то очень похожее на переселение народа, ибо эти исследователи должны будут прожить всю жизнь в новом для себя времени, чтобы изменить его.

— Поверить не могу… Вы русский?

— Странный вопрос, в наших странах его уже никто не задаёт, но да, я русский, хотя понятия народа в моём времени, как впрочем, и нации, довольно условными стали.

— А что это за страна будущего, о которой вы говорите?

Я с замиранием сердца ждал его ответа. Нестор посмотрел на меня таким добрым взглядом и сказал:

— То, что сейчас происходит с твоей страной… оно не вечно. Сменятся поколения. Регресс остановится, начнётся новое планомерное развитие, с минимальными синусоидальными отклонениями от нормали. Эту страну ждут великие потрясения, связанные с различными обстоятельствами и событиями. В итоге, отчаявшиеся люди встрепенутся и, на развалинах старой империи с её разбалансированной системой, построят новое государство. Великое государство для всех, которое объединит в своих границах человека иного качества, способного выйти на новый виток технологической эволюции в гармонии с самим собой и средой, в которой он обитает. Родятся новые лидеры, которые поведут за собой этих людей в моё будущее. Можешь называть его светлым.

Нестор опять улыбнулся, так по-доброму, так наивно, что в ответ ему я тоже обрадовался, сам не понимая почему.

— То, что я тебе сказал, обязательно произойдёт, — продолжил мой собеседник. — Такое уже было в истории и не раз. Борьба добра со злом никогда не прекращалась, она идёт в сердцах и умах людей. Именно поэтому я прибыл в твоё время, чтобы увидеть последствия деградации, собрать необходимые данные и факты не искажённые поветрием времён. Я вернусь в своё будущее с удивительными открытиями, которые позволят правильно спланировать строительство нашей цивилизации, учесть ошибки прошлых поколений.

— А почему вы путешествуете в прошлое, а не будущее, чтобы узнать что получилось, а что нет?

— К сожалению или счастью, но это невозможно.

— Я не понимаю, вы же сами из будущего.

— Потому что мы первые, ещё не создано то будущее, в которое я или мой современник могли бы отправиться относительно нашего общего настоящего. Мы – фронт событий (бытия, если тебе будет так проще понять), которые создаются вместе с той первой в своём роде удачной реальностью.

Нестор недолго помолчал, а потом вновь добавил, поскольку я не знал, как реагировать и что ещё мог бы спросить:

— Не расстраивайся ты так. Твой опыт – наш опыт. Знаешь, в моём времени студентам, ещё не закончившим высшую школу, предлагается несколько вариантов практики: лаборатория по преобразованию атмосферы Венеры на низкой орбите, либо добывающая колония на Марсе, расположенная в недрах красной планеты. Выпускники же, не все, но многие, отправляются в экспедиции по изучению и картографированию космического пространства, как ближнего, так и дальнего.

На этом наш разговор остыл. Я долго осмысливал то, что сказал мне Нестор и не заметил, как он перенёс меня обратно в парк. Я провожал его взглядом, не в силах окликнуть.

Так он исчез из моей жизни, так же случайно, как и появился.