Исторические портреты. Россия в лицах

Великая княгиня Елизавета Федоровна: внучка королевы Виктории и русская святая

Великая княгиня Елизавета Федоровна была так красива, что муж ревновал ее даже к своему брату — императору Александру.

У бабушки Виктории

160 лет назад, 1 ноября 1864 года в семье великого герцога Гессена-Дармштадского родилась будущая великая княгиня Елизавета Федоровна, ставшая женой великого князя Российской империи Сергея Александровича. Ее младшая сестра выйдет замуж за Николая Романова, будущего императора. А бабушкой Елизаветы Федоровны была королева Англии Виктория.

Будущая великая княгиня, которую в детстве звали Эллой (полное имя — Елизавета Александра Луиза Алиса Гессен-Дармштадтская), часто гостила вместе с братьями и сестрами у бабушки в королевских поместьях — Виндзоре, Балморале и других. Уже повзрослев, она писала Виктории «дорогая бабушка, мы все вспоминаем наше счастливое пребывание с вами, и я не могу достаточно поблагодарить вас за вашу доброту».

Великий герцог, хоть и обладал громким титулом, богат не был. Из семерых детей пять были дочерьми, и нужно было позаботиться об их будущем. Елизавета, будущая обладательница титула «Ея императорское высочество» в 14 лет осталась без матери. Но уже через несколько лет к ней начали свататься видные женихи. Одним из них был будущий кайзер Германии Вильгельм. Однако ему не повезло, Елизавета предпочла русского великого князя Сергея. Ее выбор не очень одобряла королева Виктория, но все-таки согласилась на этот брак.

Поезд в цветах

Весной 1884 года Елизавета приехала в Россию, вместе с ней на свадьбу прибыло все семейство великого герцога Гессена-Дармштадского.

Встречали невесту царского брата торжественно «жених украсил все вагоны ее поезда душистыми цветами исключительно белого цвета». Везде Елизавету встречали толпы народу. В Санкт-Петербург она въехала в золоченой карете Екатерины Великой, запряженной шестью белыми лошадьми. Путь следования немецкой принцессы из скромного герцогства был украшен флагами, цветами и ветвями деревьев.

Наряжаться на свадьбу Елизавете помогала императрица Мария, жена Александра III. На невесте был наряд из серебряной парчи и мантия с мехом горностаев. Среди украшений — бриллиантовая диадема и маленькая великокняжеская корона. Не забыли и о приметах, в одну из свадебных туфель Елизавете положили на счастье золотую монету.

Меню обеда 3 июня 1884 года по случаю бракосочетания великого князя Сергея Александровича с принцессой Елизаветой Гессенской.

Меню обеда 3 июня 1884 года по случаю бракосочетания великого князя Сергея Александровича с принцессой Елизаветой Гессенской. Фото: Музей-заповедник Петергоф

Венчалась молодые дважды, сначала по православному обычаю, затем по лютеранскому. Так как Елизавета выходила замуж не за царя, менять вероисповедание не требовалось. Бабушка королева Виктория прислала свадебный подарок — красивый сервиз, который понравился молодоженам.

Елизавета была очарована православными храмами: богато украшенные, выглядевшие роскошно, они весьма отличались от скромных протестантских кирх. Она даже пообещала бабушке Виктории сделать несколько фотографий церквей и выслать в Англию.

«Тобой любуюсь ежечасно»

Ея императорское высочество великая княгиня Елизавета Федоровна пришлась по душе царскому двору. Приятная в общении, добросердечная «все она видела в розовом свете, и она восхищалась всем и полюбила всех».

Кроме того, Елизавета считалась первой красавицей не только в России, но и в Европе. Президент императорской академии наук, великий князь Константин даже посвятил ей стихи:

Я на тебя гляжу, любуюсь ежечасно;

Ты так невыразимо хороша!

О, верно под такой наружностью прекрасной

Такая же прекрасная душа!

А заканчивалась ода в честь прекрасной Елизаветы такими строчками:

И всякий, увидав тебя, прославит Бога,

Создавшего такую красоту!

Но проявление восторгов вызывало неудовольствие мужа — великого князя Сергея. Французский посол Палеолог вспоминал «он показывал себя самым подозрительным и ревнивым мужем, не допуская, чтоб его жена оставалась наедине с кем бы то ни было, не позволяя ей выезжать одной, наблюдая за ее перепиской и ее чтением, запрещая ей читать даже „Анну Каренину“, опасаясь, чтобы обаятельный роман не пробудил в ней опасного любопытства или слишком сильных переживаний». Муж ревновал ее даже к своему брату — императору Александру и устраивал ей, как пишет Палеолог «жестокие сцены».

Однако Елизавета этим не возмущалась, и однажды, когда кто-то высказал ей сочувствие, она ответила «меня нечего жалеть. Несмотря на все, что можно обо мне говорить, я счастлива, потому что очень любима».

Православная княгиня

В 1888 году Елизавета с мужем побывали на Святой земле. Она писала из Иерусалима бабушке Виктории в Англию «это как сон — видеть все эти места, где наш Господь страдал за нас».

Великокняжеская чета прибыла сюда для участия в освящении храма, построенного в память о матери Сергея Александровича. Огромное впечатление произвел на великую княгиню Гефсиманский сад, у нее даже вырвались слова о том, что она желает быть похороненной именно здесь.

Император назначил своего брата Сергея московским генерал-губернатором. Так как он занял высокий государственный пост, Елизавета задумалась над тем, чтобы перейти в православие. Обязанности мужа предполагали его участие в различных церковных праздниках, и присутствие там жены-протестантки выглядело бы некорректно.

Некоторые современники полагали, что принять новую веру Елизавету принудил муж. Об этом прямо говорил посол Франции Палеолог. Однако такие домыслы опровергаются перепиской между Елизаветой и ее отцом. Герцог Гессен-Дармштадский прямо говорил «то, что Сергей не был замешан в этом деле, меня успокаивает». Великая княгиня писала ему «Сергей меня никогда не заставлял и не старался меня переубедить. Я чувствую, что этот шаг ведет меня ближе к Богу». А бабушке Виктории Елизавета сообщала «иметь одинаковую религию с мужем — это такое счастье!».

После назначения мужа московским генерал-губернатором спокойная жизнь у Елизаветы закончилась. Она переживала за него, так как тот взвалил на себя огромную тяжкую ношу. И как оказалось, не напрасно. В феврале 1905 года великий князь Сергей Александрович был убит террористом, бросившим в него бомбу. Его буквально разорвало на части. Елизавета в это время находилась неподалеку. Услышав взрыв, она выбежала на улицу и увидела обезображенные останки любимого мужа. Их погрузили на сани и повезли в ближайшую церковь. Великая княгиня шла за ними пешком, сжимая в руке иконку, которую носил на себе муж, она лежала рядом с телом.

«Здравствуйте, целуйте ручки!»

Долгое время Елизавета Федоровна носила траур по убитому мужу, она перестала появляться в высшем свете, очень часто посещала церковь и молилась. Через несколько лет великая княгиня купила большую усадьбу в Замоскворечье на Большой Ордынке. Здесь Елизавета основала Марфо-Мариинскую обитель — женский монастырь со школой для девочек и больницей.

«Строгое, простое и чарующее» одеяние для сестер было разработано знаменитым художником Нестеровым. Он же расписывал построенный в обители Покровский храм. Позднее Нестеров вспоминал «мы с архитектором Щусевым призваны были осуществить мечту великой княгини. Создание обители и храма Покрова производилось на ее личные средства. Овдовев, она решила посвятить себя делам милосердия».

Обитель открылась в 1910 году. Больница при ней считалась лучшей в Москве, в аптеке лекарства бедным отпускались бесплатно. Великая княгиня старалась помочь всем обездоленным. Она часто ходила по окраинам Москвы в сопровождении всего лишь одной монахини, помогала кому чем могла. Беспризорных детей забирала в обитель, учила их. Кроме того, Елизавета сама помогала врачам при сложных операциях, и потом выхаживала больных. А как-то с ней произошел случай в приюте для маленьких девочек. Накануне ее приезда заведующая наказала детям, что как только войдет великая княгиня, надо кричать «Здравствуйте» и целовать ручку. Елизавета Федоровна вошла и девочки дружно закричали: «Здравствуйте, целуйте ручку!». Великой княгине деваться было некуда, она улыбнулась и «перецеловала у всех девочек их ручки».

Охрана днем и ночью

После убийства ее мужа полиция полагала, что и на саму великую княгиню могут устроить покушение. И потому Елизавету Федоровну охраняли. Правда, она отказалась от этого, и охрана была негласной. Возле Марфо-Мариинской обители полиция сняла квартиру, где находились четыре сотрудника в штатском. При получении сообщения, что великая княгиня вышла на улицу, они устремлялись за ней, стараясь не попадаться на глаза. Ежедневно составлялись отчеты, где была великая княгиня, с кем встречалась. Эти отчеты, заполнявшиеся в течение семи лет, хранятся сейчас в Государственном архиве РФ.

Так как Елизавета Федоровна вела скромный, абсолютно непубличный образ жизни, передвигалась без всякой свиты, с ней порой случались разные происшествия. Например, из-за путаницы с местами ее хотел высадить железнодорожный кондуктор, как безбилетницу. После этого с великой княгиней при поездках на поезде стал ездить сопровождающий.

Ссора из-за Распутина

Удивительным образом судьба Елизаветы Федоровны оказалась связана с Распутиным, имевшим огромное влияние на царскую семью, а более всего на императрицу Александру, младшую сестру великой княгини.

Своих детей у Елизаветы Федоровны не было и она воспитывала племянников, оставшихся без матери. Один из них — великий князь Дмитрий Павлович, родился в имении, принадлежавшем мужу Елизаветы. Впоследствии он стал одним из убийц Распутина. Современники полагали, что размолвка между сестрами также произошла из-за этого сибирского мужика.

Посол Англии в России Бьюкенен писал, что великая княгиня пыталась открыть глаза императрице на истинный характер Распутина «в декабре 1916 года она явилась в Царское, решившись сделать последнее усилие, чтобы спасти сестру, которую она любила. Однако веры императрицы в человека, которого она считала орудием, избранным богом, нельзя было поколебать, и, выслушав нетерпеливо речь великой княгини, она прекратила разговор. Две сестры расстались, чтобы никогда не встретиться больше».

Трагедия на Урале

После революции 1917 года к власти пришли большевики. Сначала они не трогали Марфо-Мариинскую обитель. К 1918 году Елизавета Федоровна оставалась последней представительницей императорского дома, еще не арестованной чекистами. Посол Германии Мирбах дважды предлагал ей уехать из России, но она отказалась. Также не согласилась великая княгиня тайно покинуть обитель и спрятаться где-нибудь, она не хотела бросать своих монахинь.

5 мая 1918 года Елизавету Федоровну арестовали и отправили в ссылку на Урал. А там через Екатеринбург чекисты увезли великую княгиню в Алапаевск. Здесь она и жила в помещении местной школы вместе с другими великими князьями из рода Романовых.

После того, как в Перми был расстрелян брат Николая II Михаил, и казнен в Екатеринбурге император с женой и детьми, чекисты решили расправиться и с остальными членами царской семьи, находившимися в Алапаевске. Они инсценировали нападение на школу со стрельбой, а сами вывезли всех к ближайшей шахте и живыми сбросили вниз. Несколько дней оттуда доносились крики и стоны. Вернувшись, чекисты набросали в шахту гранат, а затем завалили вход в нее. Позже большевики сообщили в газете, что арестанты похищены неизвестными. В заметке были указаны все, кто содержался в Алапаевске, кроме Елизаветы Федоровны. Оказывается, чекисты сделали это не просто так. Объяснение нашел следователь Соколов, расследовавший убийство царской семьи.

После убийства 6 июля 1918 года германского посла Мирбаха в Москве немцы настаивали на том, чтобы ввести батальон своих войск в столицу России. Также 19 июля они потребовали «оградить жизнь немецких принцесс», то есть Елизаветы Федоровны и императрицы Александры. Большевики заверили немцев, что эти особы вне опасности, хотя обе были уже убиты — Александру расстреляли 17 июля, а Елизавету сбросили в шахту 18 июля. Именно поэтому в газете и не упоминалось о похищении Елизаветы Федоровны, большевики делали вид, что с ней ничего не случилось.

После того, как Колчак занял Урал, тела погибших в Алапаевске были извлечены из шахты. Гробы с ними поставили в склеп местной церкви, а после начала наступления Красной Армии их эвакуировали в Читу. Весной 1920 года останки расстрелянных перевезли в Пекин и поместили в склеп православного собора. Узнав об этом, старшая сестра Елизаветы Виктория, английская принцесса Маунтбеттен, распорядилась перевезти тело родственницы в Иерусалим, где та когда-то мечтала найти вечный покой. В 1921 году ея императорское высочество великая княгиня Елизавета Федоровна была захоронена в Гефсиманском саду. После смерти она была причислена православной церковью к лику святых.

Лев Троцкий. «Иуда», шпион и «подонок рода человеческого»

7 ноября 1879 года, 145 лет назад, родился Лейба Бронштейн, известный как Лев Троцкий. Он был одним из вождей революций 1905 и 1917 годов, возглавлял советскую дипломатию и командовал Красной Армией в гражданскую войну. Именно Троцкого вывел в роли главного врага народа Оруэлл в своем романе «1984». Там он предстал под именем Эммануэля Голдштейна, которому ежедневно посвящались «двухминутки ненависти».

Жизнь Троцкого, десятки лет привлекавшего внимание миллионов людей, изучена подробнейшим образом с момента рождения и до самого убийства в августе 1940 года в Мексике. Одни его любили и готовы были идти на смерть за своего кумира, другие люто ненавидели, считая его чуть ли не исчадием ада и врагом человечества. Самым жутким его противником был Сталин. Он преследовал Троцкого повсюду и наконец, по поручению вождя советского народа тот был зарублен альпинистским топориком — смертельные удары нанес секретный агент НКВД, получивший за это звание Героя Советского Союза.

Лев Троцкий родился в семье небольшого землевладельца, далекого от политики — его волновали только цены на пшеницу. Лев рос любознательным, многим интересовался и когда начал учиться в Одессе, а затем в Николаеве, то в силу неугомонного характера увлекся революционной деятельностью. В своей книге «Моя жизнь» Троцкий попытался определить, что же толкнуло его на этот путь. Он писал, что революционером стал, так как не любил несправедливость.

Но, скорее всего, юный Троцкий почувствовал, что есть возможность проявить себя. Заниматься тяжким крестьянским трудом как отец и мать совсем не хотелось. Его притягивало чтение книг, самых разных, даже судебные отчеты об убийствах он проглатывал залпом. Троцкий вспоминал «я читал запоем». Впечатлительная натура, а совсем не борьба за права человека, привела его к революционной деятельности. Троцкий знал о народовольцах, о террористах, увлекся марксизмом, став постарше, организовывал нелегальные кружки, где выступал перед рабочими. Говорил он горячо, образно и мог убедить кого угодно в чем угодно.

Этот образ говоруна остался с ним на всю жизнь. Даже в 1919 году, когда Троцкий командовал Красной Армией, его встречали как оратора. Во время визита в Вологду в местной газете писали: «Товарищ Троцкий принадлежит к числу немногих талантливых политических деятелей, у которых ораторские дарования блестяще сочетаются с дарованиями литературными». Для его выступлений специально устраивали митинги, на которых он мог выступать часами.

Первый арест Троцкому не понравился. Он сидел в тюрьме, где его кормили раз в день, и спал на грязных нарах. Но вдруг приехала мама и привезла ему чистую одежду и много еды, даже апельсины. Будучи уже взрослым, Троцкий опять попался полиции и был сослан вместе с женой в Сибирь, где у него родились две дочки. Сбежав из ссылки, он пробрался за границу, где познакомился с Лениным и другими марксистами. Кстати, о жене в суматохе революционной болтовни он забыл и практически больше не встречался с ней. Бежал будущий народный комиссар по поддельному паспорту, куда сам вписал выдуманную фамилию «Троцкий». В Париже Бронштейн-Троцкий найдет любовь всей своей жизни — Наталью Седову, которая будет с ним до самого конца.

Троцкий много публикуется, неустанно выступает в дискуссиях, на разных съездах и конференциях. В «Моей жизни» он постоянно упоминает Ленина, как товарища по борьбе за счастье пролетариата. Троцкий упивается такой жизнью, он буквально везде: успевает спорить с меньшевиками и большевиками, обрушивается на германских либералов и пишет статьи в разные издания. Троцкий всегда на виду, его знают. Не примыкая к партийным фракциям, имеет собственное мнение. В Европе он знаменит как яркий публицист.

В революцию 1905 года Троцкий приехал в Россию, стал председателем Петербургского совета рабочих депутатов. Он выступал, где только можно, и постоянно занимался любимым занятием — дискуссиями на любые темы в газетах, на съездах. Троцкий очень доволен происходящим и пропагандирует идею «перманентной революции», то есть постоянной мировой бури.

Вскоре его арестовали и отправили на вечную ссылку в Сибирь. Но по пути туда, когда партию арестантов доставили в городок Березов, Троцкий сбежал. Помог местный крестьянин по прозвищу Козья Ножка, познакомив с охотником, который взялся доставить Троцкого до железной дороги. Закутанный в шубы, имея при себе несколько бутылок спирта, тот благополучно на оленьей упряжке преодолел сотни верст и добрался до цивилизации. И даже отправил телеграмму жене, чтобы та встретила его на одной из станций. А когда на телеграфе что-то напутали, Троцкий, уже встретившись с женой, намеревался устроить скандал. Супруга была напугана и вспоминала потом «я еле отговорила его. Меня поражала свобода и непринужденность, с какой держал себя Лев Давидович». Ему нравилось так жить — ярко, свободно, ощущая себя человеком, который все может преодолеть.

Потом снова была эмиграция. Европа, Соединенные Штаты, и везде Троцкий блистал, дискутировал, даже в канадском лагере, куда его заключили как подозрительное лицо.

Началась революция в России и Троцкий возвращается, участвует во всех событиях, руководит восстанием в Петрограде, известном как Октябрьская социалистическая революция. Троцкого назначают народным комиссаром иностранных дел, и он постоянно общается с дипломатами, умудряется дискутировать, даже выступая по радио.

Он возглавил Красную Армию и два с половиной года мотался по фронтам, организуя беспощадную борьбу с белыми. Под ружье было мобилизовано порядка трех миллионов человек, правда, 2,5 миллиона дезертировало, но все равно перевес над противником оставался громадный. Троцкий даже собирался выступить на суде над императором Николаем II, но, к его сожалению, показать себя на этом, безусловно, громком процессе, не удалось.

Он проделал огромную работу, фактически укрепив советскую власть и защитив ее от всех врагов. И это стало поводом ввязаться в борьбу за лидерство со Сталиным, отзываясь о том, как о ничтожестве. Союзников в этой борьбе Троцкий не искал. Но Сталин не забывал оскорблений и жестоко мстил за это. После смерти Ленина, который ценил Троцкого как организатора, того очень быстро отстранили от власти. Ораторы-краснобаи и талантливые публицисты на государственных постах оказались не нужны. Настало время тяжкой ежедневной работы по строительству государства — без ярких эффектов и красивых слов.

Троцкий оказался вне власти и не смирился с этим. Он постоянно публиковался, выступал, но талант митингового оратора тонул в вязкой рутине партийной жизни. Он был уже никому не интересен. На всякий случай, чтобы Троцкий не мутил воду в столице, его сослали в Алма-Ату. Начальник ОГПУ (советской тайной полиции) Менжинский сообщал, что провожать Троцкого пришло около двухсот человек, многие пьяные. Они срывали стоп-краны у поезда, мешали машинисту паровоза. А когда выяснилось, что Троцкого в вагонах нет, разошлись. А его отправили на следующий день без всяких провожатых.

Впоследствии его выслали из страны и Троцкий мотался по миру, ища себе прибежище. Везде писал книги и статьи, выставляя Сталина главным врагом пролетариата и своим тоже. За пределами Советского Союза Троцкий все еще был популярен, его идеи о развитии марксизма находили отклик среди рабочих и интеллигенции.

Но Сталин ненавидел Троцкого от всей души. Он даже пошел на то, чтобы уничтожить боевые отряды испанцев-троцкистов во время гражданской войны 1937 года в Испании. А в Советском Союзе той поры даже подозрение в симпатии к Троцкому могло привести к расстрелу. Варлам Шаламов в своих «Колымских рассказах» писал, что зэки, в чьих делах была пометка КРТД (контрреволюционная троцкистская деятельность) заведомо обрекались на истребление. Пощады им не было. В «Кратком курсе ВКП (б)», изданном в 1938 году, Троцкий и троцкисты прямо назывались бандой убийц и шпионов. Их заклеймили «белогвардейскими пигмеями» и «козявками», «подонками рода человеческого». Троцкого индивидуально именовали «иудой».

А в 1940 году Сталин добрался до своего врага. Троцкий был убит и похоронен во дворе своего мексиканского дома. Газета «Правда» опубликовала статью без подписи, где говорилось: «В могилу сошел человек, чье имя с презрением и проклятием произносят трудящиеся во всем мире, человек, который на протяжении многих лет боролся против дела рабочего класса и его авангарда — большевистской партии».