Из дневников алхимика

Из дневников Алхимика.. отрывок.

.. Эта история началась в году 1775-м от Рождества Христова. Я путешествовал по Московии, называемой к тому моменту Россией. Гостил у своей давней знакомой - княгини Юсуповой. А заодно изучал так сказать электорат. Надо отметить, княгиня сильно пострадала от набегов шайки Емельяна Пугачева. Ряд ее имений были разграблены, а некоторые и сожжены. Я утешал ее как мог, в силу своих скромных способностей. К моменту моего визита разбойник Пугачев уже был пойман и четвертован, что конечно несколько подняло настроение хозяевам дома.

В усадьбе случалось бывать деревенским ребятишкам - они носили воду, молоко и фрукты. Порой их допускали прислуживать за столом.

И вот в один из дней слышу - во дворе переполох. Оказалось - кто-то из пацанят шутки ради открутил голову одной из хозяйских кур. Натурально открутил. Руками. В свое оправдание голосил, дескать «Лишо хотел узнать- что там у ней вовнутрЯх!» Было решено высечь мальчишку.. Сек лично хозяйский конюх - косматый коренастый старик. Прилюдно. В назидание остальным.

Мне доводилось видеть до того казни. Множество разных казней. Еще не до конца стерлись из памяти крики жертв Томаса Торквемады, подвергавшихся искусным пыткам во времена, когда он возглавлял испанскую инквизицию.. Но тут - что-то уж не знаю что - тронуло мое сердце. Я остановил конюха, схватив его за руку и забрал плеть..

Мальчишку звали Федькой и от роду ему было 4,5 года. Отец его год как помер от чахотки. Мать скончалась при родах. Княгиня готова была отдать мне даром хилого ребенка. «Лишний рот - проку от него - нуль - одни расходы!» Однако же я выложил за него ровно 25 рублей серебром. И присоединил к своей немногочисленной свите..

Мы объездили пол Европы. Поначалу постреленок был вял и скучал за домом. Кочевая жизнь была ему непривычна. Красавица Белла - одна из моих.. помощниц откармливала его. Особенно пришлась Федору по вкусу осетровая икра. Он уминал ее за обе щеки. «На здоровье, титятко!!» приговаривала Белла, и заливисто хохотала, тряся пышной копной рыжих волос.

«Тятя, - говорил с набитым ртом Федя - обращаясь ко мне, - век жить буду - не забуду вашей доброты! Уж будьте покойны!» Будешь, конечно будешь, и не один век - улыбался про себя я..

Не испытывая недостатка в пище - в обществе моих спутников отрок стремительно взрослел. В то время мы гостили в Париже. Федору исполнилось четырнадцать. Однажды он был замечен при дворе Людовика XVI. Замечен тем, что обрюхатил одну из фрейлин, чье имя история не сохранила.. разразился грандиозный скандал. И мне пришлось несколько напрячься, чтобы сорванец избежал визита в Бастилию с последующим выходом на гильотину.. История - барышня с юмором. Не прошло и каких-то 9 лет, как уже голова самого Людовику XVI - летела с плахи после удара лезвия той самой гильотины. Под улюлюканье толпы. Федор стоял по левую руку от меня и лишь тень холодной улыбки коснулось его лица в момент отделения головы от тела монарха..

Я отдал Федора в Сорбонну, где он получил не только блестящее образование в области точных наук, но и успел испортить добрую дюжину парижских барышень. Впрочем, подобию приличных манер он все таки нахватался..

С тех пор он служит моим секретарем. И личным помощником. Случается - откручивает головы. Не только курицам. Все так же хитер и смекалист. За что и ценю. А еще - разумеется - за верность. Держит слово, данное в детстве)..