Из жизни деревенского участкового

Реальный случай, все имена изменены. Рассказ деревенского участкового об одном из эпизодов своей работы.

Был у меня на участке один шизик. Не просто вредный до безумия, а реальный псих, который имел соответствующий диагноз и на учёте в соответствующем учреждении состоял. Соответственно, я его тоже курировал. Ко всему прочему, персонаж он был далеко не безобидный, уже успел отсидеть несколько раз, правда, по не тяжёлым статьям. В общем, с такими как он, так положено. Мало ли, что он сейчас относительно безобидный, а завтра у такого персонажа перемкнёт в голове и получишь техасскую резню бензопилой на своём участке.

Но именно этот персонаж, особых неприятностей мне не доставлял. После последней отсидки, вёл себя относительно тихо. Так, буянил по мелочи, но ничего такого, что бы закрыть его в очередной раз. Бумажного геморроя мне конечно прибавил, но бумага она как известно всё стерпит.

Имелась у него одна навязчивая идея, будто во время второй чеченской компании, во время нахождения его в действующей армии, лично Путин, прямо в новогоднюю ночь 2002 года, вживил ему в голову чип. Понятное дело, что в армии он никогда не служил и если и выезжал куда, то только в несколько соседних сёл и в краевой центр на заработки. Да и новогоднюю ночь 2002, он провёл на зоне, о чём имеются документальные свидетельства. Откуда такая идея возникла у него в голове, ни один психиатр не мог дать ответ. Вот есть и всё.

И ладно бы это была у него просто шиза, с которой он делился с деревенскими мужиками за пивом, но он постоянно требовал, дабы его проверили на детекторе лжи на предмет правдивости его показаний, после чего, возбудить уголовное дело против Путина, за незаконное чипирование. И не просто требовал, а делал это в письменном виде. А у нас как, гражданин написал заяву и ты должен её в обязательном порядке отработать. Ну, пока он мне писал, всё было нормально, я ему просто отказывал, так же в письменном виде. Потом, видя безрезультатность своих попыток, товарищ начал писать наверх и в прокуратуру и в следственный комитет и в администрацию края и даже в администрацию президента.

Вышестоящие инстанции, естественно, спускали это обратно мне, требуя разобраться. Я готовил материалы, прикладывал заключение доктора и отправлял наверх. Там морщили нос и отправляли в архив, на чём всё и заканчивалось. Таким макаром, товарищ доставал меня несколько лет и когда он нашёл постоянную работу в краевом центре, я только вздохнул с облегчением, хоть меньше бумаги измараю.

И вот, через несколько лет, одним промозглым осенним вечером, почти ночью, мне поступает звонок с телефона с подключенной услугой анти-АОН. Ну ладно, отвечаю, мало ли чего случилось. А там мой шизик, о котором я успел уже забыть.

- Привет Сергеич, помнишь меня?

- Привет Васёк, конечно помню – ещё бы я его не помнил, сколько лет мне мозг выносил – Ты чего хотел -то? Случилось чего?

- Ага, хотел. Сергеич, а найди меня.

- Неожиданно, а на кой ты мне нужен?

- А помнишь, ты говорил, что на детектор лжи отправляют после совершения тяжких и особо тяжких преступлений?

- Помню, было такое.

- Так вот, я человека убил и хочу что бы ты отправил меня на детектор лжи. Если не найдёшь, я ещё одного убью.

И повесил трубку. Трындец! И кого, а главное где, он мог убить? И вообще, убивал ли? У нас в станице? Это вряд ли, ко мне уже прибежали бы. Далеко он никогда не уезжал. Может кого в районе? Звоню своим в дежурку, были ли свежие убийства или тяжкие телесные? Говорят что нет. У меня следующий вопрос, а были ли в городе? Город это уже другая юрисдикция и парням в дежурной смене вот вообще не убилось заморачиваться тем, что происходит в городе, естественно, меня посылают далеко. Тебе надо, ты и узнавай. Ладно, сам узнаю. Сел обзванивать городские РОВД на предмет убийств. И тут мне следующий звонок со скрытого номера.

- Сергеич, ты ищешь меня? А то я тут ещё одного человека убил – и повесил трубку.

Ладно, звоню в ГУВД по городу и повезло, как раз на дежурстве была знакомая дама. Я ей обрисовал ситуацию и прям в кассу. У них уже два сто одиннадцатых (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью). Вот это поворот!

И тут надо сделать одно отступление. У полиции нет своего СОРМ (Система оперативно-розыскных мероприятий. Грубо говоря, это совокупность технических средств обеспечивающих ФСБ админский доступ в сеть связи оператора), она не может в реальном времени отследить звонок, узнать скрытый номер и местонахождение абонента. Необходимо соблюсти кучу бюрократических процедур, а это дело не одного дня.

Я ноги в руки, бегом к его матери и начинаю её опрашивать на предмет местонахождения сына. Та толком ничего не знает, сын уже давно не появлялся, живёт неизвестно где, никаких контактов не оставил, так, звонит иногда, не больше. Единственное, получил от неё зацепку в виде места работы сынишки. Полез в интернет, узнать что за контора и её контакты. Как ни странно, нашёл и тут же сел звонить. Время уже ночь, но мне повезло, один из указанных номеров ответил. Начал крутить абонента на информацию о товарище. Тот ничего толком не знал и перенаправил меня на другой номер, где могли что-то знать. Там человек знал чуть больше и отправил меня на третий, где мне повезло, дали адрес и телефон, где мой подопечный проживал.

И в этот момент, мне звонок от знакомой из ГУВД по городу с паническими нотками, у них уже третий сто одиннадцатый, а один из раненных уже умер и никаких зацепок. Я ей - повиси на трубке, вроде есть зацепка, если сработает, буду с подозреваемым разговаривать и назову адрес, тебе туда только наряд отправить. Беру второй телефон, звоню на найденный номер и БИНГО! Мой подопечный как раз трубку взял и с нескрываемым удивлением поинтересовался.

- Сергеич, ты что ли?

- Я Васёк – и называю его адрес, а знакомая по второму телефону сразу подтверждает что услышала и наряд отправляет – видишь, нашёл тебя среди ночи – и начинаю его забалтывать, чтоб не сдриснул. Через десять минут нашего трёпа, он мне сообщает что подъехали пепсы и поинтересовался, не от меня ли? От меня, конечно, сам ведь просил найти. Посоветовал не сопротивляться и сразу сдаться, что он и сделал.

По итогу, товарищ признался в трёх нападениях, но сто процентов привязать к нему смогли только два, одно из которых с покойником. Соответственно, товарищ был отправлен в специальное учреждение на много лет. А может даже и на всегда, по слухам, в этих спецпсихушках порядки мама не горюй и если человек возвращается, то как правило, безобидным овощем.