Из рода Свирх. Дикарка

— Раала и Маара, сегодня вы покажете, достойны ли носить гордое имя дочерей Свирх! — провозгласил Глава рода. — Восемнадцать лет, начиная с вашего рождения, Лес наблюдал за вами. Сегодня он преподаст каждой из вас урок, ибо никто не ведает тайны души лучше Леса.

Я прислушалась к звукам Леса, который окружал селение Свирх плотной стеной: перешёптывались с ветром тёмно-красные листья деревьев, опутывали землю клубки корней. Лес, мудрый и таинственный, наблюдавший за каждым, сегодня ждал нас с Раалой. Мне показалось, что все люди, пришедшие проводить нас, тоже прислушиваются к его звукам. Они стояли кругом, как того требовал ритуал. В центре были мы с Раалой, Глава рода и высокий ритуальный костёр.

Я мельком взглянула на подругу: с детства болезненная, Раала жила только благодаря постоянным подпиткам магии рода. Казалось, она покачивается от каждого дуновения ветра. Раала не участвовала в тренировках и проводила время за переписыванием свитков с магическими заклинаниями или зельевареньем. Невысокая, бледная, со слишком худым лицом — она была некрасивой и будто состояла из острых углов. Прекрасными у Раалы были только длинные, светлые волосы и глаза: большие, ярко-голубые, они сразу приковывали к себе взгляд и напоминали о чистом бездонном небе. Но сейчас волосы подруги были собраны в тугой узел, а в глазах метался страх. Я тоже за неё боялась, до последнего была уверена, что Раалу освободят от испытания. Мой отец так и сделал бы, но теперь у нас другой Глава рода. Он сказал, что проходить испытание Леса — традиция рода Свирх. Лес ни для кого не делает исключений, значит, и мы не должны.

— Раала! — торжественно произнёс Глава рода.

Подруга вскинула маленький подбородок, будто его приподняли невидимые пальцы.

— Готова ли ты пройти испытание, которое приготовил для тебя Лес? — продолжал Глава рода.

— Готова! — ответила девушка тонким, подрагивающим голосом.

В толпе раздался громкий вздох её матери. Я посмотрела в сторону женщины. Хотелось сказать: «Не переживайте, я присмотрю за Раалой. Если придётся, помогу».

Но ритуал нельзя нарушать лишними словами. Поэтому я постаралась выразить всё, что хотела сказать, взглядом. Однако, мать Раалы смотрела только на дочь. Её губы беззвучно шептали напутственные слова, в глазах читалась надежда на то, что Лес будет милостив к малышке Раале.

Моё сердце сжала печаль: меня проводить никто не пришёл. Даже Фееб, а ведь он знает, что значит для меня сегодняшний день! Но тщетно я выискивала в толпе светло-русые вихры Фееба — моего кохаи* не было.

Тем временем, Глава рода взял с расстеленного на земле полотна один из двух ритуальных кинжалов. Рукоять оружия была обмотана потемневшей кожей, по клинку метались отблески костра. Медленно и торжественно Глава рода подошёл к Раале и срезал прядь её светлых волос.

— Я беру твой волос и отдаю его предкам рода Свирх, — объявил он.

Все люди рода тут же подхватили:

— Волос от волоса, падёт на землю, прорастёт травой.

Глава рода взял Раалу за руку и порезал ей ладонь. Девушка тихонько вскрикнула, по бледной коже потекла кровь.

— Пусть кровь твоя станет соком, питающим корни деревьев, — провозгласил Глава.

— Кровь от крови, падёт на землю, прорастёт травой, — загудели люди.

Глава рода отпустил руку девушки, и рана начала стремительно затягиваться. Пара мгновений, и кроме следов крови о ней ничто не напоминало.

Мужчина поднял руки к небу и воскликнул:

— Мы отдаём лесу девочку, чтобы он вернул нам воительницу!

Это были обязательные слова ритуала, но применительно к Раале они прозвучали странно, даже издевательски. Мне вспомнилось, что отец в случаях, когда испытуемый никак не походил на воина, пропускал эту часть или заменял словами от себя — чем вызывал недовольство некоторых членов рода. Потом они долго спорили и упрекали отца в отхождении от канонов, на что он только отшучивался, мол каноны канонами, но есть ещё здравый смысл.

Я сморгнула некстати набежавшую слезу: как жаль, что отца не стало! Это он должен был отправлять меня на испытание. Он, а не этот!

— Свирх! Свирх! Свирх! — закричала толпа, отвлекая меня от мыслей об отце.

Глава рода протянул Раале на вытянутых ладонях кинжал. Девушка в испуге отшатнулась от него, словно от змеи, но затем неуверенно взяла оружие и неловким движением вложила в висящие на поясе ножны.

Глава рода взял чашу, налил в неё из кувшина тёмно-красный сироп и протянул Раале.

— Пусть напиток предков придаст тебе отваги! — провозгласил он.

— Свирх! Свирх! Свирх! — вновь пронеслось по кругу.

Раала взяла чашу обеими руками и медленно выпила. После чего отдала чашу Главе рода.

— Раала, ты вправе попросить для защиты что-нибудь ещё, — сказал он. — Только одно.

Девушка обвела взглядом верхушки деревьев, будто искала там ответ на вопрос. Затем робко спросила:

— Магическое заклинание можно?

— Можно.

— Тогда мне... заклинание лёгкого пути.

Хм... А что же выбрать мне? Я одинаково хорошо владела копьём и кистенём, однако пробираться с длинным копьём через чащу будет неудобно. Если бы можно было заранее знать, какое испытание приготовил Лес!

Между тем, Глава рода взял Раалу за обе руки и прикрыл глаза, делясь магией. Даже несмотря на жгучую неприязнь к этому человеку, я в этот момент залюбовалась им. Он был ещё достаточно молод, высок и широк в плечах. В нём ощущалась порода. Светлые длинные волосы были заплетены во множество кос и схвачены в узел, как того требовала церемония, внимательные серые глаза, казалось, успевали наблюдать за каждым в круге. Длинный церемониальный халат распахнулся на его груди, открыв мускулистый торс. Этот Глава рода точно был создан для проведения ритуалов; он напоминал духа Леса, который вышел к людям, чтобы наделить их крупицей своей силы.

Наконец, Глава отпустил руки девушки и сказал:

— Уливай седи.

Это было одновременно пожелание победы и удачи. Такими словами провожали в бой всех воинов рода Свирх.

Раала поклонилась сначала ему, затем остальным жителям селения.

— Уливай седи, — напутствовали её.

Судорожно сжав рукоять кинжала, Раала направилась к воротам, за которыми начинался Лес.

До меня вновь донёсся взволнованный шёпот матери Раалы. Теперь даже можно было различить отдельные слова.

— Маара! Готова ли ты пройти испытание, которое приготовил для тебя Лес? — произнёс Глава рода.

Я перевела на него взгляд: вот и до меня дошла очередь.

— Сегодня тебе предстоит показать, достойна ли ты гордого имени дочери нашего рода.

Краем глаза я видела, что Раала уже вышла за ворота.

Мужчина взял второй ритуальный клинок, приблизился ко мне и наши взгляды встретились. От холода в его глазах у меня даже спина застыла. Медленно и торжественно Глава рода срезал прядь моих тёмно-рыжих волос и бросил в костёр. Языки пламени взвились искрами к фиолетово-розовому небу. Далее последовали слова ритуала, но я слушала их вполуха. В голове вихрем проносились события последовавшие сразу после смерти отца от болезни. Тогда я была слишком потрясена, и всё проходило как в тумане, но теперь нет нет, да вспоминался спор, возникший между жителями: кто должен стать новым Главой рода. Нашлись те, кто считал, что нужно выбрать меня. Но их голоса были слишком робкими, и быстро смолкли, заглушённые криками, что я найдёныш, которого подкинул роду Свирх Лес. Никто не знает, кем были мои настоящие родители. А назначении преемника вопрос принадлежности к роду самый важный.

— Пусть кровь твоя станет соком, питающим корни деревьев, — голос Главы рода прогремел над моей головой, вырвав из тягостных воспоминаний.

— Кровь от крови, падёт на землю, прорастёт травой, — подхватили люди в кругу.

Взмах кинжала, и мою руку пронзила острая боль. Я прикусила губу. Края раны набухли, точно пытались удержать кровь, но вот вдоль пореза появились первые капли, а затем она заструилась по руке.

— Мы отдаём лесу девочку, чтобы он вернул нам воительницу! — объявил Глава рода.

Он отпустил мою руку, и я увидела, как рана затягивается, не оставляя даже шрама на коже. Мужчина протянул мне на вытянутых ладонях кинжал. Я церемонно взяла его и вложила в ножны.

Теперь Глава рода должен был предложить мне выбрать оружие по желанию. Но он медлил. Я прямо посмотрела ему в лицо и неожиданно для себя поняла, что попрошу. Даже не попрошу, а потребую. И это будет не копьё и не кистень.

В толпе раздались покашливания — не только я заметила заминку.

— Маара, ты вправе попросить что-нибудь ещё для своей защиты, — словно через силу сказал Глава рода. — Но только одно.

— Прошу заклинание огня! — воскликнула я звенящим голосом.

Верхняя губа мужчины угрожающе приподнялась, как у дикого пса. Взгляд его, колючий и настороженный, ощупывал лица односельчан — не выступит ли кто-нибудь в мою поддержку?

В кругу раздались удивлённые перешёптывания:

— Вот это Маара!

— Заклинание огня ей! Глядишь, чего захотела!

— Наверняка мечтает заполучить со дня смерти отца.

Я выдвинула вперёд подбородок, готовясь сражаться за свой выбор. Пока ещё против людей, не Леса.

— Хм, любопытный выбор, — произнёс, справившись с собой, Глава рода. — Никто из испытуемых прежде не просил заклинание огня.

— Нигде не сказано, что его запрещено просить, — ответила я, прямо глядя ему в глаза.

— Верно, нигде не сказано, — согласился мужчина.

Я подумала, что в ближайшее время в своде законов рода Свирх появится новый запрет. Но это ещё будет, а пока...

— В конце концов, кто-то же должен быть первым, — добавила я, глядя на Главу рода с очаровательной улыбкой.

— А справишься ли ты с ним, Маара? — спросил он с насмешкой. — Заклинание опасно в неумелых руках.

— Справлюсь, — перебила я.

Люди в кругу напряжённо наблюдали за нами. Всё, что говорилось до сих пор вполголоса и за закрытыми дверями, грозило выплеснуться на площадь неукротимой лавой — я требовала заклинание огня, которым обладал только Глава рода.

«Ты ведь не хочешь разрушить устоявшийся веками ритуал?» — спросил меня взглядом Глава.

Я улыбнулась ещё очаровательнее:

«Как вы могли такое подумать? Я всего лишь беру в помощь заклинание».

Он кивнул, приняв решение, и обвёл взглядом людей.

— Всем известно, что заклинание огня принадлежит только Главе рода. Но сегодня особенный день, поэтому я прощу Мааре её дерзость и выполню просьбу. Однако запомни, — это относилось уже ко мне, — заклинанием ты сможешь пользоваться лишь во время испытания.

Я медленно наклонила голову, принимая условия. Кожей чувствовала направленные на себя взгляды. Кто-то смотрел с недовольством: избалованная девчонка опять чудит! А кто-то с сочувствием и пониманием.

— Руку! — раздражённо приказал Глава рода.

Я протянула ту, на которой едва затянулся порез. Мужчина сжал её в тисках своих пальцев и беззвучно зашептал заклинание. Тут же мне показалось, будто на руку положили горящий уголёк. Я зашипела, сцепив зубы — не ожидала, что будет так больно.

— Если придётся воспользоваться, произнеси «вакхао оли», — сказал Глава рода, отпуская меня.

Я кивнула и поклонилась сначала ему, затем людям в кругу.

— Уливай седи, — раздалось среди них.

Душу затопила радость: я боялась, после дерзкой выходки никто не захочет говорить мне слова напутствия.

— Я, Маара иду в лес, чтобы принять испытание и вернуться в свой род достойной его, — произнесла я не своим голосом, развернулась и пошла прочь.

Круг из людей разомкнулся, выпуская меня. В отчаянной надежде увидеть Фееба, я всматривалась в лица ближайших людей. Свет костра окрашивал бороды мужчин в красноватый цвет, отчего казалось, будто они пропитаны кровью.

Фееба не было.

Я направилась к воротам. Прежде чем выйти, обернулась на селение: низкие, будто вросшие в землю дома с крытыми дёрном крышами, площадь, люди. На небе уже взошёл Голубой Окхари — ночное око мира, — и над селением разлилось его фиолетовое сияние. Я знала, что вернусь в селение другой — Лес менял, Лес учил, — и мне хотелось как можно чётче сохранить в памяти этот момент: между собой настоящей и собой будущей.

Затем развернулась и быстрым шагом направилась в Лес. Услышала, как закрываются за спиной тяжёлые створки ворот. Вот и всё.

...

Я шла по Лесу уже достаточно долго, уходя всё глубже. Вокруг топорщились колючими ветками кусты.

Все, кто прошёл обряд взросления, повторяли: «Лес привёл меня к себе». Только сейчас я поняла, что это означало. В целом мире не осталось никого, кроме нас двоих: меня и Леса. Что же он приготовил мне для испытания?

Справа хрустнула ветка. Я выхватила кинжал из ножен, развернулась. Никого.

— Раала? — позвала я.

Тишина. Только листья дерева раж, похожие на ладони с шестью длинными тонкими пальцами, с любопытством повернулись ко мне, потёрли пальцы один о другой и опять отвернулись.

Я продолжила путь, прислушиваясь к звукам Леса. Мягкие короткие сапоги с толстой подошвой скрывали мои шаги. Ещё на мне были надеты широкие штаны, защищавшие от укусов насекомых и не мешающие движениям и короткий халат с разрезами по бокам — также, чтобы не стеснять движений.

Заклинание огня напоминало о себе пощипыванием руки. Сейчас, оставшись наедине с Лесом, я уже не была так уверена, что моя выходка на площади имела смысл. Получив заклинание огня, я точно не улучшила отношения с Главой рода. А союзники, если и появились, были в сравнении с ним слишком слабы.

— Я должна была получить заклинание, которое принадлежало отцу, — угрюмо сказала я себе. — Оно должно быть в нашей семье...Хотя бы на время испытания.

«Неразумная смелость есть глупость», — возникли в памяти слова отца.

Я судорожно вздохнула, горло сжало от подступивших слёз.

— Как же мне тебя не хватает! — прошептала я.

Над головой раздался шорох, будто кто-то крупный перепрыгнул с ветки на ветку. Я резко вскинула голову и вгляделась в переплетение чёрных ветвей. Никого. На плечо, кружась, опустился тёмно-красный лист дерева раж. Я взяла его, растёрла между пальцами. В ноздри ударил горьковатый терпкий запах. К чему-то вспомнилось, что кашица из таких листьев останавливает кровь.

Я медленно направилась дальше, ловя каждый звук и движение. Не оставляло ощущение, что кто-то наблюдает за мной, втягивает нежными подрагивающими ноздрями запах, ждёт удобного момента, чтобы напасть. Но всё, что я слышала — собственное сбивчивое дыхание и стук сердца. Ожидание выматывало, хотелось, чтобы всё быстрее началось и закончилось. Однако Лес был безмолвен и неподвижен, ветер и тот стих. Листья упирались ладонями в небо, будто хотели приоткрыть его, как крышку сундука.

«Интересно, — подумала я. — Встретилась ли Раала со своим испытанием или так же бродит по Лесу?»

В этот момент из-за деревьев справа появился кот, размером в половину человеческого роста. Рыжий, с закруглёнными ушами и оскаленной пастью. Его широкие лапы бесшумно приминали мох, длинный хвост нервно подёргивался. Я сжала во вспотевшей ладони рукоятку кинжала. Кот оттолкнулся от земли и высоко прыгнул. Время будто остановилось: я видела его вытянувшееся в прыжке тело, белый с рыжими подпалинами живот, лапы с выпущенными когтями. Я бросилась на землю. Кот пролетел надо мной, чиркнув когтями по халату, но до тела не достал. О том, чтобы убежать от него, не могло быть и речи: догонит в несколько прыжков. Зажав кинжал в зубах, я кинулась к ближайшему дереву, взобралась по стволу до нижних ветвей. Кот полез следом, срывая когтями кору и пытаясь подцепить меня лапой.

— Вакхао оли! — выкрикнула я заклинание огня.

Пламя вырвалось из руки прямо в оскаленную пасть зверя. Кот взвыл, разжал лапы и упал на землю. Зашипел, зарывшись опалённой мордой в прохладные листья.

—

*Кохаи — мужчина и женщина, избранные друг для друга духами Леса, предназначенные судьбой.