Из рода Свирх. Императрица. Часть 2

Открыв глаза, Деган встретился с внимательным взглядом Ёши. Девушка склонилась над ним, привстав на локте. На лице явственно читалась обида. Едва заметив, что Деган проснулся, Ёша отвернулась и хотела встать, но он обхватил ее за плечи и притянул к себе, подумав, что уже не в первый раз, просыпаясь, встречается с таким ее особенным взглядом. Точно она пытается проникнуть в его сны и узнать больше, чем дает явь. Несколько раз Ёша спрашивала, что ему снилось, но вот проклятие, он не помнил ни одного сна с тех пор, как попал в Пожарище. Стоило закрыть глаза, как перед ним вставала стена огня, закрывая за собой и прошлое, и настоящее.

— Что случилось? — спросил Деган.

Она повела плечами, пытаясь выскользнуть из его объятий.

— Ничего, свет моей любви. Все хорошо, — Ёша улыбнулась, но под пристальным взглядом Дегана улыбка померкла.

— Тогда почему у тебя глаза на мокром месте? Кто обидел? — спросил он.

— Никто, — девушка попыталась утереть глаза, но Деган крепко сжал ее руки.

— Тогда мне придется поручить Яузу выяснить, кто обижает мою королеву, — вкрадчиво сказал он.

Яузом звали начальника его охраны. В глазах Ёши промелькнул страх.

«Неужели подкуплена Тардифом?» — подумал Деган.

Проклятый старикан удрал после боя с ейолом, и с тех пор о нем ничего не слышали. Многие дорхи считали, что Тардифа поглотило Пожарище, которому он столько лет служил. Но Деган не верил в столь счастливый финал. Он полагал, что старикан скрывается на просторах Пожарища, если только не нашел способ удрать за его пределы.

— Так что, Ёша? — холодно спросил он, продолжая вглядываться в лицо девушки.

Ее губы дрогнули.

— Не надо Яуза, — тихо сказала Ёша. — Я грущу о том, что не смогу дать тебе сына, который связал бы нас лучше любых уз.

Деган смущенно кашлянул и ослабил хватку.

— Ну… Слушай… — начал он. — Мы вместе недавно.

Девушка бросила на него обжигающий взгляд и тихо сказала:

— У нас, дорхов, все не так, как у человеческих женщин. Ты сам знаешь, здесь давно не рождались дети.

Деган сдержал тяжелый вздох: конечно знал, и это было одной из причин, почему он оттягивал поход на Будру. Дорхи, конечно, быстрее и выносливее людей, но их мало. Люди гораздо превосходят численностью, и если они разобьют войско дорхов, Деган уже не соберет новое.

Неожиданно в коридоре раздались шаги, и в комнату заглянул Яуз. Вид у него был взволнованно-торжественный. Скользнув глазами по Ёше, Яуз обратился к Дегану:

— Владыка, прости, что врываюсь. Ты просил сказать, когда только найденыш придет в себя. Это случилось.

Найденышем называли дорха, которого обнаружили накануне у Черты Пожарища. На нем было клеймо империи Тарганен и ошейник с огрызком цепи, из чего сделали вывод, что он сбежал из рабства. Дорха нашли без сознания и сперва вовсе приняли за мертвого, но потом Кендиф, который проводил осмотр, различил очень слабое биение сердца. После чего найденыша перенесли в один из домов и оставили там для наблюдения: или придет в себя, или умрет.

Услышав известие, Деган отстранил девушку и поднялся.

— Разреши я пойду с тобой, — сказала Ёша.

Яуз бросил на нее недовольный взгляд.

«То, что ты женщина Владыки, еще не дает тебе особых прав», — читалось в нем.

— Жди меня здесь, — сказал Деган девушке.

К его неудовольствию, получилось резче, чем хотелось. Ёша остановилась, врезавшись в его приказ, точно в стену. Не говоря больше ни слова, Деган вышел следом за Яузом. Они быстро направились по лабиринту улиц, в котором Деган уже хорошо ориентировался. Дома здесь не раз накрывала лавина огня отчего они были покрыты копотью и город дорхов в целом выглядел черным.

— Кендиф уже пришел? — спросил Деган у спутника.

— Да, — ответил Яуз.

— Отлично.

— Владыка, у меня для тебя есть еще известие, и оно нехорошее, — негромко сказал Яуз.

— Ну?

Начальник охраны поскреб шишковатую, покрытую корой голову и с явным сожалением произнес:

— Наши разведчики засекли гонцов из Будры в Большую Степь и обратно.

— Значит, Зиг хочет объединиться со степняками и разобраться с общим врагом Пожарищем. И со мной, — проворчал Деган.— А ведь еще недавно хокан объединялся со мной против Зига. Такие вот перестановочки.

Он криво усмехнулся.

— Еще, Владыка… — Яуз замялся.

— Говори, — хмуро откликнулся Деган.

— Мне кажется, среди нас есть доносчик, — дорх помолчал и добавил: — Или доносчица.

Деган метнул на него взгляд. Ёша? Он мысленно вернулся к разговору с девушкой. Вновь вспомнилось, как она смотрела на него спящего. Была ли Ёша откровенна, называя причину печали или это ширма для прикрытия чего-то совсем другого? Он покосился на спутника: если уж искать доносчика, то как насчет верности самого Яуза? Нет ли у него личного мотива представить Ёшу доносчицей?

«Проклятье! Я становлюсь параноиком как Зиг и в каждом вижу предателя!» — подумал Деган.

Ему хотелось верить своей женщине, своему начальнику охраны, всем, кто составлял его окружение. Но он не мог. После долгих месяцев заточения в тюрьме, когда Дегана забыли или предали все, кому он верил; когда ни разу те, кто звался друзьями, даже не попытались его спасти; когда любимая женщина вышла замуж за врага и ждала от него ребенка; когда по дороге на казнь толпа плевала и ликовала в предвкушении его смерти… После пережитого Деган не мог никому верить и от каждого, буквально от каждого, ожидал предательства. Ему было тяжело с этим жить, оно разъедало его душу, как опухоль, но он ничего не мог с собой поделать.

Яуз ждал ответа.

— Если что-то кажется, проверь, — сказал Деган. — Даю тебе полную свободу действий.

— Хорошо, Владыка, — дорх как будто даже повеселел.

Тем временем, они приблизились к дому, где разместили найденыша. Когда заходили, вместе с ними влетела крохотная птаха с ржаво-оранжевым оперением: выродившийся потомок птиц Зиккур, которые некогда навели ужас на весь Сивон и создали Пожарище. Залетев в дом, птаха зацепилась за притолоку и повисла вниз головой на манер летучей мыши. Деган прошел в дальнюю комнату, где находились Кендиф, Моз и с десяток дорхов, включая хозяина дома. Найденыш лежал на скамье. Как и все дорхи, он был покрыт огнестойкой корой, но у него кора имела бледно-серый, мертвенный цвет. Ошейник и цепь с найденыша сняли, о рабстве напоминало круглое клеймо на правом плече. Деган знал, что там написано «Пресмыкайся червь». Зиг придумывал эту надпись при нем, даже советовался, демонстрируя, что ценит мнение брата — но у Дегана не нашлось вариантов.

При появлении Дегана, дорх устремил на него пристальный взгляд. Темные глаза были посажены так глубоко, что казалось смотрели из дупла глазниц.

— Давно он пришел в себя? — спросил Деган у Кендифа.

— Три свечи успели прогореть, — ответил Старейшина узлычей.

Деган подошел к найденышу. Тот продолжал буравить его взглядом.

— Как тебя зовут? — спросил Деган.

Незнакомец молчал. Только на губах появилась нехорошая улыбка. Очень нехорошая.

— Откуда ты? — спросил Деган.

Дорх разомкнул губы и сказал зловещим полушепотом:

— Думаешь, победил меня, Стэфан Росчер? Не-е-ет, наша главная битва впереди

Дорхи отшатнулись с криками:

— Это голос Тардифа! Прежнего Владыки!

Деган понял, что каждый миг промедления смертелен. Он выпустил из пальцев лезвия, которые обычно держал втянутыми, и полоснул по горлу найденыша с такой силой, что отсек ему голову. Но случилось то, чего он не мог предположить: тело найденыша взорвалось. Черные от копоти стены осветила ослепительная вспышка, и дом обрушился, погребая под собой дорхов и людей. Деган схватил тех, кто стоял рядом и переместился с ними на улицу.

К месту обрушения со всех концов города уже спешили жители, напуганные грохотом. Когда пыль осела, все увидели на месте дома лишь большую груду камней. Только теперь Деган оглядел тех, кого удалось спасти. Кендиф, Моз, дорх из охраны. Всё. Яуз и прочие остались под завалом.

Спасенные надсадно кашляли и мотали головами, тупо глядя на то, что осталось от дома. Жители окружили завал полукругом, тихо переговариваясь и поглядывая на Дегана. Все ждали от него решения. А также надежды и спасения, но последнего, увы, он дать не мог.

— Разбирайте завал! — приказал Деган. — Там могут быть живые.

Он надеялся, что кора, которая покрывала тела дорхов вместо кожи, смягчила удары камней. Жители города тут же взялись за дело. Деган подключился к разбору наравне со всеми, его двенадцать рук были здесь весьма кстати. Он отвлекся только когда за спиной раздался голос Ёши:

— Свет моей любви! Ты жив!

Отбросив в сторону очередной булыжник, Деган обернулся. Ёша бросилась к нему на шею, обняла, горячо зашептала:

— Я так испугалась! Боги, как же я испугалась!

— Ну что ты. Что со мной сделается? — тихо и ласково сказал он.

— Владыка! Яуза нашли, — закричали с противоположной стороны завала.

Деган отстранил девушку и направился туда. Краем глаза он видел, что Ёша идет следом. Яуз был мертв. Его положили на землю лицом вверх. Дорх был покрыт пылью, точно пеплом, широко открытый рот забит мелкими камнями.

«Что же, Яуза из числа предателей можно вычеркивать», — подумал Деган, чувствуя, как его наполняет холодная, тяжелая, как металл ярость. Не в силах сдержаться, он полоснул пальцами-лезвиями по камням завала. Раздался скрежет, в стороны полетели искры.

С другой стороны завала закричали:

— Есть живой!

И тут же донесся стон боли. Деган резко развернулся и поспешил к тем, кому еще можно помочь. Вместе с дорхами он доставал из-под завала раненых, которых сразу клали на носилки и уносили к лекарям. Кендиф и Моз тоже ушли туда, верно рассудив, что там их знания о целительстве найдут применение. К слову, став Владыкой Пожарища, Деган первым делом вызвал из пещер узлычей, которые понимали в целительстве, и разместил их в одном из городских домов, сделав его лечебницей. Он рассудил так: раз уж они меня смогли после казни восстановить, то дорхам тем более помогут. Узлычи перебрались в город, прихватив все свои таблички с целительскими заклинаниями. Ёша тоже сильно заинтересовалась целительством и проводила с узлычами много времени, а затем с восторгом передавала Дегану, что нового ей удалось узнать. Сперва Деган отнесся к увлечению девушки с опаской: у него уже была одна любовница с целительскими способностями. Суставы до сих пор ныли, когда он вспоминал, какие эксперименты Раала ставила над ним в темнице. Но потом Деган сказал себе, что совпадения, это порой только совпадения, и Ёша никогда не станет Раалой. Кстати, недавно разведчики принесли весть, что в Будре проходят пышные похороны: от непонятной болезни скончалась любовница императора. Узнав об этом, Деган испытал одновременно радость и досаду на то, что Раала умерла не от его руки.

— Владыка! — позвали справа.

Деган повернул голову. К нему спешил, обходя валуны, один из узлычей. У него в руках Деган увидел глиняную табличку с отколотым краем.

— Владыка, посмотри, что мы нашли. Была замурована в одной из стен, — сказал узлыч, протягивая табличку.

Деган увидел, что на ней выдавлено изображение птицы: голова, крылья и одна лапа. Вторая лапа и хвост оказались отколоты. Все пространство вокруг птицы заполняли значки на языке магов Ордена Зиккур. Во времена, когда Деган жил в пещерах узлычей, он участвовал в разборе записей магов Ордена и изучил их письменность. Поэтому понял, что написано на табличке. Пару мгновений он смотрел на заклинание и не мог поверить своим глазам: вот так просто найти в завале будущее. Скажи кто-нибудь другой, что так бывает — не поверил бы.

— Дружище, ты нашел мощную вещь, — сказал он узлычу: — Спасибо! Нужно сейчас же показать ее Кендифу.

Деган осмотрелся в поисках, кому поручить руководство разбором и, заметив дорха, который прежде уже хорошо себя проявил, подозвал его. Наблюдая за тем, как дорх приближается, напряг память и попытался вспомнить имя. Глейн или Глейв… А, какая в самом деле разница?

— Проследи, чтобы завал разобрали и извлекли всех. Хоть живыми, хоть мертвыми, — сказал Деган, по-братски приобняв дорха за плечо.

— Обещаю, Владыка, — заверил Глейн-Глейв севшим от волнения голосом.

— Отлично. Я на тебя рассчитываю.

Подумав, что разговор с Кендифом будет непростым, и лишние уши им не нужны, Деган сказал:

— Что же, ребята, вы сами знаете, что делать. Приступайте.

И «прыгнул» к лечебному дому, куда до этого ушел Кендиф. Разыскав старейшину узлычей, Деган знаком велел ему выйти на улицу.

— Посмотри, что мы нашли в развале. Была замурована в стене, — сказал Деган и показал табличку.

Кендиф вгляделся в табличку. Деган с интересом наблюдал за тем, как на его лице одна за другой сменяются эмоции: от вежливого любопытства до крайнего изумления.

— Это ведь то, о чем я думаю? Заклинание, с помощью которого маги Ордена создали птиц? — спросил Деган.

Кендиф поднял на него глаза и утвердительно кивнул.

— Прекрасно, — Деган потер от удовольствия все двенадцать рук.

— Мне нужно, чтобы вы с Мозом взяли его за основу и создали пташек, которые не выйдут из-под контроля и не сожгут весь Сивон, — сказал он.

Кендиф посмотрел на него с ужасом и возмущением.

— Как ты можешь просить о таком? Разве забыл, чем закончилась прошлая попытка? — воскликнул он.

— Потому я и говорю, пташки должны быть управляемыми, — перебил Деган.

Старейшина покачал головой и заявил.

— Победа над ейолом помутила твой разум!

Он в сердцах швырнул табличку об землю. Вернее, это ему казалось, что швырнул. По оценке Дегана, табличка подала так долго и медленно, что считай, зависла в воздухе. Он просто протянул руку и взял ее.

— Не надо совершать опрометчивых поступков, Кендиф, — сухо произнес Деган. — Иди и делай для меня птиц.

Кендиф сверкнул глазами из-под кустистых бровей.

— Нет! Я никогда не повторю ошибку своих предков! — заявил он. — Можешь снести и мне голову. Может, тебе от этого полегчает.

Дегана накрыла волна гнева. На мгновение глаза заволокла черная пелена, и лезвия сами выдвинулись из пальцев.

«Стоп — это путь в бездну», — осадил он сам себя. Тяжело и глубоко вздохнул, убрал лезвия и потер лицо пятерней, отгоняя подступившее наваждение. Старейшина хмуро наблюдал за ним, готовый к любому исходу.

— Кендиф, послушай, ты мне как отец, — тщательно проговаривая каждое слово, сказал Деган. — Никому я не доверяю сильнее, чем тебе и никто не понимает меня лучше. Посуди сам, что мне еще остается делать? Только что я узнал, что степной хокан, с которым я братался, договаривается выступить против меня в союзе с Зигом. А еще, что к ним присоединился Тардиф.

Глаза Кендифа полезли на лоб от изумления.

— Дорх, который только что обрушил дом, лопнув, точно перезревший рауз*, это привет от нашего приятеля Тардифа. Старому уроду каким-то образом удалось выбраться из Пожарища. Этим взрывом он будто сказал нам: я могу достать вас везде. (Деган наклонился к старейшине узлычей и обнял его за плечи). Пойми, Кендиф, если мы будем ровно сидеть здесь на жопах, Тардиф найдет способ вновь стать Властелином Пожарища, и тогда всем конец. Нам необходимо создать оружие против всех, кто за Чертой Пожарища. У тебя есть идеи, какое это должно быть оружие?

Кендиф смущенно отвел глаза.

— Я не вижу ничего лучше птиц Зиккур, — сказал Деган. — Только не тех бесконтрольных монстров, которые сожгли восьмую часть Сивона, а управляемых и послушных. Уверен, вы с Мозом, если хорошенько подумаете, сможете таких смастрячить.

Деган чувствовал, как от каждого его слова Кендиф смягчается и прячет иголки. Непримиримость во взгляде старейшины уступила место задумчивости, мысли поменяли направление с активного неприятия на поиск идей и решений.

— Хорошо, — сказал старейшина. — Можно попробовать… Надо Моза сюда.

Деган с трудом подавил торжествующую улыбку: раз Кендиф зовет своего умного мальчика, значит дело будет. Однако показывать вида не стал, чтобы старик из вредности опять не заартачился. Тем временем, Кендиф позвал Моза, показал ему табличку и пересказал план по созданию птиц. Деган на этот раз молчал, лишь когда перехватил воинственный взгляд, которым Моз посматривал на табличку, негромко предупредил:

— Даже не пытайся ее разбить. У Кендифа уже не получилось.

Моз опустил глаза в землю и разбить табличку даже не попытался. Закончив рассказ, Кендиф спросил:

— Что скажешь, Моз?

Узлыч очень долго молчал. Затем сказал:

— Попробовать можно, только птиц нужно создавать не с нуля, а использовать уже существующих. Они рождены в Пожарище.

Деган понял, что речь идет о крошечных птахах с ржаво-красным оперением.

— При малейшем подозрении на выходе из-под контроля, уничтожать, — добавил Моз.

— Само собой, нам такие риски не нужны. Птицы должны быть полностью контролируемы и послушны, — сказал Деган и на этот раз позволил себе торжествующе улыбнуться.

___

*аналог земного арбуза

От автора